Обещаешь?

Пограничье. О, какое интересное место! Здесь я впервые задумался о смысле жизни, стоит ли мне пытаться вернуться в прежний мир, либо остаться здесь и создавать свои игры. Да нет, дело даже не в этом. А кто мной интересуется в том поганом мире, где людьми правит ложь и тщеславие? Здесь же всё наоборот. Тяга к жизни, страх не выиграть в игре и погибнуть. Эти испуганные лица, обращённые на игроков, навсегда запечатлелись в моей памяти. А ещё здесь очень прогрессирует природа. Когда я сюда попал, было всё, как тогда: деревьев мало, животные все в дикой природе, либо в зоопарках и заповедниках, а кому повезло, более домашние, оказались в надёжных руках и теплятся в уюте. Зато сейчас здесь будто бы апокалипсис. Каждый сантиметр начал зарастать зеленью, зелёные деревья вновь возвышаются над домами, а звери свободно гуляют там, где им захочется. И рыбакам здесь понравилось бы, ведь рыбы в водоёмах полно! В общем, здесь прекрасно всё. И сейчас я лежу у машины посреди улицы, держа руку у груди, пытаясь унять боль, оставленную пулей. И рядом со мной Куина, что только недавно зверски дралась с Королём Пик. Она, со множеством ран, доползла до меня, чтобы попрощаться. Благодаря Арису и Усаги у нас есть шанс вернуться домой, потому её желание неудивительно. Мы смотрели «кто на что», ведь нужно насладиться этой красотой в последний раз. Грустно, но факт.

ВСЕМ ВЫЖИВШИМ ИГРОКАМ БУДЕТ ПРЕДОСТАВЛЕНА ВОЗМОЖНОСТЬ СДЕЛАТЬ ВЫБОР.

КАЖДЫЙ ИГРОК ДОЛЖЕН РЕШИТЬ: ОСТАТЬСЯ И ПОЛУЧИТЬ ГРАЖДАНСТВО ЭТОЙ СТРАНЫ, ИЛИ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ НЕГО!

Подруга обернулась ко мне с лёгкой улыбкой на лице и застывшими слезами на ресницах. Я повернулся в ответ, одаривая её ухмылкой, как это делал и всегда. Как нас там называли? Платонические соулмейты? Да будет так. Надеюсь, это останется в прежнем мире. — Пообещай, что мы встретимся в прежнем мире и станем друзьями, дурак! — она выставила мизинец, ожидая моей реакции. Недолго думая, я ответил, скрепляя наши мизинцы в обещании друг другу: — Обещаю. — и вокруг потемнело.

***

Что-то тянет меня не просыпаться, но веки уже открылись. В глаза бросился яркий свет от ламп и взгляд доктора, смотрящего на меня. Эх, прежний мир. А был ли ещё какой-то? — Чиш… Шунтаро? В… шите… м…ня? Только сейчас я понял, что мой слух, видимо, ещё не проснулся, потому слышу я всё обрывками. Однако кивнул, хоть и не понял сказанного. Он что-то записал в свой планшет, сверяя данные, непонятные мне. Я прислушался к ощущениям. Грудь болела, будто я словил 10 пуль на себя, жгло дюже сильно. Ноги свело, видимо, от долгой лёжки на кровати, другого варианта я не вижу. Больше всего противилась голова, которая болела больше груди только потому, что я моргнул раз. Сотрясение мозга ли? Это ещё стоит узнать чуть позже. — Должно быть, паршиво себя чувствуете, а? — отшутился доктор, надевая стетоскоп, чтобы послушать меня. — Ваше сердце остановилось на целую минуту, представляете! — На целую… минуту? — какое-то время я говорил сам с собой, не мешая осмотру. — Знаете, будто вечность прошла с этой минутой. — Можно вас понять. Если описать более точно, то вы побывали в Пограничье. Там всё что угодно покажется вам вечностью. Небытие… страшная вещь. — Не страшнее моих пар по анатомии, поверьте. Кажется, мы нашли общий язык. Было даже приятно поболтать со своим же человеком, который тоже врач и знает всё то же самое, что и я. Ну, может на дюну больше… Это не главное. Он меня оставил, заранее написав некоторые рекомендации, который положил на прикроватную тумбу. Лежать, есть больше жидкости, ходить в туалет только позвав его. Безобидно и заботливо. Оглядывая палату, с правой стороны я увидел девушку, сидящую на своей койке. Выглядела она очень непривычно, ведь её голову украшали дреды, заплетённые в высокий хвост. Она делала макияж, тщательно вырисовывая… как их девушки называют? Стрелки? Видимо поймав мой взгляд, она отодвинула зеркало в сторону. — Вы что-то хотели спросить, молодой человек? — Нет, совсем нет… Просто палату рассматриваю. — Слышала, что ваше сердце тоже на минуту остановилось. — я молча кивнул. — О, какое совпадение! Моё тоже. Может, мы могли увидеться там? — она показала наверх, явно намекая на тот свет. — Зная пограничное состояние, мы действительно могли там пересечься. Иначе я не могу представить, где я вас видел, кажетесь знакомой. Действительно это чувство меня не покидало. Я будто бы знаком с ней… Образы в моей голове так говорят. И даже помню, что она была в купальнике и вечно держала во рту сигарету. А то, как она красится, меня будто переместило в какую-то комнату, где я читал книгу, а она красилась и вечно ворчала на «непигментированные тени». — Значит и у вас чувство дежавю? И давайте, может, на «ты» перейдём? — я, хмыкнув, снова кивнул, назвав своё имя. — Шунтаро? Интересное имя. Я Хикари. Зови меня Куина. И да, в моем дежавю ты очень ворчливый, что аж бесишь. — Это я настоящий. Видимо, пора что-то менять в жизни… — Если мы с тобой сдружимся, то уж поверь мне, свою жизнь ты точно не просрёшь, приятель! — Уже приятель… — мы оба посмеялись. — Так уж и быть, Куина.

СПУСТЯ 3 МЕСЯЦА.

Моя выписка из больницы давала понять, что пора снова окунуться в скучную жизнь. Учёба шла к концу, нас ожидала последняя практика в университетской больнице, которую чудом не задело метеоритом. Да, это мне тоже рассказали. Новость даже не удивила, ведь мы итак бедствий много пережили. Однако не об этом. Придя в больницу, я забрал документацию и свой бейдж у главного врача. Куратор, как оказалось, ждал меня уже у отделения, куда я перешёл: детская сердечно-сосудистая хирургия. Да, это полный мрак. — Наконец-то тебя выписали, боец! — он подошёл и обнял меня, похлопав по спине. Ненавижу эти хлопания, ведь куратор всегда делает это, не жалея силы. Но настроен он всегда ко мне дружелюбно. — Тебя ждёт пациент. — Погодите, вы это серьёзно? Я думал практикантов не касается лечение… — Да не переживай ты так! Ты самый путёвый студент из моей группы. А значит справишься на раз-два! Его радости я не разделял. Лишь неловкий смешок вырвался из моего рта, ведь я не был готов настолько серьёзно практиковаться. Первый пациент… и что же делать в такой ситуации? Этот мальчик лежит на третьем этаже, как мне сказал куратор, у него скоро трансплантация сердца. Что же, была не была, верно? Спустя час я уже сидел в специально выделенном мне кабинете, заполняя бумаги на этого мальчика. Хаято. Он милый, даже стало жаль его, что жизнь так обошлась жестоко. Однако долго просидеть в тишине не удалось, на телефон пришло сообщение. Я дотянулся до него и включил мессенджер.

13.40 « я могу к тебе прийти? »

13.40 « Конечно. Что-то случилось? »

13.41 « расскажу, когда приеду к тебе. ты всё в той же больнице, про которую рассказывал? »

13.41 « Да. На третьем этаже. Кабинет 346. Если что, это в правом корпусе. »

13.41 « спасибо! »

Отложив телефон, меня охватила маленькая тревога. Что у неё могло случиться, мы же недавно выписались? Может что-то с матерью, отцом? С работы выгнали? Кто-то умер? Столько вопрос, ни одного ответа. Да и долго размышлять не удалось, снова раздалось уведомление о новом сообщении.

13.50 « бро, может тебе что-то в магазине захватить? а то, небось, умираешь там… »

13.51 « Куина, чтоб тебя… »

13.51 « Захвати, если денег хватит. Если что, переведу. »

13.52 « как всегда добр, спасибо! »

Спустя минут тридцать я услышал не стук, а долбёжку по двери, которая итак держится на последней петельке. Конечно же, это в переносном смысле, но она действительно была очень хлипкая. Приказав войти, Куина ворвалась с тяжёлым пакетом еды, которая еле вмещалась в один пакет. Ведь в таких случаях люди берут и второй пакет, чтобы уравновесить продукты и донести их до нужного места было нетрудно. — Ты сама всё это тащила? — я встал и заглянул в пакет. Там было много всякой еды, как полезной, так и нет. — Позвонила бы мне, я спустился и помог. — От тебя помощи попросишь и сам бы повалился от веса пакета на первой ступеньке, так что молчи! Заварив две лапши, мы принялись есть, запивая газировкой. Какой бы обед это не был, я счастлив хоть что-то кинуть в желудок, который урчал с самого утра. Это отвлекало. Однако у нашей встречи было другое назначение, явно не просто обед вместе. Да и судя по её виду, она явно чем-то очень расстроена. За это время я научился считывать её эмоции. — А теперь по факту, подруга. Что случилось? Кажется, этот вопрос её ввёл в некий ступор. Она остановилась и больше не наматывала лапшу на на палочки, чтобы было легче съесть. Теперь Куина смотрела мне в глаза, чтобы позже отложить свой обед и посмотреть в пол, подбирая слова. Я терпеливо ждал. — Меня уволили с работы. — Ты серьёзно?! — с негодованием воскликнул я. Как оно могли уволить такую девушку, я понять не мог. — Почему? — Перепалка на ровном месте с начальством. Но, по сути, он только заикнулся об увольнении, а я сгоряча взяла и написала увольнительную. Он не хотел подписывать, но сдался. И даже это не всё. — Рассказывай всё, не томи! Я выслушаю. — О боже, ну ты и назойливый! — она горько усмехнулась. — Хотя, кто бы говорил… В общем, я не знаю, как оплатить маме операцию. У меня, получается, нет денег. Последняя зарплата. — То есть, ты даже не хочешь попросить помощи у меня? Я бы помог, попросил денег у родителей. — Я не люблю просить помощи, понимаешь? Я люблю всё исправлять сама. Но сейчас искать работу очень трудно, сам понимаешь. После метеорита все разъехались в нетронутые части Японии, и, соответственно, почти всё занято. Раньше меня не волновали такие проблемы людей, но она стала моей единственной и настоящей подругой, которой хотелось помочь. Как минимум, она наконец-то показала мне, что такое жизнь и как её надо проживать. Соответственно, помочь ей было необходимостью. Дружеской необходимостью. Потому решение проблемы пришло сразу же. — Работай у нас уборщицей. — она посмотрела на меня с каплей надежды. — Могу даже поговорить с главным. И платят здесь уборщицам хорошо, а я сверху добавлять буду. — Но ты ведь сам… — я поспешил её перебить. — Стипендия, а также после учёбы я буду здесь работать по рекомендации университета. Я на хорошем счету у куратора. А ты подумай над тем, чтобы открыть что-то своё, как ты и хотела. — О боже, Чишия, ты лучший! Она подошла ко мне и обняла, что есть силы. Я, конечно, чуть не задохнулся, но был рад её радости. Теперь я точно смогу ей оплатить. К тому же, работать вместе, наверное очень даже весело. Нам ещё многое стоит пережить. Я уверен, такой дружбе суждено пробыть очень долгое время. Может быть, подпускать людей так близко не так уж и плохо?