Carrow_family

"А в этот Хеллоуин ты, Амикус, будешь зайчиком. А ты, Алекто, - феей" Мерлин! Конечно, Алекто знала, что спорить с Милордом - глупо и совершенно бессмысленно, но эта идея ей нравилась еще меньше, чем в тот момент, когда Господин озвучил свое желание. Несомненно, их роли не были самыми страшными - Люциусу предстояло быть красной шапочкой, Северусу выпала роль серого волка, а Долохов - как и на многие праздники- должен был нарядиться медведем и притащить с собой кучу матрешек. Да даже Амикус в образе зайчика - пусть и мертвого - был ничего так, но фея!.. - Ну причем здесь фея? Это же Хеллоуин! Почему мне нельзя было просто нарядиться каким-нибудь чудищем лесным? Да хоть кикиморой! Почему фея?! Еще и в розовом! - кричала Алекто, нарезая круги по комнате. Амикус сидел на кровати и делал вид, что не слышит воплей сестры, которая к тому моменту разошлась не на шутку. Его тоже не устраивал образ, придуманный Милордом, но он не был психом и не собирался озвучивать это вслух. - Да ладно тебе, Ал, - улыбаясь произнес Кэрроу, - ну походишь вечерок в розовом, жалко что ли? Белла вон хотела быть в костюме страстной вампирши, а ей достался домовой эльф. - Отвали, а? - Алекто не собиралась успокаиваться. - Пусть Белла достает Рудольфуса... - Ага, а ты - меня, я так подозреваю, да? - В этот момент старшему из парочки Кэрроу пришлось уворачиваться от подушки, которая летела ему прямо в голову. - Слушай, я не сомневаюсь в твоих способностях метать вещи, но можно не делать меня мишенью? - Нельзя! - прошипела взбешенная девушка. - Ну вот скажи мне: я и фея?! Это вообще как? - Элементарно, дорогая! Берешь платье, побольше блесточек и крылышки - фея готова. В комнате воцарилась гробовая тишина. Несколько минут Алекто смотрела на брата, пытаясь понять шутит он или нет. - Ты нормальный вообще? - Девушка подлетела к Амикусу и занесла руку, чтобы ударить, но пропустила тот момент, когда ее маневр раскусили и, схватив в охапку,повалили на кровать. Через несколько мгновений Ал уже лежала на спине и смотрела на своего братца, который нахально уселся сверху. - Что,не получилось, родная? - Амикус наклонился и практически прошептал это. - Думаешь, за столько лет я не научился предугадывать твои действия? - Ничего я не думаю, - обиженно, но уже практически спокойно, ответила девушка. - Просто не обязательно было меня доводить. - Это я тебя довожу? - Со стороны могло показаться, что Кэрроу действительно удивлен, но лишь его сестра знала, что в этой фразе полно сарказма. - Это ты себя доводишь. И заводишь! Последнее предложение вызвало очередной всплеск гнева у Алекто. - Завожу? Да хватит уже говорить об этом! Меня сейчас волнует дру... - А меня, - Амикус моментально перебил сестру, - волнует какое белье сейчас на тебе. И есть ли оно вообще? Совершенно не стесняясь и не дожидаясь пока Ал что-то еще скажет, он начал расстегивать мантию сестры. Взгляд, полный ненависти, ни капли его не смущал и лишь заставлял кровь быстрее бежать по венам. Покончив с застежками, Амикус отбросил ненужный - пока - предмет одежды в сторону. Как он и предполагал, под мантией не было платья - лишь прозрачный пеньюар, который не скрывал ничего и - по сути - необходимости его надевать даже не было. - Ты специально? - тяжело дыша произнес Кэрроу, смотря на девушку, которая продолжала упрямо молчать и сверлить брата взглядом, полным ненависти. - Ты знала, чем это все закончится! Молча пожав плечами, Алекто попыталась спихнуть с себя Амикуса, который сегодня - по ее мнению - перегнул палку в своем хамстве и наглости. А вот этого парень уже не мог простить. Все что угодно, но не игнорирование и отказ. Секунда и палочка оказалась в руке. Молчаливая дуэль взглядами продолжалась еще несколько минут, после чего Ал отвернулась, так и не произнеся ни слова. - Знаешь что, мне совершенно не нравишься такая ты, - наконец произнес Кэрроу. И эти слова обожгли девушку, как удар плетью. - Лучше кричи, ругайся, пытайся меня ударить, но не молчи! "Палочка в руке - не лучший способ уговорить девушку на секс, mon Ami. Что дальше? Империо?" - мысли мелькали в сознании Алекто. Она совершенно не собиралась произносить это вслух. В кои-то веки она была обижена невниманием брата и полным игнорированием ее проблем. Ее просто достало, что раз за разом все происходит именно так. - "Пусть помучается немного- ему полезно" Тишина в комнате стала давить на сознание и постепенно становилась пугающей. Казалось бы, что может напугать таких волшебников, как Кэрроу, но им обоим внезапно стало не по себе. Да и происходящее между ними в текущий момент, тоже не добавляло оптимизма. С этим нужно было что-то делать, и решение, как всегда, пришло спонтанно. Пока Алекто сверлила Амикуса взглядом, тот отбросил палочку в сторону и резко перекатился на спину. Он прекрасно знал, что его сестра любит контролировать процесс, даже если она сама в этом не хочет признаваться. Да и он сам привык смотреть на нее снизу вверх, по-крайней мере, в постели его это точно устраивало. Притянув девушку к себе, он поцеловал ее, ожидая, что та ответит. Но полное безразличие со стороны Алекто начинало раздражать и, соответственно, заводить. Решив следовать спонтанно-заданным правилам, Амикус решил не произносить ни слова, пока Кэрроу-младшая сама не заговорит. Но та лишь упрямо смотрела на него, не собираясь произносить ни звука. "Что ж, я могу сделать это и молча, но я все равно заставлю тебя стонать" Не сводя взгляда с сестры, он принялся расстегивать рубашку. Медленно, не торопясь и не произнося ни звука. Ему повезло, что он валялся на кровати без брюк и процесс не слишком затянулся. Осталось избавить сестричку от ее слишком откровенного предмета одежды, который был абсолютно бесполезен как сейчас, так и до этого. Ами вообще не понимал необходимости надевать на себя что-то прозрачное, но всегда любил, когда Ал так делала. А девушка тем временем не сопротивлялась, когда ее раздевали. Правда от мимолетных прикосновений по телу пробегали мурашки, но она искренне надеялась, что Кэрроу настолько увлечен, что не заметит этого. Но он заметил, а точнее почувствовал. И вот они предстали друг перед другом в очередной раз. Только сегодня все сильно отличалось от обычного времяпрепровождения. Затянувшееся молчание стало своеобразным символом сегодняшней ночи. Амикус медленно поднял руку и убрал прядь волос, упавшую на лицо Алекто. Она была прекрасна в своем молчаливом гневе. Не убирая руку, он провел по щеке девушки, едва коснулся губ и успел убрать пальцы до того момента, когда Ал подалась навстречу. Он знал, что теперь она никуда не денется. Она уже хотела его и сейчас готова была сделать все, лишь бы он не останавливался. Невесомый поцелуй в губы, затем чуть ниже. Он целовал ее плечи, ключицы, прикусывал соски. Оставляя как всегда свои метки, он прижимал ее к себе, словно боясь, что девушка исчезнет и все это окажется наваждением. Амикус прикасался к каждому миллиметру кожи сестры, он хотел ее полностью, всю без остатка. Внезапно Кэрроу почувствовал сильный толчок, затем секундное замешательство и он понял, что не может пошевелиться. Открыв глаза, он увидел ехидно улыбающуюся Алекто, которая как раз заканчивала привязывать его руки к спинке кровати. Самым волнующим моментом было продолжающееся молчание. Затем Ал впилась в губы брата сладким поцелуем, давая понять, что она готов его простить, но для этого Амикусу надо постараться. Продолжая покрывать поцелуями тело любимого, девушка спускалась все ниже и ниже. В конце концов ее цель была достигнута - она ухмыльнулась и едва ощутимо коснулась языком головки члена. От внезапного прикосновения Амикус дернулся, подался бедрами вперед, но Алекто уже выпрямилась и с улыбкой покачала головой. "Нет, мой хороший, так не пойдет" Ал умела быть нежной, особенно в те моменты, когда ей это было нужно. Конечно, зачастую она предпочитала этого не делать, но иногда то самое настроение приходило само и проще было подчиниться, чем спорить с собой. Она покрывала тело брата поцелуями, периодически царапая нежную кожу ногтями. А в какой-то момент, просто позволила себе сделать то, что они с Амикусом давно хотели. Она позволила ему войти в нее. Нежно, аккуратно и словно сомневаясь. Неторопливые движения вверх-вниз, капельки пота, скатывавшиеся по телу... Этой ночью она позволила им быть настоящими, любящими и прекрасными. Синхронные движения, учащенное дыхание, сбивающееся каждые несколько дюжин секунд. Алекто чувствовала такую восхитительную легкость. Она чувствовала его в себе. Любимое ощущение, если уж на то пошло. С каждой секундой все быстрее, все нетерпеливее. И стон, сорвавшийся с ее губ, вызвал довольную улыбку у Ами. И оглушительный оргазм, последовавший за этим, вызвал сладкую дрожь во всем теле. Она чувствовала, как пульсирует член брата внутри всей ее сущности. И она знала, что это далеко не последний раз, когда они близки. Секс после ссоры - любимое развлечение Кэрроу. Ради этих искр в глазах и полного удовлетворения, они готовы ругаться хоть каждый день. Но слишком хорошо - не всегда хорошо. Это брат и сестра Кэрроу знали наверняка.