Улыбаюсь? Потому что жив

*** —Нати—мягко прозвучало за спиной маленького мальчика. — милый, пошли завтракать. —тихо сказала Мэрилин, мягко улыбаясь ребёнку. Натаниэль выдохнул увидев такую родную женщину. Мэрилин Лиммар – домработница, она является главной прислугой в поместье, у неё очень мягкая улыбка, она выглядит явно моложе своих лет. Роскошные, практически чёрные волосы всегда аккуратно убраны в свободный пучок, что делает её серо-голубые, но такие яркие и добрые глаза более выразительными. Она, не считая матери, единственная заботится о нём. — Где мама? — тихо спросил ребёнок, крепко сжав краешек длинной юбки милой женщины. Он смотрел с такой надеждой и доверием, что сердце Мэрилин сжалось и она еле сдерживала подступающие слезы. — Госпожа Мэри уехала с господином Веснински сегодня в пол пятого утра. —спокойно отвечала женщина так, будто говорила со сверстником. . Так было всегда, никто никогда не считался с Натаниэлем как с ребёнком, с пелёнок все обращались с ним как со взрослым. И требовали от него не меньше чем от старших, те же нагрузки, то же время работы и тренировок и тренировался он с людьми , которые годились ему в отцы. А ведь ему всего шесть, но никого это особо не волнует, и от этого Мэрилин единственная дарит ему хотя бы подобие детства, читает сказки, готовит милые десерты и вкусный чай, а перед сном всегда греет молоко и печёт свежее печенье с шоколадной крошкой. Мэрилин ещё раз улыбается ему и бережно берёт его маленькую ручку и ведёт на кухню, где уже накрыт стол. После завтрака она отводит его во двор и достаёт книжку, по обложке это просто сказки, но не стоит забывать что по обложке книгу не судят. Натаниэль изучает уже три языка, а Мэрилин учит его китайскому, её приёмная мать была китаянкой. Так было всегда. Любимые дни Натаниэля -это дни, когда родители куда-то уезжали, а с ними и их свита в лице Малькольмов и ДиМачио. В такие дни всё было спокойно, эти дни ощущались как дом . Они изучили ещё пару фраз и на улице стало холодать всё сильнее, да, эта зима была действительно холодной. — Нати, на улице слишком холодно, пошли в дом? — спросила Мэрилин, она была единственной кто когда-либо давал ему выбор, она никогда не заставляла и если он отказывал, она всегда слышала это. — Пошли— улыбнувшись той самой редкой, но искренней детской улыбкой, сказал Натаниэль. Дома они сели читать сказки на китайском, а Мэрилин приготовила ему его любимые блинчики. Она мягко поглаживала его непослушные волосы и шептала ему, что он молодец и хорошо справляется. Нет не такие дни, а она была домом. —Спокойной ночи, маленький огонёк. —последнее что услышал маленький ребёнок, прежде чем провалиться в глубокий сон. *** Открыв глаза Нил окинул взглядом незнакомую комнату, он был прижат спиной к чьей-то груди. В голове тут же пронеслись события прошлой ночи, и Нил никогда не признается, что от воспоминаний его лицо, уши и шея предательски покраснели. В комнате не было часов и окна были зашторены, но ему и не нужны часы, он и так знает что сейчас около пяти утра, внутренние часы ещё никогда его не подводили. Ритм дыхания за спиной изменился, что говорили о том что Эндрю проснулся. Блондин крепче прижал к себе Нила, притянув за талию и недовольно пробурчал что-то типа: «ещё рано, спи» и Нил с охотой выполнил «приказ» , закрыв глаза он тут же уснул. В следующий раз он открыл глаза примерно через пару часов, но уснуть больше не мог. Он в принципе обычно больше четырёх часов не спал. Аккуратно потянувшись к полу, где валялись его штаны, достал телефон, увидел что время уже 7:34 и решил что пора вставать да и таблетки пора принимать, хоть «пыль» и отсрочила ломку, её никто не отменял. Он попытался аккуратно выползти из под чужой руки, но был развёрнут и прижат к груди блондина. —Куда намылился, кролик? — полу насмешливо спросил Эндрю. — Уже пол восьмого, надо принять лекарство—Нил задумчиво промычал и добавил—выпить кофе и покурить. —закончил он , кивнув себе, мол идеальный план. Да план был идеальный, так как и Эндрю тоже кивнул и они вместе спустились на кухню, закинулись таблетками и Миньярд включил кофе-машину. Пока кофе готовилось Нил заглянул в холодильник и хмыкнул, поняв, что там даже подвешенной мыши нет, только алкоголь. —М-да, не густо… —Начал Джостен—Надо в магазин сходить или доставку заказать. —Лучше закажем —спокойно сказал Эндрю, на лице которого начала пробиваться та самая улыбка. — Хорошо—тихо согласился Нил, ему тоже не очень то и хотелось сегодня выходить, выпили то вчера всё таки не мало. Достав телефон и выбрав что будет сам, Нил перекинул телефон Миньярду . —Выбери что будешь и что будут эти олухи. — сказал он помахав рукой, как бы показывая, что имеет в виду. Эндрю на это лишь кивнул и начал добирать заказ. Оформив доставку они взяли уже готовый кофе, как обычно у Эндрю это сладкая смерть, и вышли на заднюю веранду. —Завтра—с ненавистной улыбкой начал Миньярд — и сколько тебя не будет? —Я уже говорил, про две недели, но это не факт-это минимум… —скучающе начал Нил—минимум две недели, максимум три месяца, но до начала семестра всего два месяца, так что ограничимся малым— добавил он, сделав глубокую затяжку. — А потом? —А потом мне нужно уехать по работе. — слегка пожав плечами ответил Нил, по сути это правда. Тишина как и всегда была до боли приятной и комфортной, на улице стало резко холодать и начали сгущаться тучи. Буквально за пару минут небо почернело и раздались первые звуки грома, начался дождь, но парни не спешили уходить. Ветер ломал деревья, ото всюду громыхало и светились молнии, капли ливня громко ударяли о землю и крышу, но они всё продолжали сидеть на веранде будучи полностью мокрыми и докуривая свою сигарету. Волосы Нила прилипли к лицу в силу своей длины и мешали обзору, но он их не трогал. — Да или нет? —улыбаясь спросил Эндрю убирая волосы с лица Джостена, открывая обзор. —Да.—тихо сказал Нил, поддаваясь вперёд. Эндрю отодвинул их кружки от греха подальше и сократил оставшееся расстояние между ними. Поцелуй был быстрым, мокрым, но никак не нежным, им и не нужна нежность, её никогда и не было. Спустя мгновение Эндрю углубил поцелуй и Нил начал постанывать и извиваться от неудобности позы. —… Дрю… могу я сесть тебе на колени? — глядя прямо в глаза с тяжёлым дыханием , спросил он у блондина. —Да—с насмешливой улыбкой сказал Миньярд и подхватив Джостена под бёдрами быстро переместил того к себе на колени, возобновляя прерванный поцелуй. Это могло продолжаться вечно, блуждающие по талии и спине руки Миньярда и извивающийся от переизбытка ощущений Нил, они терялись во времени. Нет, не так, для них оно просто остановилось. Но к сожалению или к счастью, мы не в сказке. Прервав поцелуй, во имя кислорода, они крепко прижались друг к другу и уткнувшись лбами, просто смотрели в глаза, но услышав приближающиеся шаги , Нил быстро , но аккуратно слез с таких удобных и уже нагретых колен и сел рядом и в это же мгновение открылась дверь. —Какого чёрта вы на улице в такой ураган?! — вскрикивая подбежал к ним Ники. — Боже, вы с ума сошли? А ну быстро в дом, не хватало только чтобы вы заболели. —как то взволнованно протараторил Хеммик. —Ники, идиоты не болеют. Да, Нил? —с насмешкой обратился он к нападающему. —Да, Дрю? —состроив такое же лицо ответил Нил. —Понятно-понятно, но это сути не меняет! Живо в дом и чтобы сразу в ванну пошли! —строго покачав головой сказал Ники и смотрел им в спины, уверяясь в том что оба в доме и идут в душ. В доме была одна ванная комната и так что первым пошёл мыться Эндрю, который перед уходом включил обогреватель и укутал Джостена в полотенце. Спустя пару минут блондин вышел из ванны, наблюдая интересную картину: Джостен, укутанный в большое полотенце, засыпал сидя в кресле в гостиной рядом с обогревателем. Преодолев небольшое расстояние между ними, блондин аккуратно провёл рукой по рыжим кудрям, вырывая из сна рыжее бедствие. —Кролик, пора вставать—на распев протянул Эндрю—иди в душ. Нил не хотя разлепил глаза, машинально встал и побрёл в ванную комнату, которая оказалась довольно большой. Быстро приняв душ он заметил вещи, оставленные ему, чтобы он смог переодеться. Чёрная футболка была на пару размеров больше и не прилегала к коже. Как только он вышел в дверь позвонили и они машинально повернув головы, двинулись открывать. Курьер довольно быстро всучил им их заказ, пожелал приятного аппетита и быстро уехал, что не удивительно, учитывая начавшуюся грозу. Сверху послышались грохот и грубое бубнение, только что проснувшихся людей. Первым спустился Аарон, явно проклиная всех и вся, шагая в ванную. Через двадцать минут спустился недовольный Кевин, у которого явно болела голова и не только. Ники в это время проверял закрыты ли все окна, гроза как никак. Эндрю и Нил в это время раскладывали доставку на кухонном столе. —Блять, как же мне хуево. —простонал Кевин доставая из холодильника бутылку воды и прикладывая её ко лбу. —Алкаш—сухо комментирует Нил, по свойски усевшись в кухонном кресле. В это мгновение в комнату заходят остальные участники этой пати. —Слышал, Кевин? А ты говоришь «это лекарство, бла бла бла»—со смешком добавляет Аарон. И тут «святая троица» замечает еду, которая так манит своим приятным ароматом. —Раз уж всё в сборе, то прошу, судари, присядьте и поешьте наших явств. —с издёвкой и улыбкой до ушей щебечет Эндрю. После еды парни перекочевали в зал и включили телевизор, на котором уже включили какой-то фильм. Нил остался убраться на кухне вместе с Ники, в то время как Эндрю пошёл покурить, так что Нил решил его не трогать, а оставить его одного, так как видел что это ему необходимо. —Ты проследишь за ними? —сухо спросил Нил. —Конечно, господин Морияма. —слегка погрустнев, но всё же вложив долю иронии в интонацию, от такого абсурдного, казалось бы, вопроса. —Как долго тебя не будет? — В общем примерно месяц, может полтора. —ответил Нил заканчивая с уборкой и поворачиваясь к старому другу. Притворяться что они не знакомы и заново знакомятся было забавно, но всё же немного грустно. — Ты им не говорил. —утверждение, не вопрос. Он знал, что Ники, как и он отгораживает личное от работы, это он его всему научил. — Конечно нет. —улыбнувшись сказал Ники,— Я отличный актёр, учился у самых лучших мира сего.—тихо хохотнув сказал Хеммик. —Мне жаль, что мы раньше не поговорили. — тихо сказал Нил. Он правда сожалел, он был наверное единственным, не считая Эрика, кто знал настоящего Ники, а не вечно улыбающегося радужного пони, каким он представлялся внешнему миру и даже семье. —Я скучал, Эсти . —слегка улыбнувшись сказал Джостен. —Я тоже, Нелли. — грустно улыбнувшись сказал Хеммик. — Все знатно ахуеют от тебя в здравом рассудке. Такого дьявола они точно не видели. —засмеявшись, искренне, добавил Ники. —Это да—сухо усмехнувшись ответил Нил. Раздался щелчок открывающейся двери и в комнату вошёл Эндрю, одарив их лучезарной улыбкой, и все двинулись в зал на кинопросмотр. Это был тихий и уютный вечер. *** Утро понедельника освещало жаркое солнце, что вчера пряталось за грозовыми тучами. Вчера, как только закончился дождь, парни собрались и уехали обратно в «нору», где их, ну или правильнее сказать, только Нила, ждали старшекурсники. Да, ночка выдалась долгая со всеми этими расспросами, мудачеством Сета и язвительностью Аарона. —Нил, ты отвлёкся. Ты меня слушаешь? —как всегда спокойно спросила Претти. И как в ней столько «спокойности» помещается? —Прости… можешь повторить? — с выступающей улыбкой проговорил Нил. Таблетки он не принимал уже шестнадцать часов и собрать мысли в кучу просто не выходило. Первые признаки ломки подступали всё ближе и ближе. —Конечно.—улыбаясь ответила Бронсон. — Итак, Нил, с сегодняшнего дня начинается полное снятие тебя с лекарственных препаратов с содержанием психоделиков и опиатов с преобладанием морфина и с уменьшенной дозой метадона . —чётко проговорила женщина. — Ровно в 8:00 начнётся твоя полноценная терапия. — Патриция говорила чётко и ясно, но при этом абсолютно спокойно. Как никак это её обязанность- посветить пациента обо всём во время лечения. —Претти, как думаешь, сколько это займёт времени? — тихо спрашивает Нил. —Всё зависит от организма, Нил, тут не угадать. —спокойно и с лёгкой улыбкой отвечает Бронсон. — Знаешь, ты сильный. — уверенно продолжает она. —У тебя уже была зависимость от слабых наркотиков и ты её переборол. Ты помнишь каково это было. Будет тяжело, но я рядом. Я всегда помогу тебе. — без капли сомнения говорит женщина и получая понимающий кивок, продолжает. — сначала будет ломка. Так как мы сняли отдельную квартиру, я постоянно буду рядом. Но ты должен это перетерпеть. Как только синдром отмены пройдёт, мы начнём консультации. — хорошо. Да начнётся ад *** Сколько времени прошло? Как долго он не видел свет? По его подсчётам прошло около пяти дней. Всё это время Нил не мог нормально спать, его мучали слишком живые кошмары. А кошмары ли это? Что если это реальность и не было встречи с Дрю и остальными? Что если он и вправду всё ещё живёт с отцом? Тишина никогда не была чем-то необычным в доме Веснински, это скорее само собой разумеещееся. Да вот только тихо было только снаружи, но никак не внутри. Дом был насквозь пропитан кровью и громкими криками. Натаниэль часто слышал эти крики, они стали неотъемлемой частью его жизни. Ему уже пять. «Ты ничтожен», «Заткнись, я сказал», «Он не ребёнок, чтобы с ним возиться. Пусть берёт этот Чёртов нож и тренируется.», «Ты ничтожество, а не мой сын»-как часть это слышал ребёнок? Глупый вопрос. За все попытки матери остановить разгневанного Мясника Натаниэль получал вдвойне и от этого становилось просто невыносимо больно, как Мэри так и мальчику. —Привет, младший! — с хитрой ухмылкой, облизывая, окрашенные ярко-красной помадой губы, пропела Лола. Натаниэль на это лишь кивнул головой, давая понять что услышал её. —Что-то ты какой-то не весёлый. —подойдя вплотную к ребёнку, шепнула она ему прямо в ухо и добавила—Папочка хочет чтобы ты спустился вниз. От приторного тона женщины хотелось блевать, но Натаниэль смог удержать эмоции в себе и сохранить абсолютно не заинтересованное лицо. Устав со своего прежнего места, он направился по давно изученному пути, дороге в его персональный ад - в подвал. Спустившись, он остановился около двери и стукнул пять раз в определённом ритме и только после безэмоционального «Войдите» открыл дверь и зашёл. Опершись о стол бедром, скучающие изучая своё чадо, стоял кошмар и личный дьявол Натаниэля Веснински – Натан Веснински и по совместительству его отец. —Отец, вы меня звали. — чуть опустив голову, поприветствовал Натаниэль старшего. — Моё величайшее разочарование, подойди. —холодным тоном сказал мужчина, что был чуть ли не втрое выше собственного сына. Натаниэль уже не боялся, будет больно и он знал это, каждый раз когда маленький мальчик виделся с отцом было больно. Быстро, но тихо Натаниэль подошёл к отцу и не вздрогнул, когда тот коснулся его плеча и повернул его лицом к опущенному для роста шестилетнего ребёнка столу. На белоснежной поверхности стола лежала девочка примерно его возраста, может чуть младше «ангел» пронеслось в мыслях мальчика. «Ангел» - девчушка с аристократической белой кожей и практически белыми волосами, изящные для юного создания изгибы лица, и в подходящем белом платье. Да, в будущем она затмит всех, но будущего не будет. Спустя мгновение ангел открыл глаза, «как у меня» пронеслось в голове у Натаниэля, такие же холодные голубые глаза, но более светлого оттенка, что светились как маленькие звезды или васильки на снегу. Девочка посмотрела на него и за всего секунду на её лице промелькнуло миллион эмоций, пустота – вот что осталось после её осознания. Её глаза, она будто уже умерла, хоть всё ещё дышала и её сердце билось. Она не кричала, не звала на помощь и не плакала, она просто смерилась. «Она ещё совсем ребёнок» бесстрастно глядя в её глаза думал Натаниэль, «ты тоже» шептал голос изнутри. — Привет, Эмили. —радостно протянул Натан. — Натаниэль—обратился он к «сыну»— это—сказал он указывая на ребенка—теперь тренируется с тобой. Она твоя будущая правая рука. — Сказал он и что-то неимоверно тяжёлое упало в сердце младшего. «она будет жить… у неё есть будущее» мелькало в голове у Натаниэля и он, кажется, никогда не был так благодарен, как сейчас. — Ты меня понял? — спросил Натан, и получив в ответ кивок, продолжил—Тогда забирай её и убирайся. Даю тебе месяц, чтобы ты научил её хотябы основам. —Да, отец. —ответил как можно более равнодушно Натаниэль и, подождав пока девочка поднимется, направился к выходу, наблюдая, чтобы «ангел» следовал за ним.