Один раз

Хосок сидел в маленькой кафешке, забившись, как мышонок, в самый угол и обхватив замерзшими пальцами большую дымящуюся кружку. До нового года оставалось всего несколько дней, поэтому весёлый народ в огромном количестве толпился в поисках подарков на ярких мерцающих улицах столицы. Хосоку тоже захотелось приобщиться к новогодней суете и, получив оплату за урок, он отправился на Мёндон. Особо тратиться ему не пришлось, родители не воспринимали Новый год, как праздник и особо его не отмечали, поэтому ехать к ним он не собирался. В планах было что-то купить сестре и может быть Юнги. Но относительно последнего у него были большие сомнения. Честно говоря, Хос в душе не представлял, что ему может понравиться. Да и вообще, нужен ли ему подарок от него? Хотя в последние недели они стали довольно много времени проводить вместе, но вообще не за разговорами, и дальше секса их «отношения» не выходили. Потолкавшись по магазинам, Хос вынужден был к своему стыду признать, что ни черта не знает о парне, под которым и на котором он оказывался почти каждую ночь, да и утро тоже (уж чего греха таить), и даже (стыдно признаться) пару раз в университетском туалете, а про тот случай после концерта ему даже вспоминать было неудобно (но очень приятно). Вдоволь натолкавшись и вбив ноги в задницу, умаявшийся Хос решил посидеть и подумать о том, как и куда катится вообще его жизнь в целом, а также личная и сексуальная в частности. Вдыхая аромат горячего шоколада, он рассеянно наблюдал за парочками в кафе, чувствуя себя немного ущербно. Ему тоже очень хотелось, чтобы рядом оказался любимый человек. Вот только он был очень далеко и, скорее всего, даже не вспоминал о нём. Чон печально перевел взгляд на улицу, где также в основном народ толкался попарно. Похоже, он был единственным одиночкой в радиусе ближайшего километра. Хосок как-то совсем сник и уже пожалел, что взял шоколад, а не глинтвейн, когда почувствовал вибрацию телефона в кармане. Он положил его перед собой на стол и фыркнул, увидев сообщение от Юнги: Мин: Солнце, ты, конечно, не циркуль, но я бы раздвинул твои ножки. — Придурок, — буркнул парень себе под нос, на самом деле довольный, как слон. Чон: Это возбудительно! Быстро написал в ответ и отхлебнул шоколад. Настроение резко пошло в гору. Да, они точно не были парой. И друзьями тем более. Если бы у Хосока спросили, кто для него Юнги, он не смог бы дать вразумительного ответа. Секс-партнер? Нет. Они ни о чём не договаривались и не давали друг другу обещаний, не определяли рамки. Чон не представлял, что творится в голове у Юнги. Он всё так же мог пропасть на несколько дней без предупреждения и вернувшись, как ни в чем не бывало, забраться к нему в постель, ничего не объясняя и не рассказывая, просто нашёптывая вечные свои пошлые словечки, от которых у Хосока сладко сводило все конечности. Чон до сих пор не имел ни малейшего представления, что это за фрукт такой — Мин Юнги? Что у него в душе? О чём мечтает? Какие планы в жизни? Чем занимается после учёбы? Что за отношения у него с родственниками? И есть ли у него кто-то, кроме деда? Мин может быть и рассказал, но Хос не спрашивал, решив для себя, что его всё устраивает. Пытаться влезть в душу к Юнги было слишком рискованно. Хос был нормальным (ну, относительно, конечно) молодым двадцатиоднолетним парнем с кипящими внутри бешеными гормонами. Секс с Юнги был потрясающим. Разве этого было мало? Или всё-таки нет? Хосок это пока для себя не решил. Последние отношения разбили ему сердечко, поэтому он не заводил новых и старательно избегал парней, которые периодически набивались к нему «в друзья». Хос был не готов снова влюбиться. Вернее, не так. Он чувствовал, что его сердце не свободно, что пока он не смог поставить точку в тех отношениях, а значит не имеет права заводить новые. С Юнги всё было просто, он сам так ему сказал. Всё, что понял про него Хосок, так это то, что Мин терпеть не мог каких-то обязательств и, казалось, вообще не был способен на какие-то глубокие чувства и серьёзные отношения, а значит Хосок не мог причинить ему боль. Нечаянная связь с ним стала его спасительной соломинкой. Чон не знал, кто они друг для друга, зато точно знал, что рядом с Юном он забывает о бывшем. Телефон снова засветился: Мин: Солнце, у меня что-то с кроватью… В ней нет тебя. Когда ты вернёшься? Хосок счастливо улыбнулся и взял в руки телефон, чтобы написать ответ, но остановился, потому что у него над головой раздался до боли знакомый голос. Вздрогнув всем телом, Чон испуганно поднял глаза. — Здравствуй, Хосок. Это невероятно — встретиться с тобой сегодня в центре города. Просто новогоднее чудо, — сказал нереальной красоты мужчина и протянул ему руку. Забыв обо всём на свете, Чон на автомате выключил телефон и подскочил со стула: — Ким Сокджин, добрый вечер! Что вы тут делаете? Глазам не верю. Вы вернулись? — затараторил он, хватая ладонь и нежно сжимая своими двумя. — Я приехал в прошлом месяце и сразу хотел тебе позвонить, но потом, знаешь… — мужчина замялся, — мне стало неудобно. Больше года прошло. Мы не совсем хорошо расстались. И у тебя, наверняка, кто-то появился… — Джин внимательно вгляделся в смущенное лицо Хоса. — Я бы так не сказал, — неуверенно ответил парень. — Сонбэ, присаживайтесь, пожалуйста. Хотите шоколад? Тут очень вкусный. — Нет, спасибо! Так у тебя никого нет? — Джин сел рядом. В небольшом битком забитом помещении они были вынуждены тесно прижаться друг к другу. — Я бы так тоже не сказал, — увильнул он от ответа. — Сонбэ, так почему вы в Сеуле? — Я уже не твой сонбэ. Пожалуйста, я и раньше просил тебя называть меня просто по имени, — мужчина ласково сжал слегка дрожащую руку Хосока и заглянул в глаза. На этом моменте Чон поплыл, как и всегда рядом с Ким Сокджином. Он и сам не заметил, как пролетело время. Абсолютно заворожённый запахом, близостью и голосом бывшего, он восхищенно смотрел ему в рот, ловя каждое слово. Джин был его первой серьёзной любовью. Они познакомились, когда он только поступил в универ, Ким же был на последнем курсе и стал его наставником. Хос влюбился с первого взгляда. Да и как было устоять перед таким нереальным красавцем? Промаявшись от безответной любви почти полгода, Хос не выдержал и сам признался ему в тишине библиотеки, где они и поцеловались впервые. — Тебе не пора в общежитие? Уже десять вечера, — спросил Ким, когда между ними повисло неловкое молчание. — Что? Уже? Не может быть, — Хосок посмотрел на выключенный телефон и досадливо поморщился. — Да, тогда мне пора. После 11 меня не пустят, — он засуетился и стал подниматься. — Зря я напомнил. Упустил такой шанс пригласить тебя к себе, — с сожалением ответил Джин, тоже поднимаясь. Хос удивлённо замер и вспыхнул, как красное солнышко. Смутившись, он ничего не ответил и стал торопливо застёгивать куртку. — Можно я подвезу тебя? — спросил Джин. — Не хочется с тобой прощаться. — Мне тоже, — выдохнул Хос и неуверенно взял его под локоть. Всю дорогу до общежития Чон не сводил восхищённых глаз с мужчины за рулём. Всё вокруг было каким-то совершенно нереальным. Как будто не было этого тоскливого времени разлуки и печали. Остановив машину напротив корпуса, Джин развернулся и несколько секунд просто рассматривал нервно теребящего завязки парня. — Хосок, я хочу кое-что сказать. Я понимаю, это всё слишком поспешно и всё же. Я ужасно скучал по тебе и, если у тебя ещё сохранились чувства ко мне, давай снова попробуем встречаться. Чон так растерялся, что единственное, что мог — это хлопать длинными ресницами и краснеть. — Молчание — знак согласия, — улыбнулся Джин и мягко потянул парня за куртку к себе. У Хоса не было никак сил противиться мужчине, по которому он так долго тосковал, и он уже послушно приоткрыл губы и закрыл глаза, когда настойчивый стук в окно за спиной заставил его подпрыгнуть и обернуться. Злой, как тысяча чертей, в окно на него смотрел Мин Юнги. — Это кто? — тихо спросил Ким, недовольно сводя идеальные брови. — Э-э-э…то мой сосед, — запнулся Хосок. — Я пойду, уже очень поздно. — Этот парень, он …. — от пристального расчленяющего взгляда парня у Джина пробежал холодок по спине. — Он не опасен? Похож на психа. — Не бойтесь, он на транквилизаторах, — Хосок схватился за ручку, чтобы открыть дверь. — Я позвоню тебе? — Ким остановил его, хватая за руку. — Конечно, — кивнул Чон, пряча глаза и выпорхнул из машины. Не говоря ни слова, изо всех сил стараясь не бежать, Хосок ломанулся к дверям общаги, также молча Мин ринулся следом, преследуя его, как Том Джерри. Чон и сам не знал, откуда взялось это дурацкое чувство вины. Он же вообще не сделал ничего плохого. Ну, не ответил на сообщение. Не убьёт же он его за это? Наверное. — Какого черта с твоим телефоном? — прорычал Мин, как только они оказались в комнате. — Я выключил его, — Хос изо всех сил старался сохранять спокойствие, но от Юнги исходили такие волны бешенства, что его буквально сносило. — Для чего? — Чтобы не мешал. — Чему? — Мин сжал кулаки и медленно двинулся на него. — Так! — Чон испуганно запрыгнул на кровать и вытянул вперёд руки. — Прекращай тут разыгрывать трагедию. Ты вообще не тянешь на Отелло. Мин остановился на секунду и нахмурился, соображая: — Это из Маугли? Который промахнулся? — Млять! Забудь! — Хос спрыгнул на пол. — Прости. Я должен был написать, что задерживаюсь. — Я чуть с ума не сошёл. Что я по-твоему должен был думать? Мы переписывались, а потом ты резко пропал. Я уже хотел в полицию ехать, — Мин протянул руку, чтобы обнять Хоса, но тот резко отшатнулся. — Ты не должен обо мне беспокоиться. Я в состоянии сам о себе позаботиться. — Чон тяжело вздохнул, больше всего на свете он хотел сейчас забраться под душ и хорошенько подумать. — Кто этот мужик? Знакомая рожа. Почему он лапал тебя? — Никто меня не лапал, — парень болезненно поморщился, он ненавидел сцены и выяснение отношений, тем более, что их вообще-то официально никогда и не было. — Ещё как лапал. Я видел, как он тянул к тебе свои пельмени, — Мин сморщился от отвращения. — Так, погодь. Я вспомнил. Я его видел с тобой давно. Это твой мелкописечный бывший что ли? Хос задохнулся от возмущения и вытаращил глаза: — Что ты несёшь? Размер вообще не имеет значения, — промямлил он первое, что пришло в голову. — Какого хрена он объявился? Под Новый год? Олень хренов. Предупреждаю, ещё раз увижу его рядом, обломаю на хер рога, елку в жопу засуну, гирляндой обмотаю и отправлю в Лапландию посылкой Деду Морозу. — Перестань немедленно вести себя, как будто мы в отношениях. Я тебе ничего не должен, — Хос упрямо поджал губы и гордо вскинул подбородок. Не найдя, что ответить, Мин зло сузил глаза и сел на кровать. — Ну, допустим, — сказал он, резко меняя тон на ледяной, от чего у Хоса неприятно засосало под ложечкой. — И всё-таки, согласись, мы не чужие друг другу люди, учитывая то, сколько раз за последнее время я оказывался в тебе. Может, расскажешь про этого своего дюймовочника? — Господи, Мин, зачем тебе это? Я устал. Можно мне в душ и спать? — От чего это ты устал? Ты с ним трахался? — Юнги снова подскочил с кровати, его напускное спокойствие в один миг смыло как волной. — Нет, конечно. А если бы даже и да… — Хос обречённо вздохнул. — Ладно. Проще рассказать. Мы встречались, но по окончании университета Джину предложили стажировку в Японии. Конечно, он не мог отказаться от такого шанса, поэтому мы решили расстаться. — Зачем? — не понял Мин. — Ну, в смысле, зачем? — Хос стал нервно теребить рукав. — Джин не хотел держать меня на привязи. Он сказал, что это неправильно. — Бред какой-то, — нетрепливо прервал его Мин. — Да кто бы говорил! У тебя-то самого хоть одни нормальные отношения были? Всё! Мне осточертел этот разговор, — Хосок не на шутку разозлился. — Я больше не собираюсь обсуждать с тобой мою личную жизнь. Она тебя не касается. То, что мы трахались, не даёт тебе право указывать, что и как я должен делать и требовать каких-то объяснений. Ты сам говорил, что тебя выбешивают разговоры об отношениях, какого чёрта происходит? — Не знаю! — выкрикнул Мин, хватая его за руку и притягивая к себе. — Но сидя тут и подыхая от беспокойства, я понял, что не хочу тебя потерять. Не дав парню одуматься, он обхватил его голову ладонями и нетерпеливо поцеловал. Поцелуй получился грубым и смазанным, потому что Хос вцепился в его запястья и попытался оттолкнуть. — Прекращай дёргаться, — прорычал Мин ему в рот и прикусил нижнюю губу. Хос жалко простонал, чувствуя, как предательское желание зашипело и начало медленно разгораться внутри. Заметив, как Хос привычно обмяк в его руках, Мин самодовольно хмыкнул, бесцеремонно расстегнул пуговицу на его джинсах и вжикнул молнией на ширинке. — Пожалуйста, не надо. Я не хочу, — жалко выдохнул ему в шею Хос, которого уже трясло мелкой дрожью от возбуждения. — Хочешь! Ты всегда хочешь, солнце, — Мин подтолкнул его кровати. — Я чувствую, как тебе уже не терпится. Посмотри на себя. Кусаешь губы, чтобы не стонать, цепляешься за меня и жмёшься. Я ничего еще не сделал, а ты уже задыхаешься от желания. Думаешь, я не слышу, как колотится твоё сердце? С ним у тебя так же? Последние слова Юнги окатили Хосока, как ледяной водой и вернули в сознание. Он вдруг почувствовал себя жалкой, безвольной женщиной с низкой социальной ответственностью. Резко оттолкнув парня так, что он упал на кровать, Чон быстро подтянул сами собой спустившиеся штаны. Оставаться в одной комнате с Юнги для него было совершенно невыносимо. Схватив куртку и ботинки, он выбежал из комнаты. Оказавшись на улице, Хос чуть не расплакался. В голове творилась какая-то размазня, а в сердце полный сумбур. Он обиженно шмыгнул носом и огляделся по сторонам. К его удивлению, машина Сокджина всё еще стояла невдалеке, а сам он быстро шёл в его сторону. — Сонбэ? Что вы тут делаете? — прошептал он удивлённо. — Сам не знаю. Этот парень смутил меня. Я звонил тебе, но телефон был недоступен. С тобой всё в порядке? От внезапной заботы и сочувствия Хосок совсем расклеился, нижняя губа задрожала, а в носу защипало. — Н-е-е-е-е-т. Не в порядке, — простонал он и спрятался в объятиях мужчины. *** Квартира Сокджина сверкала чистотой и новизной, как будто с картинки какого-то журнала по интерьеру. Хос даже слегка смутился от такой роскоши и боязливо присел на край дивана, как бедный родственник. — Выпьешь что-нибудь? — предложил Джин. — Да, пожалуйста, — кивнул Хосок. Выпить реально было просто необходимо. Все его чувства были в полном раздрайве. Ну, допустим, не всё было понятно в его жизни, но были в ней вполне себе уже устоявшиеся островки спокойствия. Как всего за несколько часов всё могло пойти лесом? Ладно ещё внезапно объявившийся Сокджин. В принципе, Хос не раз думал о том, что рано или поздно он вернётся и скорее всего они встретятся. Но Мин Юнги, заявляющий, что не хочет его потерять — вообще выбил почву из-под ног. «Да какого хуя происходит?» — единственная мысль, которая долбилась в воспалённом сознании Хоса. Сокджин присел рядом и протянул ему стакан с виски. Чон выпил его залпом и сразу вернул: — Можно ещё? — попросил он. Сокджин удивлённо вскинул брови, но ничего не сказал и вернулся уже с бутылкой. — Не хочешь рассказать, что произошло? На тебе лица не было, когда ты выбежал из общежития. Этот парень, твой сосед, у вас с ним отношения? — Нет у нас никаких отношений! — Хосок решительно закинулся вторым стаканом и устало откинулся на спинку дивана. Несколько секунд Ким задумчиво разглядывал парня рядом: — Ты можешь мне всё рассказать. — Сонбэ, правда, нечего рассказывать, — Хос повернул к нему лицо и пьяно улыбнулся. — Быстро же тебя развезло, — Джин ласково погладил парня по щеке. Хос прикрыл глаза и вздохнул, словно бездомный щенок, оказавшийся в тепле. — Просто я не ел сегодня ничего толком, — промямлил он и потёрся о ладонь. — Ты голодный? Я могу приготовить что-нибудь по-быстрому. Пасту? Хочешь? Хос восхищённо посмотрел на мужчину и придвинулся ближе: — Вы такой хороший, сонбэ, такой заботливый, добрый и красивый. Поцелуйте меня, пожалуйста. — Ты уверен, что не пожалеешь? Мне кажется, Хосок, ты сейчас немного не в себе. — Господи, ну нельзя быть таким идеальным! — Чон перебрался к нему на колени, взял его ладони и сам положил к себе на зад. Ошарашенный Сокджин шумно сглотнул, поняв по блеску в глазах парня, что всякое сопротивление бесполезно. Он ласково поцеловал его, нежно поглаживая по спине. — Малыш, давай ты немного придешь в себя, мы всегда успеем это сделать, — прошептал Сокджин, отрывая его от себя и заглядывая в глаза. Почему-то ласковое имя больно резануло Хоса по ушам, безумно захотелось услышать «Солнышко». Эта мысль испугала его. «Грёбаный Мин Юнги, какого чёрта ты со мной сделал? — пронеслось в голове. — Ну уж нет! Я ни какой-то там извращенец, помешанный на сексе. Вот мужчина, которого я люблю. А он любит меня. Я не позволю тебе всё испортить.» Хосок был полон решимости доказать себе, что Мин Юнги ни черта для него не значит. — Сонбэ, вы же говорили, что скучали. Я тоже очень-очень скучал, — прошептал он ему на ухо и призывно потёрся о пах. Ким Сокджин, хоть и был достаточно рациональным мужчиной, но всё-таки мужчиной в первую очередь. Ясен пень, если красивый парень сидит на тебе и однозначно даёт понять, что хочет секса, отказать он не может. Подхватив его под зад, Джин отнёс Хосока в спальню и аккуратно уложил на кровать. Спустя недолгое время его неторопливые и осторожные движения почему-то начали ужасно раздражать Хоса. Мин обычно не церемонился с ним и был довольно груб, но это только заводило. Лежа сейчас абсолютно голым, Хос изо всех сил старался сосредоточиться на Сокджине, но блядский Мин Юнги то и дело вылезал в его сознании, сбивая зачатки возбуждения. Да и Джин вообще не помогал, делая всё с чувством, с толком, с расстановкой. Нужно было что-то с этим делать. Спустя минут десять, а по ощущениям и все полчаса, Хос стал нетерпеливо выгибаться и стонать, стараясь хоть как-то разогнать себя. Развернувшись на живот, он призывно выгнулся в пояснице, явно намекая Джину, что пора уже завязывать с прелюдией, которая вообще сейчас была ни к какому месту. — Ты стал такой нетерпеливый, малыш, — хмыкнул Джин, выдавливая на пальцы лубрикант. Хос прикусил губу от злости и начал отчаянно дрочить свой вялый член. К его счастью, в сочетании с пальцем Джина его манипуляции стали наконец давать результат. По позвоночнику прошла приятная теплая волна. Хос довольно заурчал, но всё же чего-то очень сильно не хватало. Хотелось уже, наконец, поймать то офигенное чувство наполненности, которое к чертям бы вышибало все мысли из его головы. — Пожалуйста, сонбэ, пожалуйста, вставьте уже, мне мало пальца, — пропищал он умоляюще. К его удивлению, после его слов сзади всё как-то замерло и затихло, он непонимающе обернулся, пытаясь понять, что происходит. Реальность разбила его вселенную на тысячи осколков. От стыда Хос схватил подушку и спрятался под неё, в точности сейчас напоминая страуса. К его ужасу оказалось, что в нём был совсем не палец Джина. *** Войдя на следующее утро в комнату общаги, Хосок был очень похож на зомби. Он готов был отдать полжизни за возможность стереть себе память. После того кошмарного эпизода, Джин оставил его, пытаясь, по-видимому, как-то собрать по кускам своё мужское самолюбие. Спустя пару часов он вернулся в спальню, но Хосок сделал вид, что спит, поэтому Ким тоже ушёл спать на диван. Промаявшись всю ночь, Чон быстро сбежал с места своего позора, так и не найдя в себе сил откровенно поговорить. Плюхнувшись на свою кровать, Хосок тупо уставился на Юнги, который по внешнему виду мало чем от него отличался. Несколько минут они молча буравили друг друга красными от недосыпа глазами, пока Мин, наконец, не сполз к его ногам и не обнял колени. — Прости, — тихо сказал он. — Я был таким идиотом. Хос ожидал чего угодно, но не этого. Его самообладание, и так находившееся на грани выживания, дало тотальный сбой и отключилось. — Ненавижу тебя, — прошептал он в ярости. Мин непонимающе поднял на него глаза. — Что? — переспросил он, удивлённо. — Ты! Это ты во всём виноват! Ты меня испортил! — на грани истерики выкрикнул Хосок, толкая его в плечи. — Да что случилось? Что я сделал? Хос зло тыркнул пальцем ему грудь, продолжая обвинять: — Это из-за тебя я теперь больше никогда не смогу завести нормальные отношения. Я так опозорился. Боже, это такой мрак. Как мне вообще жить теперь после этого? Он думает, наверное, что я какая-то раздолбанная шалава. — Объясни сейчас же, о чём ты говоришь? — Мин зло схватил Хоса за руку и дёрнул на себя, заставляя сползти к нему на пол. — Это было ужасно, — начал причитать Хос. — Я так его любил, столько думал о нём, он — самый лучший на свете, а я так его обидел… — Ёп твою мать, Хос, — Юнги тряхнул парня за плечи, стараясь привести в сознание. — Что ты несёшь? Ты и мухи не обидишь. — А его обиде-е-ел. Раньше всё было нормально, пока я не трахался с тобой. Ты меня испорти-и-и-и-л. До Юнги похоже дошло, что произошло. Он резко встал и уставился на сидящего у его ног парня. — Ты что? Изменил мне? — Чего? — Хос недоуменно поднял на него полные слёз глаза. — Ты трахался с ним? — Да какое там, трахался… — Хос вытер мокрый нос рукавом, — это и сексом то назвать нельзя. Что значит изменил? Мы друг другу ничего не обещали. Мин рвано выдохнул и потёр глаза, пытаясь прогнать слёзы: — Это не отменяет того, что сейчас мне так больно, — тихо сказал он, схватил куртку и вышел, громко хлопнув дверью.