Загадка неудачного восстания

Захар слегка постучал в дверь. — Войдите, — последовал ответ. — Чем вам могу быть полезен, барин? — спросил лакей. — Пётр, мой брат, прислал письмо, — Сергей кинул взгляд на конверт, лежащий на столе. — Предлагает устроить бал в честь приезда. Матушка Александра не против. Так вот, Захар, распределяйте обязанности. Акулину и повара предупредите, пускай смотрят, что там нужно. Что не хватает — докупайте. Новых слуг тоже прихватите, чтобы без дела не сидели. — Будьте уверены, барин, без дела они не останутся. Наш дворецкий всем работу найдёт, — успокоил лакей. — Тогда идите к нему, передавайте распоряжение. Потом пригласите Олега сюда, — распорядился Трубецкой. — И позовите Акулину. — Будет исполнено, барин! — пообещал Захар. — Сколько времени у нас есть? — Брат приедет через два дня, а бал будет через неделю, — монотонным голосом сказал князь. — Понял. Позвольте идти? — Идите! Через пять минут пришла Акулина. — Вы звали, барин? — Да. У нас через неделю бал. Начинайте подготовку. Передайте Василисе, что для безопасности с ней на балу будет Катерина.

***

Акулина, как и обещала, пришла в половине девятого, после завтрака. Катя окончательно привела себя в порядок и приготовилась к встречи с хозяйкой. Но хозяйка ещё спала, и Акулина, не шумя, познакомила Катю с расположением вещей в комнатах Василисы. Платье уже было готово, Кате оставалось только почистить туфли, достать чулки и привести в порядок шаль. Наконец, Василиса проснулась. — Доброе утро, барыня. Василиса Андреевна, это ваша новая служанка, Катерина, — присела в книксене Акулина. — Доброе утро, — пожелала Катя. — Катерина, значит, — кивнула Василиса. — Акулина, можете идти… Обязанности знаешь? — Да, Ваша Светлость. — Замечательно. Можешь приступать… Катя помогла надеть поверх нижнего платья и панталон нижнюю юбку, корсет, нижнее платье, три нижние юбки. Потом шла очередь чулков с подвязками и туфель. Потом было одето верхнее платье. После чего Катя приступила к причёске. — Катерина, слышала, дядюшка собирается устраивать у нас бал? — спросила Василиса. — Никак нет, Ваша Светлость, — ответила та. — Зови просто барыней. Так вот, на балу ты будешь сопровождать меня, так сказал дядюшка. Танцевать тебе там не с кем, разговаривать можешь только тогда, когда спросят, — наставляла княжна. — Следи за всеми, слушай разговоры. Будь недалеко от меня, когда я не танцую и без кавалера. «Боже, когда этот дурдом закончится? Колька из одиннадцатого мне так нервы не трепал, как эти дурацкие правила! Я что, буду как пугало там стоять? А как же офицеры, мундиры, романы…» — вздохнула Катя. — Катерина, ты меня слышишь? — раздраженно спросила Василиса. — Слышу, барыня. Прическа была закончена. Василиса взяла свою шаль и отправилась завтракать. Катя принялась за уборку. Надо было убрать на туалетном столике, заправить постель, протереть пыль. В «своём» времени Катя терпеть не могла убираться даже в своей комнате. А тут целых две комнаты, да чужие, да ещё и каждый день! И своя вдобавок. И когда они отсюда выберутся?

***

Таня, в числе других служанок и слуг, натирала пол в бальной зале. Вчера вечером, после ужина, её, вместе с другими, собрал здесь дворецкий и сообщил, что через неделю будет бал. И с сегодняшнего утра началась подготовка. Дворецкий составлял списки необходимого. Слуги приводили в порядок помещения второго этажа: бальную залу, буфетную, гостиные, курительную, обе уборные. Кого-то отправили в лавки за свечами, воском, цветами и прочими вещами. Был заказан оркестр и ещё один повар-француз в помощь здешнему. За завтраком Таня обменялась новостями с мальчишками. Те тоже были в курсе бала. У Лёшки дел было меньше всего, его подготовка вообще не касалась. Тёмыч был занят больше остальных: нужно было приготовить места для размещения лошадей и карет гостей. Так прошла неделя. Отсутствие зубных щёток и паст, душа и прочих благ цивилизации ощущалось всё сильнее. Ребята уже привыкли к дому и его обитателям и добросовестно выполняли свои обязанности. Олег успел войти в доверие к князю, что вызывало подозрение у Захара. Но лакей делал безуспешные попытки на чём-нибудь поймать мальчика.

***

Как и говорилось ранее, к Трубецким должен был приехать брат князя. Пётр выполнил свое обещание. В этот день Олег и дворник находились у подъезда, вычищая дорожки от снега. Ещё издалека мальчик услышал звон колокольчиков и цокот копыт, что означало приближение экипажа. Олег не ошибся. Он, видя, что карета останавливается у усадьбы, быстро отложил лопату в сторону и пошёл навстречу гостю. Мальчик подождал, пока лошади остановятся, открыл дверцу экипажа и поклонился незнакомцу. — Здравствуйте, здравствуйте, — сказал мужчина. — Вижу, Серж приобрел себе новых помощников. — Так точно-с, — вежливо ответил Олег. — Вы проходите, Его Сиятельство у себя в кабинете. — Отлично! — незнакомец потер руки одну об другую. — А то совсем замерз, пока добирался. Кстати… — мужчина вопросительно взглянул на мальчика. — Олег, — понял тот. — Да, Олег, очень приятно. Пётр Петрович Трубецкой, — в свою очередь представился мужчина. — Олег, организуйте, чтобы позаботились о моих лошадях. — Будет сделано, Пётр Петрович, — Олег тут же побежал на конюшню за помощью. «Какой славный мальчик. И где только Серж приобрел такого?.. Ладно, сейчас не об этом, потом спрошу. Там Серёжа Муравьев-Апостол что-то задумал…» — с такими мыслями Пётр Петрович поднялся в дом и вошёл к брату в кабинет.

***

В день приезда Петра Петровича к Александре Григорьевне, Василисе и Кате после завтрака прибыли портнихи. Княжне и графине было нужно сшить новые бальные платья. Для Кати решили переделать одно из старых платьев её хозяйки. Голубой шёлк, ленты, цветы, кружева — всё было куплено заранее. Пока портнихи снимали мерки с девушек, в дверь постучали. — Ну, кто там ещё? — вздохнула Василиса. — Катерина, открой дверь. Едва Катя открыла дверь, как увидела запыхавшегося Олега. Девочка вопросительно на него взглянула. — Что там? — нетерпеливо, с раздражением, спросила Василиса. — Василиса Андреевна, добрый день! Вам письмо, — доложил Олег. — Странно… от кого же? — поинтересовалась Василиса. — Не знаю, — пожал плечами Олег. — Какой-то слуга отдал его мне и просил передать Вам. — Ладно, разберусь. Благодарю, можете быть свободны. Во время разговора Катя стояла около двери и своим взглядом пыталась объяснить Олегу как ей всё это надоело. — Катерина, поторапливайся! — услышала темноволосая девочка. Пока Катя закрывала дверь, успела только шепнуть: — Жесть. — У нас не лучше, — усмехнулся Олег. — Ничего, прорвемся. — Катерина! — Иду, барыня! Наконец, мерки сняты. Катя оказалась чуть худее Василисы, но с бо́льшими объёмами. Платья решили делать одинаковые. Портнихи пересмотрели платья прошлого сезона, тогда Василиса первый раз вышла в свет. Выбрали одно. Ему надо было всего лишь сменить цветы и лиф — тогда оно будет выглядеть как нужно. Портнихи ушли в отведённую им комнату. Шить целое платье было сложнее, поэтому взялись сначала за него. А Василиса вспомнила о письме. Чёрная сургучная печать, тонкая бумага с черной каймой. И чёрные слова: «Останови отца, пока не поздно». — Шутка это, что ли? — возмутилась княжна. — Катерина, сожги его.

***

— Пётр Петрович, добрый день! — встретил Олег мужчину, пока спускался со второго этажа. — А, это Вы! Здравствуйте, Олег, — ласково сказал Петр Петрович. — Извините, вы не подскажете — князь ещё у себя в кабинете? — Да. Я был у него пару минут назад. — Благодарю вас! — весело отозвался Олег. «Ну, что за мальчишка! И Алексей такой же исполнительный! Серж говорил, они вроде братья» — усмехнулся собственным мыслям Петр Петрович. Князь услышал лёгонький стук в дверь. — Ни минуты покоя, — проворчал он. — Войдите! — Ваше Сиятельство, Сергей Петрович, вам письмо! — Олег слегка потряс конвертом. — А, это ты! — видно было, что князь обрадовался приходу мальчика. — Что на этот раз? — Без понятия! Честно говоря, какой-то странный тип… то есть, странный человек передал его, — доложил Олег, виновато улыбаясь. — Тип, говоришь? — улыбнулся Трубецкой. — А почему странный? — Одет он был, да и сам по себе выглядел странно… непривычно для повседневной жизни, — начал рассказывать Олег. — Весь в черном: плащ, панталоны, куртка. Даже лицо закрыто то ли платком, то ли какой-то тряпкой, тоже черной. Успел разглядеть лишь его глаза, но и этого достаточно — взгляд такой, пугающий, с ненавистью. — Действительно, странный, — задумался Трубецкой. — Не каждый день таких встретишь. Даже интересно, что в письме. — Мне выйти? — ради приличия спросил Олег, хотя ему было очень интересно узнать содержимое конверта. — Думаю, можешь остаться. Если что, в роли свидетеля будешь. Олег ликовал. «Давненько мы ничего не раскрывали. Тем более, в другом времени, историческом!» Князь, с нахмуренным видом открывал конверт. На тонком листе с черной каймой темными чернилами было написано: — «Остановитесь! Иначе пожалеете.» — прочёл Трубецкой.