Неуклюжая

Был солнечный день, распустились бутоны цветов заботливо посаженных бабулей Маки из соседней хижины, она любила запах пионов и старалась обсадить ими всю улицу наплевав даже на непереносимость пыльцы главой деревни. Хаширама только вышедший из дома как по команде начал активно чихать, кривя лицо в смешной рожице и поглядывая на сестру. — Ну это же вообще невозможно, — возмущённый взмах в бесполезных попытках рассеять пыльцу — неужели моя смерть наступит от рук бабушки Маки? — Это была бы самая нелепая смерть из всех что могут быть, — не дав начать брату говорить, девушка сдерживая смех закончила — но она тебе подходит. Хаширама смешно открыл рот от такого высказывания, и быстро направился к сестре пытаясь схватить её за воротник экипировки. Но был вынужден потерпеть поражение, так как пыльца все-таки успела проникнуть в его нос и вызвать новый приступ чихания. Кора Сенджу — младшая сестра Хаширамы и по совместительству его головная боль и заноза в заднице, сегодня напросилась на охоту вместе с ним и ничего кроме «хорошо» её уши не воспринимали. Поэтому смирившись с неизбежным он все-таки согласился, но уже похоже не был уверен в своём решении. — Как ты со мной… Лицо мужчины скривились сдерживая аллергию, брови опустились к переносице и он не договорив побежал быстрее к лесу, оставляя смеющуюся сестру позади.

***

— Хахах, шиноби древесной техники имеет аллергию на пыльцу пионов, это так… — она наигранно приложила палец к подбородку, как бы размышляя — специфично что-ли. Интересно почему именно пионы…? Последнее она произнесла уже тише будто серьёзно задалась таким вопросом. Хаширама закатил глаза кидая в неё яблоко валявшееся под деревом. — Помолчи ты уже, мы на кабанов идём. Если хочешь познавать мой организм иди к Теру. — Зануда ты, ну да ладно, уже привыкла. Это он оставил без комментариев услышав шорохи в пятнадцати метрах на север. Заметив как осторожно стал ступать брат, Кора насторожилась и сосредоточилась на кабане. Её не часто брали на что-то подобное, обычно все говорили «не женское это дело — на охоту ходить, да оружие в руки брать», но она считала иначе, все эти кудахтающие бабульки конечно не говорят ничего плохого, но когда знаешь что собственная мать попрощалась с жизнью на поле боя, защищая раненого отца, легко додуматься, что дочь сидеть и венки из ромашек плести не собирается. Слушая рассказы братьев о матери, о том какой доброй, ласковой, но в тоже время упрямой и воинственной она была, в голове сформировывается её образ, той, кого она потеряла всего в два года, которую не помнит, но даже так любит и старается брать в пример, сложно быть спокойной девушкой шьюещей всю жизнь одежду для мужа и готовящей еду для детей. Она хотела чувствовать волнение направляя стрелу, выстраивать тактику непредвиденной ситуации, контролировать собственные шаги, чтобы не спугнуть и… наступить на ветку? — Тц — чертыхнулась про себя, взгляд переместился на брата с тёплой улыбкой наблюдавшего за раздасованным выражением лица, не так давно веселящейся сестры, что теперь со всей серьёзностью отнеслась к охоте на кабанов. — Ничего, у реки к югу ещё один, следи за ногами. — Угу.

***

— Да! Ура! Ты видел? Видел же? Да я крута! — бездыханный кабан лежал на той стороне реки, а Кора словно ребёнок чуть ли не вприпрыжку отправилась к берегу, радуясь маленькой победе. — Черт тебя дери, эти идиотские камни, — выражение лица моментально изменилось стоило наступить на мелкий камень попавший в обувь. — Чего разоралась, с одним кабаном на всю деревню сильно не наешься, а ты сейчас похоже всех в радиусе двух километров распугала, — Хаширама сейчас был похож больше на Тобираму, чем на себя, он уже второй раз за день закатил глаза да и сарказм проскакивает ненароком. Странно это. — Ты мне будешь ещё нотации читать, ты орешь даже шепотом, а когда смеёшься горы рушатся братец, поэтому на меня бочки не кати. Она снова цыкнула снимая ботинок и вытряхивая камушек. Лицо брата смягчилось и он спокойно закинул кабана на плечо. Ветер подул смахивая волосы с лица, открывая родинки под глазами и красную повязку. Кора слышала от Тобирамы что у мамы тоже были такие родинки, поэтому очень их любила, однажды он сказал что это признак неземной красоты, на что она конечно же закатила глаза и дернула его за белые пряди. Уже собираясь уходить она увидела чуть дальше, на другой стороне реки сразу трех кабанов и не думая кинулась туда, перепрыгивая валуны. Без внимание это не оставили и округливший глаза Хаширама что-то крикнул вслед сестре. Пропустив мимо ушей абсолютно все, она схватилась за лук прицеливаясь и зацепилась за что-то похожее на леску, падая. Стрела могла полететь куда угодно, но выбрала черноволосую голову стоящую вдалеке, это все что успела увидеть Сенджу-младшая перед падением лицом прямо в землю. На этом все не заканчивалось, за спиной послышался шум ветра, не просто, а так, будто что-то очень быстро летит, причём в её сторону. На талии оказались чьи-то руки поднимающие её и быстро перемещающие в другое место, к ближайшему дереву. Это был Хаширама. Очень, очень-очень злой Хаширама. — Ты слышишь что я тебе говорю вообще?! Казалось из его ушей сейчас пойдёт пар, а из глаз полетят кунаи. Кора вжалась в дерево нервно улыбаясь и потирая ушибленный нос. — Я… — Не хочу прерывать идиллию, — позади раздался ехидный голос, — но вы похоже ошиблись территорией, или же эта девчушка решила пропахать нам землю своим прекрасным носиком. Да уж. Именно этого я и хотела.