Особое условие

“Внимание. Квест “Всё начинается в пещере” выполнен. Добро пожаловать в подлунный мир. Выполните особое условие, чтобы узнать требования основного квеста.” Человек, выползая из пещеры, ощущал облегчение, когда воздух наружу стал свежим, а звуки природы стали более различимыми. Ночь была темной, но звезды ярко сверкали на небесах, освещая его путь. Он прополз сквозь густые заросли вьюна, при этом преодолевая толщу отмерших растений, которые создавали плотный барьер. В его положении даже самые мелкие детали препятствий были ощутимы, и каждое движение было невероятно трудным. Наконец, он достиг открытого воздуха и увидел, что вход в пещеру перекрыт скальным выступом, откуда свешивалась своеобразная живая дверь. Это представляло собой интересное сочетание природы и необычной архитектуры. Звук капель, доносящихся изнутри, стал более отчетливым, подчеркивая его близость к источнику воды. Человек понял, что выполнение квеста "Всё начинается в пещере" стало первым шагом в этом мире. Теперь перед ним стояло особое условие, и он из последних сил направился к воде, стремясь не только утолить жажду, но и узнать требования основного квеста. Каково же было его разочарование, что воды почти не было. Вероятно, где-то выше по склону стекал горный ручей, но тут, с высоты в два человеческих роста, падали лишь жалкие капли, да и те дробилишь на миллиарды частей, по большей части осядая на зарослях мха вокруг. Но, в любом случае, крохотная ямка, проточенная от капель, была почти полна. Первый глоток этой кристальной, безумно вкусной воды показался ему райским наслаждением. Ещё ни разу в жизни он пил ничего лучше. Хотя, сколько он помнил, той жизни? Тусклый свет звёзд не позволял разглядеть детали, но то, что удалось увидеть, выглядело скверно. Бедро словно кромсали тепым ножом, точнее, мелкой клешнёй. Никакой одежды не было, чем перевязать рану тоже не ясно, но крохотная мысль на границе сознания не давала ему успокоиться. Что-то, чего он не замечал, но это что-то было чрезвычайно важно. Мужчина чуть подтянулся, чтобы сесть поудобней, пережил мгновение слабости и острый укол боли, заставивший его сжать кулаки. Когда в глазах перестали плясать разноцветные пятна, он обратил внимание, что в одной ладони он всё также продолжает сжимать мох. - Мох… Мох… Точно. Рана не загноится, если приложить мох… Откуда он знал это? Откуда он знал, что это растение - мох, а то отверстие в стене - пещера? Откуда он понимал, что за надписи висят у него перед глазами? Все эти мысли не мешали раненому нарвать достаточно зелёного мха и осторожно прижать к ране. Кровотечение замедлилось. Осталось придумать, как сделать так, чтобы мох не спадал, но тут сил на это уже не оставалось. Несчастный так и уснул, прижимая руку к израненой ноге. Утро началось с системного оповещения. “Внимание. Кровотечение остановлено, Вы больше не теряете здоровье. Вы смогли избежать смерти благодаря обычным растениям. Получен постоянный бонус “Начинающий дикарь”. С ничтожным шансом вы сможете узнать свойтва растения при исследовании.” Да уж, не самое приятное пробуждение. Всё тело задеревенело от неудобной позы, в голове сплошной туман, а бедро в выглядит просто ужасно. Бордово-красное, вздувшееся, не него было больно даже смотреть, а малейшее прикосновение выбило их глаз слезы. Не было и речи о том, чтобы куда-то перебираться. С трудом, преодолевая слабость, стрелющую боль и темноту в глазах, человек кое-как натаскал сухих листьев и стеблей от входа в пещеру и расположился в паре шагов от спасительной выемки с водой. Оставалось только ждать, пока нога хоть немного, но придёт в норму. Одна капля на счёт двадцать три, четыре капли на счёт двадцать девять. Семьдесят восемь капель, чтобы проточенная водой ямка заполнилась. Человек не был уверен, что он ни разу не сбился, слишком часто он проваливался в незабытьё. Каждый раз, когда ямка заполнялась до краев, он выбирался из своего логова, устроенного в сухой листве, жадно выпивал всё, и забирался обратно. Голода не было, была лишь всепоглощающая жажда и нестерпимая слабость. Целый день он боролся с ней, но под вечер силы покинули его. В следующий раз он очнулся от сильно жара. Всё тело тряслось, хотелось свернуться, спрятаться от этого холодного мира, и в тоже самое время выбраться наружу, на свежий воздух, чтобы хоть немного остыть. Вечера сменяли утра, и каждый новый день превращался в борьбу за выживание. Время стало плывущей сущностью, и человек терял счет дням и ночам. Но всё имеет свойство заканчиваться. Однажды, открыв глаза, мужчина понял, что холод больше не терзает его, что нога болит, но уже не так явно. А ещё он понял, что голоден настолько, что неосознанно съел весь мох, до которого мог дотянуться. Он лежал в пустой проплешине и понимал, что это милое пристанище, спасшее его от смерти, станет могилой, если он продолжит здесь оставаться. Надо было выбираться в большой мир, искать пищу, воду, искать других людей. Он попытался встать, но перед глазами всё потемнело, пришлось вернуться на четвереньки. Медленно, едва передвигая конечностями, он выбрался наружу, увидел полосу зелёных деревьев в полусотни шагов ниже по склону. По склону, покрытому острыми и неустойчивыми камнями, разделяющими жизнь и смерть.