день сломанной судьбы

разговор на тему суицида.

эдгар будет жалеть об этом разговоре. об этом вопросе. зачем он вообще спросил у фэнга про «это»? позор… ещё никогда эдгар не чувствовал себя так уязвимо. было так страшно и стыдно одновременно, что эмо отошёл не сразу. пальцы дрожат, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. но он держится, честно и крепко держится, хватается за последнюю возможность, за надежду быть рядом и то, что он, — нет — они! обязательно с этим справятся. — слушай, фэнг, а ты… что ты будешь делать, если… — эмо мямлит, точно боится. ещё никогда он не ощущал такого страха перед своим возлюбленным. словно его наругают за такое, ударят, в угол поставят на горох. а фэнг с мягкой улыбкой глядит на эдгара, убирает телефон с игрой в сторону. она для него не так важна, как парень перед ним. — я вдруг умру. — шепчет, опуская взгляд в ноги. и принимается стирать подошву потрёпанных конверс об жёсткий деревянный пол. — что? — фэнг замирает на мгновение, обдумывая вопрос. но он не считает его настолько серьёзным, возможно, эмо просто захотел отвлечь парня от игры. — ну, я не знаю. — фэнг неловко жмёт плечами и тише добавляет: — ты ведь знаешь, что я очень сильно тебя люблю? — эмо кивает, отводя голову в сторону, чтобы совсем не видеть возлюбленного. — я не допущу этого. — эдгар улыбается своим мыслям. «я не допущу этого»

раздача ценных вещей.

эдгар оглядывает свой жетон, полученный трудом и потом на турнире. он в единственном экземпляре, таких больше ни у кого нет и никогда не будет. если продать, можно залутать несколько миллионов золота. и получить штраф, конечно же, в столько же золота. фэнг хвалил эмо за его старания долго и честно, по-настоящему, без зависти. и никогда он не хотел завладеть сокровищем возлюбленного. у него есть другое. — фэнг, я дарю его тебе. — эдгар протягивает парню ладонь с жетоном и улыбается, пряча лицо за шарфом. — мне? но мне он не нужен. — фэнг улыбается, встаёт с кресла. выключает экран телефона, накрывая ладонь возлюбленного своей. — это… мой подарок тебе. ты не примешь его? — эмо с какой-то непонятной грустью в голосе опускает голову и кусает губу. — это твоё, эдгар. у меня есть ты. больше мне ничего не нужно. «больше мне ничего не нужно»

проблемы со сном.

эмо смутно соображает, что сейчас происходит. картинка перед глазами плывёт, он уже не может держать телефон, и тот падает из слабых рук на пол. всё двоится, и появляется ощущение, что эдгар падает следом, прямо к своему телефону. две крепких руки не дают упасть, и эмо благодарен за это. — ты хорошо себя чувствуешь? — обеспокоенный голос фэнга режет сердце эдгара на мелкие куски. — ты спал сегодня? — я не могу уснуть уже которую ночь. — тихо шепчет эмо, перебирая ногами к скамейке. фэнг подбирает телефон возлюбленного и отдаёт его владельцу. — извини, я напугал тебя? — очень сильно напугал. — фэнг крепко обнимает, и эдгар думает, что ещё есть шанс. — сходим в больницу? я беспокоюсь очень сильно. — и гладит его щёку, целуя в противоположную. эдгар лишь отрицательно машет головой, ссылаясь на то, что ему просто нужно поспать. «я беспокоюсь»

отсутствие действий в вещах, которые он любил.

— эдгар, го в пати на гемы? — фэнг ложится рядом к эмо, обнимая того за талию. ласково гладит и целует в щёку. как же он слепо верил в то, что всё наладилось. и эдгар не хотел разрушать эту иллюзию. пусть возлюбленный не пытается что-то изменить, исправить, потому что уже слишком поздно. эмо исчерпал все свои силы на спасение. и новых уже нет и никогда не будет. невозобновляемые ресурсы никак не возобновить. — не хочу, иди один. — режет эмо, желая убрать родную и нежную руку с себя, но ощущение, что рядом есть тот, кто его любит, не даёт этого сделать. тело словно прилипло к кровати. — позови там… бастера, не знаю. он всегда хочет с тобой играть. — и это не ревность. — я хочу с тобой. — с детской грустью говорит фэнг, полностью укладываясь за спиной возлюбленного. дышит ему в затылок, сцепляя спереди руки. эдгар только и успевает, что натянуть рукава кофты как можно ниже. «хочу с тобой»

самоповреждение.

— эй, покажи мне. — фэнг звучит грозно, но также нежно и по-доброму. эмо боится, что его начнут ругать, и остерегается, что начнут говорить, как же это не правильно. что это не выход. но у него другого выхода, кроме как… — нет, не нужно. — эдгар делает шаг назад, сглатывая вязкий ком. выставляет руки вперёд, не позволяя возлюбленному подойти и посмотреть. неужели это случилось? он не верит. так тщательно и долго скрывал, и в итоге остался у разбитого… чего? корыта, вроде бы… но эмо остался с разбитым сердцем. зачем он испытывает чувства неравнодушного к нему человека? эдгар уже и не знает, любит он фэнга, или его внимание. его заботу, теплоту и нежность. — пожалуйста, эдгар. — фэнг не двигается. боится напугать эдгара ещё сильнее. он бы и сам напугался, чего греха таить. напугался самого себя, да, верно. — я не буду тебя ругать или что-то ещё. я просто посмотрю. — настаивает он. у эдгара голова кружится, дыхание замирает. ему страшно, слишком страшно. что будет дальше? он садится у стены, медленно и осторожно закатывая рукава до локтей. красное, тёмное и опасное. старое и новое, и оно пугает не только фэнга, сидящего на коленях перед ним. старается ничего не говорить. молчать, держать рот на замке, как и обещал. и молчание это очень важно для эмо, он впитывает его как губка воду со стола. — я не хочу… фэнг. я устал. — слёзы обрамляют бледное лицо эдгара. он плакал долго и много, цепляясь за надежду руками и зубами, и фэнг никак не мог ему помочь. даже слова о любви… не вытаскивали из той ямы.

конец.

эдгар хотел, чтобы фэнг был счастлив, только с ним он счастлив никогда не будет. даже если бы и они попытались, эмо всё равно не спастись. такова его судьба, таково его предназначение. — судьба? — одними лишь губами шепчет эмо, смотря в потолок. — умереть…? пожалуйста, задержись на работе. я позвонил колетт, она придёт, но будет уже поздно. ты будешь вторым, кто узнает о моей смерти. — эдгар пытался не плакать хотя бы сейчас, в этот душераздирающий момент. но даже это он не мог сделать. слёзы бегут по щекам, нос заложен вовсе, а руки все красные. лезвие в стороне, оно ему больше не нужно. он сделал достаточно, чтобы закончить.