От Альфы Центавры до Проксимы Б

Аим открыл глаза в главном медицинском отсеке. Открытие глаз ему далось с трудом. Его словно ударили чем-то по голове очень сильно. Да и движения казались скованными. Подняв расплывающийся взгляд наверх, космонавт увидел множество мониторов с его показателями и медицинского робота. Это небольшое и милое создание было где-то полтора метра ростов, собрано из супер прочного титанового сплава и наделено округлым монитором с пикселями, имитирующими человеческий рот и глаза. Динамики, из который исходил звук, находились на местах человеческих ушей. Руками со множественном сменных манипулятором, робот настраивал подачу какого-то лекарства прямо к омеге с катетер. Все казалось так обыденно, только вот Аим не помнил, как оказался здесь на больничной койке. Он точно помнил, как ремонтировал вне корабля огромного робота, которого они перевозили с земной колонии на марсе в созвездие Альфа Центавра на планету Проксима Б. Поскольку это планета относилась к чрезвычайно холодным планетам, то находится на ее поверхности можно было только в специальных скафандрах, а работы по градостроению проводились как раз в таких вот огромных роботах. Их было относительно небольшое количество и управлять ими могли только специально обученные пилоты, а ремонтировать их могли только единицы. Аим был как раз одним из таких. Пусть это и не было основной его специализацией, как механика-инженера, но все равно занимался он этим достаточно долго. Несмотря на его статус омеги, его регулярно брали в космические экспедиции. Мутация омеги позор для мужчина Носителями этого гена в основном были женщины, способные воспроизводить потомство, но иногда встречались и мужчины. Никто не знал какой дрейф генов или какая мутация обуславливали появление в геноме людей этого загадочного гена. Он постепенно начал появляться сразу же после расселения человеческой расы на множество планет даже вне солнечной системы. Одна за другой планеты доносили до галактического сената информацию о том, что и на их планете появились гены альф и омег. Лишь у пары инопланетных рас находился такой геном, но человечество практически с ними не смешивалось до объединения в общую галактическую федерацию, где только спустя годы разрешили кровосмесительные браки, которых раньше боялись как чумы. Сам Аим был человеком лишь на четверть, но благодаря своему деду омеге тоже унаследовал этот позорный ген. Его отец и все предки с его стороны были представителями прекрасной водной нации, обитавшей в созвездии стрельца на планете практически полностью покрытой водой. Девяносто процентов его родной планеты находилось под одним огромным океаном. Амин практически уже не отличался от своих соплеменников с хвостами и чешуей, разве что мог дольше обходится без живительной влаги. Омега отличался отменной долгой жизнью. На его родной планете чистокровные представители расы могли дожить до пятисот и более лет. Аим же надеялся дожить хотя бы до этого срока, ведь у него все же была примесь крови обычного человека. Омега попытался еще раз встать, услышав тихий звук шин уезжающего робота. Ему было все равно куда он поехал, главной задачей было свалить из медицинского отсека и продолжить работу над роботом. Корабль совсем скоро должен был прилететь до цели, а на корпусе робота еще оставались вмятины после встречи с небольшим поясом астероидов по пути. Криворукий штурман не справился с управлением и чуть не влетел в один громадный космический булыжник. Аим с трудом встал на ноги, пошатываясь и опираясь на железную кровать. Все тело ломило после лежания на этой неудобной койки, да и к тому же казалось, что его хорошо приложили всей тушей обо что-то тяжелое. Каждый шаг давался с трудом и чтобы не упасть омега схватился за сто с пробирками, снося половину их них. Медблок служил обителем не только для пары медицинских роботов, но для местного ученого, слывшего гиком домоседом. Его трудно было вытащить куда-то из лаборатории, а часть команды виделось с ним всего пару раз, ведь тот сидел тут все время изучая образцы. Только что Аим снес больше половины его пробирок, чуть не упав на скользкий пол. Его взгляд упал на несколько колб с пробами разных веществ. Одно из них был завораживающе черным. Судя по небольшим познаниям в химии у Аима это был углерод. Вещество с родной планеты Оке – так звали молодого ученого. Он последним присоединился к группе пару лет назад только окончив один из ведущих вузов. Этот странный парень вместо спокойной карьеры в своем родном мире выбрал опасную жизнь авантюриста. Его родная планета РЗ-58 находилась на границе пояса обитаемости и очень напоминала по своей структуре и ландшафту колыбель человечества – Землю только с большим количеством лесом и отсутствием соленой воды. Практически все водоемы там были пресные, благодаря такому необычному факту планета сравнительно небольших размеров была одним из главных поставщиков некоторых видов диких растений, экзотических животных, пресной воды для горячих планет и еще множества ресурсов, в том числе и углерода. Сейчас он использовался для искусственного синтеза алмазов для элиты. Практически все натуральные источники давным давно кончились и это был единственный способ их достать. Пока омега медлил и раздумывал, его ловко подхватили длинные руки, заставив принять снова горизонтальное положение. Омега прекрасно знал этот пьянящий запах чего-то сладкого и приторного, некоторым он мог не понравится из-за своей схожести с запахом представителем слабого пола, но Аим прекрасно осязал ту самую нотку альфы, что и сводила его с ума каждый раз. Его сердце билось все чаще и чаще от таких наглых прикосновений. Никто из команды не смел так нагло держать его за бедра, слегка сжимая их. Только один безумно любимый и наглый альфа мог так делать. Аим практически с первой их встречи омега понял, что этот альфа будет только его. Единственное, что заставляло настолько настырного и упорно парня смущаться – это разница в возрасте. Оке был на целых десять лет младше. Хотя с их продолжительностью жизни через пару десятков лет это станет уже не важно, ведь и его альфа принадлежал к долгоживущей расе эльфов, практически полностью населяющей РЗ-58. Аим повернулся и посмотрел на своего красивого любовника – белоснежные волосы до плечь, светлая, практически белая кожа, голубые глаза, идеально прямой нос и скулы, о которые можно было порезаться. Все это сводило омегу с ума и заставляло течь от желания обладать этим мифически прекрасным существом. Если бы не боль во всем теле, то он бы практически сразу потащил Оке на койку. Они нормально не виделись уже несколько дней из-за работы – альфа анализировал новые образцы с последней посещенной планеты, а омега чинил робота вне корабля, а так же паял платы и микросхемы в грузовом отсеке. Сейчас они были так близко, что дышать было трудно, а показатели на панели прибором омеги скакали как бешенные. - Наконец-то ты пришел в себя, милый, - Оке обнял омегу так сильно и такой надеждой, словно больше не надеялся его увидеть. - Чего ты? – немного сконфуженно произнес Аим, неловко хлопая своего любовника по плечам, - ты видишь, что я жив и здоров. - Ты валялся на больничной койке три дня без сознания после взрыва от робота, - пояснил альфа, ловко сажая омега на стол,- некоторые думали, что ты уже не очнешься, а спас тебя только прочный скафандр. Мне было невыносимо находится рядом с тобой таким, каждая секунда была словно пытка. Я не разбираюсь в медицине и от собственного бессилия хотелось просто умереть. - Помирать не надо тут, - омега дал подзатыльник своему любовнику, - я совершенно не помню момент взрыва и что было после. Мои последние воспоминания – это починка работа, а затем яркая вспышка, после чего я проснулся. Какой же я дурак. Самолично выносил все вещи с нашего склада, проверял и заносил в каталог наиболее подходящие. Говорят же, что омегам не место на борту, да и в работе инженеров мы ужасны. Я только все испортил. - Ничего ты не испортил, - альфа прекрасно видел, как его любимый человек закусывает губу в попытке не заплакать, - это выяснилось позже, даже показать могу. Я тут один образец не совсем легально унес из вашего склада на анализ, ведь он показался мне немного странным. - Давай, - Аим буквально пожирал глазами своего неожиданного спасителя, - если я окажусь не виноватым, то скорее всего меня не уволят отсюда с позором. - Да не уволят тебя, - Оке поднял небольшую шестеренку явно из ноги робота на свет, показывая омеге – видишь теперь? - А что я должен тут видеть? – Аим внимательно смотрел на ярко блестящую деталь, которая выглядела практически как обычно, - я не разбираюсь в твоих пробирках и ученых делах, я больше по огромным механизмам и мелким их деталям. - Да все дело в блеске, - пояснил альфа, - мне он практически сразу не понравился, я пытался выбить хотя бы часть всех материалов на экспертизу себе, но мне было отказано, да и допуск в склады мне запретили, заверив, что все хорошо. Тогда я списал все на свою неопытность и паранойю, но после того взрыва я убедился, что был прав. Мне пришлось взламывать замок в помещении при помощи одного из младших помощников, чтобы добыть хотя бы пару подозрительных кусочков. Это был тот еще квест, у меня так ноги не тряслись даже во время сдачи последних экзаменов. - Не надо отвлекаться, - вернул молодого с горящими глазами любовника на землю Аим, - продолжай. - Ну, вот – похватал я что мог, пока была смена караула, а потом драпать обратно к себе в лабу, - словно экшен фильм с восторгом рассказывал альфа, - я точно знал, что тут что-то нечисто. Мне казалось, что наш капитан что-то замышляет в этой поездке, ведь таких роботов можно достать гораздо дешевле, чем запросил наш заказчик, за эту сумму можно было купить вдвое больше деталей, чем есть у нас в трюме. Это настораживало меня и еще пару мелких техников, проводивших пересчет всех деталей. Поскольку тебя и всю остальную команду инженеров не ставили в известность и стоимостей всех запчастей, то вы ничего не заподозрили. - Знаешь, а все думал почему мы так мало загружены, - задумался немного Аим, - обычно наши грузовые отсеки забиты под завязку и тоже начал задавать вопросы. За пару часов до того взрыва, я запросил все сметы по покупкам и затем меня вызывали на срочный ремонт. - Так вот, провозившись два дня без сна и нашел причину взрыва, - альфа аккуратно подкинул небольшую детальку, наблюдая за тем как она летит к теплой светящийся лампе и взрывается прямо в воздухе около источника тепла, - авирихут взрывчатый. Точнее тонкий слой размельченного растения был нанесен на половину деталей. Знаешь, где используется эта пыль? - Да, - кивнул омега, - во взрывных устройствах огромной мощности. Благодаря своему разрешительному и быстрому взрыву после контакта с теплом, может заменить стандартный динамит даже в супер холодных условиях. Только зачем его везли нелегально? - На Проксиме Б, куда мы летим он запрещен, ведь ледяная горная порода слишком легко рушиться от такого вот взрыва и может привести к обвалам, но все же порошок этого растения считается лучшим при добыче полезных ископаемых, - пояснил Оке, - его практически запретили и сделали легальный ввоз очень трудным. Все, те детали, что лежали в дальних отсеках покрыты им, а так же в нескольких полых деталях мной были найдены спрессованные кристалла афродизиака. Он один из самых действенных по крайней мере для омег - без вкуса и запаха, но ты потечешь как сучка на пару часов. Сносит крышу глобально, в основном используется в клубах для изнасилований. - Я даже догадываюсь зачем нашему капитану он был нужен, - омега потер переносицу, - он уже пару лет как положил на меня глаз и прекрасно знал, что моя раса способна забеременеть и получать удовольствие только от одного партнера с кем проведет первый раз. Он был не в силах признать, что влюблен в другого человека и хочу отдать свою невинность тебе. Так что будем решать с этой контрабандой? - Да я все записал на видео и еще ночью отправил в центр управления, - тихо засмеялся альфа, - к тому времени, как прилетим, они будут все знать и нашего горе контрабандиста тут же повяжут. А так у него на столе написало светящимися чернилами послание «Поцелуйте меня в задницу». Это мой ответ на вопрос знаю ли я все. - Ты не боишься, что тебя поймают? – занервничал омега, - а вдруг он обо всем догадался? - У него нет доказательств, а подозрения лишь подозрения, - пожал плечами альфа, - мы прилетим быстрее, чем он успеет что-то доказать. Да и к тому же не стояло ему орать на нашего технического специалиста за еду на столе... Мне помогли удалить мое тело со всех записей и добавить в лабораторию. Так что все три дня я просто сидел тут с тобой и копался в образцах. - Ты гений, - Аим в слезах радости поцеловал своего любимого человека в лоб, - я ни секунды в тебе не сомневался, ведь ты не оставил меня в столь трудную минуту. - Да и к тому же знаю как еще больше отомстить нашему капитану, - оке опрокинул своего любовника на стол, слегка прижимая, - у меня осталось достаточное количество афродизиака для наших с тобой игр. Как только ты оклемаешься, сразу попробуем. - Буду ждать с нетерпением, - с придыханием от возбуждения сказал омега, представляя их первый раз в голове. **** Аим полуголый лежал на кровати в медицинском отсеке. Его теплой теплой кожи касался только ночной приглушенный свет ламп. Вокруг практически никого не было и можно было буквально услышать тишину космоса – настолько хороша здесь звукоизоляция. Никто не услышит и писка, донесшегося из этой комнаты. Но омега совершенно не боялся, ведь его мысли занимало совершенно другое. Точнее один конкретный эльф, чей запах буквально заполонил всю комнату. Омега, сходящий с ума от возбуждения, не мог сосредоточиться ни на чем другом. Ему безумно хотелось, чтобы Оке отвязал его руки от спинки и позволил уже сесть на своим большой и возбужденный член. Афродизиак действовал просто отменно – каждая клеточка тела омега горела от желания, чувственное тело извивалось на кажущейся мягкой постели, а небольшой и аккуратный член терся о ткань трусов, источая смазку, но этого всего было недостаточно для финиша. Омеге хотелось только одного – почувствовать внутри себя альфы и быть выдранным в самых непристойных позах, что Аим мог представить. Омега нервно облизывал губы и моляще смотрел на сидящего рядом альфу. Оке нравилось наблюдать за тем, как омега нетерпеливо ерзал, как стыдливо скрещивал в начале ноге, пытаясь скрыть свой стояк, но оголяя растущее пятно от смазки, но в то же время в глазах Аима помимо мольбы был вызов – хватит ли у альфы смелости трахнуть его прямо сейчас. И у альфа хватило. Он перестал мучить бедного омегу, наклонившись над ним, попутно скидывая с себя рубашку. У Аима просто сперло дыхания от того, что он увидел – альфа все это время скрывал ото всех превосходное тело. Ни один член экипажа не догадывался, что у Оке были настолько соблазнительные кубики пресса. Но спросить ничего омега не успел – воздух его легких закончился после первого же поцелуя горячих губ. Альфа начал с тонких аристократичных ключиц, оставляя там множество багровых засосов-меток. Так он говорил омеге, что теперь он принадлежит только ему. Оке целовал страстно и требовательно, но в тоже время безумно нежно. С каждым таким умопомрачительным прикосновением альфа спускался все ниже и ниже, постепенно спускаясь к неровно вздымающейся груди омеги. Альфу так и манили затвердевшие от возбуждения соски с крупными темными ореолами. Оке не мог отказать себе в удовольствии поцеловать сначала один, а затем и другой слегка прикусывая и посасывая их. В тоже время нетерпеливые руки спускались к впалому животу, постепенно оглаживая его и даря ни с чем не сравнимое наслаждение. Аим до этого момента не мог представить, что ему может быть так приятно от прикосновений другого человека. Ему казалось, что он просто сходил с ума и падал в какую-то бездну. Ничего было уже не важно – все ощущения омеги сконцентрировались только вокруг альфы и протяжных стонов. Оке с удовольствием слушал, как омега то всхлипывает, то стонет от его игр с чувствительными сосочками. Альфе было интересно играть с таким податливым телом, доводя омегу практически до сокрушительного финала, а затем делая паузу в пару секунд от прикосновений, чего было достаточно для отката назад. Аим хрипел в попытках сказать хоть что-то, но в голове было абсолютно пусто, а голосовые связки не слушались его. Он был всецело во власти любимого человека. Это лишь подстегивало и альфу, и омегу: первому дарило чувство контроля над столь обожаемым человеком, а второму впервые в жизни давало ощущение того, что его любят и по настоящему хотят. Так неспешно альфа спустился вниз к бугорку между ног: на светлых обтягивающих и натянутых до предела штанах, было прекрасно видно пятно от выделяемой членом омеги смазки. Альфа бесстыдно прикоснулся губами, давая омега просто фейерверк наслаждения в голове. Не в силах больше сдерживаться, омега излился прямо в трусы, пачкая их своей спермой. Первый оргазм в жизни омеги не принес столь необходимой разрядки – возбуждение только нарастало, выплескиваясь из Аима наружу. Посмотрел на выгнувшегося дугой податливого омегу, альфа неторопливо, но в тоже время настойчиво завершил столь сакральный процесс раздевания. Теперь красных как рак от смущения омега мог наблюдать своего любовника абсолютно голышом, наслаждаясь буквально каждым его сантиметром. Но в тоже время размеры альфы, заставляли омегу стесняться как школьника. Пусть он и был прекрасно осведомлен о том, что его десять восемь с половиной сантиметров были маленьким размером даже для омеги, но на его фоне размеры любовника выглядели просто нереальными. Мозги Аима трубили только о том, чтобы возбужденный член альфы вошел в него, растягивая девственно тугие стенки ануса и даря ему первозданное наслаждение. Омега работал над собой все эти дни и был полностью растянут под любовника и готов принять. Оке нагло пользовался такой прекрасной подготовкой омеги, за которой он однажды подсматривал. Ему начало альфы просто кричало брать столь открытого и доверчивого омегу вот прямо здесь и сейчас. Оке практически до синяков сжал тонкие бедра омеги, разводя аккуратные ножки и давая себе доступ к пульсирующему отверстию. Аккуратно надавив головкой на все еще тугой вход, альфа медленно и неторопливо вводил свой возбужденный член в анус любовника. Аим охрип от стонов наслаждения и мог только поскуливать жалобно от переизбытка наслаждения. Именно этого момента ждала его омежья сущность всю его жизнь – сейчас и именно сейчас он отдал свое тело и разум лишь одному человеку, которому безоговорочно доверял. Оке перенимал чаяния своего любимого человека и в порыве нежности поцеловал любимого человека в пересохшие от бесконечных стонов губы, полностью входя и делая омегу только своим. Теперь альфа точно знал, что Аим не получит ни с одним существом в галактике никакого наслаждения. В эту секунду единения душ и тел, омега стал всецело принадлежать только ему и никому больше. Ни одна живая душа теперь не сможет завоевать толь прекрасное создание. Альфа знал, что докажет это за сегодняшнюю ночь не один раз, ведь добытый им афродизиак влияет на омег до шести часов. У них будет предостаточно времени для плотских утех до подъема и альфа планировал использовать каждую отведенную ему секунду.