Обречённые любовью

Прошло буквально пару дней как наш кавалер собрался с мыслями и направился к дому девушки, поселившейся в его мыслях. Хоть в сердце капитана и горел огонёк любви, все действия его были скованы скромностью. Поэтому нвш российский Ромео решил действовать хитрее и обо всём его интересующем поинтересоваться у Киджи Мицубы. Яркое полудненное солнце озаряло улицы и лёгкое платье Кенширо, уверенно идущего к месту назначения. Уже подходя к поместью он начал едва слышать спор. Йозакуро не вольно остановился и прислушался: - да что ты говоришь?! - крикнул один человек. - А что слышал! - крикнул в ответ второй человек. Сосредоточившись, наш герой вошёл во двор поместья и пошёл на звуки громких голосов. Голоса становились всё громче и громче. Спорщиками оказались уже не безизвестный нам Киджи Мицуба и его старый знакомый Рукка Годжо. С первого взгляда могло бы показаться, что отношения меж ними были наколённее самого солнца и ужасными: постоянная ругань по малейшему поводу и извечные противостояния ( иногда всё это было столь абсурдным, что окружавшие люди стремились скорее уйти, ибо быть свидетилями этого действа им было стыдно). Однако это лишь на первый взгляд: знакомство у этих двоих завязалось уже давно, ещё в Японии. Эти ссоры на пустом месте, бесконечные расприи никак не влияли на то, что Киджи и Рукка могли спокойно вместе выпить по несколько кружек чая, попутно обсуждая последние тенденции моды или сплетни. Об этом всё знал и наш герой. - здраствуйте, прошу меня простить за такую дерзость, однако я пришёл к вам за советом, - сказал Кенширо покланившись. - Ох, здравствуй! - сказал Киджи и стал подходить к Йозакуре, дружески похлопав того по плечу он продолжил: - ну что ты в самом деле? Так что ты хотел спросить? - Куда это ты направился, а? Или наконец понял, что не прав? - с ехидной улыбкой сказал Годжо. - Так что ты хотел спросить? - не обращая внимания на старого знакомого произнёс генерал-майор. Поняв, что ответа не дождётся, Рукка недовольно фыркнул и удалился. Врядли что-то могло его задеть также, как безразличие по отношению к нему. - Я ... я хотел спросить, - Кенширо волноваося больше, чем когда-либо: неловко ему было спрашивать у отца избранницы такое, - не знаете ли вы куда бы хотела сходить госпожа Момоко? Прошу вас, не гневайтесь на меня, - тут его перебил голос улыбавшегося Мицубы: "Он всё понял и вроде даже не гневается",- подумал про себя капитан. - А для чего тебе это надобно? - Киджи прекрасно всё понимал, однако говорить об этом вслух не спешил. - Я хотел бы пригласить её куда-нибудь, но хотелось бы пригласить её туда, где ей нравится, то есть, - с постоянными запинками говорил парень, теребя в своих слегка трясущихся руках белоснежные перчатки. После не долгого и вдумчивого взгляда в ясное небо отец Момоко ответил: - Помнится на днях она говорила, что хотела бы посетить Третьяковскую галерею: там на днях открылась новая выставка, - слегка прищурив глаза он посмотрел на Йозакуро и после не долгой паузы сказал. - я даже мог бы поспособствовать этому. Тут сердце Кенширо уже стало биться с той же скоростью, что и у кролика: - Я был бы вам очень признателен, - почтенно улыбаясь говорил парень. - Ну что ты! - весело скащал Мицуба. - Давай же зайдём в дом и там уже всё обсудим за кружкой чая, недавно я получил столь чудесный чай! На этом месте, по идее, Йозакуро должен был согласиться, но вместо этого он просто молча пошёл за без умолку болтавшим генералом, лишь уголки губ капитана слегка приподнялись, делая улыбку более добродушной и милой. Когда масивная деревянная дверь отворилась, Киджи с порога уже велел дабы им завориди чаю и сев за стол они вдвоём стали обсуждать как бы сие действо должно было бы пройти. По итогу мозгового штурма была решено, что Момоко всё это представят как поход в галерею вместе с друзьями семьи, в качестве друзей решено (не считая Йозакуро) решено было позвать Рукку и Хаджиме. Киджи отвлекал бы Годжо, а Сейтаро отвлекал бы Сугароку (с Танабатой они планировали договориться в ближайшее время об этом), потом, когда Кенширо и Хьякушики остались бы на едине, капитан должен был начать блистать своей эрудиций и познаниями в сфере искусства. Этими бы действиями он заинтересовал Момоко, вот в этом и состоял весь план. Обо всём договорившись, они уже собирались пожать друг другу руки и распрощаться, как с лестницы, вместе с книгой в своих аккуратных руках спустилась Момоко. Увидев Кенширо она слегка встрепетнулся, словно вместо капитана около стола в воздухе парил призрак. Одним лишь взглядом она задала вопрос Мицубе: - Ох, ты уже здесь? А я тут пока болтал с Кенширо, но он уже ходит. - а, понятно, - сухо ответила русская Афина, после чего отправилась в свою комнату обратно. Йозакуро был не комфортно от предположения, что Момоко могла слышать хоть частичку плана, однако эти мысли он старался от себя гнать и считать ничем большим, чем паранойя. Распрощавшись с генералом, наш романтик отправился домой, хотелось бы сказать, однако вместо этого пошёл он к уже не безизвестному нам Мусаши, дабы получить как можно больше информации об искусстве.