Белый голубь

8 глава. Юнги метается из стороны в сторону, от одной стены к другой, всё время тормошит волосы и громко вздыхает, борясь с желаем ворваться в палату к Чимину. Его терпения хватает всего на пару минут, и он тут же срывается, но отец останавливал его каждый раз. Родители Чимина приехали сразу, бросив все дела. Скорая забрала Пака, его привели в чувства и сейчас они там говорят о чём-то. У Мина до сих пор дрожат руки от воспоминаний, когда он держал друга на руках без сознания. Чувство, будто жизнь пронеслась перед глазами. Земля ушла из-под ног, они стали будто ватными, а тело трясло от страха, волнения и неизвестности — Сынок, присядь, — просит отец, подходя к Юнги. Он кладёт руки на его плечи и тут же чувствует то, насколько они напряжены, будто он вот-вот вновь сорвётся, проигнорировав все просьбы врача подождать снаружи, — С ним всё хорошо будет. — А вдруг нет? — хрипло шепчет Юнги, поворачиваясь лицом к отцу, и тот видит его покрасневшие глаза от слёз, — Па, ты не понимаешь. Я видел его. Я видел его бледное лицо. Люди не должны так тяжело дышать, когда они пересекают всего один лестничный пролёт. Это не нормально. Я видел, как он упал в обморок. Если бы я не успел, он бы ударился головой, — выпаливает он всё на одном дыхании. Глаза бегают по полу, лишь бы не смотреть на отца. Слёзы безостановочно скатываются по щекам, Юнги пытается их вытереть, но всё тщетно. — Присядь. Сейчас остаётся только ждать врача, — мужчине больно видеть своего сына таким разбитым и беспомощным. Сердце разрывается. Он так редко плачет, но сейчас Юнги плачет навзрыд, прекращая попытки сдержаться и остановить поток слёз. Дверь открывается, все взгляды устремляются на вышедшего врача. Даже не дождавшись от него ответа, Юнги влетает в палату. — Что с тобой? Как ты себя чувствуешь? Что сказал доктор? — тут же заваливает Юнги Чимина вопросами, преодолев несчастные метры за доли секунды. Чимин молчит. Его взгляд устремлён на сложенные перед собой руки. Такой затуманенный и тусклый. Такой отрешённый и пустой. Словно неживой… Он даже не взглянул в сторону друга. До Юнги доносятся всхлипы матери Чимина. Он поворачивает голову и видит, как отец Чимин приобнимает жену за плечи, успокаивая. Он смотрит на них и боится спросить, что происходит. В горле встаёт тяжёлый ком. Внутри возникает неприятное и липкое чувство, пульсирующее в области груди. Ему страшно слышать правду. — Скажи мне что-нибудь, — парень пытается вымолвить хоть одно словечко от Пака, но тот упорно молчит, продолжая сверлить взглядом свои руки, — Пожалуйста, — уже шепотом просит он. — Юнги, — сбоку раздаётся дрожащий голос матери Чимина. Юнги поворачивает голову: женщина стоит в дверном проёме, держась обоими руками за дверной косяк, будто это единственная её опора и без неё она бы просто упала. Глаза красные от слёз, которые до сих пор не останавливаются. Время от времени женщина вытирает их платочком и в любой другой момент можно было бы рассмеяться от бессмысленности и бесполезности этого действия, но не сейчас, — пойдём выйдем. Юнги кидает взгляд на Чимина. Он не хочет оставлять сейчас своего друга в таком состоянии одного. Он готов просидеть с ним весь день, даже если тот будет молчать. Но парню нужны ответы, поэтому он выходит в коридор. Женщина топчется с места на места, не зная с чего начать. Юнги видит, как тётушка пытается собраться с мыслями и успокоиться. Юнги подходит к кулеру, который стоял недалеко от них, набирает воду в одноразовый стаканчик и отдаёт его женщине. — Спасибо, — произносит она и залпом выпивает весь стакан. Её руки невольно сжимают пустой стаканчик, она падает на стул и закрывает лицо рукой, заплакав с новой силой. — Что случилось? — Юнги опускается на корточки перед тётушкой. Внутри всё сжалось. Ему становится всё страшнее и страшнее услышать ответ. — У Чимина, — женщина пытается спокойно вздохнуть, но это у неё не получается. Юнги наливает ещё воды, и тётушка сразу выпивает, — наследственная болезнь. Она была у его дедушки. Он умер из-за этой болезни. Сердце пропускает удар. — Что за болезнь?.. — Гипертрофическая кардиомиопатия — это болезнь сердца. С ней можно прожить ещё долго, хоть до ста лет, — продолжает мать Чимина, немного успокоившись. — Но? — Но его болезнь развилась слишком близко. У него уже четвёртая степень. Ему категорически противопоказаны тяжёлые физические нагрузки. — Но она раньше же не проявлялась, почему сейчас появилась? — Мин не верит в это и не пытается верить. Он хочет, чтобы это было просто страшным сном, от которого парень проснётся в холодном поту и побежит сразу к другу, чтобы тот пошёл проверять своё здоровье. Но это не сон. Юнги проверял, он столько раз себя щипал, что синяк точно будет. — Она может проявиться неожиданно. — Что за чушь, — усмехается Юнги и резко встаёт, направляясь к выходу. Мин выходит на улицу. Он идёт быстро и прямо, отталкивая проходящих мимо людей. Те выкрикивали грубые слова в его сторону, но Юнги их даже не слышал. Голова забита другими мыслями, чтобы обращать внимание на посторонние звуки. Парень заходит за угол больницы. — Чёрт, — ругается парень, ударяя кулаком ни в чём неповинную стенку. Костяшки сразу синеют от удара, но Юнги не больно, он не чувствует сейчас боли. Впервые ему захотелось закурить. Мин всегда был против курения, но сейчас ему нужна хотя бы одна сигарета. Юнги прислоняется спиной к стене и скатывается по ней. Он протирает ладонями лицо и шумно выдыхает, обхватывая руками голову, которая сейчас взорвётся от наплыва мыслей. — Как Чимин? — Юнги не услышал, как подошёл Тэхён, из-за чего вздрагивает. — Уйди, — грубо отвечает парень, даже не посмотрев на Тэхёна. Сначала Тэхён дёргается в сторону, подумав, что ему и правда следует уйти, но он вдруг останавливается. Он плюёт на грубость Юнги и присаживается рядом. Он не может позволить себе оставить друга в таком состоянии одного. — У тебя костяшки разбиты, их нужно промыть, — он пытается дотронуться до руки Юнги, но тот резко дёргает рукой, отталкивает Кима и встает на ноги. Тэхён встаёт следом за ним, но он не ожидал, что Юнги ударит его по лицу. — Что тебе в слове «уйди» было не понятно? — спрашивает Мин, смотря на него сверху вниз. А затем уходит, оставляя ошарашенного Тэхёна одного. Ему обидно, ведь он хотел как лучше. Думал, что у него наконец-то получилось с ним поладить, но ошибался. Ким не понимает этого парня. Тэхён поднимается и решает зайти к Чимину. Парня не впустили к Паку, тот расстроенный идёт домой, пиная камень. Губа разбита и немного щиплет, что Ким невольно дотрагивается до раны и пытается придумать отмазку для мамы, чтобы та не расспрашивала его. *** — Мне же можно к Чимину? — спрашивает Юнги у отца Пака. — Он просил никого не впускать, — виновато смотрит на него мужчина, понимая, что тот чувствует. — Даже меня? — смотрит Мин на него, не понимая почему друг не хочет никого видеть. — Никого, Юнги, — отвечает отец Чимина и кладёт руку на плечо парня, похлопывая, — Прости, надо домой, кое-какие вещи привезти Чимина, — мужчина уходит, оставляя Мина одного в коридоре. Тот плюёт на то, что его друг никого не хочет видеть, открывает дверь и заходит. Пак лежит спиной к нему, с виду кажется, что тот спит, но Юнги всеми фибрами чувствует, что он просто смотрит в стену. — Чимин, — осторожно зовёт парень своего друга, делая небольшие шаги к нему. — Уходи, — говорит Чимин охрипшим голосом. Тот понимает, что он плачет. — Никуда я не уйду, — Мин подходит к парню и садится на корточки, смотря на Пака. Юнги пытается подобрать хоть какие-то слова, но ничего не приходит на ум. Поэтому он просто вытирает слёзы с щёк своего друга. Чимин убирает руку Мина со своего лица и отворачивается от него. — Ну же, поговори со мной, — для Юнги это пытка, когда его друг плачет, разбит и совсем не хочет говорить. — Ты не понимаешь? — Пак резко принимает сидячее положение, — Я хочу побыть наедине. Разве трудно выполнить мою просьбу? — Я просто хочу, чтобы ты успокоился. Я хочу помочь. — Успокоиться? — произносит Чимин, усмехаясь, у которого слёзы текут не останавливаясь, — Юнги, я не смогу танцевать, мне нельзя больше играть в хоккей, нельзя кататься на велосипеде, купаться в речке. И ты хочешь, чтобы я успокоился? Чтобы я принял это сразу? У меня отняли всё за раз, — кричит парень, закрывая лицо ладонями, пытаясь остановить слёзы, — Просто уходи! Пак встаёт и пытается вытолкать друга из палаты, но тот даже не собирается уходить. Чимин психует, бьёт кулаками Мина по груди, тот терпит все удары, давая возможность другу выплеснуть все эмоции. Парень перестаёт бить Юнги и просто прислоняет голову к его груди. Мин крепко обнимает друга, напевая ему мелодию. — Я буду катать тебя на велосипеде, — начинает говорить парень, — Сам не буду купаться в речке. Научусь танцевать ради тебя. Хоккей? Мы сможем играть в настольный. — Чимин смотрит на него, пока тот говорит и сердце делает кульбиты, — Хоть посреди ночи, позвони, я прибегу. Всё сделаю, ты только не плачь. Мин смотрит на пухлые губы своего друга. Они как мёд, которые пленят их попробовать. Он хочет поцеловать его, но боится реакции Чимина, поэтому Юнги целует Пака в лоб и произносит: — Я всегда буду рядом, — у Чимина застилает глаза пелена слёз, которые он даже не пытается сдержать. Юнги тот, кто всегда был рядом в любые моменты. Тот, который, он уверен, останется с ним рядом и в будущем. Тот, кто заставил сейчас биться сердце Чимина в конвульсиях.