Запах «ненавистной» сакуры

Райден Эи – Вельзевул, Электро Архонт, Божество, стремившееся достичь вечности в своей стране не самыми лучшими путями. Стойкая, твёрдая женщина снаружи и милая, добрая внутри. Настоящий характер обладательницы длинной фиолетовой косы дано было увидеть далеко не всем. Зачем понапрасну проявлять эмоции с кем не надо? Незачем! Она была искренна и любвеобильна с теми, кто ей дорог, но все они растворились как по щелчку пальцев. Эи чувствовала опустошение. Только после появления путешественницы с Паймон и выхода из царства Эвтюмии она смогла чувствовать хоть что-то. Но не прошло много времени.. Всё перевернулось с ног на голову. Нет, никаких войн, никаких конфликтов, дело исключительно в Райден. С чего это всё началось? Девушка проснулась необычно рано. С утра пораньше её разбудил странный запах, витающий по всему помещению. Кажется, запах сакуры. Но вот проблема, ни за окном, ни в доме сакуры с роду не было, соответственно, и запаху взяться было неоткуда. Но тогда почему она его чувствует? Поднявшись с постели Эи почувствовала какую-то слабость, которую ощущала лишь ранее единожды, при изнеможении в борьбе, и то после этого она довольно быстро оклемалась. Ноги были какими-то ватными, в голове каша из всех недавних событий. В последнее время в её жизни произошло немало перемен, но все они никаким образом не могли быть связанны с текущим состоянием вельзевула. Еле встав на косящихся ногах, она пошатнулась, но удержалась в равновесии. Поплелась на кухню. Аппетита не было никакого, как и желания вообще шевелиться. Но надо было выйти прогуляться до храма, у неё было в планах встретиться с кицунэ. Кое как, при параде, Эи доплелась до места назначения, где её с гостеприимством встретила госпожа Яэ. – Доброе утро, Эи. Я ожидала, что ты зайдёшь, но не ждала того, что это произойдёт так рано. Ты чего соскочила? – и правда, на часах 8 утра, обычно Райден просыпается только утра в 10. – Доброе. Сама понятия не имею. Вот не хочу спать, и всё тут, – вельзевул решила промолчать о запахе, который, к слову, до сих пор не покидал её. Всю дорогу, всё время препровождения дома, а в храме же запах только усилился из-за присутствия самой сакуры. Хотя наверное, стоило сказать, ведь кицунэ должна знать, в чём дело. – Будешь чай? – Спасибо, Мико, но пожалуй откажусь, – у лисицы аж уши дрогнули. Обычно они всегда при встрече пили чай, она никогда от него не отказывалась. После этого она повнимательнее присмотрелась к фиолетововолосой и заметила, не замеченные прежде, детали. Еле заметные мешки под глазами, чуть растрёпанные волосы, глаза какие-то необычно серые. – Ох, ты в порядке? Обычно ты никогда не отказываешься от чая. Да и выглядишь неважно. Всё хорошо? – лисица действительно беспокоится за Эи даже не из-за того, что она её фамильяр, но та, как будто нарочно не замечает этого. – Да, Мико, всё в норме. Просто сейчас по особенному не хочется чая, – боже, почему именно сейчас её так тянет врать? – Ну смотри мне, не заболела ли? Кстати, какова твоя цель визита? – Цели как таковой и нет, просто хотела наведаться, посмотреть, как дела в храме, у издательского дома. Всё хорошо? – Да, всё отлично!... – и Мико понесло. Рассказывала о новых романах, которые стремительно набирали популярность, о сюжете, о вдохновении. Честно говоря из-за своего состояния Эи не особо вслушивалась в рассказы. Она почему-то чувствовала себя ужасно неуютно. Был какой-то стыд перед лисицей? Она боялась смотреть ей в глаза, почему-то боялась телесного контакта, но и в то же время ей безумно этого хотелось. Она сжала руки в замок на груди и отвела взгляд на улицу. Закончив разговор, уже казавшийся ей вечностью, она поскорее направилась домой. Сил не было никаких. Ни на разговоры, ни на малейшие движения. Хотелось упасть и не вставать до самой смерти. Но она архонт, смерть ей светит точно не скоро. Дойдя до дома она, не переодеваясь, упала без сил на кровать.

Уснула.

Она ожидала, что когда поспит, её усталость сойдёт. Но не тут то было. На следующий день ситуация только ухудшилась. Усталость стала ещё невыносимее, а запах гораздо усилился. Появились первые позывы лёгкого кашля. Наверное, стоило обратиться к Мико за помощью, но её окутывало какое-то странное чувство. Будто она не должна тревожить лисицу, будто она ей чем-то помешает. Она приняла решение порыться в домашней аптечке в поисках медикаментов. Эи по памяти вытащила несколько блистеров от кашля, температуры и на всякий случай от горла, вдруг заболит. Приземлившись на кровать, силы опять куда-то упархали. Несколько часов вельзевул проворочилась в постели в раздумиях, что же это может быть. В итоге, ссылавшись на простуду, опять уснула. В таком типе Райден провела всю неделю. Ни температуры, ничего подобного, только горло и правда начало побаливать малость. В какой-то момент проснулась Эи совсем не от запаха или от чего-то иного. Всё тело пронзил надрывистый, тяжёлый кашель. Без каких-либо последствий, просто ужасный приступ кашля. Еле прокашлявшись, девушка опять намеревалась зайти к Яэ, но вновь её что-то останавливало. Кстати, всё это время она не испытывала никакого чувства голода. Через силу запихивая в себя еду, жила она так всё это время, в связи с чем сильно похудела. Ей очень хотелось пить, её уже начинало тошнить от этого противного, раньше казавшегося прекрасным аромата сакуры. Райден делала различные ароматизированные чаи, жгла свечи, но ничто не могло перебить надоедливого запаха. Приступы продолжались в течение ещё нескольких дней, а после, при очередном, из горла девушки вышел красный сгусток. *Кровь...? Быть не может.. Что же со мной? Нужно в срочном порядке обратиться к Мико!* – вновь подумала вельзевул, но опять её остановило неизвестное нечто. Что происходит? Слабость увеличивалась с каждым божим днём. Вес стремительно падал, но голода она по-прежнему не чувствовала. Вроде она исправно пила все таблетки, много спала, но ничего не проходило. Через несколько таких серых будней пришло какое никакое разнообразие. Наведалась путешественница с Паймон! Видеть она была их очень рада, но сил хватило лишь выдавить из себя приветствие и лёгкую улыбку. Райден пригласила их внутрь. – Ну, какими судьбами вы снова оказались в Инадзуме? – каждое слово давалось, на удивление, с трудом, но разговора она неистово хотела, вот и выжимала из себя все соки. – Решили немного отдохнуть от постоянных скитаний, приехали навестить вас. Кстати, мы с Паймон заходили в храм, – обладательница сиреневых глаз насторожилась, – она сказала, что ты в последний визит выглядела как-то подавленно. У тебя всё хорошо? – этого вопроса, сама того не ожидая, Эи боялась больше всего. А что ей ответить? Ведь она соврёт, если скажет, что просто простудилась. Она уже давно поняла, что что-то не так, но она не знала, что конкретно. – Да я просто простудилась, ничего особенного! – и всё-таки она это сделала. Очередная ложь, – как дела в Сумеру? Как там малая властительница? – она опять нарвалась на скучный разговор который, как бы ей не хотелось, придётся слушать. Примерно на середине разговора путешественницы с комментариями Паймон, девушка почувствовала себя крайне плохо. Голова закружилась, а к горлу подступал не предвещающий ничего хорошего кашель. Она не сумела сдержаться, приступ взял верх. Она, согнувшись пополам, надрывисто кашляла, пока её тело пробирала судорога. Путешественница опешила, но через секунд 5 пришла в себя от того, что Паймон пытается побудить её хоть на какие-то действия. Пока блондинка поспешила на кухню за водой, Паймон подлетела к Эи, пытаясь как-то успокоить, поглаживая по спине. Стоило путешественнице едва ступить на порог гостинной, вельзевул чуть ли не задохнулась, но в конечном счёте из её горла вылетел лепесток в перемешку с красными каплями. Все трое смотрели на последствия этой картины с таким ужасом и недоумением, ещё минуту никто из них не решался хоть на какие-то действия. После гостья протянула хозяйке дома стакан с водой и села рядом, принимая в объятья свою помощницу. – И давно у тебя это началось? – задала Люмин логичный вопрос. – Такое впервые... – ещё не отошедши шёпотом произнесла Райден. Ещё через минуту она продолжила, – кашель начался недели две назад, недавно начало откашливаться что-то странное, но уж точно не это. Путешественница села на корточки, аккуратно поднимая лепесток и направляясь с ним в ванную. Выйдя после оттуда через пару секунд с отмытым лепестком, у Эи глаза на лоб полезли.

Это... Сакура?..

– Ты чувствовала в последнее время странный запах? – снова задала наводящий вопрос гостья. – Да, довольно давно он уже.. – Ты пробовала обратиться к Мико? – девушка напротив отвела взгляд, словно виновата в чём-то, – Ясно. Ты слышала что-то о цветочной лихорадке? – какой лихорадке? Цветочной? – Нет? – А вот теперь слушай. Эта цветочная лихорадка также зовётся Ханахаки. Она возникает из-за невзаимной любви. Чаще всего приводит к смерти. А вот теперь скажи, Эи, в кого ж ты так? – последний вопрос прозвучал как-то эхом. Глаза округлились, а голова снова закружилась. Она не хотела верить в то, что смогла влюбиться в кого-то, так ещё и безответно. – Я и сама не знаю... – Эи, тебе нужно перебрать все возможные варианты, прямо сейчас! Иначе потом может быть черезчур поздно.. – Стой-стой-стой, то есть излечиться можно? – Да, но только в том случае, если любимый человек ответит тебе взаимностью. – Но если ты влюблён безответно, какой в этом смысл? Он ведь всё равно откажет! – В этом то и суть, – печально глянула на Райден гостья. Она не могла смириться с тем, что скоро её самой не станет. Ни единой мысли по поводу того, кто же это может быть. В Инадзуме не так уж и много свободных мужчин. Все, кто свободен либо младше и ниже неё, либо полные уроды. Остаются девушки. В своём окружении кроме Яэ и путешественницы из девушек вельзевул больше не знала. И тот, и другой вариант она откинула машинально. Она не думала, что они воспримут её в романтическом плане, поэтому предпочла думать, что они просто друзья. И вдруг в голову ударила гениальная, но такая смертельная мысль. – Извини, а может быть так, что этот человек мёртв? – Я думаю, что такие случаи бывают, но тогда тебе помочь не сможет уже никто, – эти слова были произнесенны с явным сожалением и скорбью в голосе. – Я поняла, спасибо.. – Попробуй перебрать ещё живых, может, ты ошибаешься а она ошибается, – на этих словах Люмин с ещё трясущейся Паймон вышли за порог дома. – Люмин, можно тебя попросить? – девушка обернулась, – пообещай, что не скажешь Яэ.. – Прости, но я должна ей сказать, тебе может стать... – Просто пообещай. – в глазах читалось «прошу, ни за что не говори ей и кому-либо ещё, пожалуйста». На глазах невольно начала скапливаться солёная вода, капелька которой уже стекла вниз по щеке. Люмин не могла смотреть на такого архонта. – Хорошо, обещаю. Об этом никто не узнает, – Люмин сразу всё поняла, но раз это желание Сёгуна, нарушать своё обещание она не станет, как бы сильно она этого не хотела. Захлопнув дверь, ноги свело судорогой, руки пустило в дрожь, а накопившиеся слёзы так и наровили вырваться. Скатившись по двери и прижав колени к лицу, она издала первый всхлип... - День за днём с этим мучением протекали очень медленно. С каждым днём лепестков выкашливалось всё больше и больше, а приступы начали случаться гораздо чаще. Осознание, что всё крайне плохо пришло тогда, когда из горла вылетела целая горсть цельных цветов сакуры. Руки теперь дрожат постоянно, усталость окончательно сбила с ног Эи. Ни встать, ни пошевелиться толком она не могла из-за сильной боли в груди, появившейся из ниоткуда через очередную ночь. Воздуха становилось всё меньше, начало казаться, что в помещении невероятно душно. Окна были открыты на распашку, но ничего не помогало. Лишь появлялся риск того, что кто-то из мимопроходящих может узнать, что происходит с Сёгуном и растрепетать это по всей Инадзуме. Цветов всё больше и больше, в глазах мутно от слёз, а горло противно щекочат вылетающая сакура. Эи всё думала, что этим человеком, возможно, оказалась Кицунэ Сайгу, и тогда спасения ей не видать. Остаток своих дней она решила провести так, чтобы абсолютно никто не узнал о кончине архонта. О чём мы говорили в начале? "Она же архонт, смерть ей точно светит не скоро" Да забудьте! Сейчас смерть буквально стоит на пороге, просто Эи активно не хочет открывать проклятую дверь. Стоп, а ведь и правда... В помутневшем сознании Райден раздавался громкий стук в дверь и просьбы скорее открыть. Но ни открыть глаза, ни уж тем более встать с кровати девушка не может. Хорошо, глаза открыть она кое как сможет, но пошевелиться точно нет. Вскоре глаза распахиваются сами в осознании, что за дверью голос...

Мико.

*Она узнала? Нет, может я к ней просто не прихожу, она решила прийти ко мне? Да, наверное. Но как же я ей открою..?*

Долго ждать не пришлось. Через минуту таких стуков раздалось шебуршание с той стороны. И дверь распахивается с грохотом. Именно в этот ЧЁРТОВ момент приступ случается настолько сильный, что даже малейшего слова не произнести. Конечно, на этот звук в комнату буквально влетела лиса. – Боже, Эи! Я ведь спрашивала! Почему ты молчишь? Что с тобой происходит? Ни на один вопрос она не получила ответа, ей лишь пришлось сидеть напротив богини и смотреть на то, как её постепенно уносит старуха с косой. Ею овладела такая паника, она в ужасе поняла, что забыла посох, что мог бы хоть как-то облегчить её страдания. Когда из горла подруги вылетел первый цветок, Яэ впала в ступор.

Сакура? Кашляет цветами? Но я тоже люблю сакуру.. Стоп, только не говорите что...

– БОЖЕ, ЭИ! Девушка напротив совсем согнулась, кашель стал затихать, а вдохи становились всё жаднее и слышнее, будто воздуха совсем не хватало. Девушка подвинулась ближе к ней, положив её голову на колени, совершенно не боясь замарать их. Только оказавшись на её коленях и ловя на себе её тревожный, грустный взгляд Эи осенило. По щекам розововолосой уже во всю катили слёзы, она не могла смотреть на то, как на её собственных коленях умирает её любимая. – Ми-ко, – сквозь кашель, из последних сил начала вельзевул, – про-сти мен-я.

Я люблю тебя.

В этот миг кашель полностью утихает, а глаза начинают стеклянеть. – Нет, нет, нет, нет, нет! Не должно ведь быть всё так, Эи, не может! – истерика накатывала огромной волной. Она прильнула к её лицу. Последнее, что услышала Эи...

Я тоже.. Тоже люблю тебя! Темнота.

Сквозь непроглядную тьму архонт чувствует, что дышит, чувствует, что дышится по-необычному легко, чувствует что-то мягкое, чувствует чью-то руку на своей, чувствует, что в глаза бьётся свет. Она не мертва? С большим трудом, но Эи удаётся открыть глаза. Тут же её взору предстал храм Наруками, свет, и... Мико. Сидящая рядом с ней, с засохшими слезами на глазах, спящая Мико. Обрывки памяти ежесекундно всплывали в голове, от чего лицо невольно заполнялось краской. Не уж то человек, который по её мнению был к ней безразличен, плачет ради неё, сидит рядом с ней и сжимает её руку? В такое сложно поверить, но насколько нереальным это казалось, всё-таки происходящее было правдой. Райден попыталась пошевелиться, на что получила невероятный выстрел в голове. В груди больше не болело, дышится очень легко, запаха не чувствуется, но побочные эффекты всё же присутствуют. Своими действиями она случайно разбудила кицунэ. Её глаза вновь наполнились слезами, но на этот раз от счастья. Эи крепче сцепила их руки, после чего получила такой долгожданный поцелуй. Всё то, что в них накопилось за это длительное время сейчас вот так выливается. Больше во рту не чувствуется горький вкус, теперь ощущается только тепло рядом находящегося человека.

Яэ уже чуть не потеряла её, и не собирается допустить подобного ещё раз. Она об этом точно позаботится.