Фотографии

      Спальня встречает их тихим тёплым уютом.  Дань Хэн открывает дверь ногой, придерживая за ягодицы своего любимого. Его внимание находится в полной оккупации Келуса, который  не жалея сил покрывает всё лицо супруга поцелуями, покусывая иногда мочки ушей. Эти действия стирают  привычное каменное спокойствие моментально, оставляя лишь жаркое похотливое желание.       Подойдя к краю мягкой кровати, Дань Хэн кидает на неё Келуса и утягивает его в очередной жаркий поцелуй.  Их языки сплелись в жаркий танец любви, периодически отбирая у друг друга инициативу. В этот момент  сильные руки Дань Хэна, начинают потихоньку избавляться от одежды. Они аккуратно, пусть и со спешкой, снимают верхнюю часть с Келуса и начинают ласки.  Проворные пальцы, что покрыты небольшими мозолями, шастают по всему торсу обладателя янтарных глаз: они медленно проводят по талии, вырисовывая странный силуэт, а затем резко  переходят к соскам. Аккуратно сжав их, пальцы начинают круговые движения то в одну сторону, то в другую, а затем резко тянут их. Келус от таких пыток тает в невероятных ощущениях. Его спина неимоверно  выгибается, руки хватаются за простыни и дрожа сжимают пальцы, а рот в этот момент издаёт яркий, словно удар по струне в абсолютной тишине, стон. —Д-Дань.. Хэн— томно, очень тихо и затуманено, звучит голос Келуса, чьё сознание потихоньку стало уходить от реальности, в угоду полного внимания на получаемых ощущениях,— я х-хочу у-увидеть тебя.       Звучит просьба и Дань Хэн всё понимает с полу слова. Его руки прекращают свои ласки и быстро, почти срывая, избавляют тело от чёрной водолазки, тем самым оголяя тело. Тело с подкаченным, рельефным торсом, что сродни произведению искусства. Тело которое очень хочется притянуть к себе по ближе, обнять и оставить следы "владельца", однако сейчас ещё рано. Сейчас Дань Хэн избавляется от оставшейся на себе и Келусе одежды. Его движения быстры и слегка грубы, но это вовсе не доставляет дискомфорт. Потребовалось всего пару секунд, пару секунд и... И вся лишняя одежда теперь валяется где-то на полу. Теперь можно продолжать.       Дань Хэн снова наклоняется к Келусу и продолжает. Теперь пред ним нет преград и он начинает действовать. Первым делом он проходится своими губами по всему телу возлюбленного, от белоснежной шеи, до сладких ягодиц. Его поцелуи были жадными и страстными. Они то и дело оставляли линии засосов, будоража всё тело. Периодически Дань Хэн останавливался и своим языком отдельно ласкал, уже давно возбуждённые соски Келуса.       Находясь в плену подобных ласк, каждое прикосновение пробивали тело парня жгучей волной неизвестного до этого ощущения блаженства и  наслаждения. Эти волны заставляли его то и дело извиваться в разных позах, от которых всё тело приобретало всё новые и новые сексуальные положения на мягкой просторной тёплой кровати. Когда же Дань Хэн приступал к пыткам сосков, из уст обладателя янтарных глаз разносились по всей спальне столь сладкие, столь жаркие, столь эротичные, столь музыкальные стоны, что любой, кто их услышал бы, сразу же влюбился в них и ни смог бы игнорировать собственную похоть. А когда Дань Хэн ласкал член возлюбленного своими изысканными пальцами, Келус прогибался так сильно, будто его тело хотело оторваться от поверхности мягких одеял и устремиться далеко в небо блаженства и наслаждения, однако этому ему точно не видать, ведь окончив эту пытку, брюнет перешёл к другой.       Немного отстранившись и дав небольшую передышку партнёру, Дань Хэн подошёл к шкафу и достал смазку.  Выдавив немного прохладного геля, он раздвинул ноги Келуса и медленно ввёл два пальца. Медленно, не спеша, Дань Хэн стал своими пальцами растягивать Келуса. Стоило ему начать свои манипуляции, как Келус снова выгнулся от новых ощущений.  Данная картина была такой соблазнительной, что Дань Хэн не выдержал и решил добавить любимому новую порцию ласк.       Приблизившись к его половому органу, брюнет закрыл глаза и провёл языком по горячей плоти снизу вверх, затем кончиком языка, поиграв с головкой, не церемонясь, взял член в рот и начал медленные, ритмичные движения вверх и вниз, стимулируя орган. Реакция не заставила себя долго ждать и вскоре тело Келуса пробрало дрожью возбуждения. Разум испытывал исполинскую нагрузку, теряясь в ощущениях снизу, ведь каждое движение пальцев внутри тело Келуса в совокупности с ощущениями от ласк члена вызывали всё новые и новые волны эйфории. Эйфории заполненной похотью и бог знает чем.  Всё это было настолько переполняющим, что Келус не выдержал и через пару секунд, сжав посильнее простыни, выгибаясь максимально сильно, излился в рот Дань Хэна, ощущая яркий оргазм. —А-АХ! — прозвучал яркий стон Келуса и Дань Хэн ощутил во рту неприятную на вкус жидкость, после чего отстранился, наблюдая за тем, как Келус кончает себе на живот. —Ты в порядке?— произнёс Дань Хэн, изучая глазами последствия своих дел. — Я в порядке…—Келус с закрытыми глазами восстановил дыхание и обратил свой взор на любимого, — в порядке и готов продолжить. —Ты уверен? Всё же не стоит себя заставлять,— ответил брюнет после чего его потянули вниз и резко завалили на спину. — Я уверен, поэтому можешь не волноваться, Дань Хэн...—шёпотом произнёс Келус на ушко, заставляя своего любимого испытать дрожь от возбуждения.  Они оба готовы продолжать.       Келус дождался, когда Дань Хэн себя подготовит, после чего упёрся руками на грудь любимого и начал аккуратно, медленно насаживаться. Он будто специально растягивал этот момент, видя как его возлюбленный запрокидывает голову и сжимая простыни кусает губы. Опустившись до конца, Келус слегка поёрзал бёдрами, как бы проверяя, всё ли в порядке. Дань Хэн шумно вздохнул и казалось он больше не выдохнет. Келус прошёлся пальцами от основания живота до самых ключиц, провоцируя выдох Дань Хена. Отплатив ему мучительными ласками в ответ, Келус медленно начал поднимать бёдра.       Вскоре и Дань Хэн начал действовать: взяв руками бедра любимого, он стал ритмично входить в тело обладателя янтарных глаз. Прибывая от этого в блаженстве, сероволосый закатил глаза, прикусил губу и, позволив партнёру управлять своими бёдрами, стал играться белоснежными пальцами с сосками любимого, как тот делал в самом начале с ним. Данное действие накаляло итак разогретую обстановку до предела, из-за чего Дань Хэн, сам того не ожидая, выдал тяжёлый хриплый стон похожий чем-то на рык, постепенно ускоряя темп. Вскоре его толчки стали такими быстрыми, порывистыми, наполненные раскалённой страстью, что Келус только успевал страстно стонать и содрогаться от новых ощущений. Каждый толчок создавал внутри него импульс, заставляющий напрячь всё тело, однако последующие ласки со стороны Дань Хэня, словно руки мастера работающие с мягкой глиной, быстро возвращали расслабленное состояние. В этот момент близости их ощущения резонировали невероятным спектром от действий друг друга. С каждым толчком оба начали издавать сладкие стоны и выкрики своих имён, что заполнили спальню густым чувством жаркой, сладкой любви. Двое влюблённых жадно ловили всё: каждое прикосновение, каждый взгляд, каждое ощущение, стараясь ни о чём не забыть.       Всё обилие всевозможных звуков объединялось в опьяняющую симфонию любви и единства. Прервать эту музыку мог только сладкий и дурманящий поцелуй, с которым ни одно вино не могло тягаться. В момент, когда прикосновение жадных губ свершилось, горящие тела соприкоснулись друг с другом, ощутив приятное тепло любви, которое было жарче любой звезды. Утопая в своих ощущениях и чувствах, переполняющих обоих каждую секунду, они не заметили, как к горлу подходил ком удовольствия, что вырвался длинным стоном. И пусть их второй акт пылающей любви длился не долго, но за это время Келус  успел дойти до пика экстаза ещё три раза, а вот Дань Хэн только подходил к финалу.       Точка кульминации процесса настала: Келус издал длинный томный стон и кончил в четвёртый раз. Этот раз был самым ярким. Глаза парня широко раскрылись, обнажая великолепный янтарный цвет, изо рта вырвался мелодичный и протяжный стон, а всё тело начало содрогаться от приятной слабости. Потом Келус чуть свалился на Дань Хэна в попытке отдышаться, когда тот уже успел выйти из него и обильно кончил себе на живот и грудь. Брюнет среагировал быстро: своими сильными и до безумия нежными руками он удержал уставшее тело любимого и прижал к себе, мягко обнимая. Вскоре, отдышавшись наконец, Келус заговорил первым. —Чтож... Теперь в душ? —Да, теперь в душ. Тебе помочь? —Угу, после всего этого я вряд ли сегодня нормально смогу ходить.       Дань Хэн спокойно встал с кровати и ,будто принцессу, унёс на руках Келуса в душ. Всё его тело переполняла адская, давящая усталость, однако он всегда найдёт силы для заботы о своём очаровательном, горячо любимом "еноте".