События каждого дня

      Маленький городок на берегу Черного моря пропах клубникой. Турецкая привозная и тепличная с Кубани – своя. Она разная на вкус, ан вид и пахнет тоже по-разному. У привозной более яркий запах, более навязчивый. Своя пахнет тонко, нежно и более сладко. Дима и Кирилл прилетели из Питера на неделю. Дышать морем, лечить легкие Кириллу и нервы Димке. В городе косят газоны, запах свежескошенной зелени смешивается с клубничным ароматом и соленым морским духом.        Ветер с моря свежий и резкий. Дима застегивает Кириллу куртку и натягивает ему на голову капюшон худи. Простудиться можно и на юге, даже в мае. Тут не так уж тепло, вопреки ожиданиям. Хотя теплее, чем в родном Питере. Куда-нибудь в жаркий климат врач не рекомендовал ехать. Мол, после возвращения есть риск заболеть снова. А курорт на берегу Черного моря – самое оптимальное. И времени мало – Димка еле выпросил отпуск за свой счет на неделю.       Они живут в гостевом доме, где сейчас единственные постояльцы. Майские праздники уже прошли, а лето еще не пришло. Сначала Кир наотрез отказывался ехать на юг, мол, он не привык отдыхать в таких условиях, без частного пляжа и пятизвездочного отеля. Но потом согласился, видя усталые глаза Димы. Его любимый совершенно вымотался за последние полтора месяца, разрываясь между работой и заболевшим Кириллом.       Первого апреля, в День Шуток, Кир заехал на работу за Димой, и был необычно молчалив. Дома он еле разделся и рухнул в кровать. А ночью Дима, отчаявшись сбить высоченную температуру, вызвал «скорую». Температуру сбили, Кирилл подписал отказ от госпитализации. Но в больницу пришлось - таки ехать через три дня, когда началась боль в груди и сильный кашель. Оказалось, двусторонняя пневмония, какая-то стремительная инфекция. Лечили в больнице, а потом дома целый месяц. Когда состояние стабилизировалось, врач посоветовал ехать к морю – хотя бы ненадолго, подышать морским воздухом.       И вот они тут, у моря, где набережная, самой длинная в Европе, если верить путеводителям. У порта стоит статуя девушки в свадебном платье, символ города. А у хозяйки гостевого дома живут два милейших корги – отец и сын. Джереми и Кирк. Когда Дима с Кириллом заселились, то наутро вышли из номера спустились во дворик и были облизаны этими дружелюбными собаками-улыбаками. Особенно старался Кирк. Хозяйка назвала его «Киря», на что Кирилл обернулся. Хотя и привык, что Кирей его зовет только Дима. Вот было смеха! Кирилл сразу проникся к «тезке» особой симпатией, тискал его и гладил. Оказалось, оба корги обожают огурцы и клубнику. Так что угощение им было обеспечено.       На юге Кирилл наконец-то стал нормально есть. Во время болезни он похудел еще сильнее, вся одежда болталась на нем. Дима вздыхал, отчаявшись накормить Кирю, и называл «шкилетом». А тут, в крошечных кафе Кирилл охотно пробовал южные блюда – овощи и курицу на мангале. Пил крепкий кофе не из стаканчиков, а из маленьких керамических чашечек. И, несмотря на кофе, крепко спал всю ночь. Тем более, кровать в номере, который они сняли, была весьма удобной. И не только для сна. - М-м-м, сладкий ты мой, - Кирилл прихватывал губами сосок Димы, - как клубника. Дима выгибается в руках Кирилла, нашаривая смазку в складках одеяла. Целует ключицы любимого, шутливо проводит языком по ребрам, отчего Кир хихикает – щекотно! Поскрипывание кровати почти заглушает шум волн, слышных и через окна. Но шум этот нисколько не мешает, наоборот - расслабляет. Задает ритм. И Дима сам не замечает, как поддается ему, нависая над Кириллом, выводя губами и пальцами причудливые узоры на коже, складывающиеся в изгибы всё тех же волн. Кирилл стонет, выгибается, шире разводит колени. - Д-и-и-им, - стонет тихонько, но умоляюще. - Пожалуйста, Дим... "Скорее" - так и слышится в этом стоне. Дима и сам хочет - скорее, но всё же, невольно сдерживается. Слишком долго Кирилл болел этой проклятой пневмонией, конечно, море и солнце выгонят ее последствия начисто, но пока - это их первый раз по-настоящему вот так, после болезни. Дима толкается бедрами вперед, одновременно снова прихватывая ярко розовеющий сосок на часто вздымающейся груди. Ловит себя на мысли, что прислушивается к дыханию. Кирилл дышит жарко, со стоном - в том самом ритме, заданном шумящими за окном волнами. И Дима движется так же - уверенно и мерно. Чуть отступить - и нахлынуть снова, как волне на берег, не разъединяясь с Кириллом до конца, ощущая его тугой пульсирующий жар. - Ты такой узкий, Кирь... Всегда... Сладкий мой... - само рвется с губ, и Кирилл низко, довольно стонет в ответ, двигаясь навстречу. Берег тоже ждет волны. Всегда. Он ждет, чтобы те пришли, приласкали, обдали, окропили собой... Диме казалось - он весь рассыпался сладкими брызгами внутри Кирилла - не собрать. Но и надо ли? Всегда рядом, с ним. В нём. Это ли не блаженство? Потом они засыпают, прижавшись друг к другу. Под одним одеялом. Им вдвоем совершенно не холодно, хоть ночи еще прохладные. - Жаль, купаться пока нельзя. Кириллу нравится совать руки в соленую воду. Волны лижут кроссовки, и надо отскакивать от них, если нет желания ходить в мокрой обуви. - Кир, не лезь, - Дима тащит его от воды, - промокнешь. Чайки летают над волнами, хватают куски хлеба. Тут вкусные лаваши, их пекут в пекарне, где потрясающе вкусный латте. Прямо на глазах покупателей, в круглой печи – тандыре. - Тандыр – потому что с дырой, - смеется Дима. Он щурится от солнца и от радости, что любимый выздоравливает тут, у моря. Уже не кашляет почти. По ночам нет жутких хрипов, которые никак не проходили дома. Кир всегда говорил, что для спокойствия душе ему надо уехать из Питера на время. И лучше всего – к морю. Оно помогает успокоиться, настроить себя на нужную волну. Море всегда прекрасное - бескрайнее, синее, манящее. И как же это прекрасно - оказаться на берегу моря и вдыхать его запах, наслаждаться его красотой, чувствовать его прохладу. Даже если пока оно не позволяет окунуться в волны, все равно – прекрасно. Это ли не счастье? А еще замечательно сидеть на песчаном берегу и смотреть на небо, на то, как солнце медленно опускается за горизонт. И поглядывать на прищуренного Диму, чья рука лежат на колене Кирилла. О чем думает Дима, когда смотрит на закат? Наверняка о том, что не все в жизни так радужно, как кажется на первый взгляд. Что же такое счастье? Наверное, это любовь, а еще - уверенность в завтрашнем дне. В том, что у них с Кирей будет все хорошо.