(game) between us

Хван Хёнджин сбегает по лестнице с белой подсветкой между ступенями и проталкивается через толпу к чёрному выходу. Изначально он планировал уйти из клуба, так и не дождавшись Феликса, и оставить Минхо и Джисона наедине. Хёнджин ухмыльнулся при этой мысли и поставил в голове галочку: позже спросить Ли о проведённом вечере. Он особо не рассчитывал на эротичный рассказ во всех красках, но наблюдать за их взаимодействиями ему было интересно. Выходя на улицу, за спиной он услышал глухой стук закрывающейся двери, отделяющей шумное помещение от тишины ночного Сеула и приглушённого звука машин вдалеке. Частную парковку окружали деревья, создавая своеобразный купол, закрывающий клуб от посторонних глаз и шумов. Здесь стояла только машина Минхо и его собственная, Хёнджина. Тёмно-красный кабриолет стоял неподалёку, около выезда на трассу. Вглядываясь в звёздное небо, Хван затягивался очередной сигаретой. Услышав еле слышный шорох слева от себя, он повернул голову. Опираясь спиной об каменную стену, стоял Ли Феликс собственной персоной, докуривая тлеющую сигарету и глядя в сторону Хёнджина. Когда их взгляды встретились, Феликс опустил глаза. Хван словно ангела увидел: белоснежные, растрёпанные из-за ветра волосы, подкрашенные белым ресницы, будто иней на глазах. Сам не заметил, как направился ближе к парню. За свои двадцать четыре года жизни, Хёнджин не особо задумывался об отношениях. Были, конечно, не долгосрочные любовные похождения, но через время он понял, что это не для него. Да и времени не очень-то и хватало, когда в крупной корпорации начал работать. Увидев Феликса, он понял: нужно исправлять свой статус неприкосновенного Хван Хёнджина. А подходящую кандидатуру он, видимо, уже нашёл. — Надоела компания Минхо? — первым начал разговор Феликс, держа тонкую сигарету в маленьких пальцах и осматривая Хвана снизу вверх. — Думаю, я буду только мешать, — ответил он, тоже прижимаясь спиной к стене, — У него компания поинтересней меня. Феликс выдохнул дым и промолчал несколько секунд. А потом до него дошло. — Ты что, оставил их двоих? — нахмурившись, спросил он. — Не беспокойся за них. Джисон в хороших руках, — улыбаясь своим мыслям, успокоил Феликса Хёнджин, — Ты чего внутрь не заходишь-то? — Не хочется, — тихо ответил тот, — Там шумно. — Зачем приехал тогда, если не любишь шумные места? Ли задумчиво глядел себе под ноги и раздумывал, что ответить. Если быть честным, то он приехал сюда из-за Джисона. И чуть-чуть из-за самого Хёнджина. Чуть-чуть. Совсем капельку. — Джисон попросил. Хван затушил сигарету и бросил её в рядом стоящую урну, сильнее закутываясь в пальто. — Не желаешь сбежать отсюда? — засовывая руки в карманы, спрашивает он на свой страх и риск, — Хану ты уже не понадобишься, уверяю. Да и на улице холодно, чтобы стоять тут в одиночестве. Феликс тоже кидает скуренную сигарету в мусорку и подходит ближе к Хёнджину. — Рассчитываешь воспользоваться моментом и красивым парнем, удачно оказавшимся перед тобой? — ухмыляясь, говорит Ли и смотрит снизу вверх в глаза Хвана из-за его роста. — Не преувеличивай, — подхватывая заразную улыбку снежного мальчика, отвечает он, — Ты ведь не пьян. — Выпил пару бокалов перед выходом. — Не думаю, что ты предпочтёшь скучную ночь среди пьяных людей вместо меня и тишины. Ну, это как пойдёт... — наигранно шевеля бровями, улыбается Хёнджин. — Почему я должен пойти с тобой? — чувствуя невероятно приятный запах парфюма Хвана, стоящего в нескольких сантиметров от себя, спрашивает Феликс, и в его голове появляется мысль, что он уже согласен. Даже без причины. — С окна моей квартиры красивый вид на ночной город. И дорогое, выдержанное вино в шкафу припрятано. Для особых случаев. — Я — особый случай? — с интересом спрашивает Ли и уже предвкушает тепло чужой квартиры вместо холода апрельской улицы. — Если хочешь быть им, то да, — всматриваясь в карие глаза напротив, шепчет Хван. — Предпочитаю быть особым только для определённых людей, — ощущая витающее между ними желание и флирт, в тон Хёнджину отвечает Ли. — Я вхожу в эту категорию? — Думаю, тебе стоит постараться, чтобы попасть в неё, — проходя мимо Хвана, говорит Феликс и направляется к красному кабриолету. Несколько дней назад он увидел Хёнджина, выходящего из этой машины. Хёнджин смотрит на пустующее место перед собой, где секунду назад стоял Феликс, хмыкает и идёт вслед за ним, доставая из кармана ключи от автомобиля. Сам открывает пассажирскую дверь для Феликса и закрывает её за ним, как истинный джентльмен. Феликс садится в холодный дорогой салон и устало откидывает голову на подголовник, прикрывая глаза. Слышит стук закрывающейся двери и заводящегося мотора. — Не боишься, что я маньяк и отвезу тебя в лес? — ехидно спрашивает Хван, выезжая с парковки. — Джисон сказал, что тебе можно доверять, — не открывая глаз, отвечает Ли. — Веришь всему, что говорят? — мельком глянув на расслабленного Феликса, парирует Хёнджин. — Ты не похож на маньяка, — вздыхая, говорит Ли и смотрит на аристократичный профиль Хвана. Будто принца из сказки увидел, — А вот на богатого и харизматичного красавчика — даже очень. — Подлизываешься? — внимательно следя за дорогой, улыбается Хёнджин. — Констатирую факт, — пожав плечами, отворачивается и тоже смотрит на дорогу Феликс. — И всё же, — посерьёзнее говорит Хван, — Больше не соглашайся так легко и не садись в машину к человеку, о котором не знаешь ничего. — Волнуешься за моё благополучие? — улыбнувшись и отведя взгляд в своё окно, интересуется Ли. — В следующий раз найдётся кто-то похуже меня и правда воспользуется бедным пьяным мальчиком, — с сарказмом проговорил Хёнджин, не отрывая взгляд от ночных огней впереди. — А кто сказал, что я соглашаюсь на любое предложение каждого малознакомого человека? — флиртуя, задает риторический вопрос Ли. — Ты привлекателен, когда пьян, — между делом бросает Хван. — Ты не видел меня трезвым, — парирует Феликс. — Надеюсь, проснусь утром и увижу. — Я выгляжу не очень спросонья. — Уверен, что выглядишь красиво, — улыбаясь, продолжает их игру Хёнджин. — Решил завалить меня комплиментами, чтобы я всё таки сдался и убрал коготки? — Не убирай, мне нравятся колкости, — мельком взглянув на Феликса и сразу же встретившись с его глазами, отвечает Хван, — Мы приехали. Остановив машину около высокого многоквартирного здания, Хёнджин заглушил мотор и вышел из автомобиля. Обойдя машину, он открыл пассажирскую дверь и взял Феликса за руку, направляя за собой ко входу в дом. Ли взглянул на их сцепленные руки и внутри него всё перевернулось от тактильного контакта. Каждое прикосновение к коже других людей ощущалось слишком остро. Ключом открыв дверь в свою квартиру на одном из верхних этажей, Хван впустил Феликса и и провернул замок изнутри. — Значит, теперь у меня точно нет шансов сбежать? — насмешливо спросил Феликс, разуваясь в полной темноте. Хван не стал включать свет. — Всё таки боишься меня? — вешая своё пальто на крючок и плюхаясь на диван, сказал он. В квартире почти не было разделений на комнаты — только ванная комната и спальня (насколько понял Феликс) были с дверью, а гостиная была очень просторной и с панорамным окном, свысока выходящим на ночной город с сотнями огней. Их мерцания хватало, чтобы осветить полумрак квартиры. «Кухня» находилась в углу, но Хёнджин почти никогда не ел за барной стойкой, стоящей там. — Страх привлекает, — ответил Феликс, наклонившись к лицу Хёнджина и сразу же отдалившись и сев рядом на диван, — Но тебя я не боюсь. — Тогда чем же я тебя привлёк? — подходя к шкафчику внизу барной стойки и доставая оттуда вино, как и обещал, поинтересовался Хван. — Уже отвечал на этот вопрос в машине, — откидываясь на спинку дивана, расслабленно промычал Ли, — Не заставляй повторять дважды. — Мне нравится слушать про свои достоинства и комплименты в свою сторону, — откупоривая вино и ставя бокалы на стеклянный столик, самодовольно произнёс Хёнджин. — Не сомневаюсь. Феликс взял в руки бокал и отпил бордовую жидкость. Действительно вкусно. — Чем займёмся? — без каких либо намёков спросил Хван, и Феликс почувствовал огромную благодарность за это, несмотря на то, что сам знал, к чему всё идёт. — Хочу забыть обо всех проблемах этой ночью, — честно прошептал Ли, поставил бокал на столик и ощутил в теле расслабленность от алкоголя и ожидание. Ожидание непонятно чего. — Расскажи мне о своих проблемах, — одной рукой ослабляя галстук, попросил Хёнджин и Феликс засмотрелся на его длинные пальцы, нервно сглотнув, — Может, смогу помочь. — Не всё в этом мире можно решить деньгами, — усмехаясь, наклонил голову Ли, глядя на умиротворённое выражение лица Хёнджина, с интересом смотрящего на него. — А я разве предлагал деньги? — весело фыркнул он, тоже ставя бокал на столик и поудобнее устраиваясь на диване, раздвинув ноги и переводя взгляд в панорамное окно. Ли невольно прошёлся взглядом по его телу, рассматривая. Ослабленный галстук и рубашка, из под которой выглядывала белоснежная шея. Феликс поймал себя на мысли, что захотел бы её разукрасить. Длинные ноги, подрагивающие от усталости. Ли нахмурился: а точно ли от усталости, а не от напряжения? — Творческий кризис, — спустя время вздохнул Феликс. — Не хватает вдохновения? — догадался Хван, а потом наигранно-самодовольно усмехнулся, — Помочь? — От одного взгляда на тебя, вдохновение так и прёт, — хоть и саркастично, но честно признался Феликс. — Ну так перейди от созерцания к действиям. Так лучше запомнишь источник своего вдохновения. Феликс, почувствовав смелость от алкоголя в организме, быстрым движением перекинул ногу и сел к Хёнджину на колени. — Действиям, говоришь? — хватаясь пальцами за шею Хвана и заставляя его смотреть себе в глаза, шёпотом сказал Ли. — Другое дело, — таким же шёпотом ответил Хван, ерзая и чувствуя возбуждение. От обстановки, алкоголя и парня, сидящего у него на коленях, — Слышал, ты Чану песни писать помогаешь. Посвятишь одну мне? — Хоть целый альбом, — отвечает Ли и склоняется, прикасаясь к чужим пухлым губам своими. Они целовались медленно, наслаждаясь друг другом, темнотой комнаты и отдалённых звуков машин, проезжающих по трассе. Хёнджин легонько дотронулся до талии Феликса руками, слабо поглаживая. — Знаешь, о чём я думал пару минут назад? — отрываясь от Хёнджина, спросил Ли. Тот вопросительно промычал, не открывая глаза, — О том, как хочу разукрасить твою шею красными пятнами. Такими же красными, как это вино. Феликс головой кивнул на стоящие на столике бокалы. — Вперёд, — ответил Хван, притягивая Ли за спину ближе к себе. Феликс сомкнул острые зубки на шее Хёнджина, под челюстью. Укусил первый раз, на что услышал тихий выдох около своего уха. Укусил второй и почувствовал, как вздрогнуло чужое тело от лёгкой боли вперемешку с новой волной возбуждения. Оставил ещё пару укусов-засосов и отстранился, пытаясь рассмотреть следы под светом луны. — Нравится? — прошептал Хёнджин, крепче сжимая талию Ли. — Ебаное произведение искусства, — восхищённо ответил он, — Клянусь, я серьёзно посвящу тебе целый альбом. Хёнджин удивлённо выдохнул, когда Феликс слез с его колен и опустился на пол. — Ты что задумал? — нехотя выпуская Ли из своих рук, спросил Хван. — Догадайся, — засмеялся Феликс и дрожащими руками стал расстегивать ширинку брюк Хёнджина. — Уверен? — чтобы убедиться в обоюдном согласии, спросил он и привстал, помогая стащить с себя штаны вместе с бельем, которые неприятно давили в области паха. — Я не маленький ребёнок, — возмущённо пролепетал Ли, — Опыт имеется. — Даже так... — насмешливо усмехнулся Хван, но спустя секунду оборвался и вздрогнул, когда Феликс взял его член в руки. Из его рта вырвался стон, когда Ли впервые докоснулся языком до головки. Хёнджин позволил себе отдаться на волю чувствам и эмоциям этой ночью, сгребая шелковистые волосы Феликса в свою руку и направляя его. Хван был удивлён, насколько умело Феликс справлялся со своей задачей: вовремя прятал зубы, обводил языком и помогал руками у основания. По виду и не скажешь. Слушая тихие выдохи и стоны Хёнджина, Ли не смог сдержаться и начал трогать себя сам. Доводя Хвана до пика своим ртом, и самого себя рукой, Феликс явно рассчитывал на что-то большее этой ночью. Когда Хёнджин почувствовал, что близко, то притянул Феликса к себе, целуя его запачканный слюнями рот. Ли откинулся спиной на диван, призывая Хёнджина нависнуть сверху. Этой ночью Хёнджин слышал мелодичные стоны Феликса, а потом его мирное и тихое сопение у себя под ухом.