Гляделки

      Юнги открывает окно нараспашку, вдыхая тёплый весенний воздух, и сразу же встречается взглядом с трехцветным котом, который сидит на заборе напротив его окна. Эти встречи происходят уже третью неделю, как только на улице сошел снег, а солнце все чаще стало показываться на небе. Кота будто и тянуло сюда, именно на это самое место, где дольше всего задерживалось солнце и куда чаще всего выглядывал парень в моменты безделия. Они с котом в гляделки могли играть долго, пушистый даже не моргал дольше него, отчего Юнги про себя ругался, будто и правда устраивал соревнования с ним. Почти что в одно и то же время — по полчаса в день при ярком солнце и около десяти минут по вечерам, они с котом встречались у окна, чтобы поиграть в гляделки. Вот такая повседневность появилась у Юнги, как только он переехал в новый дом. Кот выглядел очень ухоженно, словно домашний, избалованный хорошей жизнью. Пушистый, чистый, а взгляд добрый-добрый, с таким точно не на улице жить, а где-нибудь в собственном кошачьем доме, где за тобой ухаживает какой-нибудь милый ребенок. Возможно что все так и есть, Юнги сам не знает, почему вдруг решил, что кот уличный. Они, как правило, более пугливые, а этот нет. Сидит, смотрит, наверное планирует выселить его однажды.       Привыкнуть к такой рутине не составило труда. Юнги казалось, что день не день, если вдруг они с котом не поиграют немного в гляделки, прежде чем разойдутся по своим делам. Он находил время для этого даже в самые загруженные дни, будто кот мог обидеться на него, если такого вдруг не произойдет. Казалось, что Юнги это не переживет, а он между прочим даже не особо любил кошек! У него в родительском доме собака и всю жизнь собаки окружали, а тут вон что придумал — дружбу с котом завести. Даже друзья этому очень удивлялись первое время. Не то чтобы Юнги животных не любил или за километр обходил, но явной симпатии никогда не проявлял, а порой даже внимания не обращал, когда тот же Намджун, его близкий друг, в объектив камеры всех живых существ ловил. Поэтому когда Юнги вдруг отрывается от своей работы, чтобы внезапно посмотреть в окно, друг за плечо его хватает, чтобы развернуть и проверить температуру. — Ты чего вдруг? — Там кот, — констатирует факт Юнги, возвращаясь к в окну. Тот самый трехцветный смотрит на него внимательно, чуть щурясь на солнце, но взгляда не отрывает. Отсюда не видно, но возможно он изучает человека чуть внимательней, чем просто залипает тому прямо в глаза. Сам же Юнги делает также, сначала стараясь смотреть ровно, ловя взгляд, а потом начинает изучать чужую шерсть и то как солнце по-разному отражается на чужих цветных пятнах. Кот выглядит очень мягким, невольно просыпается желание его погладить. Намджун на кота тоже смотрит, даже прищуривается подозрительно, рассматривая похитителя чужого внимания. Но тот выглядит как самый обычный кот, только расцветки интересной, такого бы сфотографировать надо. Намджун даже камеру достает аккуратно, пытаясь спрятаться за Юнги, и медленно наводит объектив на кота, который тут же взглядом его ловит и спрыгивает с забора, скрываясь в высокой траве. Фотографироваться тот явно не очень любит. — Ты его напугал! — возмущается Юнги, но как-то несерьезно, больше ворчит для вежливости, и возвращается к работе. Намджун печально вздыхает, рассматривая смазанную фотографию на камере, где видно только трехцветный кошачий хвост.       А еще у Юнги появился новый сосед. Точнее, он тут жил уже давно, а вот познакомились они совсем недавно, когда очаровательный юноша с пушистыми русыми волосами объявился на его пороге с черничным пирогом в руках. Юнги так и застыл, засмотревшись на чужую смущенную улыбку. Он то ни пирога ни милого парня в тот вечер не ожидал увидеть, планируя лишь с котом перекинуться взглядами и наверно лечь спать. А планы вон как круто повернулись. Тем соседом оказался Чимин из соседнего дома, который долго не мог решиться прийти в гости, чтобы поприветствовать с новосельем. Вот у Юнги такой мысли даже в голове не возникало, боясь доставить кому-нибудь неудобство своим визитом. Только вот Чимин проблем ему не доставил, даже наоборот решил одну — о незнании своих соседей. Пришел с миром и с пирогом, поулыбался очаровательно и вот у Юнги еще одна проблема решилась — о новых знакомых поблизости, ведь все друзья теперь жили от него далеко. Со временем Чимин стал заходить чаще, балуя его всякой выпечкой собственного приготовления. Сначала даже казалось, что он делает это из вежливости и Юнги почти что попросил его так не утруждаться, но потом понял, после небольшого рассказа от Чимина, что он просто очень любит готовить, а пробовать его творения больше некому. Так и повелось, что Юнги стал невольным дегустатором чужих кушаний. Вкусных — надо заметить. Чимин был очень обаятельным, часто улыбался и постоянно пытался заглянуть в глаза при разговоре, но этого у него не получалось. Юнги не мог долго смотреть ему в глаза, отчего-то смущаясь этого прямого взгляда и уводил его куда-то в сторону. Казалось, что гляделки для него возможны только с соседским котом, который, на удивление, никогда не пересекался с Чимином.

•••

      Время шло, а новая жизнь в какой-то момент заиграла яркими красками. Больше не было скучно, днем встречаясь с трехцветным котом, а вечером с Чимином, который приносил свой очередной кулинарный шедевр; не было одиноко, потому что теперь вечера проходили в компании одного очаровательного соседа и иногда Намджуна, который на чужую выпечку тоже подсел; в новом доме наконец стало уютно. Сюда хотелось возвращаться, а мысли по старому месту жительства больше не тяготели его. Юнги привык начинать утро с кота, которому дал имя Калико, что было очень не оригинально, учитывая то, что это буквально указывало на цвет животного. Какое-то время Юнги даже сомневался, что кот — кот, а не кошка. Все же трехцветные самцы — большая редкость, еще более редкая, чем сама окраска. Но все же долгие наблюдения и подкарауливание на улице (да, он следит за котами, и что?) все же дали ему ответ на волнующий вопрос. Калико — мальчик. В своей слежке Юнги также пытался заманить кота к себе, да даже просто позвать поближе, подкормить или погладить. Но кот с забора не уходил, смотрел внимательно и не моргал, только голову иногда наклонял, удивляясь, как человек еще не сдался. А для Юнги интерес был превыше какого-то человеческого достоинства перед трехцветным, поэтому он к забору подкрасться тоже пытался и кота снять оттуда. Только вот тот уворачивался, словно змея, но не уходил и когтей не выпускал. Юнги чувствовал себя глупо. Кот издевался над ним. Однажды правда кот оказался у него на подоконнике ранним утром, заглядывая в окно, будто пытаясь высмотреть человека. Юнги от взгляда и проснулся, не поняв в чем дело, а потом заметил и испуганно дернулся, не ожидая пушистого на окне. Тот настороженно пригнулся, будто собирался в любой момент сбежать, но смотреть не перестал. Так они и просидели минут десять, пока не прозвенел будильник и кот как по часам вернулся на свое место на заборе.       Тот день изначально начался странно. И отчего-то для Юнги показалось, что это отличная идея для абсолютно спонтанных и не свойственных ему действий. С трехцветным котом они обменялись взглядами всего на пару минут днем, вместо законного получаса, поэтому тот мог показаться удивленным, если бы Юнги обратил на него внимания. Все оставшееся время он посвятил готовке, собираясь сегодня навестить Чимина и попытаться сдвинуть их еще не начавшиеся отношения с мертвой точки. Сейчас они были в перевалочном пункте между «соседи» и «близкие друзья», продвигаясь каждый день по маленькому шажочку. Только вот Юнги очень хотел сменить маршрут, понимая, что не сможет больше смотреть на чужую очаровательную улыбку и не иметь возможности однажды ее поцеловать. И раз сегодня Калико нарушил его повседневную рутину, Юнги последует его примеру.       Приготовленное печенье получается чуть суховатым, но в меру сладким и рассыпчатым. Юнги все же надеется, что Чимин не осудит его за кулинарные пробы. К моменту, как он завершает все приготовления, темнеет, и кот уже ждет его на заборе, чтобы в их привычном ритуале поиграть в гляделки. Только вот Юнги светится как-то самое солнце, на котором обычно греется пушистый, и высовывается в окно, чтобы извиниться перед котом и подразнить того печеньем. — Не скучай, Калико. Надеюсь, что скоро познакомлю тебя с ним. Кот провожает его удивленным взглядом, а потом пропадает с забора моментально, будто его там никогда и не было.       Юнги у соседской двери делает глубокий вдох и чуть было не забывает выдохнуть, когда звонит в дверь. Он не уверен дома ли сейчас Чимин, ведь обычно в это время они не встречались, но все равно надеется, что не придется откладывать его порыв, ведь завтра этой смелости может уже и не быть. Ему приходится нажать на звонок повторно, прежде чем дверь ему открывает взъерошенный Чимин. Неужели спал? — Юнги? — Чимин неловко одергивает свою длинную футболку, смотря на неожиданного гостя. — Извини, я разбудил тебя? — Юнги смущенно трет шею, другой рукой все еще держа тарелку с печеньем. — Не хотел мешать, я тут просто… — Ох! — Чимин внезапно оказывается так близко, заметив угощения, и тут же забирает тарелку, без лишних вопросов утаскивая к себе в дом. — Проходи пожалуйста! День и вправду оказывается очень необычным, начиная с самого утра и заканчивая таким же вечером. Юнги немного теряется, ожидая совсем не такой реакции (но не то чтобы она ему не понравилась), и удивленно провожает Чимина взглядом, довольно унесшего угощения. И также не менее удивленно обращает внимания на длинный трехцветный хвост, выглядывающий из-под чужой длинной футболки.

•••

      Юнги довольно тянется на постели, когда солнце начинает греть ему щеку, грозясь вот-вот попасть в глаза. Он перекатывается на бок, утыкаясь носом в прохладную подушку и чувствует на себе чей-то взгляд. Не сложно догадаться, кому он принадлежит, но все же он рассчитывал поспать еще хотя бы немножко. Юнги приоткрывает один глаз, сразу ловя взгляд Чимина, пропадающий за его улыбкой. Привычки у него все же одни и те же. Чимин придвигается ближе, решив за них двоих, что сон на сегодня окончен, и льнет к чужой шее, утыкаясь в нее носом. Руки скользят по разгоряченной после сна коже, а длинный хвост касается бедра. Для полной картины Чимину остается только замурчать, нежась в чужих объятиях. Только тогда есть вероятность, что Юнги заснет обратно, как происходит по вечерам, а это совсем не то, чего он добивается. Намджун однажды рассказал, что встретить трехцветную кошку — это большая удача, наверное даже увеличенная вдвое, раз его Калико оказывается котом. Только вот тогда-то Юнги совсем не подозревал, что все его счастье, скрытое в гляделках с соседним котом, в чужих улыбках и сладкой выпечки — окажется собранным в одном месте, в одном конкретном оборотне, которому он так отчаянно полюбился. Юнги нежно касается пальцами кошачьих ушек Чимина, который стал частенько появляться в своей полуформе перед ним, и аккуратно гладит, тем самым заставляя прильнуть к себе сильнее. Чимин тихо смеется и целует в шею, чтобы в следующую секунду внезапно прикусить ключицу и рассмеяться громче из-за внезапно дернувшегося человека. Все же свою кошачью вредность он всегда имел при себе. — Тебе пора вставать, — Чимин бодает его головой, будто кот, но его прижимают к себе крепче, не давая лишний раз шевелиться. — Эй, ну же. А как же повседневный ритуал? — Неа, — Юнги целует Чимина в макушку и дает возможность выбраться из объятий, чтобы его тут же перевернули на спину. Чимин нависает сверху, тут же седлая чужие бедра, хвостом недовольно ударяя по ногам, но слишком невесомо, не пытаясь как-то навредить. Руками он упирается в чужие плечи, не давая никаких путей к отступлению. — Ну же, Юнги, — Чимин чмокает его в кончик носа, следом оставляя поцелуй под глазом. — Ты никогда не нарушал ритуал. На самом деле это наглая ложь. Все он нарушал и даже не один раз, как только маленький обман его трехцветного кота был раскрыт. В этих гляделках уже не было того смысла, как раньше, да и Чимин больше не мог долго сидеть молча, вытаскивая Юнги на задний дворик валятся на солнце вдвоем, раз человеческое тело было не таким компактным для сидения на заборах. Только вот привычка смотреть в глаза никуда не пропала, став для Юнги ежедневным испытанием. С котом-то у него проблем никогда не было, а вот с Чимином… — Ты заставляешь влюбляться в тебя еще сильнее, — Юнги запротестовал, не желая открывать глаза, чтобы его помучали призывными поцелуйчиками подольше. — Я отказываюсь. — Поздно, — поцелуй в щеку, — Ты проиграл еще в первый день, когда увидел меня. — Ты смотрел в мое окно! — Юнги все же открывает глаза, тут же ловя чужой взгляд. — Твои кошачьи приемы вне правил. Чимин пожимает плечами, смотря в чужие чуть сонные глаза, но сам долго не выдерживает, тая от того с какой нежностью на него смотрят в ответ. Сердце кажется начинает биться в два раза быстрее, а улыбка так и просится, заставляя оторваться от гляделок. Чимин влюбленной лужей растягивается на Юнги, оплетая его всеми конечностями. — И вот опять ты проиграл, — Юнги стискивает его в объятиях и переворачивает на спину, теперь оказываясь сверху и кутая его в одеяло. И хотя они и познакомились благодаря гляделкам, но так уж повелось, что в этой игре был хорош только Калико, умеющий не моргать и не отводить взгляд, а вот Чимин с ним посоревноваться не мог, тут же расплываясь в улыбке от чужого прямого взгляда. И только Юнги научился играть, проиграв с самого начала тому, в ком умещалось две таких противоположных сущности.