Шаг в вечности|Step into Eternity

      Раздался приглушённый стук в дверь. Энико неохотно открыл глаза, как же ему хотелось спать. Устало протерев лоб рукой, он прохрипел:       —Кого там принесло?       Сначала парень не понял, где находится и что происходит, но события прошедшего дня, спустя секунду, тут же нахлынули гигантской лавиной и Нико пришёл в чувство. Значит, он всё ещё здесь? Эта мысль не могла не радовать и хотелось, чтобы та жизнь вовсе оказалась сном, и он жил в этом мире всё это время, а амнезия действительно настигла его. Но столь глупое желание никогда не сможет осуществиться.       Последовал очередной стук в чёрные двери и Энико лениво ответил:       —Войдите.       В комнате было достаточно темно. Свечи, зажённые ночью, уже погасли, отдавая приоритет мраку. Но после ответа Нико двери широко распахнули, и в комнату вошёл дворецкий со слугами. Попутно в открытую комнату бил свет из холла особняка, освещая большую часть пространства. Какие-то две служанки подбежали к шторам, распахивая их в разные стороны. Двое рыцарей остались у дверей, аккуратно закрыв, когда свет уже проникал и с окон.       Та самая вчерашняя горничная, вроде её зовут Рена, и дворецкий подошли к кровати с тазиком в руках.       —Доброе утро. Молодой Господин, позвольте привести Вас в порядок? —Дворецкий вежливо поклонился, а девушка поставила тазик на пол.       —Мм… Хорошо.       Возможно, парень был слегка раздражён, что его разбудили, но с другой стороны, с каких пор его это вообще беспокоит? До этого он вставал с первым лучом, пусть и любил поспать. Неужели так сказывается на нём его новое тело? Такие привычки у тела надо исправлять. Роскошь либо для ублюдков похуже ублюдка Энико, либо для тех, кто уже сделал всё возможное для этой жизни. И ни одно из этих «либо» парню не подходит.       —Позвольте, я помогу Вам. —Коричневолосая девушка быстрым движением выжала из тряпки воду и подошла к кровати.       —Твоё имя? —Решил уточнить Нико, не доверяя вчерашним воспоминаниям.       —Ах… Прошу прощения, я Рена. —Она кротко кивнула, представившись.       —Хорошо. Рена. Тогда ты займись этим, остальные пусть выйдут.       Ему не нравилось присутствие незнакомых людей, которым он не мог доверять. Конечно, он ещё толком не проверил горничную, но она не вызывала отторжения и, в принципе, казалась неплохим человеком.       Однако никто так и не сдвинулся с места. Все стояли на тех же местах, где изначально остановились: две горничные у окна, двое рыцаря у двери; дед так вообще не считал себя посторонним.       —Я сказал вам, те, что у окна, пойти прочь и не мозолить мне глаза, —он раздражённо указал на девушек. —А вам, те, что у дверей, стоять с другой стороны, —теперь палец был направлен на мужчин. —Дворецкий тоже должен был выйти, но я передумал. —Парень опустил руку, вздохнув. После короткой паузы он продолжил, —а теперь не медлите и выполняйте приказ, иначе я самолично вас вышвырну за дверь.       Если приказ не выполняют, можно попробовать испугать их угрозами. Но в этой ситуации и это не являлось тем средством.       «Пора их воспитывать, а то смотришь — так и тянет влупить», пока Нико, злясь, думал, его глаза и волосы принимали соответствующий цвет, от чего дворецкий потерял дар речи, а Рена стала испуганно пялиться в пол.       Но другие слуги похоже не понимали, что значит кроваво-красный оттенок. Поэтому кто-то из них даже решился ответить:       —Почему мы должны слушаться такого отродья! Вы позорите весь славный род Арджен. С самого начала доставляли проблемы, будучи приведённым не понятно от куда вместе со своей матерью! —Служанка у окна стала биться в истерике: кричать, вопить и пускать слёзы. Она злилась и определённо точно считала оскорблением слушаться этого человека.       «Так, значит, с самого начала? Мне теперь, кроме бывшего владельца этого тела, жалеть ещё и бывшего владельца этого имени? Сущая чертовщина».       Энико напрягся ещё больше. Даже у самого первого владельца этого имени были подобные проблемы? Он же был ещё меньше, чем следующий новоприбывший мальчишка, когда всё это началось…       От этих мыслей становилось тошно. И Нико, будучи злым и раздражённым, поднял свой взгляд на эту горничную. Из его глаз в разные стороны так и разлетались искорки свирепости. На этот раз даже эти тупые слуги это поняли. Парень оскалился, а его глаза уже метали молнии вокруг. От этого невольно бросало в дрожь.       —Слишком. Много. Болтаешь. —Процедил он и позже добавил, —убирайтесь прочь, пока я своими же руками не оторвал ваши бошки. —Рука потянулась под подушку, но не сумела нащупать любимого острого предмета, и это снова вернуло парня в реальность.       Пока Энико задумался, слуги быстро вылетели из комнаты и побежали кто куда. Позже ещё долго стоял топот их ног во время побега.       —…переборщил, —устало вздохнул он.       —Что? —Переспросил дворецкий.       —А? —Не поняла Рена.       —…       Нико промолчал на их вопросы и уставился на тумбу, думая о своём.       Почему его это разозлило? Энико никогда не был жаден до власти или послушания. Он не требовал, чтобы другие выполняли его приказы или просьбы, как рабы.       Но обращение слуг и их непокорность знатно злила. Их злословие в сторону своего господина, можно сказать даже господ, чьё место занял Энико, вызывало у него невозможную раздражённость.       «Так не должно быть. Меня с ними ничего не связывает», однако мысленное отрицание ни к чему не привело. Эта борьба со своими эмоциями даже не могла объяснить произошедшее. Почему. Почему его это так беспокоило?       «Хотелось бы мне об этом не думать… Верно. Энико бесчувственный ублюдок. Меня это не беспокоит», Нико кивнул на своё заключение и недовольно сощурился. Его лица коснулась холодная и мокрая тряпка, заставив вздрогнуть. В некотором испуге он стукнул по руке надвигающейся опасности, но тут же вернулся в реальность.       —…       —Тебе не стоит касаться меня без разрешения.       —Ни в коем случае! —Горничная замахала руками в разные стороны. —Господин, мы звали Вас. Но на мой вопрос Вы не ответили — а раньше это означало согласие. Прошу прощения. —Рена грустно посмотрела в пол и сжала ткань в руке.       Она не казалась человеком, который притворяется. Но за весь опыт жизни Нико знает, что милые люди могут оказаться змеюками, тихони — кровожадными хищниками, а лучший друг — предателем. Всё это возможно, пока напротив тебя человек. В воспоминаниях сразу всплыло наставление дяди.

***

      «—Пока ты с человеком — не ослабляй бдительность. Именно то, что он человек, уже делает его опасным, —мужчина в спортивном костюме чёрного цвета, на который сверху была одета кожаная куртка того же цвета, медленным движением руки, потёр свою бороду и лукаво посмотрел на небо.       —Но, Дядя-ним, тогда получается, что и ты, и я тоже опасные. Нам так же нельзя доверять друг другу и ты можешь мне врать?       Мальчик состроил грустную мордашку, а его синие пряди волос липко припали к лицу от дождя, создавая неуклюжий образ. Он прекрасно понимал слова Дяди, но всё равно переспросил, не желая в это верить.       —Поди сюда. Ну-ка… Какие холодные у тебя ладошки! —Дядя аккуратно взял ручонки мальчика в свои и начал тереть, согревая. —Всё правильно. Даже я не стою доверия. Пока я человек — я несу опасность. Понимаешь? —Дождавшись кивка своего собеседника, мужчина тяжело вздохнул, —поэтому ты не должен ко мне легкомысленно относиться. Возможно, ты посчитал, что я стою твоего доверия, но только вспомни Люку?       —Люка… —Лицо мальчика потемнело.       —Именно. Этот парнишка, разве он не был твоим лучшим другом? —Он взял паузу, но не дождавшись ответа, продолжил, —был. Но разве не он также бросил тебя, предал, когда выпал выбор?       —Дядя-ним, я понимаю к чему ты ведёшь.       —Именно. Не надо так грустно глазеть. Даже я могу предать. Всё возможно по разным обстоятельствам жизни. Ты тоже опасен.       На последней фразе восьмилетний ребёнок вздрогнул и вырвал свои руки. Он разозлёно посмотрел в глаза мужчины:       —Ни за что. Я бы никогда тебя не бросил.       —Даже, если бы что-то угрожало твоей жизни?       —Да!       —Хм… —Дядя задумался, а спустя секунду хитро улыбнулся, —а если бы выбор пал между моей жизнью и жизнью твоего брата?       —…Что? —Здесь Нико растерялся. Он очень любит брата и Дядю, готов пожертвовать ради них своей жизнью и жизнью других… Он помрачнел, прикусив язык.       —Теперь понял? Любой человек поступает в выгоду себе. Ты можешь быть ангелом, но когда настанет такой выбор, для одного из людей ты точно превратишься в дьявола.       —…Нет. Дядя-ним, а есть ли возможность спасти вас обоих?       —Не-а. Хотя выход есть всегда, но необязательно привычный.       —Это как?       Дядя посмеялся и, уныло улыбнувшись, погладил мальчишку по голове:       —В тот момент ты можешь просто уйти. Отказаться от обоих, если хочешь поступить честно, —он закрыл глаза. —Или убить себя? Так даже не успеешь пожалеть о сделанном выборе.       —Это ужасные пути выбора! Я придумаю другой способ! —Раздражённо воскликнул Нико.       —Вот как? Обязательно сообщи мне потом. Меня это заинтриговало! Хаха! —Мужчина продолжал смеяться, пока Энико раздумывал, как можно поступить».

***

      Да, девушке пока нельзя верить. Он не потеряет бдительности, но ослабит свою отстранённость. Пока она не знает правды, беспокоиться точно не о чем. О Никаэлло Рена заботится как о своём ребёнке. Ей точно нельзя позволить заметить. Но если она начнёт о чём-то подозревать, то Нико придётся раскрыть правду.       —…ин! Господин! —Нико вырвали из мыслей крики горничной.       —…что за- —Немного растерялся он.       —Так я могу Вас умыть?       Горничная дождалась кивка Энико и аккуратно потянулась к его лицу. Заметив её неустойчивую позу, парень подвинулся ближе к краю, позволяя Рене свободно действовать. На это она благодарно кивнула.       —Вы не выспались? Всё время в своих мыслях витаете…       —Нет, я спал крепко, —мотнул головой он.       —Позвольте, смею подумать, Вы поздно легли? —Вмешался в разговор дворецкий. Он полез в карман сюртука, доставая оттуда блокнотик и ручку.       —Поздно? Возможно… —Вспомнил вчерашний вечер Нико, —после твоего ухода ко мне нагрянул доктор Агнес и долго не решался уйти.       Руки Рены отпрянули от лица, и она шустро переместилась к тазику. Снова замачивая ткань и выжимая её.       —Господин, возможно Вы испытываете головную боль пока спите? —Она с сочувствием посмотрела в глаза парня и аккуратно коснулась тканью его руки.       —Не думаю. Я действительно выспался. В мыслях нахожусь по другой причине, вам её знать необязательно, —отрезал он.       Нико закрыл глаза и вздохнул, вспоминая детали вчерашнего дня и изобретая план, как сегодня ему стоит действовать.       —Ах! Простите, —горничная снова ахнула и замолчала.       Дворецкий так же больше ничего не говорил. Он всё стоял и что-то чиркал в своей тетрадке. Она была маленькой и напоминала блокнот, но если хорошенько осмотреть, то это точно тетрадь. Дедушка немо что-то произносил губами, а его ручка резко и молниеносно двигалась по листу.       Рена закончила мыть «Никаэлло» и отошла от кровати. Положив ткань в тазик, она взяла его руки.       —Позвольте откланяться, я пока подготовлю ваш завтрак, —девушка поклонилась, а закончив говорить, выпрямилась и вышла с тазиком из комнаты.       Энико остался с дворецким один на один. И только сейчас ему взбрело в голову спросить:       —Который час?       Дворецкий оторвался от своих записей в тетради и достал из кармана часы, обрамленные белым золотом, на цепочке.       —Девять часов и двадцать восемь минут. Завтрак через двенадцать минут. Позвольте, Господин, я помогу Вам одеться, —быстро сообщил он, открывая тетрадь. А закончив, заглянул в неё. —Из-за Вашей травмы мне было велено не забивать Ваш график плотным обучением и некоторыми вещами, однако план распорядка всё ещё имеется. Если позволите, я проинформирую Вас?       —Хорошо, только давай быстрее, я хочу есть, —Нико вяло откинул укрывающее его одеяло и сел на край, свесив ноги.       —Первым делом у Вас завтрак. До обеденного приёма пищи Вы вольны в своём времени и можете бездельничать. Но после двух часов, если старший Господин не позовёт Вас к себе, Вы должны будете понаблюдать за тренировкой рыцарей, за одно, в конце дня, сообщить мне о деталях: что Вы заметили в этикете за прошедшее время, —всё это время дедушка бегал глазами по листам тетради и рассказывал план дня, пока Энико, даже не делая вид, что внимательно слушает, потянулся к коробке на тумбочке. —В семь часов и тридцать минут вечера у Вас запланирован ужин, сразу после, я прошу Вас, выбрать одну книгу из библиотеки. У Вас будет два часа на её прочтение, —дворецкий даже не заметил его движений и продолжил говорить. А Нико уже достал из коробочки нужную вещь — кольцо.       «Так аккуратно хранится, насколько важна тайна?». Он надел его на палец. Кольцо было алого цвета, что его неплохо так выделяло. На нём изящно выгравировали дракона, достаточно величественного, стоит подметить. Нико стало интересно, выполнили ли узор на заказ. Это точно был не герб Арджен. Он взял на заметку — спросить об этом позже. Но сейчас не следовало занимать этим голову.       —В десять часов слуги помогут вам принять ванну, и покои уже будут готовы ко сну-       —Я понял, —перебил Нико. — Дальше не нужно. Давай закончим с подготовкой, я очень хочу есть. —Желудок ныл и просил еды, а Энико не ест уже второй день, так дело не пойдёт.       —…Да. Приношу извинения, молодой Господин. —Он захлопнул тетрадь и спрятал во внутренний карман сюртука, предварительно засунув ручку в верхний карман на груди. Стряхнув с себя пыль, дедушка уверенным шагом подошёл к парню и протянул ладонь, —позвольте, я помогу вам встать.       Ему не нужно было повторного приглашения, он быстро положил на ладонь свою и, плотно сжав, но контролируя силу, попытался встать, полностью опершись.       —Мм… —Болезненно протянул Нико.       Полностью положившись на дворецкого и не прилагая своих сил на подъем, он куклой был поставлен на ноги. На самом деле так было даже менее больно.       —Хм… Всё-таки, да, —заключил Энико. Когда он ничего не делает, а им двигают без его вмешательства, то боли практически нет. Не считая той, которая возникает при попытке удержать равновесие, так как это обычный рефлекс, двигающий тебя без собственной воли.       —Кхм, молодой Господин, как Вы себя чувствуете? —Прежде державший тишину, дворецкий задал вопрос и отпустил руку своего господина, отходя на расстояние вытянутой руки.       —Не всё так плохо, —Нико попробовал сделать шаг и мысленно поморщился от наступающей боли. Переставив ногу вперёд, он тут же потянулся к опоре у кровати и облокотился, потеряв равновесие.       Было бы хорошо, подумал беловолосый, и в этой жизни ничего не чувствовать. Оказывается, это слегка мешает. Голова трещала и гудела, парень не знал куда ему деться, чтобы боль хоть немного утихла. Впервый раз за всё это время он пожалел, что из прошлой жизни ему достались только воспоминания.       —С виду так не скажешь, —вздохнул дворецкий, развернулся и двинулся в сторону огромного шифоньера. —Что пожелаете надеть? —обратился он к Нико, дойдя до места хранения одежды и отворив его дверцы.       —Выбери что-нибудь простенькое. Я позже подамся в изучение своего гардероба, —Энико наконец-то отлип от любимого столба и выпрямился. Он с отчаянием сделал шаг вперёд и побрёл до середины ковра.       —Хорошо. —Дедушка достал странную рубашку с завязками, а вслед за ней простые брюки, —тогда пусть будет это. —Беловолосый тяжело вздохнул, представляя, что он испытает при попытке надеть на себя одежду.

***

      Время близилось к тридцати семи минутам десятого, когда Энико вместе с дворецким шли по коридору, направляясь к лестнице в западное крыло. Парень разглядывал ковёр, скрывающий по центру пол и проложенный до конца коридора.       —Нам нужно будет спуститься до первого этажа в главный зал. Стоит ли мне донести Вас или Вы справитесь сами? —Обратился к Нико дворецкий, когда они добрались до лестничного пролёта.       Он тяжело вздохнул, осознав сколько им ещё идти, но лицо его оставалось безмятежным при следующем ответе:       —Всё в порядке. Я дойду сам. —Положив ладонь на перила, парень сделал первый шаг вниз и скорчился. Неприятной болью отзывалась и нога при спуске. Он ещё в первый раз это заметил, когда поднимался на пятый, что левую ногу слабо тянуло. Однако при спуске это чувствовалось гораздо ярче. Что же произошло с этим телом?       —Я понял, —кивнул дворецкий и медленным шагом поплёлся рядом с «Никаэлло», страхуя в случае падения.       Так начался тяжёлый и невыносимый спуск по лестнице до первого этажа. Под конец Нико покрылся потом, пыхтя себе под нос, всё это время стараясь вытерпеть неприятные ощущения.       Но он, всё же, преодолел это испытание и переступил последнюю ступеньку, ликуя своей победе.       Дворецкий поддержал его в радости и подметил:       —У Господина хорошая выдержка. Вы отлично справились.       Энико не мог не вытянуть гордо голову и не обрадоваться похвале. Казалось, он давно вырос из того возраста, когда обращал внимание на такие вещи. Но очень уж взаимоотношения с дедушкой напоминали ему об отношениях с Дядей. Он всегда проводил с ними параллель, и тёплое чувство расплывалось у него в груди. Однако нужно напомнить себе, что это другой человек и пока доверять ему — себе же хуже.       —Кда дальше? —Нико распустил хвост, пробуя заплести новый, чтобы привести свои волосы в хоть какой-нибудь порядок.       —До Южного, Господин. —Дворецкий дождался пока он придёт в движение, чтобы последовать за ним. —Вы справитесь?       —Слишком много болтаешь, —парень закатил глаза и ускорился, как вообще позволяло его состояние.

***

      Ньюстен и Агнес находились в обеденном зале, где уже расставили все блюда, когда в двери тихо постучали. Наследник герцогства ответил, и двери распахнулись. В зал вошёл Никаэлло, но уже не тот, что был прежде, а Энико, каким-то образом переселившийся в его тело. Вслед за парнем за порог ступил дворецкий, который дождался, пока двери закроют, чтобы встать прямо напротив них и продолжить наблюдать за младшим господином.       —Доброе утро, Никаэлло, —доктор вежливо улыбнулся и поклонился, пока Ньюстен приветствовал новоприбывшего.       —Верно. И вам утречка, —Нико кивнул и прошёл к столам.       —Ты опоздал на две минуты. —Ньюстен сел во главе стола, когда служанка отодвинула стул.       —У меня уважительная причина, —возмутился беловолосый. —Спасибо, —поблагодарил он, когда Агнес отодвинул стул от стола, приглашая его сесть.       —Как ваше самочувствие? —Спешно спросил доктор, заметив помрачневшего брюнета, чтобы не дать спору начаться.       —Ну, сегодня получше. И, всё же, кроме боли в голове, появилось что-то неприятное. —Энико подвинули к столу, и он уставился на еду вокруг, удивляясь разнообразию.       —Что случилось? —Казалось, Ньюстен был недоволен таким исходом. Ну, Нико тоже не нравилось испытывать нечто подобное.       —С этим можно будет разобраться позже. Возможно, я просто долго не ходил. —парень взял в руки один из столовых приборов и тупо уставился на него, пытаясь понять, для чего он нужен. —Кстати, у меня есть что сказать. Мы можем сегодня встретиться в официальной обстановке?       —Хорошо, —кивнул Ньюстен, после чего сразу принялся трапезничать. —Тебе нужна большая вилка, —он усмехнулся, завидев растерянность на лице Нико.       —Я займусь этим позже, —извинился дворецкий.       —Поручи Агнесу. Думаю, так он узнаёт больше. —Наследник дождался кивка доктора и продолжил закусывать стейк капустой.       —Очень вкусно! —Восхитился Энико, попробовав блюдо. Он сдался и больше не пытался разобраться что к чему. Вместо этого он нацепил мясо на вилку и стал грызть, не используя нож.       —Будет сложно… —Вздохнул Агнес.       —Я быстро учусь, —усмехнулся Нико.       —Тогда, стоит есть молча. —Ньюстен уже приступал к овощам.       —Мгм.