Гринд

Редкие капли дождя мерно постукивали о лужи, а из-под тяжёлых туч, уходящих куда-то на запад, появлялись слабые вечерние лучи заходящего солнца. На голове Итэра ехала посапывающая Паймон, но и сам Путешественник чувствовал себя намного лучше, поскольку его бодрил фирменный коктейль Барбары. Отпив ещё немного странного напитка с «огоньком», он ощутил, как по телу разливается приятное тепло, а сонливость отступает. — Эй Паймон, хочешь? — спросил он, приподнимая стаканчик выше, чтобы фея могла до него достать. — Нет, мне не нравится, не хочу даже пробовать, — скривилась его извечная спутница, крепче сжимая в ладони прядь пшеничных волос, за которые она держалась чтобы не упасть. Итэр, отвлёкшись на фею, поскользнулся на размытой от недавнего дождя дороге, но устоял на ногах. Меньше всего ему хотелось стирать чистый костюм, который он надел только утром, но сапожки так или иначе нуждались в чистке из-за налипшей на них грязи. Дорогая приключений вела Путешественника в Мондштадт. Вечерние прогулки до города ветров стали для него своего рода традицией. Можно было даже сказать, что он ходил туда как на работу, что не было лишено смысла — его интересовала в первую очередь валюта. Ради горстки таких необходимых блестящих кристаллов пришелец из другого мира носился по всему Тейвату с утра до вечера, пока буквально не начинал валиться с ног, и Итэр уже потерял счёт похожим друг на друга как две капли воды дням. Заходя за ворота засыпающего города, Путешественник уже знал, куда будет лежать его путь — до небольшой съемной комнатушки на втором этаже «Кошкиного хвоста», где Итэр оставил в маленькой кроватке уже крепко спящую Паймон. — Я скоро вернусь, только заберу награду за наше задание… — тихо произнёс он, отправляясь на последнюю на сегодня остановку — до стойки «Гильдии искателей приключений», где его, как всегда, встречала вечно бодрая Катерина. О секретарше гильдии ходит множество слухов. Она будто бы никогда не спит, не берёт отпусков, и даже перерывов на справление нужды, всегда наблюдая за прохожими из-за своей лавки, встречая их бессменным: — К звёздам и безднам! Чем могу помочь сегодня, Итэр? Пока он ходил туда-сюда успело стемнеть, но тем не менее лицо девушки освещали размещенные по бокам стойки небольшие фонари. Безэмоциональное лицо Катерины смотрело на него, а свет и без того делал её фарфоровую кожу более похожей на кукольную. Однако это не было настолько далеко от правды, поскольку всеми известный секретарь никогда и не была живой. — Здравствуй, я пришел за оплатой поручений, — ответил Итэр. — Верно, все задания выполнены, — Катерина достала из сундучка награду и положила её на стойку. Перед Итэром лежал мешочек моры и парочка обломков лазурита Варунада. — Спасибо, жду ваших дальнейших успехов, — сплела пальцы в замок Катерина, завершая разговор. — Эй, это что такое? — раздраженно сложил руки на груди Итэр. — Где примогемы? — Они не числятся среди оплаты ваших поручений, — ровно ответила Катерина, смотря словно сквозь него. — Вот же гадина! — пробурчал Итэр уложив «оплату» в карманы, а затем посмотрев по сторонам и убедившись, что Марджори закрыла лавку и поблизости нет стражников, запрыгнул за стойку. «Видимо, придётся работать сверхурочно…» — подумал он, пробираясь под подол платья невозмутимой Катерины. Путешественник давно усвоил самый верный путь заработка бесценных Камней Истока — для этому ему нужно выполнить нехитрое задание лично для секретаря гильдии. Мог бы он в ином случае подумать, что Катерина на самом деле никогда не носит трусики? Скорее всего нет, и этот факт о живой кукле он усвоил уже на собственном опыте. Свет от фонарей был тусклым, но достаточным чтобы блондин мог хорошо всё рассмотреть. В скрытых от посторонних глаз местах кожа Катерины была такой же кукольной — две идеально гладкие складки без намёка на посторонние волоски. Однако в ней было нечто такое, чего Путешественник никогда и ни с кем не испытывал: оказываясь в её подчинении этой дамы и стоя перед ней на коленях, критическое мышление покидало светловолосую голову. Делал он это без особого желания, но при этом не мог остановиться. Руки Итэра держатся за бёдра Катерины, а язык подневольно тянется к, пожалуй, самому живому месту её тела. Катерина никак не препятствовала, стоя на своем месте, будто бы в ожидании нового искателя приключений. Даже когда язык Путешественника прошёлся по слегка влажным складкам, она не издала не звука, словно ничего не происходило. Не отрываясь от девушки, перчатки одна за другой полетели куда-то вниз к ногам секретаря, а пальцы проникли внутрь, изучая нутро Катерины. — А ты, значит, ждала моего возвращения, — с лёгкой издёвкой лицо Итэра показалось из-под зелёной юбки. Однако вместо ответа она прижала его ближе к бедрам, оставляя слова Путешественника без ответа. Дышать стало труднее, ведь нос блондина оказался вплотную вжат в промежность девушки, непривычно тёплую по сравнению с остальной, прохладной поверхностью её тела. «Тот, кто её сотворил, явно не просто так добавил такие функции», — думал Путешественник, пока его пальцы двигались внутри ритмично сжимающегося влагалища. Тем не менее, остальное тело Катерины никак не реагировало на действия Итэра, и он даже начинал сомневаться, что его труды приведут к желаемому результату. Стремясь добиться хоть какой-либо реакции, губы парня впились в уплотненную точку, расположенную между складками. «Кажется, сработало…» Ноги секретаря задрожали, а дыхание стало не настолько ровным, но никакой другой реакции не было. Однако понимая, что он находится на правильном пути, Итэр продолжил. О том, чтобы Путешественник тоже получал удовольствие от процесса, речи и не было. Как только его рука тянулась к бугорку на штанах, блондин получал носком туфлей по запястью. Кажется, еще немного, и удар придётся по самому драгоценному… Поэтому приходилось терпеть и надеяться на возможность ощутить разрядку уже после выполнения «поручения». Однако этой дивной ночью не спали не только Катерина с Итэром. Из закрытой «Доли ангелов» вышли двое мужчин, направляясь по центральной аллее к выходу из города. Один вёл другого под руку. Голос сопровождаемого ясно намекал на то, что тот был «навеселе». — Да я же тебе говорю, я как-то застал Джин переодевающейся в своем кабинете. — язык Кэйи заплетался, а сама походка не могла утверждать об устойчивости. — У неё определенно лучшие сиськи во всем Монде. — Хорошо-хорошо, я тебе верю, Кэйа, — Дилюк добросовестно тянул захмелевшего капитана Кавалерии. — А ты ещё сохнешь по Барбаре? — Кэйа говорил не слишком громко, но на пустынной улице его было прекрасно слышно. — Возможно её «малышки» ещё вырастут. Итэр ощутил поток от горячего воздуха. Кажется, Кэйа ступал по очень хрупкому льду, чем вывел из себя Рагнвиндра, который, впрочем, не спешил пересчитать тому зубы. Шаги приблизились, проходя мимо и постепенно отдаляясь. Итэр постарался абстрагироваться от разговоров, почувствовав лёгкий толчок носком туфли Катерины к своим ботинкам. Возвращаясь к «работе», он намеренно задел точку внутри девушки, заставившую её ноги задрожать и сорвать тихий стон с ее губ, который она тут же приглушила ладонью. Однако его хватило чтобы обернулся Кэйа, взглянув на секретаря которая тянулась куда-то к юбке. — Итэр, трудись усерднее, — послышался насмешливый голос Альбериха. Всё это звучало словно шутка, заставившая Путешественника дёрнуться, ведь Кэйа не мог заметить его за стойкой. — К чему это? — Дилюк подоткнул названного брата чуть сильнее, пока тот не полез ещё к Катерине. — Я слышал, как стражник рассказывал, что Итэр давно оказывает гильдии особые услуги, — голос Кэйи удалялся, а значит они ушли. Ладонь Катерины проскользнула под юбку, опускаясь на его затылок и зарываясь в волосы, немного дёргая длинную косу. В голове парня кружилось бесчисленное количество вопросов, смешиваясь с противоречивыми чувствами. Когда они узнали, и насколько много им известно о его ночных похождениях? Впрочем, ничего из этого не заставило Итэра прерываться. Похоть опьяняла, и он сам был вынужден себе признаться, что ему это начинает нравиться. Подсознательно он даже надеялся, что за старательность, с которой он зарывается в Катерину языком, она его может наградить. И не только лишней парой примогемов, а может и чем-то большим?.. Меры предосторожности были секретарю не чужды, и лишь убедившись, что в округе точно нет никого, кто мог бы им помешать, позволила себе ненадолго выйти из привычного холодного и отчужденного образа, реагируя мелкой дрожью по всему телу, прерывистым дыханием и редкими сдавленными стонами на, несомненно, приближаемый действиям Итэра оргазм. Иногда и живой кукле не чуждо что-то человеческое. — Ну как, я хорошо потрудился? — спросил Путешественник, выглядывая из-под юбки Катерины, всё ещё стоя перед нею на коленях. По блеску в его глазах и румянцу на щеках было ясно — надежда на достойную оплату стараний его ещё не покинула. — Достаточно, — кивнула Катерина, доставая сундучок и передавая ему десять Камней Истока. Итэр забрал заслуженную награду и перемахнул через стойку собираясь уходить, поскольку сама Катерина точно не станет ему помогать справляться с возбуждением. — Да, чуть не забыла, — окликнула его секретарь, привычным жестом складывая руки, — не забудь, тебя ещё ждут Катерины из Ли Юэ и Сумеру, а Дайнслейф просил поторопиться, поскольку ждёт тебя уже второй месяц в Разломе. Советую внять его просьбе, поскольку он был очень взбешён. — Да вы издеваетесь! Итэр рухнул на брусчатку, на что Катерина лишь дернула уголком рта, сдерживая ухмылку.