Пока плакал дождь

      Вьетнам откровенно слал его нахуй.       Смотря прогноз погоды в Сеуле, Тэхен внутренне ликовал в ожидании ослепительного солнца, которого так не хватало зимой его коже, а также душе. Но стоило сойти с трапа и все предвкушение солнечного отдыха слетело в ебеня. Начанг встретил гостя порывистым ветром и, казалось, бесконечным сезоном дождей, с лихвой отражал сердечные терзания. Будто все слезы, выплаканные в Сеуле, решили пролиться здесь, на полуострове.       Блядство…       Можно подумать, погода решила утопить Тэхена в собственных печалях. Будто разрыв отношений недостаточно вогнал его в уныние и нужна дополнительная 5D-опция, чтобы прочувствовать еще и физически.       Их отношения с Чимином уже давно дали трещину, а вскоре прилетела очередная оплеуха, в виде сообщения на смартфон:       «Детка, жду, когда мы снова встретимся🖤💋»       Сердечко… Чмок… Сука…       Не сказать, что Тэхен сильно любил Чимина, хотя… Любил, конечно… Когда-то, даже слишком… Теперь же это подобие любви больше походило на болезненную привязанность. Отличный секс только усугублял ситуацию, не давая возможности вырваться из пут зависимости. Надо отметить жирным шрифтом, он был и правда хорош! Вот только не для Чимина, который с полной отстранённостью пару раз в неделю вколачивал в Тэхена, постоянно поглядывая на телефон. В конце концов, однажды экран выдал желаемое. Бинго! Всплывающее окно с мерзкой подписью «Хен», ну, а содержание вы уже знаете.       Отрицать очевидное больше не получалось. Тэхен помнит, как, прочитав послание, швырнул злосчастный гаджет об стену («повезло, что не в голову», подумал тогда Тэ), а в ответ получил пощёчину. Он машинально потер лицо. Фантомные боли, так обозвал это явление гугл. Хотя, на самом-то деле жгло не тут, а глубоко в грудной клетке, где бьется обиженное алое. Оно горело и тянуло, от чего дышать становилось тяжело, а к горлу предательски подкатывал ком обиды. В такие мгновенья защитный кокон рвался и наружу выползали многочисленные воспоминания, щекоча своими ядовитыми пушистыми лапками каждую нервную клетку. Яд распространялся мгновенно. Добравшись до сердца, он усыплял рациональное, давая волю эмоциям и тогда начиналось… «А ведь в начале все было волшебно…»       А ведь в начале все было, твою мать, волшебно! Они души друг в друге не чаяли, удовлетворяя любые капризы, балуя подарками и вниманием. Чимин был таким щедрым! Пальцы машинально потянулись к цепочке с кулоном в виде полумесяца. Подарок на очередную годовщину. 3 года… Тэхен слышал, что в этот период пары переживают кризис и нужно просто переждать. В этот момент обычно к жалости подключается надежда "может все еще наладится"? Ведь они были так счастливы! Когда-то… Были… Они смотрели вместе фильмы, обсуждали новости, обожали брать холодный кофе в кафе и бродить по улочкам, и даже пару раз поднимались в горы с палаткой. Много целовались… Боже, как же они целовались… Башню сносило напрочь. Приходилось спешно искать укромное местечко, чтобы уединиться. Чимин был особенно хорош в поцелуях и не только… В минете, например, он был просто боженька. Где он только это не вытворял. Однажды их выгнали с киносеанса из-за того, что Тэхен громко кончил, а Чимин, не ожидая такой быстрой реакции, не успел снова взять в рот… Зато парень, сидевший впереди, хорошо всё распробовал, обернувшись на звук не в самый удачный момент. Мда…       К черту!       Тэхен махнул рукой, словно прогоняя ядовитых насекомых и развеивая остатки отравы счастливых воспоминаний.       К черту! К черту Чимина! Тэхен так решил и поэтому он здесь. Хочет забыться, развеяться и переключиться. Найти, в конце концов, смысл ебаной жизни (что там обычно ищут все отчаявшиеся), научиться заново дышать, тоже не помешало бы. Вот только нескончаемые дожди нарисовались плотной стеной между Тэхеном и его новой счастливой жизнью.       О его поспешном отъезде знал только лучший друг. Хосок был в теме всего происходящего в жизни Тэхена и хотел было отправиться с ним, но отпуск ему не дали, сославшись на приближающуюся выставку. Хосок был художником, и хоть у него все было давно готово, директору было спокойнее, когда тот был рядом.       Начальство в виде возлюбленного — такое себе начальство… ________________       После заселения в номер гостиницы и прохладного душа Тэхен завалился на кровать. Спать не хотелось. Он взял с тумбы пульт и стал переключать каналы: новости, сериал, магазин на диване, мультики… Взгляд его привлекла реклама, где мужик пришёл в салон сводить татуировку. Тэхен бросил взгляд на свое бедро. На нем красовалась татуха, которую он набил в самом начале отношений, в знак их с Чимином бесконечной любви. Тэхен с досадой хмыкнул. Мда… Бесконечной… Надолго же ее хватило.       В пекло!       Он вернул взгляд к телеку. На экране был указан адрес салона. Знак? Да похуй, пусть будет он. Тем более, если верить смартфону, салон находился где-то неподалёку.       Натянув одежду, Тэхен вышел на улицу. Зонт он, конечно, не взял… Да и какой зонт, когда отправляешься на солнечный курорт? Плевать. Пробежав пару переулков под проливным дождём, он наконец решил, что с него довольно. Черт его дёрнул искать этот гребаный салон в такую погоду! Дождь застилал глаза, все вывески сливались в неразборчивую массу, а смартфон вообще лучше не вытаскивать. Полностью запыхавшись от борьбы со стихией, он вбежал в первую попавшуюся дверь, чтобы немного перевести дух. Достал телефон и начал пытаться мокрыми пальцами, снять блокировку. Не получалось. Вода с носа капала на дисплей, только усугубляя ситуацию. Прекратив бесполезные попытки, Тэхен решил осмотреться. Оказалось, он забежал в тот самый салон из телека: вот постер с мужиком из рекламы, в глубине виднеется черное кожаное кресло, стены завешаны различными эскизами. Типичный такой тату салон.       Углубляясь в мастерскую, Тэхен разглядывал эскизы один за другим, пока не обнаружил рисунок, очень напоминавший одну из работ Хосока. Он подошёл ближе, чтобы получше рассмотреть. И точно! Один в один, та самая картина! Это немного озадачило Тэхена, ведь работы Хосока весьма... своеобразные, и далеко не все находят в них истинное искусство. Он рисует… члены… да.       Как он сам объяснял другу:       «Я рисую не члены, а желание».       Оно и понятно, ведь все органы на картинах имели «характер» (обязательное уточнение от автора картин) и находились на пике экстаза. Кончали, в смысле. На данной картине был изображён член, который Тэхен не спутал бы ни с каким другим, потому что он был его собственным…       Кажется, это было на первом курсе универа. Хосок тогда только открыл в себе талант к рисованию членов и ему очень нужны были натурщики. Кто, как не лучший друг мог ему в этом помочь? Сколько же он бегал за Тэхеном, уговаривая попозировать! Даже пообещал никогда никому не показывать, да. Обещания дают, чтобы их нарушать. Тэхен запомнил этот жизненный урок навсегда… Прошло уже пару лет с тех пор, как на одной из выставок Хосока он обнаружил, что? Конечно же свой детородный орган.       Бинго!       Они не разговаривали пару недель, но все же помирились, когда друг рассказал, что продал работу за хорошие деньги и теперь сможет оплатить аренду студии. Тэхен подумал, что, раз его член сослужит другу пользу, то и насрать. Он позабыл этот инцидент, как страшный сон. Но что он видит сейчас?! Свой член в тату салоне во Вьетнаме! Твою ж мать…       — Понравился эскиз?       Тэхен дёрнулся от неожиданности и, ухватившись на какую-то металлическую стойку, завалился вместе с ней на кресло, так не кстати попавшее под ноги. Банка с непонятной жижей свалилась, обдав содержимым светлые брюки в самом художественном месте.       — Да твою ж мать! — выругался Тэхен, все еще пытаясь поймать гребаную емкость мокрыми руками.       — Давай ее сюда, растяпа. — Незнакомец ловко схватил несчастную банку и вернул на свое место.       — С-спасибо…       Хотелось провалиться сквозь землю, когда красавчик-незнакомец с прищуром оглядел Тэхена с ног до головы. Именно в такой последовательности. Пятно делало свое дело. Парень словно сканировал того, кто находится перед ним, и проведя анализ, заключил:       — Забей. Эта херня уже не выведется, — Он указал пальцем на пятно, — Идем, найду тебе во что переодеться.       Прежде чем Тэхен успел что-то ответить, парень скрылся за небольшой ширмой. Оставалось только следовать за ним.       Над салоном был второй этаж. Наверх вела крутая лестница. Тэхен решил держаться за поручни, чтобы, не дай боже, с ним еще что-то не приключилось. Второй этаж оказался мансардным: угловатая крыша, из потолка выходили деревянные балки, а сквозь окна в пол открывался красивый вид на пляж. Впервые Тэхен отметил красоту Вьетнама.       Тем временем, незнакомец, полазив по шкафу, достал черные треники с футболкой и боксеры. Заметив смущённый взгляд, объяснил:       — Думаю они тоже пригодятся, ты промок насквозь, а местная влажность долго не даст просохнуть одежде. Лучше переодеться. Получив согласный кивок в ответ, добавил:       — Вон там, — Указывая пальцем в сторону, — Есть душ. Полотенце свежее на крючке, я только повесил. А там, — Палец переместился в сторону напротив, — Кухня и кофемашина. Надеюсь, управишься? У меня сейчас клиент, так что ближайший час буду внизу, располагайся. — Он уже собрался удалиться, но развернулся и добавил, — Забыл представиться. Я Чон Чонгук. А тебя как звать?       — Член… В смысле, Тэхен! Я хотел сказать… Я Ким Тэхен. — И быстро прикусил губу, чтобы больше ничего не ляпнуть.       О Господи! Член! Что в его голове?!       Чонгук, подавив смешок, посмотрел на Тэхена, но воздержался от комментариев. Смущать еще больше беднягу совсем не хотелось. Он и так походил на мокрого зашуганного шпица. Поэтому поспешил удалиться, оставив парня наедине с душем и кофе машиной, в надежде, что тот больше ничего не разрушит.       Тэхен решил осмотреться позже, сейчас хотелось поскорее снять с себя мокрую одежду и принять душ, уже второй раз за день. Третий, если считать ливень за водные процедуры. Зайдя в ванную, он скинул с себя безнадежно испачканные брюки. Стаскивать их оказалось той еще задачкой. Пришлось расположиться на толчке и стягивать штанины по очереди. Расправившись с низом, он принялся за футболку. Тут все оказалось немного проще. Тело пробило на озноб, и он поспешил включить теплую воду. Вьетнамские названия на баночках было невозможно разобрать, поэтому он просто взял мыло, отметив для себя, что оно приятно пахло апельсином.       Закончив с ванными процедурами, он вышел в комнату и направился в сторону кухни. Комната была небольшой, но все в ней было продумано до мелочей. Тэхену было здесь намного уютнее, чем в номере отеля. Даже странно… Ему сделалось по-настоящему комфортно, а душевные терзания стали беспокоить чуть-чуть меньше.       Заварив себе любимое капучино, он забрался с ногами в огромное кресло, что стояло возле панорамного окна. Вид был потрясающий! За окном лило, как из ведра. Волны сходили с ума, то погружая берег в свою пучину, то вновь отступали, превращаясь в густую пену. Зрелище завораживало. Погрузившись в свои мысли Тэхен не заметил, как прошел уже целый час.       Чонгук вернулся, как и обещал. Подойдя к креслу, он заметил, что у Тэхена прикрыты глаза. Вот растяпа. Сейчас кофе прольет и придется снова мыться. Поспешил бы, знай, что это будет уже четвертый раз… Он потянулся за кружкой, слегка коснувшись тонких пальцев гостя. Кожа оказалась такой нежной и теплой. Согрелся. Это хорошо.       Чонгук никогда не приводил в свой дом незнакомцев. Единственным, кроме него самого, кто лишал кофе машину действенности, был Юнги. Но с ним уже давно покончено. Уже год прошел с тех пор, а на душе все еще скребутся кошки. Он сам виноват, конечно. Тогда Чонгуку казалось, что их отношения — забава. Он мог по долгу не отвечать на смс, не брать трубки, приходить, когда вздумается и уходить так же. Даже не сомневаясь, ему будут рады всегда. Вот он и ушел однажды, а обратно его уже не приняли. Мда… Кошка, которая гуляет сама по себе в конечном счёте получает по шее ботинком.       Чона выдернуло из воспоминаний внезапное прикосновение. Тэхен, не открывая глаз, взял его ладонь и ласково потерся о нее щекой, словно благодаря за заботу. Гук перестал дышать, боясь спугнуть. Парень перед ним казался таким беззащитным, что сердце пропустило удар. Уж кого-кого, а себя Чон точно не мог причислить к людям, заслуживающих добра или к тем, кто это добро дарит другим. А этот, растяпа, даже понятия не имеет, что за тип перед ним, но все больше льнет к его руке, как потерявшийся щеночек.       Чонгук не мог оторвать глаз от его пушистых ресниц, слегла подрагивающих. Пухлые губы были чуть приоткрыты, а на шее пульсировала венка. Казалось, сердце Гука стало вторить ей в такт. Он стоял и разглядывал Тэхена, словно произведение искусства. Его еще влажные волосы, упавшие на лицо, и ровное дыхание которое было отчетливо слышно в тишине… Все в нем было чертовски сексуально. Такой картины давненько не было в его доме. Внизу стало невыносимо тянуть, а член дернулся, упираясь в ширинку узких джинс. Поставив кружку на кофейный столик, он присел на корточки рядом и отодвинул челку с все еще закрытых глаз. Волосы пахнут апельсином. Что же ему снится? Наверно что-то очень приятное…       Словно отвечая на его мысли, Тэхен открыл глаза. Во взгляде его не было ни капли напряжения. Казалось, между ними было полное взаимопонимание. Их глаза сообщали друг другу больше, чем могли бы описать слова. Обиженный и обидевший… Ким смотрел на Чонгука, все еще прижимая к щеке его руку. Затем, медленно проведя по ладони приоткрытыми губами, он опалил ее теплым дыханием, от чего у второго пробежали мурашки, а в штанах стало совсем тесно. Тесно становилось и комнате. Гук был так близко, что их губы почти соприкасались. Но он решил оставить возможность для Тэхена передумать. А может быть, эта возможность была для него самого?       — Могу я…поцеловать тебя? — голос Тэхена слегка осип от долгого молчания.       — Пожалуйста…       Тэ запустил ладонь в длинные темные волосы Чонгука, обхватив затылок и, закрыв глаза, притянул его лицо к себе. Сначала нежно, едва касаясь, он лизал и покусывал мягкие податливые губы. Затем, уже более уверенно, углубил поцелуй, периодически посасывая скользкий язык и лаская языком небо. Гуку это нравилось. Тэхен понял это, услышав, как на очередную ласку тот ответил низким мычанием, словно благодаря. Тэхену давно не было так хорошо… Внутри все горело огнем, а возбужденный член терся о ткань штанов. Как же хотелось их поскорее снять, ну или… чтобы кто-нибудь сделал это за него.       Забрав инициативу в свои руки, Чонгук поддел нижний край чужой футболки и стал медленно вести ладонями вверх, пока не достал до твердых бусинок сосков. Он сажал их между пальцев. Тэхен прерывисто вдохнул.       Гук, довольный реакцией, поспешил снять с него чертову футболку и швырнул прочь.       — Это нам только мешает. — Прошептал он в приоткрытые губы.       Сегодня ему явно повезло. А может он сделал что-то поистине благородное, приютив и обогрев длинноногого потеряшку? Тэхен был невероятно красив. Руки так и тянулись к его телу. С влажным чмоканьем поцеловав парня, Гук стал спускаться ниже. Нежно прикусывая скулу, он все ближе и ближе подбирался к примеченной ранее венке на шее и, наконец, уткнувшись в нее носом, жадно втянул цитрусовый запах:       — Кажется, кто-то предпочел мыло?       Тэхен поежился от дыхания в шею и лишь промычал невнятное «Угу», прикусывая нижнюю губу. Ладони хозяина мыла бесконтрольно оглаживали его бедра, а сам Чон наклонился к животу и широкими мазками стал облизывать впадинку солнечного сплетения, следом переходя от одного соска к другому, поочередно втягивая упругие пуговки. Теперь уже Тэхен приглушённо простонал и отклонился назад, давая больше простора умелому влажному языку. Одну руку он снова запустил в волосы Гука, от чего ощущал каждое движение его головы. Он не пытался вмешиваться, давая второму полную свободу действий. Лишь перебирал его густую гриву. Тэхену так нравилось то, что вытворяет хозяин салона, что уже почти поскуливал от нетерпения. Бедра ерзали по креслу взад-вперед, от чего член в штанах характерно терся о грудь Гука.       Тэхен мог быть в любом положении, снизу, сверху, это не имело значения. Он кайфовал и, будучи трахнутым, и трахая сам. Ситуации всегда сами диктовали правила. В этом он находил сексуальную игру еще более увлекательной. Вот только с Чимином экспериментов не получалось, приходилось довольствоваться тем, что есть. Чонгук в этом вопросе тоже был свободен, но все же предпочитал быть сверху. Он оторвался от жаркого тела. Треники, что он дал гостю, конечно удобная штука — достаточно только оттянуть резинку. Но ему хотелось больше, поэтому он не церемонясь стянул их и отправил вслед за футболкой. Тэ прикусил внутренне ребро ладони и не смог удержать стон.       — Уже так не терпится? — Игриво поинтересовался Чон.       Тот зажмурился и несколько раз коротко кивнул.       — Потерпи еще немного. Сначала я хочу узнать твой вкус.       У Гука и так был очень приятный голос, но, когда он говорит подобные вещи внутри все сводило от возбуждения. Тэхен не привык к долгим ласкам. С Чимином разговор был короткий, грубый и порой даже болезненный. Сейчас же он плавился от обилия ласк. Член сильно пульсировал и истекал предэякулятом. Боксеры становились влажными. На лбу вышла испарина, то ли от Вьетнамской влажности, то ли из-за горячего партнера рядом.       Чонгук пробежался взглядом от стройных бедер, обратив внимание на маленькую татуировку в виде полумесяца, до прикусанной ладони во рту. Полуприкрытые веки и опьяненные желанием темные зрачки Тэхена говорили сами за себя. Он сгорал от возбуждения. Кожа его местами блестела от слюны, словно секретная карта, начерченная опытным охотником за сокровищами. Не хватало только последнего отрезка до нужной координаты. Чонгук просунул пальцы за резинку боксеров и аккуратно снял их, специально задев нежную головку. От прикосновения живот Тэхена напрягся, а сам он с шипением втянул воздух.       — Шшш… Я не кусаюсь. — С улыбкой протянул Гук и вернулся к делу.       Странное чувство возникло, будто он уже где-то видел этот член... Длинный, но чуть тоньше его собственного. Набухшие вены и.… шрамик... Его то он точно уже видел и.… кажется, вспомнил где... Картина! Ну конечно! Гук купил ее несколько лет назад на выставке в Сеуле. В тот год он вернулся в Корею, ко дню рождения бабули. Узнав о необычном художнике Чон Хосоке, ему очень захотелось посмотреть на его работы. Среди множества членов, ему особенно приглянулся тот, на котором был маленький шрамик. Этот небольшой изъян придавал картине реальности. Все остальные были словно на подбор, но этот... Это был ничуть не хуже остальных, так же красив, возбужден, блестел от смазки, да. Вот только при этом имел уникальную историю... Чонгук купил картину и привез с собой во Вьетнам. А теперь он видит ее целиком, а не только часть. И это елозящее по его креслу произведение искусства сводит с ума от возбуждения.       Тэ выгнуло назад, когда влажные губы хозяина (уже не мыла и не мастерской, а его собственного), проложив влажную дорожку поцелуев по бедру, обхватили головку члена. Язык сделал несколько оборотов по венцу головки, слизывая выступившую смазку, а затем размашистыми движениями, в паре с губами, заскользил вверх-вниз. Стоны вырывались сами собой, стало трудно дышать. Вверх-вниз... Тэхен закинул руку за спинку кресла и вцепился пальцами в мягкую ткань. Вверх-вниз... Воздух рывками выходил из легких. Это было слишком хорошо. Даже лучше, чем с… Да черт с ним! То, что вытворял Гук с его членом не шло ни в какое сравнение. Рот Тэхена наполнился слюной. Он бесконца покусывал губы, что те уже болели. А бедра и вовсе стали жить своей жизнью, вгоняя член прямиком второму в горло. Чон не сопротивлялся, наоборот, позволял делать гостю все, что захочется, предоставляя свой прекрасный рот в полное пользование. Он был гостеприимным хозяином…       Тэхену было все равно, быть трахнутым или трахать самому. Это верно. Но ТАК трахать себя не позволял ему еще никто. Он вколачивал наотмашь, до тряски в коленках, а тот принимал его до основания, с громким до неприличия хлюпаньем. Чонгук почувствовал, как напрягся Тэ. Потеряшка был близок. Скользнув руками по бедрам, он добрался до мошонки, слегка сжав ее. Тэхена передернуло, и громкий хриплый стон вырвался из горла:       — Ах… Чонгук... Ммм…       Сотрясаясь всем телом и покрываясь мурашками, он кончал. Чон принимал в себя все без остатка, даже не пытаясь отстраниться. Чувствовал, как по стволу пульсирует сперма. Дыхание Тэ прерывалось. Спазмы постепенно становились реже, сменяясь легкой дрожью в мышцах. С ума сойти можно… Он лежал и пытался восстановить дыхание. Гук облизал губы, довольный своей работой и, склонившись над гостем, нежно поцеловал его, делясь солоноватым вкусом. И с небольшой хрипотцой от горлового минета, добавил:       — Ты невероятно вкусный Ким Тэхен. Только не думай, что я так просто от тебя отстану…       Поднявшись с кресла, он подошел к шкафу и достал пачку презервативов и бутылочку смазки. Вернувшись, поставил все на кофейный столик и стал снимать одежду. Он поймал на себе голодный взгляд Тэхена. Тот следил за каждым движением и в нетерпении посасывал нижнюю губу. Ох уж эти губы… Чон не хотел спешить, хотя самого пробирала мелкая дрожь. Влажные волосы прилипали к шее. Расправившись с одеждой, он все же помедлил, давая гостю насмотреться. Широкие плечи, рельефный торс, перекатывающие в движении мышцы бедер и член… Тэхен еще не видел такого красивого члена. Головка была розовой от возбуждения и влажной, а размеры хозяйства не сулили ничего хорошего для Тэхеновой задницы. Гук увидел промелькнувший страх в глазах напротив, поэтому больше не тянул. Он подал руку гостю, пресекая любое сомнение. Тот принял, поднимаясь на ноги.       — Теперь моя очередь полежать. — Улыбнувшись уголком губ, сказал Чон.       Располагаясь на кресле, он положил голову на мягкий не высокий подлокотник. Тэхен отметил для себя отличный дизайн сего предмета интерьера и довольно крупный размер, готовый посоревноваться с небольшим диванчиком, но еще не понимал, что придумал его хозяин. Окончательно устроившись, Гук поманил потеряшку пальцем. Тэхен подошел ближе.       — Поставь колени сюда. — Он указал в угол, между его плечами и подлокотником.       Тэхен вопросительно уставился, все еще не понимая.       — Мы попробуем убить двух зайцев, — Пояснил тот. — Твоя голова будет здесь. — Продолжил он, указывая себе между ног.       Что? Тэхен видел такую позу только в порно. Нууу... и еще будучи подростком, когда стащил родительскую камасутру и принес в школу, показать Хосоку. Может это она так друга впечатлила? Ай, не важно! Но никогда ее не пробовал применять.       — Или ты собрался оставить меня без твоей ласки? — Наиграно надув губки, спросил Чон.       Тэхен отрицательно замотал головой и приступил к выполнению трюка. Борясь со смущение, он забрался коленями на кресло. Его задница оказалась прямо над лицом партнера. Неловко — это вообще не то слово! Но стоило ему увидеть возбужденный член перед носом, как эти мысли вдруг улетучились. Гук потянулся за презервативами. Достав из упаковки один, он передал его Тэхену, снова встретив вопросительный взгляд.       — Лучше подготовить все заранее, вдруг твоя фантазия разыграется в процессе. Не хотелось бы отвлекаться. — Пояснил Чонгук, подмигнув.       Лицо Тэхена залилось краской, он поспешил отвернуться. Есть что-то прикольное в этой позе… Стыдно, неловко, но…не видно…       Чонгук достал из пачки второй презерватив, открыл и натянул на палец. Смазка тоже пошла в ход, изливаясь вязкой жижей на пальцы, и отправилась следом за пачкой презиков к Тэхену. Задница у того была что надо. Кожа так и просилась, чтобы ее погладили. Гук так и поступил, а следом шлепнул по левой щечке. Тэхен от неожиданности зашипел, а ягодица расцвела легким румянцем. Чон пропустил довольный смешок и сосредоточился на главном. Колечко мышц было плотное — у Тэхена явно давно никого не было. Это чертовски возбуждало. Парень дернулся и прерывисто задышал, когда Гук прикоснулся к его дырочке пальцем и стал поглаживать, размазывая смазку и массируя тугие мышцы. Предстояло потренировать сдержанность и действовать максимально аккуратно.       — Тшшш… Расслабься, Тэхен. Я буду нежен, обещаю. — Успокаивающе прошептал Гук.       Убрав пальцы, он обхватил его за талию и подтянул ближе к своему лицу. Мокрый язык сначала мягко пощекотал колечко, а затем напрягся и вошел внутрь. Туда-обратно...       — Ох, Чонгук! Пожалуйста…       — Мммм… — Он обдал промежность теплым дыханием, а потом отстранился и добавил, — Ты такой сладкий, Тэхен-а…       Ох, божечки кошечки! Член у Тэхена снова встал колом. Парень еще никогда не был так смущен. Все его эротические фантазии собрались в одной комнате. Гук вернул пальцы к анусу и стал гладить, расслабляя мышцы и продолжая работать языком. Другой рукой он обхватил член дорогого гостя и стал медленно дрочить. Тэхен отдавался процессу с головой, и вскоре сам пытался насаживаться на пальцы. Расслабился, заключил Гук. Тогда он попробовал ввести один палец на первую фалангу, продолжая массировать нежные стенки и двигаясь внутри в такт своей второй руке.       У Тэхена подкосились руки. Он не понимал, куда себя деть и тяжело дышал. Нестерпимо захотелось не только принимать ласки, но и отдавать. Затуманенным взглядом он наткнулся на заветную баночку. Вот оно! Выдавив немного на ладонь, он смазал член Гука и поймав ритм стал водить рукой вверх-вниз по стволу.       Услышав одобрительный стон, он начал действовать уверенней и проскользил пальцами мимо мошонки к колечку мышц. Дотронувшись до него, Тэ почувствовал несдержанный толчок бедрами. Кому-то было очень хорошо…       Тэхен сводил Гука с ума. Мыча от наслаждения, он просунул второй палец в его задницу. Там было так тесно и горячо… В какой-то момент Тэхен хрипло вскрикнул и, вцепившись в бедра хозяина, уткнулся в них лбом. По его телу пробежала дрожь. Гук нашел простату и теперь продолжал воздействовать уже более уверенно, скользя и растягивая пальцами в глубине до упора.       Единственное, на что Тэхен был сейчас способен — это найти член хозяина губами и ласкать языком его влажную головку. С чем он прекрасно справился. Руки пробрались под задницу и сжали упругие хозяйские ягодицы. Тэхен стоял на локтях, с членом во рту, слегка двигая головой взад-вперед и втягивая щеки. Боже, что за великолепная картина! Член был внушительный, а Тэхен не был так хорош в минете, но все равно очень старался и выкладывался по-максимуму. Горло побаливало с непривычки. Гук, высунув пальцы и оставив член Тэ без внимания, схватился за его зад. Откинув голову назад, он начал размашисто подавался бедрами вверх. Вот и ответочка. Он был уже давно на пике. Тяжелое дыхание сменилось прерывистым. Бедра чуть разъехались в стороны, чтобы было удобней толкаться Тэхену в рот. Снова и снова. Воображение рисовало его припухшие и покрасневшие губы, обхватившие член. Он слышал почавкивания от слюней и смазки. Движения стали нетерпеливее и жестче. Вскоре все тело сжалось, как струна, вибрируя от накатившего оргазма.       — Тэхен… я… ах...       Ким стиснул его задницу, прижимая к себе. Член сокращался во рту, пульсацией выбрасывая семя. Гук весь вибрировал в его руках. Парень сглотнул, чувствуя языком, как ствол все еще подергивался во рту. Выпустил его, вытирая подбородок от слюней, и поднялся с кресла. Он стоял и смотрел на расслабленного Гука горящими глазами. Хозяин был чертовски горячим: ноги раскинуты в стороны, грудь тяжело вздымалась, а тело блестело от пота. Черт, какой же он ахуенный.       — Хочу тебя трахнуть. — Голосом, не терпящим возражений, сказал Тэхен.       Гук поднял голову и, приподняв бровь, промурлыкал:       — Кажется, мой гость вошел во вкус?       Тэхен подошел ближе, наклонился и поцеловал. Глубоко, развязно, пошло... даже слишком. А губы напротив еще хранили его вкус. Язык по-хозяйски блуждал по чужому рту: вылизывал, закручивал и нагло лез в горло. Гук ухватил Тэ за шею, слегка сжав пальцы. Заглушенный ответный стон вырвался в рот напротив. Блядь, как возбуждало! Не прекращая целоваться, они поднялись на ноги. Рука Тэхена коснулась плеча, намекая Чону повернуться спиной. С влажным чмоком губы отпустили друг друга и маневр был выполнен. Ким мягко подтолкнул второго вперед:       – Встань коленями на кресло. – Попросил Тэ.       Повинуясь, Чон встал, как велено и упёрся локтями в спинку.       В последний раз Чонгук был пассивом с Юнги. Лишь однажды. Но оказалось достаточно... Тот был "слегка" нетерпелив и, вероятно, именно это заставило Гука пересмотреть свои предпочтения. В целом секс-то ему понравился, вот только довериться окончательно партнеру не получилось. Почему-то, казалось, что с Тэхеном все иначе. Неуверенность гостя таяла на глазах. Из замерзшего щеночка он превратился в хищного зверя. То, как он смотрел на тату мастера минутой ранее, низким гулом отозвалось у того под ложечкой.       Ему хотелось подчиняться.       Тэхен взял с кресла презерватив, открыл и натянул на пальцы. Настала его очередь. Он часто облизывал губы. Встав на колени так, чтобы задница Гука была прямо напротив, он выдавил смазку меж ягодиц. Не давая ей стечь на пол, он размазывал ее пальцами. Гук прикусил губу и замычал, когда один палец оказался внутри. Тэхен был нежен и старался не торопиться. Хотя держать себя в руках было чертовски сложно.       – Еще немного, потерпи. – Уговаривая скорее себя, прошептал Тэ.       Чон подался назад. Его терпение, кажется, закончилось раньше. Опьяненный томным голосом Тэ, он двигался навстречу пальцам, одновременно наглаживая собственный член. Пальцы Тэхена скользили внутри, кружили по стенкам, раздвигались, ища то самое место. Пока, наконец, партнер не прогнулся в пояснице и, несдержанно вскрикнув "Ах...", вцепился в спинку кресла. Есть! Два пальца уже довольно свободно входили внутрь, зацепляя простату. Гука накрывало волной при каждом касании. Снова и снова... Тело трепетало от ощущений. Тэхен ввел третий. Тесно... Горячо...Сука... Невыносимо... Запомнив примерное расположение, Тэхен поднялся на ноги и, выдавив довольно много смазки на член, приставил головку ко входу.       – Какой ты ахеренный сзади, Гук... – Хрипло прошептал Тэ.       – Ммм...Тэхен, пожалуйста... – шепчет тот.       В горле пересохло от желания. Он напряженно сглотнул. Рука гладила ягодицу, слегка царапая ногтями. На коже оставались светлые следы. Ким наслаждался зрелищем. Извивающийся здоровяк, перед ним на коленях, с самой ахуенной задницей на свете. Эту картину хотелось сохранить в памяти...       Другой рукой он стал вводить член внутрь. Чон зашипел. Мышцы внутри сжались так, что у Тэхена голова пошла кругом. Но ствол не вынул. Собравшись с мыслями, он взял себя в руки и низко протянул:       – Тшшш... Я не стану торопиться. Только расслабься, Гук-и. Пожалуйста...       – Прости... У меня давно...       – Я знаю... знаю. Все в порядке. Разреши сделать тебе приятно...       Вторая попытка вышла более удачной, и член зашел на половину.       – Вот так... Хороший мальчик... – шептал Тэ, прислоняясь животом к спине и ища нужный угол.       Тэхен видел, как тот тяжело дышит и слегка дрожит. Нервничает, но... доверяет. Ким умеет быть нежным. Умеет отдавать. Жаль, Чимин так и не узнал его с этой стороны. Что ж, теперь все прелести достанутся другому. Тэ начал медленно двигаться. Обволакивающее чувство было восхитительно! Так туго и горячо... Легкими движениями он продвигался все глубже, пока наконец член не вошел до основания.       Гук такой сексуальный, горячий, влажный, отзывается Тэхену, насаживается и просит... просит больше, жестче. Мычит, стонет и выгибается под ним.       Поймав нужное положение, Ким рывком заполнил Чонгука и тот со стоном растекся по спинке кресла, отклячивая задницу. В глазах помутнело...       – Ах, Тэхен! Твою ж мать, как классно...       – Да, Гук-и, да... Какой же ты тесный...       – Еще раз так... Сильнее...       И Тэхен делает. Входит резко и вышибает стоны из второго. Снова и снова, выбивая последний воздух.       – Так тебе нравится? – сквозь сжатые зубы цедит Ким.       – Ох... Да, Тэхен-а, да...туда, еще! Ммм...       Гук больше не мог контролировать себя, вскрикивал все громче и почти падал. Тэ упёрся рукой в спинку, а второй придерживал его за талию, притягивая сильней, и вбивался грубо, глубоко и быстро. Голос у Чона охрип, дыхание через раз. Тэхен запустил ладонь ему в волосы и, прижав голову к креслу, подмял под себя. Бедра толкались со всей силы, бились о самую сексуальной задницу на свете. Сочные шлепки разносились по комнате. В сочетании со стонами - это была ахуенная музыка секса...       Чон не выдержал и протяжно застонал, изливаясь.       - Тэхен! Ынхх...              Перед глазами все плыло и разливалось бензиновыми пятнами. Тело не слушалось и, кажется, если бы Тэ его не держал, то он бы обмяк и упал. Ким сделал еще несколько резких толчков, продлевая оргазм Гука и подводя к нему себя. Пока через мгновенье низ живота не скрутил спазм, разливаясь по телу желанной эйфорией. Ноги дрожали. Стоять больше не было сил. Волна экстаза накрыла с головой, и он просто упал на Гука, утянув того за собой.       Так они лежали еще некоторое время. Обиженный и обидевший... Смотрели друг на друга и слова были лишними. А за окном все плакал дождь, отпуская чьи-то печали. Найдя друг друга в чужой стране, они прощались с призраками прошлого и писали свою общую, новую, возможно не самую романтическую, но определенно чертовски жаркую историю…