Уж на сковородке.

- Вань, а что это у тебя за синяк? - вздёрнул бровь Яо, неожиданно заметив на правом боку России приличных размеров синячище, приблизительно в районе аппендикса. Синяк был явно не старый, но большой, жёлтый, с едва заметным красным, к тому же, с виду довольно болезненный. - Где ты так брякнуться умудрился? Ваня, в это время чинно читающий газету и попивающий кисель - даже запах которого Яо, на самом деле, терпеть не мог - опустил её и крайне укоризненным взором уставился на страну. Китай опустил голову вбок, не понимая, что такого вопиющего он успел спросить. - Яо, ты во сне вертишься, подобно ужу на сковородке. - фыркнул Брагинский, отпивая из кружки. - Так что это ты меня и пизданул чуть ли не по печени дня два назад, я чуть с кровати не слетел, честное слово. Не в первый раз, кстати. Брови Яо взлетели вверх быстрее цен на бензин в Америке: - Правда что ли? - Ваня хмыкнул, словно спрашивая, мол, нафига ему врать. - А чего не сказал-то? Я б хоть попытался аккуратнее спать... Ваня снова опустил газету и максимально выразительно взглянул на Вана, который в это время чинно заваривал себе чай по собственным традициям: - Каким, интересно, образом? По рукам и ногам бы себя связал? Я уж попривык за последние лет шестьдесят твои пинки ночью получать, знаешь, как родные уже. Так что хуй забей, всё равно ничего ты с этим не поделаешь... - Вань, опять ругаешься. - сморщился Яо, наливая себе из чайничка душистой жидкости, пахнущую жасмином. - Просил же аккуратнее в выражениях быть... - Извиняй, мы в Ёбурге, а ты знаешь, как на меня Свердловская и Челябинская области поблизости действуют - матерюсь без продыху, контингент такой. Можно было бы, конечно, в Пермский край съездить, тут недалеко, тогда и я браниться поменьше буду... Ванг Яо покачал головой, отпивая чаю и вставая поближе к окну: - Артём Петрович* не обрадуется... Две страны в одном городе - он же свихнется за этот месяц... Пермь терпеть не может, когда в него кто-то большой приезжает, его изнутри распирает и он работать нормально не может, я это по первому приезду ещё понял. А Екатеринбург и так к нему уже уехал, чтобы с нами тут с ума не сойти, так что нам двоим там и подавно делать нечего. У Егора переседим, потерплю я твои маты... Россия хмыкнул и откинул голову на спинку кресла: - Там такой феерический трындец, наверное, происходит... Каждый раз, когда Екатеринбург приезжает к Перми, там можно ситком на тысячу серий снимать - четыреста лет уже за этой клоунадой наблюдаю, с их основания, да с Екатерины ещё... Как Егор при Тёме рот откроет - так и сиди перед ними с попкорном... - Странные у них отношения. - витиевато передёрнул плечами Яо, поддаваясь своей восточной натуре. - Вроде и дружат, и общаются, а всё равно будто бы взаимно друг друга терпеть не могут, Артём Петрович в особенности... - У Тёмки характер говнистый, Егорка ему под стать, вот и всё. Стоят они друг друга на самом-то деле, просто разные до невозможности... - Иван снова отпил из кружки и задумчиво уставился в окно. - Тёме, кстати, позвонить надо, а то он меня с говном когда-нибудь вместе со всеми своими чиновниками сожрёт... - Мы от темы с тобой отошли. - качнул головой Яо, прикрыв глаза. - Ты мне скажи, я что, серьёзно так сильно во сне пинаюсь? С виду тебе камнем в бок зарядили, честное слово... - Говорю же, плюнь и разотри. - отмахнулся Брагинский, отставляя кружку. - Да, пинаешься, да, лягаешься, иногда и рукой по лицу мне как зарядишь, так я аж проснуться могу... - он пожал плечами. - Не всё ли равно? Говорю же, попривык, за шестьдесят лет-то. - Так неудобно же... - сокрушённо вздохнул Китай, приобнимая себя за локти. - Ты бы и вправду хоть сказал, а то я же не знаю... Так ведь и сломать что-нибудь ненароком можно... Ваня устало вздохнул и, встав с кресла, приобнял мужчину за плечи, после чего крепко поцеловал в смолянисто-чёрную макушку. Яо снова передёрнул плечами и, прикрыв глаза, откинул голову Ване на тёплое плечо. - Не переживай, пожалуйста, а то и вправду на ужа походишь, они как раз чернявенькие. - Китай, против воли, улыбнулся и хмыкнул. - Я сплю, как бревно, так что далеко не всегда чувствую, если ты меня во сне пиздишь. Если только что-то особенно сильное, наподобие кулака в челюсть, а так - глубоко по барабану, правда. Мне ж не просто так прилетает - тебе, видать, кошмары снятся, когда сны спокойные, я без синяков просыпаюсь... Яо глубоко смолчал о том, что ему сегодня снился сначала Япония, заново оставляя ему рваный шрам на спине, а потом и Вторая Мировая, от которой он чуть не свалился с кровати к чёртовой матери. Незачем Ване об этом знать, сам до сих пор от войны не до конца оправился, пусть никогда в этом и не признается. - Пойдём спать, поздновато уже. - отстраняясь и направляясь в сторону спальни, сказал Китай. После он обернулся и, как бы невзначай, бросил: - Постараюсь сегодня без кулака в челюсть и пера под ребро. Но не обещаю - Тёме ты уже второй месяц позвонить собираешься... Ваня громко заржал и, выключив свет в большой комнате, направился за Китаем, параллельно кидая кружку в раковину. И вправду - уж на сковородке. Чернявенький такой...