Захотел сына? Отдувайся теперь!

На часах три утра. - Сука! Урод! Чтоб ты коньки откинул, маньяк треклятый! Насильник! – орал Кирию, вцепившись ладонью в запястье Курана. – О нет, не смей умирать раньше отведенного мною срока! Сначала ты испытаешь то, что и я! А потом пуля и Кровавая Роза помогут мне свершить кровную месть! А-а-а! Где этот херов акушер?! Канаме в ответ смиренно кивал головой, соглашаясь со всем, что говорил ему его суженный, а точнее соглашался со всеми глупыми и иногда верно подмеченными обвинениями. Все мы грешники, что поделаешь? Кивать головой и делать вид, что внимательно слушаешь вечно ноющего парня, стало уже своеобразной привычкой. Прародитель свыкся с этим действом за девять с половиной месяцев, как-никак. Еще он хмурил лоб, периодически смахивая капли пота, что стекали по лицу. На боль в руке Древний старался не обращать внимание – его возлюбленному куда хуже. Он подсознательно даже радовался этому факту, потому что то, как пепельноволосый сжимал его любимую руку, было ну очень неприятно. Настолько неприятно, что мужчина, он дважды повторил это слово в мыслях, даже пару раз всхлипнул. «Пф, мужчина? Не льсти себе, Куран!» - так бы осадил Первородного охотник, если бы не был занят тем, что рожает. - Скоро подъедет, Зеро. Ты главное дыши и тужься! – посоветовал чистокровный, касаясь лба возлюбленного своими пересохшими губами. Такой горячий. - Какое, блядь, тужься?! Мне Кесарево делать будут, болван! – Кирию выдохнул, немного успокоившись. Он, как обычно, с раздражением глядел на будущего мужа, размышляя на тему того, что хрена с два, он больше ляжет под него, радостно раздвигая шикарные ножки. Наверное. Пусть вот в ванной, наедине с самим собой, «разговаривает». А он – не за какие коврижки! Перерывы между схватками сократились до десяти-пятнадцати минут, давая возможность самоутвердиться и довести Канаме до ручку. - Знаешь, тебя кастрировать мало за то, что я сейчас испытываю! – прошипел блондин, нарочито сильнее сжимая запястье вампира. На этом уроде все, как на собаке заживает. Да и кости срастутся. Со временем. Может быть. – В ближайшие три года ты ко мне и пальцем не прикоснешься! Ни одним из двадцати одного, ясно?! А этот ебаный свиток я засуну тебе в задницу! - Я прекрасно понимаю тебя, солнышко, - как можно мягче произнес шатен, ерзая попой по подушке. Сейчас донельзя мягкая и удобная двухместная постель казалось сродни адской сковородке. И эти заявления на счет воздержания от секса пугали Древнего. Он итак терпел семь с половиной месяцев, игнорируя вечный стояк и борясь с желанием опрокинуть Зеро и отыметь того в самых разных позах. - Да ну? Хочешь сказать, что был беременным и собирался рожать? А ребенок внутри бился и просился на выход? Но естественного выхода, сука, нет! Откуда он тогда, блядь, вылезать собрался?! – проорал Зеро, ощущая еще одну болезненную схватку. - Ну же, Зеро, вдох-выдох! Вдох-выдох! - Пошел ты со своими советами, знаешь куда?! – еще громче заорал блондин. – Айдо, немедленно перестань прятаться за дверью и принеси мне бумагу с ручкой! - Зачем? – голова аристократа показалась из-за оставленной ранее приоткрытой двери, но сам вампир побоялся войти в комнату полностью. Ну, по понятным причинам. Знаете, быть убитым от руки рожающего охотника – не самая благородная смерть. Да и почему-то Идол был уверен в том, что его Король не помешает своему будущему мужу нажать на курок – лишь бы Зеро был счастлив. А остальное – мелочи. К тому же обращение охотника к себе по имени настораживало. Очень настораживало. Привычных «придурок, идиота кусок и самого неприятного – девка-парень» не прозвучало, а это «Айдо» вызвало волну мурашек по всему телу. - Напишу завещание, в котором будет говориться о том, что если я умру, то Тога и Кайто будут вынуждены убить проклятого Курана! Ты уж извини, «милый», ничего личного! – усмехнулся Кирию. – Где врач?! - Тут я! – в комнату ворвался мужчина сорока лет, нечаянно толкнув Ханабусу, от чего тот свалился, и пройдя по его спине, при этом оставив следы сапог на белоснежной пижаме. Медсестра повторила за начальником. - Где вас черти носили? – вскипел Куран, пытаясь вырваться из крепкой хватки рожающего. Но тщетно. Силен зараза. - Посторонние выйдите из помещения! – приказал мужчина, влетая в ванную комнату, дабы помыть руки и нацепить халат. Девушка вновь повторила за доктором, только вышла гораздо раньше, чтобы приготовить инструменты. От Канаме и Айдо след простыл, когда они завидели скальпель, медицинский захват и иглы. - Скоро они там? – в сотый раз интересовался чистокровный, ударившись о принесенный им же стул ногой и тут же зашипев. – Кто притащил сюда эту фигню?! - Вы, - пискнул Ханабуса, прижимая коленки к груди. - Да? Ну тогда ладно, - пожал плечами Первородный, нервно дернувшись. Как же он волновался! То останавливался и прислонялся ухом к двери, желая узнать, что же там происходит. Но чертова звукоизоляция, которая раньше была другом, а теперь стала врагом Короля всея вампирского рода, мешала. То, наоборот, ускорялся, переходя на сверхскорость и желая выбить окаянную преграду, вставшую между ним и его семьей, к хуям. - И всего две минуты прошло, - неловко пробормотал Айдо, которому не позволили свалить к хренам и спрятаться под кроватью. Из-за пережитых эмоций и небывалого страха он мечтал слиться со стенной. - Правда? А казалось, что целую вечность… - задумчиво протянул шатен. Блондин мысленно согласился с Кураном, проклиная все на свете и моля маму забрать его домой. А виноватого во всех своих бедах Кирию нашел, и лучше бы тому линять в Мексику, ибо в Японии спасения он не найдет. *** - У вас родилась девочка, - оповестил молодого отца доктор, вытирая руки полотенцем. - Девочка? Девочка… - Канаме счастливо улыбнулся и свалился в обморок. А в подсознании мелькнула мысль о том, что неплохо бы еще и сына завести. - Тряпка! – донесся из комнаты суровый голос новоиспеченной «мамочки», которая с умилением глядела на свое чадо. – Мое солнышко.