Тишайший стон

Тусклый луч серебряного лунного света, совсем не освещавший комнату, мирно разлёгся на полу, пробравшись через окно, за которым тихо моросил дождь. Капли почти неслышно барабанят о крышу, но всё же практически заглушают змеиное шипение. Бай Чжу невероятно тихий в постели – это Чжун Ли понял с первой их ночи вместе, поэтому сейчас лишь жмётся ближе к любимому, желая заставить его больше проявить голос. Чуть огрубевшие от копья руки, которые не спасают даже перчатки, скользят по выученному на высший балл телу, зарываются в изумрудный водопад длинных распущенных волос. Пальцы легко обхватывают чужой подбородок, заставляя распахнуть глаза цвета золота, которое кажется прекраснее любой монеты моры во всём Тейвате. Прищуренный взгляд затуманен, и лекарь словно не видит ничего перед собой, смотрит сквозь партнёра, да и зрение в темноте ему не дано, поэтому приходится лишь хвататься за тёплое тело над собой руками и ногами, словно утопающий за соломинку без особой надежды выбраться. Из этого цунами чувств и эмоций ему никогда и не было суждено спастись. – Я хочу слышать тебя, – раздаётся над ухом обычно спокойный, но сейчас такой требовательный голос, не оставляя возможности воспротивиться. Чжун Ли резко двигается, и в лекарской спальне раздаётся чуть слышный, еле уловимый слуху стон. Это похоже на обычный выдох – настолько тихо. Словно на зло консультанту из бюро "Ваншэн" Бай Чжу ещё и закрывает себе рот ладонью, до боли кусая не по-человечески острыми клыками. Из двух маленьких ран начинает тонкой струйкой течь рубиновая кровь. Чжун Ли это быстро замечает и осторожным движением притягивает к себе пострадавшую ладонь, начав покрывать её еле ощутимыми поцелуями. Кровь не считается у них чем-то нормальным в моменты любви, но и непривычным тоже. Известному всем в Ли Юэ и не только лекарю нередко приходится зашивать, обрабатывать и одним словом "латать" возлюбленного, хоть в битвы тот рвётся и немного. Да и в поцелуях, признаться честно, оба любят кусаться, иногда перебарщивая. Наконец заметив осмысленность и сфокусированность от боли в сверкающих глазах напротив, Чжун Ли показательно провёл языком по алой дорожке на тонком запястье, слизывая её. Бай Чжу с присущей ему изящностью прогнулся в спине, закидывая голову назад и упираясь взглядом в потолок, ведь это, кажется, желающее его убить перевозбуждением создание, он видеть больше не мог. А чуть ранее бывший Архонт был спокоен, как самая тихая река на совершенно плоской равнине, и ничего не предвещало такого продолжения их мирного вечера с чаем и обсуждением книг, прошедшего дня, новостей города. Сейчас же создаётся ощущение, будто Чжун Ли подменили, ведь: "Кто это, чёрт возьми, такой и что он творит с моим телом и разумом?!" – хочется воскликнуть Бай Чжу. От такой переменчивости мужчины в груди рождается странное чувство азарта, ведь никогда не узнать, что произойдёт через минуту. Лекарь уверен, что эту сторону обычно спокойного джентльмена видит лишь он один, никому другому просто не позволено, никто не подбирался и не подберётся так близко – желтоглазый просто не позволит. От мыслей о всяких приставучих рыжих и тому подобное рядом с, как казалось Бай Чжу, соблазняющим одним своим этим "непоколебимым спокойствием" его возлюбленным на душе становилось неспокойно, и волна уверенного собственничества просыпалась в тихом омуте. Совершенно расслабленное и разнеженное тело вновь оказалось подвластно разуму, поэтому зеленоволосый сжал пальцами чужие плечи, наконец высвободив свою руку из плена поцелуев, и сильно надавил, заставляя упасть на гладкие простыни прежде нависающего над ним мужчину. Чжун Ли опешил от столь редко проявляющегося желания Бай Чжу сделать всё самостоятельно из-за попросту нехватки сил, что на несколько мгновений потерялся в тёмном пространстве, а когда его больно укусили за недавно зажившее от подобного же плечо, расслабленно выдохнул. – Всё в порядке? – уточнил он, ведь удовольствие удовольствием, но здоровье и самочувствие партнёра гораздо важнее. Доктор в подтверждение лишь угукнул, обвивая руками шею и потеревшись носом об уже ощутимо щетинистую щеку. – Кто-то совсем заработался, – тихо засмеялся он, выкидывая из головы такие не нужные сейчас мысли и отдаваясь моменту блаженного спокойствия души. – Извини, – ответил Чжун Ли, обнимая любимого за талию и притягивая как можно ближе к себе, хоть и казалось, что уже некуда. – Нет, мне нравится, – улыбнулся он и, хитро сверкнув глазками, вернулся к прежнему их занятию, от которого они прервались на минуту заботы и нежности друг к другу.