He Tastes Like Poetry

      — Клип Queen «Bohemian Rhapsody» сильно повлияло на дальнейшую эволюцию клипов… — Че что-то бормочет себе под нос, карандаш быстро скользит по бумаге, записывая ключевые моменты вчерашней лекции. У него меньше двух месяцев, чтобы уложить в голове все важное и даже менее важное перед выпускными экзаменами. Изучать историю музыки было весело, пока дело не дошло до экзаменов. Там просто слишком много данных, слишком много имен, названий, лет, стилей и текстов песен… Честно говоря, у Че голова идет кругом. Не то чтобы ему не нравилось то, что он изучает, но он чувствует, что ему совершенно точно нужен перерыв.       Если бы только он мог это вынести.       — После выпускных, Че, после выпускных! — опять бормочет Че и переворачивает страницу на «Глэм-рок 70-х». Он вздыхает, это не его любимый жанр, но что поделать? Ему также приходится изучать вещи, которые ему не особенно нравятся.       Че собирался начать читать статью о том, как глэм-рок повлиял на эволюцию индустрии моды, когда его уши пронзил голос Элиса Купера.       Ты безжалостная машина       И кровь твоя словно лед       Один взгляд может просто уничтожить       А моя боль возбуждает тебя       Ах, вот оно что, вздыхает Че, это любимая песня Кимхана.       Не то чтобы Че знал это точно, но учитывая, сколько гребаных раз Че слышал, как его сосед играет эту песню… Че считает, что его догадка довольно точна. Однако, если это любимая песня Кимхана, то это не значит то, что Че любит эту песню тоже. Да, было время, когда Че был совсем не против нее, но потом его милый сосед решил начинать свою рок-сессию с этой песни каждую чертову ночь, а Че уже устал. Чертовски устал. Теперь каждый раз, когда Че слышит эту песню, он понимает, что не сможет позаниматься до рассвета, когда его глупый сосед наконец решит прекратить это безумие и уйти спать.       И это не значит, что Че не любит рок-музыку. Он любит! Он бы даже наслаждался ей, если бы ему не приходилось изучать ее вместо того, чтобы слушать.       Обычно он просто мучается до утра, но не сегодня.       Я хочу тебя любить, но лучше к тебе не прикасаться (не прикасаться).       Я хочу удержать тебя, но разум приказывает остановиться       Я хочу поцеловать тебя, но хочу этого слишком сильно (слишком сильно)       Я хочу испить тебя до дна, но твои губы — это смертельный яд       Ты — яд, струящийся по моим венам       Ты — яд, но я не хочу рвать эту порочную цепь       Что-то внутри Че обрывается. Стакан полон, слишком полон! Он встает, резко бросает карандаш на стол и выходит из своей квартиры.       Он стучит в дверь Кимхана еще до того, как успевает подумать об этом еще раз. Это не имеет значения! Два месяца! У Че есть всего два месяца, чтобы выучить все. Если Кимхан не заинтересован в том, чтобы стать кем-то для Че, например, его наставником, вместо того, чтобы раздражать его до чертиков, тогда он может отвалить!       Яд (яд)       Струящийся глубоко в моих венах,       Горит глубоко в моем мозгу (яд)       Отравление (яд)       Я не хочу рвать эту порочную цепь (яд)       Яд       (Яд) Я не хочу рвать эту порочную цепь (яд)       Че стучит, и стучит, и стучит, он даже не знает, как долго, но песня подходит к концу, когда дверь наконец открывается.       И вместе с дверью, рот Че тоже открылся:       — Ты можешь, блядь, перестать играть это дерьмо каждую ночь! Меня не волнует то, что тебе больше не нужно учиться, что ты свободен или что-то еще. Не у каждого есть привилегия пытаться оглохнуть от самой громкой гребаной музыки на свете, как это делаешь ты! Кто-то должен заниматься, так что либо ты выключаешь ее, либо я ломаю твою гитару о твою же гребаную шею!       У Че даже не хватает терпения дождаться реакции Кимхана. Он разворачивается, чтобы уйти. Он слишком много сказал. Черт, Че просто хочет исчезнуть обратно в своей квартире и притвориться, что этого никогда не было.       — Как можно сломать гитару о чью-то шею?       Че останавливается.       Что за черт.       Че снова поворачивается к Кимхану. Только теперь он обращает внимания, чтобы разглядеть открывшееся перед ним зрелище. Черные рваные джинсы-скинни слишком обтягивающие бедра Кима, белая майка открывает достаточно кожи, чтобы Че смог разглядеть многочисленные татуировки, покрывающие тело Кимхана, коллекцию ожерелий, легко свисающих с его шеи, серебряную серьгу-обруч, проколотую губу и коллекцию колец, поблескивающих на пальцах Кимхана, когда он пробегался ими по своим темным растрепанным волосам. Они делали его глупо привлекательным без всякой на то причины.       На самом деле это первый раз, когда Че видит Кимхана вблизи. Раньше они всегда разминулись друг с другом, когда добирались до своих квартир. Итак, это что-то новенькое. И, черт возьми, Кимхан выглядит чертовски сексуально.       Че прочищает горло, отбрасывая все неуместные мысли прочь, по крайней мере, на данный момент. Горячий Кимхан не означает, что точка зрения Че больше не в силе. Ким все еще раздражает этой чертовой музыкой!       — Что?       Ким скрещивает руки на груди, при этом его мышцы напрягаются. Он опирается на дверной косяк и ухмыляется:       — Я спросил, как ты собираешься разбивать гитару о чью-то шею.       Че вздергивает подбородок и смотрит прямо в глаза Кима:       — Если ты не прекратишь играть эту чертову музыку, то узнаешь.       Ким проводит языком по нижней губе и оглядывает Че сверху вниз, останавливаясь на его глазах.       — Я не думаю, что был бы против, если бы ты захотел показать мне это, Бэмби.       Че прерывисто дышит, дрожь, которую он не может определить, пробегает по его телу.       — Эм, Бэмби?       Ким кивает, все еще глядя прямо в глаза Че.       — Твои глаза. Они выглядят такими невинными… Но так ли это на самом деле?       — Если это твое определение флирта, то я должен тебя разочаровать. Оно ужасно, — быстро отвечает Че, прежде чем его реальная реакция на слова Кима успевает проявиться и смутить его еще больше, чем он уже.       — Если это ужасно, тогда почему у тебя такие раскрасневшиеся щеки, а? — спросил Ким, играя языком с пирсингом на нижней губе, и черт возьми, почему он такой привлекательный? Блять, блять, блять… Че вынужден скрыться с места происшествия. Сейчас! Прямо сейчас!       Че разворачивается и возвращается в свою квартиру быстрее, чем когда-либо раньше. Спиной ударяется о дверь, и закрывает глаза.       — Блядь, блядь, блядь, блядь, блядь! Это катастрофа, гребаный ужас. Поздравляю, Че, ты поставил себя в неловкое положение, и вдобавок ко всему ты влюбился, — стонет Че, в отчаянии ероша свои волосы.       Он открывает глаза.       — Черт возьми, Че! Почему ты так легко влюбляешься?

———

      Прошел месяц, и влюбленность Че стала еще сильнее. Сначала он надеялся, что это было именно то, что он чувствовал в тот момент, потому что в то время в нем боролось слишком много эмоций, но нет! Все далеко не так.       И все стало еще хуже около двух часов назад, когда Ким появился перед дверью Че с пиццей в руках и этой чертовой ухмылкой на губах.       — Хочешь потусоваться?       Почему Че сказал «да»? Это останется тайной до скончания времен. Почему Ким пригласил его потусоваться? Это Че собирался выяснить прямо сейчас.       Черная шелковая рубашка Кима расстегнута почти полностью, а его волосы, которые беспорядочными волнами падают на глаза, никоим образом не помогают Че сохранять спокойствие. В квартире Кима необычайно тихо, одна из его гитар лежит на диване не так далеко от места, где сидит Че.       Что-то вот-вот произойдет.       Че чувствует это.       Ким садится на стол прямо перед Че, будто это самая обычная вещь на свете, и смотрит прямо на него, каким-то образом за первым слоем отношения «мне похуй» скрывается серьезность.       — Ты больше не приходил, Бэмби. Почему? — голос Кима стал глубже и хриплей, чем когда Че услышал его в первый раз.       Что ж, здравомыслие Че покидает его.       Он сглатывает.       — Ну, я попросил тебя остановиться, и ты это сделал, так что я не видел причин приходить снова.       Ким усмехается, недоверчиво качая головой.       — Невероятно, невероятно… Ты знаешь, почему я с самого начала вел себя так громко? Я хотел привлечь твое внимание.       У Че чуть не отвисает челюсть, что ж, он надеется, что этого не произошло, это было бы неловко, но он все равно думает, что это произошло. Он облизывает губы, по какой-то причине они стали слишком сухими.       — Мм… Почему? Я имею в виду… Зачем тебе понадобилось мое внимание?       — Потому что я не могу перестать думать о тебе с тех пор, как увидел, как ты произносишь речь в начале учебного года. Что-то в тебе есть… Я не силен в словах, поэтому решил использовать музыку. Ты очаровываешь меня, Порче.       Че начинает чувствовать жар по всему телу, что происходит? Ким… Как… Он…       — Ты все еще учишься в университете?       — Нет, но я был там, чтобы навестить своего брата Кинна Терапаньякуна, — улыбается Ким.       Это профессор музыки в области поп-культуры, который преподает у Че.       Черт, у него не должно было ничего быть с братом его профессора.       Че резко встает, в его голове уже формируется план побега.       Ким тоже встает, хмуро глядя на Че.       — Я сказал что-то не то? Если… Если тебе не интересно, тогда просто забудь обо всем этом…       — Проблема в том, что мне интересно, — выпаливает Че, прежде чем успевает остановить себя. Черт, черт, черт!       Ким заметно расслабляется, он придвигается ближе, его дыхание щекочет ухо Че, когда он шепчет:       — Тогда в чем проблема, Бэмби?       — Я… Я не могу встречаться с братом моего профессора, — выдыхает Че, нервно поигрывая пальцами.       Ким напевает, обхватывая щеку Че и заставляя того посмотреть на себя.       — Мой брат не возражает, к тому же, разве ты почти не закончил обучение? Это не имеет значения.       Ким прав, на самом деле это не имеет значения. Че просто нервничает, поэтому снова пытается сбежать из ситуации.       — Я чертовски сильно хочу поцеловать тебя, Бэмби. Слова, которые слетают с твоих губ, подобны поэзии. Тебе тоже нравится поэзия на вкус?       Ох, черт.       У Че кружится голова.       Ладно, хорош.       — Тогда поцелуй меня, — шепчет Че, его пальцы запутались в волосах Кима.       Поцелуй Кима подобен огню, он обжигает и поглощает. Ким целует его так, будто ждал этого не месяцами, а со дня рождения Че. Это выбивает воздух из легких Че, но он не хочет останавливаться. Черт, это лучшее чувство, которое когда-либо испытывал Че.       Ким целует так хорошо, что, должно быть, он целовал многих людей раньше. На мгновение внутри Че вспыхивает нечто иное, чем поцелуи Кима. Он хочет целовать Кима до тех пор, пока тот не забудет губы всех остальных. На этих губах не должно быть ничего, кроме Че. Ким должен пробовать поэзию только из уст Че.       Тело Кима падает на диван. Че садится верхом на его бедра, Ким чувствует, как пальцы Че скользят от его волос к шее, ногти задевают чувствительную кожу. Че так жаждет целоваться, дать Киму все больше и больше, что это сводит того с ума. Ким ждал, надеялся и молился о том, чтобы вот так держать Че в своих объятиях в течение нескольких месяцев. И теперь, когда это сбылось, он не может насытиться. Киму хочется умереть, думая о возможности того, что Че не хочет большего, чем просто перепихнуться.       Ким прерывает поцелуй, глядя на Че, его щеки раскраснелись, губы блестят от слюны Кима, глаза Бэмби широко открыты, он выглядит великолепно… Ким хочет оставить его себе навсегда. Но он должен спросить, сначала он должен быть уверен.       — Будь моим парнем… Пожалуйста.       — Да, да, да, — быстро шепчет Че, снова целуя губы Кима, прихватывая зубами его пирсинг, напевая при громком стоне, который издает Ким.       Ким переворачивает их, вдавливая Че в диван, их промежности трутся друг о друга. Че выгибает спину, впиваясь пальцами в плечо Кима.       — К-Ким, Ким…       — Черт, Бэмби… Черт, — Ким издает нечто среднее между смешком и стоном, прикусывая зубами шею Че, — я хочу целовать тебя везде, блядь, везде.       Че тянет Кима за волосы, притягивая того обратно к своим губам.       — Я на вкус как поэзия, Ким?       — Черт возьми, да… Ты, блядь, именно такой, — кивает Ким, его глаза прикованы к губам Че, его руки кружат по всему его телу, отчаянно пытаясь коснуться каждого дюйма, боясь, что он что-то пропустит.       Ленивая улыбка появляется на губах Че, когда тот высовывает язык и облизывает пирсинг Кима.       — Тогда тебе лучше прочитать каждую строчку.

Конец.