Beware Becoming My Partner in Madness

Звонок от юриста по недвижимости стал крайне неприятным сюрпризом одним холодным февральским утром. Натан оставил все своему сыну. Большая часть активов была временно арестована, но не было никакого денежного следа, по которому ФБР могло бы проследить, чтобы найти призрачного "большого злодея", который все еще беспокоил Нила. Несмотря на то, что Натан был безрассуден в своей безумной злобе на своего сына, он также был осторожен, чтобы скрыть любые связи с семьей Морияма. Итак, Нил, Эндрю и Ваймак оказались в адвокатской конторе слишком близко к Балтимору, чтобы Нил мог в любой момент скрыться из виду Эндрю. — Вам нужно расписаться здесь. — Мужчина подтолкнул документ к Нилу только для того, чтобы Ваймак мгновенно схватил его. Взгляд, который адвокат по недвижимости бросил на Ваймака, не был дружелюбным, но Ваймак не обратил на это никакого внимания, поскольку он все читал. — Что, если я этого не захочу? — Спрашивает Нил, и Эндрю сжимает его руку. — Тогда это, скорее всего, отойдет государству. — Мужчина, Фрэнсис, говорит, закатывая глаза, как будто это было что-то, что Нил должен знать. Эндрю не нравился этот человек. — Что государство будет с этим делать? — Продолжает Нил. Фрэнсис пожимает плечами. — Все, что захочет. Вероятно, большинство предметов будет распродано с аукциона коллекционерам. — Говорит он. — Вещи серийных убийц, таких как твой отец, всегда приносят большие деньги. — Говорит он бессердечно. Нил вздрагивает. Эндрю открывает рот. — Что, черт возьми, это значит? — Требует Ваймак, указывая на определенную строку. Фрэнсис смотрит туда, куда указывает Ваймак. — Как и сказано, — говорит Фрэнсис, закатывая глаза, — он хочет, чтобы Натаниэль... — Его зовут Нил, — шипит Ваймак. — ...продолжил семейное соглашение об именовании своих собственных детей. — Фрэнсис продолжает. — На самом деле это не требуется к исполнению, скорее просьба от отца к сыну. — Говорит он. — У меня не будет детей, — немедленно заявляет Нил. — Тогда это даже не имеет значения, — говорит Фрэнсис. Остальная часть встречи была заполнена подобными вопросами, которые задавал Ваймак. Перебирая все строчки за строчками, Фрэнсис все больше и больше раздражался по поводу своего времени. — Этот подонок заранее заплатил за 6 часов, чтобы ты разобрался с этим. — Ваймак поднимается на ноги и указывает пальцем на Фрэнсиса после того, как Фрэнсис в третий раз упомянул, что эта встреча затянулась. — Прошло всего 2 часа из 6, которые ты должен выделить на это. Судя по твоему убогому офису, я уверен, что ты уже потратил эти деньги. — Шипит Ваймак. — Итак, я собираюсь продолжать обсуждать это с Нилом прямо здесь, а ты отвечать на наши вопросы, как будто тебе за это заплатили. Я не позволю этому придурку извлечь что-нибудь еще из ада. — Он снова садится на свое место. — А теперь объясни мне это. — Он указывает на другую часть документа. После этого Фрэнсис молчит с хмурым выражением на лице. Только отвечал на вопросы, которые задавал Ваймак. В конце потребовалось четыре часа, чтобы разобраться во всем и понять, что это будет означать для Нила, если он заявит на это права. Возмещение ущерба уже было выплачено, так что Нилу не нужно было бы платить ничего, связанного с этим. За дом взимался земельный налог, если бы он сохранил его. Да, уже поступали предложения купить особняк, в котором произошло убийство Веснински. — Тебе не нужен стресс из-за этого, ребёнок. — Ваймак высказал свое мнение только после того, как ему все четко объяснили. — Я не могу отдать это государству. Я... я не хочу, чтобы его вещи продавались коллекционерам. — Нил произносит это слово так, словно это проклятие. — Достаточно лояльно к твоему отцу, — неожиданно говорит Фрэнсис. Нил отшатывается, как от пощечины, а Эндрю наполовину встает со стула, чтобы придушить этого адвоката, прежде чем: — Я не позволю, чтобы о нем помнили. Я хочу, чтобы не было никаких доказательств того, что он когда-либо жил. — Нил шипит. — Недостаточно того, что он мертв. Я хочу, чтобы о нем забыли. — Добавляет Нил. Фрэнсис откинулся на спинку стула, а Нил подписал все в трех экземплярах. — Вот ключи от вашего дома, мистер Веснински, — говорит Фрэнсис, держа ключ в руке. Нил смотрит на него сверху вниз. Эндрю берет его вместо него. — Не понимаю, как такой идиот, как ты, смог сдать экзамен. Его зовут Нил Джостен. — Шипит Эндрю, засовывая ключ от дома в карман, прежде чем обнять Нила за плечи, чтобы вытащить его из этой адской дыры. Этот дом никогда не был домом.

***

Нил ничего не делает с домом. Эндрю хранит ключ, и Нил ни разу его не попросит. Иногда Эндрю прослушивает звонки агентов по недвижимости, которые хотят, чтобы Нил продал дом, поскольку заинтересованные стороны продолжают звонить по этому поводу. Иногда Эндрю ловит Нила за просмотром электронных писем от групп защиты прав жертв, обращающихся к нему. Иногда Эндрю видит, как нервно выглядящий мужчина в костюме разговаривает с Нилом, он там в качестве представителя городского правительства Балтимора. Нил почти патологически отказывается признавать, что дом вообще существует. Его существование, похоже, играет важную роль в его ночных кошмарах. В течение нескольких недель после того, как ключ попал во владение Эндрю, было 50 на 50, кто просыпался с полузадушенным криком от кошмара. Половину времени это был Нил, а другую половину времени — Натаниэль. Нил отправлялся на пробежку в любое время, а Эндрю не ложился спать, чтобы дождаться его возвращения, иногда приходил и забирал его, когда он получал исчерпавший себя звонок / смс. Натаниэль попросил забраться в постель, чтобы его обняли. — Я слишком напуган, чтобы идти туда один, но я просто хочу все это разрушить, — прошептал Натаниэль однажды ночью, когда Эндрю обнимал его. — Ты не пойдёшь один, — уверяет Эндрю. — Я всегда один, когда я там. — Натаниэль прижимается лицом к плечу Эндрю. Итак, Эндрю разговаривает с Лисами. Они все отложили два дня от весенних каникул. Он сообщает об этом Нилу последним. — Все проводят первые выходные весенних каникул с тобой в Балтиморе, — говорит Эндрю, протягивая Нилу его традиционный банан на завтрак. Нил моргает, глядя на него. — Что? — Спрашивает он. — Мы едем в Балтимор и собираемся уничтожить все до последней вещи в этом доме, — говорит Эндрю, поедая фруктовые кусочки из своего завтрака. Это момент правды, момент, когда это может иметь неприятные последствия, и жест Эндрю может быть отвергнут. Он организовал это без разрешения Нила, и если Нил хотел разозлиться из-за этого, это было его право. Этого не происходит. Что происходит, так это то, что напряжение покидает плечи Нила, которые он носил с тех пор, как позвонил этот мудак Фрэнсис. Что происходит, так это то, что Нил улыбается ему со своими чертовыми ямочками на щеках. Что происходит, так это то, что Нил подходит ближе и спрашивает: — Да или нет? — И Эндрю кивает. Происходит долгий и медленный поцелуй, который показывает Эндрю, какова на вкус благодарность. — Спасибо, — говорит Нил, отстраняясь. Эндрю кивает.

***

Поездка туда кажется вечностью. Эндрю знает, что он превышает скорость, но ему кажется, что он едет по мелассе. К этому моменту Нил был напряжен уже несколько часов. Ники спрашивает, может быть, ему стоит просто вздремнуть, и что они разбудят его, когда доберутся туда, но Нил отказывается. — Я проснулся там в прошлый раз. — Это все, что он говорит, но это все, что Нилу нужно сказать. Когда они приезжают, дом кажется большим и внушительным, и в нем горит свет, так как Нил заплатил за его подключение на эти выходные. Старшеклассники опередили их всех. Старшеклассники, по-видимому, также принесли... оборудование и реквизит. Он не удивлен, увидев, что Бойд принес несколько кувалд, топоров и пил, он удивлен, увидев три большие доски, на которых написаны имена каждого из них. — Если мы делаем это, то мы делаем это как Лисы, — говорит Эллисон. — Тот, кто нанесет наибольший материальный ущерб, выигрывает право на одну повторную ставку на все, что у нас есть на данный момент, — объявляет Эллисон. — Нил, какие-нибудь основные правила ты хотел бы установить, прежде чем мы начнем? — Спрашивает она, глядя на Нила, который был потрясён рядом с Эндрю. Нил мгновение колеблется, прежде чем подойти к ним. — Спасибо, что пришли. — Нил начинает, и Эндрю видит, как старшеклассники и Ники тают. — Если вы найдете что-то, что вам нужно... просто... сначала спросите меня об этом. В противном случае, здесь нет ничего, что стоило бы спасать. Не... не ходите в подвал, впрочем, куда угодно еще... Все в порядке. — Говорит он, и наступает долгая пауза. — Давайте уничтожим все это. — Говорит он. Раздаются радостные возгласы. Затем начинается хаос. Ничто не пощадлено, поскольку Лисы разбегаются по разным частям дома, стремясь уничтожить эту адскую дыру. Эндрю стоит рядом с Нилом, в то время как его наркоман, кажется, получает огромное удовольствие, разбивая все тарелки до единой о стену. — Однажды я случайно разбил одну из них, — говорит Нил без всякой подсказки, разбивая другую тарелку о стену. — Он толкнул меня на колени прямо на осколки. Продержал меня там целых пять минут, заставил считать. — Говорит Нил, и хорошо, что сигнализация полностью отключена и разобрана, так как одна из тарелок разбивает окно. Эндрю просто протягивает ему бокалы с вином, когда у него заканчиваются тарелки.

***

Эндрю слышит громкий треск, а затем радостные возгласы кузена и брата. Он думает о люстре в фойе и улыбается. Он видит, как Дэн подходит к нему с охапкой рамок для фотографий. — Эй, я сохраню это. — Говорит она, и Эндрю встречает улыбающийся мальчик с каштановыми волосами и ярко-голубыми глазами. Он очарователен, и у него не хватает переднего зуба. — Зачем? — Спрашивает Нил. — Я думаю, их стоит сохранить, — серьезно говорит Дэн. Нил моргает. — Хорошо, конечно. — Нил неуверенно пожимает плечами. — Спасибо. Я положу их в машину на хранение.

***

Нил систематически разбирает кухонные шкафы, отрывает их от стены, а затем уничтожает. Рене и раньше высказывалась о том, что, возможно, они сохранили некоторые вещи, которые могли бы пожертвовать на жилищные проекты, но Нил был непреклонен в том, что все должно быть испорчено и что ничто в этом доме не приведет ни к чему хорошему. Она больше не настаивала. Ники листал что-то, что он нашел в одном из шкафов. — Могу я сохранить это? — Спрашивает Ники, поднимая папку. — Что это? — Спрашивает он. — Из того, что я вижу, это похоже на набор рецептов твоей бабушки по материнской линии. Она хотела, чтобы ты попробовал это. — Говорит он. — Я не думаю, что моя мама когда-либо по-настоящему готовила, — неловко говорит Нил. — Тогда я могу приготовить их для тебя. Давай, давай сохраним это. — Умоляет он. — Хорошо... если ты действительно хочешь, — неловко говорит Нил. — Да, спасибо! — Ники лучезарно улыбается, и Эндрю видит, что Нил не может ничего сделать, кроме как улыбнуться в ответ.

***

Нил не притронулся ни к одному из топоров или пил, которые принес Бойд, и оказалось, что если бы он увидел кого-то с такой пилой в руках, находясь в этом доме, он бы запаниковал. Эндрю сидел рядом с ним на задней веранде, положив руку Нилу на затылок. — Он хотел забрать мои ноги. Если бы мой дядя был хотя бы на несколько секунд медленнее... я бы... Раздвижная дверь открылась и закрылась. — Прости, я не подумал, когда принес это. — Извиняется Бойд. — Нет, все в порядке. — Нил качает головой. — Я просто... просто не здесь. — Нил пытается улыбнуться, но это выходит болезненно. Бойд, к его счастью, не давит, вместо этого он вытаскивает кусок гипсокартона из-за спины. — Я хочу сохранить это. — Говорит он, и Нил моргает, его страдальческое выражение сменяется замешательством. — Мэтт, это гипсокартон. — Говорит он. — Нил, ты нарисовал на нем. Ты подписал его и все такое. — Говорит Мэтт. Это очень милая картинка, на которой изображена фигурка из палочек с рыжими волосами и голубыми глазами, держащая ракетку экси, а солнце улыбается ему сверху. Внизу вырезки Бойда была небрежная подпись Натнела Весски. — Твой почерк действительно не улучшился, — лениво комментирует Эндрю. — Заткнись. — Нил смеется, и это искренне. — Я... Так можно мне? — Спрашивает Бойд. Нил улыбается ему, как будто он самый странный человек, которого знает Нил, что о чем-то говорит, но кивает. — Да, конечно. — Он пожимает плечами. — Круто! — Бойд улыбается. — Также новое правило для дома. Мы все объявляем, переходим ли мы в другие комнаты. Эндрю, ты должен проверить комнату, прежде чем войдет Нил. — Говорит он. Эндрю кивает. — Все действительно в порядке, — утверждает Нил. Ни Бойд, ни Эндрю не удостаивают это ответом.

***

Следующим приходит Аарон с коробкой писем. — Это твоей мамы. Ты хочешь оставить их себе, верно? — Спрашивает он, и Эндрю немедленно чувствует волну гнева. — Да, — отвечает Нил, прежде чем сможет Эндрю. — Спасибо. — Говорит он, глядя на них. — Я... просмотрел одно или два, просто чтобы узнать, что это было. Извини. — Неловко говорит Аарон. — Она... писала о тебе много... тому твоему дяде. — Говорит он. — Почему у нее есть копии своих собственных писем? — Спрашивает он. — Ей нравилось иметь записи того, что она говорила. — Говорит Нил, проводя руками по конвертам. — Она была именно такой. — Смеётся он. — О, хорошо, — говорит Аарон, прежде чем предложить отнести письма в Мазерати, на что Нил согласился. Эндрю не знает, сможет ли он когда-нибудь понять неизменную любовь Аарона и Нила к женщинам, которые причинили им боль, но, глядя на своего брата и Нила, он понимает, что прямо сейчас может промолчать.

***

— Кто это были? — Спрашивает Рене, ставя потрепанную плюшевую собачку перед Нилом, когда он остановился, замахиваясь битой на звуковую систему Натана. — О, — говорит Нил, роняя биту, — это… Мне не разрешили дать ему имя, но… он был моим. — Говорит Нил, но его руки не тянутся к мягкой игрушке. — Я думал, он... пропал. Где ты его нашла? — Спрашивает он. — Под шкафом в твоей старой комнате. — Говорит она. — Вау, он был там все это время... — Удивляется Нил, глядя на мягкую игрушку. — Я думал... — Он замолкает, но не заканчивает мысль. — Теперь ты можешь дать ему имя, — говорит Рене. Нил сглатывает. — Я слишком взрослый для этого. — Говорит он, и его пальцы продолжают дергаться, чтобы взять зверька. — Ты никогда не бываешь слишком взрослым, чтобы что-то любить, — тепло говорит Рене, и Нил вздрагивает, когда Рене берет его за руку и вкладывает в нее мягкую игрушку. — Итак, как ты мысленно назвал его? — Спрашивает она. Нил сглатывает, но его пальцы сжимают пыльный мягкий предмет. В руках Нила Эндрю видит, что у него нет глаза. — Винки, — говорит Нил. — Он потерял глаз... в первый день, когда появился у меня. — Говорит он. — Какое милое имя. Я отнесу его в машину, чтобы он не запылился еще больше. — Говорит она. — Я... — Нил замолкает. — Спасибо тебе… за то, что нашла его. — Говорит он. — Конечно, было бы трагедией оставить его здесь. — Рене улыбается и уходит. Нил мгновение смотрит ей вслед, прежде чем взять биту.

***

— Эндрю, мне нужны ключи. Кто-то запер машину. — Кевин подходит, когда Нил и Эндрю бросают гири в дорогой телевизор Натана. Они поворачиваются и видят, что он держит в руках набор детской экипировки экси. — Ты просто собирался положить его в машину? — Спрашивает Эндрю. — Это его старая экипировка экси! — Защищается Кевин. — Ты собираешься сохранить это, верно? — Спрашивает он, глядя на Нила так, как будто никогда не будет другого ответа, кроме "да". Нил смеется. — Да, наверное, я бы этого хотел. — Говорит он. Кевин торжествующе протягивает руку, и Эндрю вкладывает в нее ключ со строгим напоминанием вернуть его сразу после того, как он положит все в багажник.

***

— Я собираюсь сшить тебе одеяло из всей твоей старой одежды, — говорит Эллисон, когда Рене подходит к ней сзади с коробкой в руках. — Что? — Спрашивает Нил, отводя взгляд от того места, где Бойд, Аарон и Никки вынимали все перила на винтовой лестнице, пока Дэн подбадривала их. — Одеяло. Я делаю тебе такое. Потому что ты, должно быть, был очарователен в них, и я не позволю тебе их уничтожить. — Говорит Эллисон. — Я... ладно? — Справляется Нил. — Хорошо. Я не знаю, когда я передам его тебе, но я передам его тебе. Рассчитывай на это. — Говорит она, отворачиваясь и уходя, сопровождаемая улыбающейся Рене.

***

Разрушение продолжается, но в какой-то момент Эндрю отворачивается от Нила и поворачивается, чтобы обнаружить Натаниэля. — Я хочу спуститься в подвал. Ты пойдешь со мной? — Спрашивает он. Эндрю просто кивает. Натаниэль останавливается по пути туда несколько раз. Всякий раз, когда кто-нибудь из Лис замечал их, Эндрю качал головой. Натаниэль убежит, если кто-нибудь остановит его, каким бы медленным и запинающимся он ни был. Наконец, они спускаются по лестнице, и, возможно, Эндрю следовало немного подготовиться, вместо того чтобы сосредотачиваться на Натаниэле. Потому что это комната, где он чуть не потерял Нила. Он смотрит на кровь на полу, следы ногтей на перилах, и даже сейчас ощущает ошеломляющий запах отбеливателя и железа крови. Различные орудия пыток исчезли, вероятно, были заперты в комнате для улик в каком-нибудь офисе ФБР, но Эндрю мог видеть их тени. Мог видеть линии на земле, места, куда не проникал свет, за тем местом, где они висели, и отголоски боли, которую они причиняли. Натаниэль продолжал идти, когда Эндрю остановился. Он стоял над большим темным пятном. — Вот где он умер. — Натаниэль говорит и слегка оглядывается. — Вот где я бы умер. — Указывает он. — Тебе не обязательно быть здесь, — говорит Эндрю, потому что внезапно все, чего он хочет в этом мире, — это забрать Натаниэля и Нила из этой комнаты. Он хочет, чтобы призрак Натана ослабил свою хватку. Он хочет вырвать страницу из книги Нила. Он хочет пойти купить бензин, чиркнуть спичкой и посмотреть, как все это превращается в дым и пламя. Он хочет посыпать солью оставшийся пепел. — Я покинул свою могилу. Это... успокаивающе видеть, что он все еще в своей. — Говорит Натаниэль. — Ты можешь… осмотреться. Я просто не хочу оставаться здесь один, пока буду думать обо всем этом. — Добавляет он и снова обращает свое внимание на пятно крови, где умер Натан. Эндрю оставляет Натаниэля, чтобы посмотреть на то, в чем ему, по-видимому, нужно убедить самого себя, и ловит себя на том, что надеется, что, возможно, он сможет найти пулю от огненного шторма, о котором, как он слышал, говорил Нил. Может быть, он смог бы сделать из этого что-нибудь, что напоминало бы Нилу и Натаниэлю, что Натан мертв. Что-нибудь тяжелое. Он ищет 10 минут. Заглядывает за шкафы и под них, пока не отодвигает несколько ящиков в сторону. Стреляная гильза падает на пол. Он тянется к ней, но затем его взгляд зацепляется за что-то на стене. Эндрю обнаруживает, что смотрит на крошечный окровавленный отпечаток ладони. Его пальцы даже не коснулись корпуса, пока он не услышал, как Натаниэль подошел ближе. Он схватил гильзу и положил ее в карман, а затем снова посмотрел на крошечный отпечаток ладони. Его мгновенно охватило непреодолимое желание спрятать его, опасаясь, что это расстроит Натаниэля, но он не мог заставить себя. Этот отпечаток руки и так был скрыт слишком долго. Он услышал, как Натаниэль остановился позади него. Он услышал быстрый вдох. Затем он увидел, как Натаниэль устроился рядом с ним в его поле зрения. — Это была не моя кровь, — тихо говорит Натаниэль, и его собственная рука тянется, чтобы обвести контур той, что поменьше, которую он оставил позади. — Он попросил меня помочь ему прибраться. — Его голос едва ли громче шепота, но Эндрю все равно слышит его. — Сколько тебе было лет? — Спрашивает он. — Мне было 7, — отвечает Натаниэль, его голос все еще звучит шепотом, прежде чем он отводит взгляд от отпечатка руки. — Я споткнулся и зацепился за стену, — объясняет Натаниэль, — мне удалось спрятать это до того, как он вернулся. — Говорит он. Эндрю не задает вопросов, он просто позволяет Натаниэлю говорить. — Когда я был здесь в последний раз... — Взгляд Натаниэля переместился в центр комнаты. — ...это глупо... но я всегда немного боялся, что он увидит это после мамы, и я ушел. Была часть меня… которая была рада, что это все еще было скрыто, когда я оказался здесь. — Говорит Натаниэль. — Всегда было просто... немного доказательств того, что я жил. — Говорит он. — Всегда будут доказательства того, что ты жил, — говорит Эндрю. — Твое время с Лисами, фотографии, сообщения и— Натаниэль испускает долгий и прерывистый вздох и качает головой, не давая Эндрю продолжить. — Это принадлежит Нилу. — Говорит он. — Нат... — Я был все равно что мертв с тех пор, как родился. — Натаниэль продолжает, как будто Эндрю не пытался произнести его имя. Его взгляд оторвался от Эндрю и остановился на пятне крови на полу. — Может быть, мне всегда было суждено быть похороненным здесь. С этим отпечатком руки. — Говорит он, и это вызывает у Эндрю едкий приступ гнева и сожаления в животе. — Ты жив. — Шипит Эндрю, вставая между Нилом и пятном на полу. — Ты всегда был жив. — Подчеркивает он. Натаниэль воплощал в себе все инстинкты выживания, которые Нилу когда-либо удавалось развить. Натаниэля можно было охарактеризовать только как человека, преисполненного решимости жить, несмотря ни на что, и, возможно, вопреки всему. — Но я не смогу жить, — говорит Натаниэль, и на этом полу слишком много пятен, Эндрю не может скрыть их все, и он уверен, что каждое из них — воспоминание для Натаниэля, наверняка, что даже о тех, которых Натаниэль не узнает, он может догадаться. — Я выживаю. Нил живет. — Натаниэль говорит так, как будто что-то декламирует. — Это не обязательно должно быть так. — Эндрю поднимает руки так, что они зависают по обе стороны от лица Натаниэля на несколько секунд, пока Натаниэль непонимающе смотрит на него в течение нескольких секунд, прежде чем кивнуть. Эндрю держит лицо Натаниэля в ладонях, чтобы убедиться, что он не повернется и не увидит больше пятен крови. — Что ты хочешь делать? Куда ты хочешь отправиться? — Спрашивает он. Натаниэль моргает, глядя на него. — Ч-что? — Он заикается. — Куда ты хочешь отправиться? — Повторяет Эндрю. — Есть ли что-то, чем ты всегда хотел заниматься? — Он спрашивает снова. — Эндрю, я не понимаю, — признается Натаниэль. — Я уже говорил тебе, что тебе больше не нужно ничего терпеть. Я сказал тебе, что теперь ты можешь отдохнуть, потому что теперь я защищаю тебя и Нила. — Говорит Эндрю, и, как всегда, странно смотреть в глаза Нила и видеть, что на него смотрит другой человек. Это не в плохом смысле странно, когда этот другой человек — Натаниэль. — Я говорю тебе сейчас, что если ты хочешь что-то сделать, пойти куда-нибудь или еще что-нибудь, тогда дай мне знать, и я доставлю тебя туда. — Говорит он. Эндрю наблюдает, как в глазах Натаниэля появляется короткая вспышка волнения и надежды, прежде чем эта искра угасает, и он отводит взгляд от Эндрю. — Эндрю... ты не должен предлагать это мне. — Говорит Натаниэль. — Нил бы не... — Нилу нравится, когда я нежен с тобой, потому что ты — это он. — Он повторяет слова Нила, потому что сам Эндрю до сих пор не совсем уверен, кто такой Натаниэль. Он не заглядывал слишком глубоко, потому что это никогда не имело для него значения. — Итак, я предлагаю это, и ты дашь мне знать, если это то, чего ты хочешь. Ты понимаешь? — Спрашивает он, слегка сжимая лицо Натаниэля. Он чувствует, как под его ладонями двигается челюсть Натаниэля. — Я могу попробовать, — запинаясь, говорит Натаниэль. Он держит лицо Натаниэля в своих ладонях и смотрит ему прямо в глаза, ожидая, что тот захочет сказать дальше. — Тебя здесь больше нет, но каждая частичка тебя стоит того, чтобы ее спасти. Ты понимаешь? — Спрашивает он. Натаниэль долго смотрит на него, ничего не говоря. Звук разрушения наверху — единственный звук. — Я начинаю, — говорит Натаниэль. На данный момент этого достаточно.

***

В конце концов, ни один другой Лис не спускается в подвал, и Натаниэль уходит, как только они выходят. Это относительно веселые выходные, когда они разбивают лагерь после уборки гостиной. — Мы развлекаемся, — не раз говорит Эллисон, вызывая презрение всех, кроме Рене. Они жарят хот-доги и маршмеллоу в яме на заднем дворе, где сжигают большую часть деревянной мебели. Мэтт выигрывает пари в конце, так как он залез в коллекцию Ролексов Натана и уничтожил их все до единого. Нил связывается с компанией по сносу зданий, чтобы полностью снести дом, и жертвует землю группе поддержки жертв при единственном условии, что Мясник или Натан никоим образом не будут упомянуты или увековечены. Они едут в Колумбию на остаток весенних каникул. Во время остановки Нил протягивает руку и тычет в руку Эндрю мизинцем в молчаливой просьбе, когда они стоят у заправочной колонки. Эндрю раскрывает ладонь, чтобы Нил вложил в нее свою. — Спасибо, — тихо говорит он, на мгновение прижимаясь к Эндрю, прежде чем отстраниться, так что только их руки остались соединенными. — Я имел в виду то, что сказал вам обоим, — говорит он, наблюдая, как Кевин, Ники и Аарон выходят с заправки с выбранными ими закусками и теми, которые заказали Эндрю и Нил. — Я знаю. — Говорит Нил и через мгновение добавляет: — Мы оба знаем. — Хорошо.