Давай останемся дома

Первый день учёбы прошёл отлично. Аниэла и Профессор получили пару «Превосходно», а Бабс и Антиген нахватали выговоров. Они не расстроились. Владлен считал, что расстраиваться вредно. Он никогда не унывал, а рядом с ним не грустили и Аниэла, и Адриан, и даже Тихон. — Ну что? Махнем к Тихону, отметим начало учебного года? — Бабс подмигнул друзьям. — Я не против, — хмыкнул Тихон. — И я, — Профессор поправил очки и положил книгу в сумку. — У! Профессор хочет культурно посидеть! Все в изумлении! Бартли, что с тобой произошло за лето? — Ничего, Ньюман. У нас просто разные жизненные установки. Для такого одноклеточного как ты они достаточно примитивны, и… Владлен громко захохотал. — Адриан, ты говоришь на заумном, даже собираясь отдыхать! — прическа Бартли была разрушена огромной лапой Ньюмана. Парни так увлеклись беседой, что ушли далеко вперёд. — А ты? — обратился Тихон к Аниэле. — Едешь домой? — Нет, почему же? Я поеду с вами, а то натворите там дел. Лицей с утра никто не отменял. Тихон с улыбкой окликнул друзей: — Эй! А мы? Ани тоже едет с нами! — ЧТО?! — Владлен остановился в изумлении. — Это не шутка, милая? — Адриан внимательно оглядывал подругу. — Ну да. Мне ведь не два года… — А целых шестнадцать! — с чувством произнёс Влад.Он хотел что-то добавить, но замолчал под осуждающим взглядом Ани. — …я могу себе позволить побыть со друзьями. — А твои родители не будут против? — Адриан всё также смотрел на неё сквозь линзы очков. — Они знают, что сегодня я могу задержаться допоздна, тем более я не сильно младше вас, месье Бартли. — Кхм...Ребят, я ведь всего лишь на год вас старше! — Меня на два! — Это не важно! Хватит ставить меня на вершину Олимпа! — Слышишь, Санчес, историку он тут вспомнил! Голова! — Ньюман состроил важную гримасу, подняв палец вверх. — Влад! — Аниэла возмущенно посмотрела на парня. — Уже понял! Поехали, а то его водитель Тихона уже заждался! *** Аниэла снова смотрела в окно, воспоминания медленно проникали в её голову…. Первый день в Лицее. Мама вела её за руку по большому двору. Рядом с отцом, а вернее чуть впереди гордо шагала Габриэль, она уже четверокурсница, ей уже двенадцать, и Ани она казалась такой взрослой!.. Вот, теперь и мама, и папа позади, впереди только огромный Лицей. Родители уехали, сестра убежала к подружкам, а Аниэла одиноко стояла около входа со своей учительницей. Аниэла ждала поступления в Лицеум целый год. Она слышала рассказы Тихона о школе, мечтала попасть в загадочные классы, изучить всё, что движется, на механике, узнать все тайны, скрытые между строк, на уроках литрики. — Адриан! — размышления Аниэлы прервала мадемуазель Вари, учительница. К ним подошёл высокий мальчик. — Послушай, мне нужно собрать малышей по всему двору, а мадемуазель Харрис не с кем оставить. Проведи её к классу, если через десять минут я не вернусь. Женщина потрепала Ани по голове и исчезла в толпе детей. — Я полагаю, Аниэла? Ани засмущалась, но кивнула. — Я Адриан Бартли. Хочешь, будем друзьями? Я покажу тебе школу, проведу в самый дальний уголок библиотеки... — Хочу! Тихон рассказывал, что там живёт старик-книгочёт. Он считает книги и рассказывает сказки! Пойдём скорее! — Конечно живёт, милая! Кстати говоря, ты о Тихоне Санчесе? — Да. А что? — Он дружит с Ньюманом, а вместе они выносят мозги учителям. — Правда?.. Какой ужас! Мне жаль учителей… — Не расстраивайся. Тебя точно не тронут и не помешают учёбе. Пойдём? Они за руку пошли к школе. Вдруг в них врезались двое мальчишек — веселые взъерошенные шатены с улыбками от уха до уха. — Пра-а-астити! — Мы… Ани?! — Санчес пораженно уставился на девочку. — Тишка, нельзя бегать здесь! Мы же в Лицее! — строго сказала Аниэла, подняв к небу маленький пальчик. — А-а, это ты Аниэла Харрис? Позвольте представиться, мадемуазель, я — Владлен Ньюман. Привет, Профессор! У нас сегодня будет моделирование? — Будет. Хватит носиться! — Моделирование? И хочу с вами! — Это только для мальчиков. — И почему всё самое интересное для мальчиков?! — Потому что мальчики — это мощь! — изрёк Ньюман, за что огрёб подзатыльник от Бартли. Аниэла улыбнулась. Первый день в Ли был наполнен добротой и заботой. Вспомнилось, как она наблюдала за парнями в темно-зеленых фартуках на уроке моделирования. Это были старшекурсники. Тогда их дымящиеся паяльники и выжигательные аппараты манили со страшной силой. Аниэла встретилась глазами с Тихоном. Девушка улыбнулась. Он кивнул и уткнулся в книгу. «Без Бабса мы бы ехали в полной тишине», — подумалось Тихону. В непринужденной атмосфере друзья добрались до поместья Санчесов — мрачного готического сооружения, наполовину заросшего диким виноградом. — Что ж, вечеринка начинается! — торжественно вышел Владлен из машины. — Тише, — шикнул Тихон. Он напрягался каждый раз, когда заходил домой, но никому об этом не рассказывал. Он уловил тяжёлый вздох Аниэлы и грустно улыбнулся. Жалеет его, глупая. Вошли в холл… Тихон чуть не зарычал от досады — их встретила Мэри. — Добрый вечер, — она улыбалась. Вся такая счастливая, и на неё, светясь, смотрела его Харрис. Между ними происходило какое-то невербальное общение. Это его раздражало. Делить Харрис с кем-то…никогда! Но сегодня они только перекинулись парой взглядов, пока ребята снимали обувь. Он облегчённо выдохнул. Ани легонько коснулась его плеча. Тихон смог выдавить: — Мы будем у меня, Ма. — Хорошо, милый. Я не стану вас тревожить. Развлекайтесь. — Почему ты её так любишь, Ани?.. — Потому что я люблю тебя, — Тихон почувствовал себя идиотом под её взглядом. — Я люблю всё, что связано с тобой. — Да…Прости. — Ты не виноват в том, что твоя мама умерла. Никто не виноват. Так бывает. Время не залечит твои раны, только ты сам. А Мэри… Тишка, ведь ты умный! — Знала бы она, насколько обезоруживал её взгляд! У Тихона заготовил партию колких фраз для каждого, кто затрагивал тему его семьи. Даже для Ани. Но стоило встретиться с ней глазами, как всё уничтожалось, оставляя только раскаяние и покорность. — Прости её. Она имеет право на счастье. Как ты, как я, как Бабс и Профессор. Дай ей шанс, — она смотрела так нежно, что он невозможно было не кивнуть. Харрис обняла его. Раздражение ушло совсем, и Тихон снова почувствовал желание жить. — Не извиняйся, — шёпотом, потому что вдруг не осталось сил говорить, — спасибо, душечка. Мне действительно лучше…

***

Устроить вечеринку в библиотеке Санчесов было жуткой и пугающей Аниэлу идеей. Но Владлена редко волновал кто-то когда он собирался от души развлечься. Остальные парни были не против. Даже Профессор не внял её мольбам. — Ну и шут с вами, — беззлобно бросила Ани. Было немного обидно, но они же не обязаны постоянно ей подчиняться.        Вечер шёл своим чередом. Мальчики принесли пледы, фрукты и овощи, жареную курицу и печеный картофель и вино. Валяясь на полу, поглощали это великолепие совсем не аристократически — руками, болтая на различные темы и запивая вином. Аниэла сидела на подоконнике с грушей и читала. Здесь было уютно и тихо, не считая галдящих парней. — А-а-ани, — Владлен приподнялся на локтях. — Да? — Аниэла спрыгнула с подоконника и направилась к ним. — Ани. Ты что-то утром обещала. — Что же я обещала…дай подумать. Рассказать профессору Амстрер, что Ньюман не написал ни строчки за летние каникулы? — Эй! Мы не об этом договаривались! — Я помню, Влад, о чем мы договаривались. Завтра на перемене получишь. — Славно, — парень удовлетворенно выдохнул, — меня кто-нибудь доставит до дома? Проф, за тобой пришлют? — Уже, — недовольно произнёс Бартли, возвращаясь в комнату. — Подхватишь? — Разумеется. Пока, Дарлин, Ген. Спасибо за вечер, — даже выпив, Профессор оставался вежливым и учтивым. — Вам спасибо, парни. — Тихон взглянул на часы — ровно десять. Ребята уехали, Тихон и Ани остались вдвоём. — Кушать хочешь? — Санчес заботливо убрал прядь её волос за ухо. — Да, я бы поела… — Кто бы сомневался, душечка. Что насчёт печеного картофеля? — Санчес усмехнулся. — Только если с грибным супом. — А что если его сегодня нет? — Я знаю, что есть, Санчес, — Аниэла скрестила руки на груди, глядя на него снизу вверх, — этот запах я не перепутаю ни с чем! — Мне ни разу не удавалось провести тебя, Ани. Как ты это делаешь? — Я знаю тебя насквозь, Санчес. — О, да. Никто не знает меня так, как ты. Будет тебе супчик, душка. Через две минуты Аниэла уплетала любимый суп-пюре и рассказывала о прошедшем дне. Про то, как она забыла чуть ли не все реакции перероста на кружке по знанию классических произведений Фениста Цырковского, но вовремя вспомнила о правиле ЦФКР; как профессор Кэпри, преподаватель музыки, чуть не упал в обморок, когда одноклассники вошли в класс через вентиляцию в потолке. Про перемены, девочек, слухи о Тихоне и Владлене. Он внимательно слушал, не перебивал, смеялся над напуганным профессором музыки, опровергал сплетни, и снова смеялся. Он думал о том, какая она маленькая; она думала, какой он хороший. Тихон привёз её домой и, держа за руку, вошёл в зал, в котором отдыхал отец. — Месье Харрис, извините, что так поздно, я заболтал Ани. — Тихон! Как приятно тебя видеть! — Радомир встал со своего места, обнимая Тихона. — Ничего, моя дочь сама заболтает кого угодно. — Папа-а-а! — она смущенно опустила взгляд. — Вы правы, но сегодня это был я. Так что во искупление вины привёз Ани. А теперь — вынужден откланяться, меня ждут. Радомир кивнул. — Я провожу тебя во двор. Доченька, завтра на учёбу, отправляйся в кровать, пожалуйста, — он потрепал девушку по голове, выходя в холл. — Мог бы и возразить, Санчес! Я не такая болтушка! — надулась она. — Мы шутим. Ложись спать и не читай до утра, — он мягко поцеловал её в макушку. — Спокойной ночи, душечка. — Сладких снов, Тишка…