One of us | Один из нас

Глава 2 Виктор

–Упс, осечка, – сказал Виктор и опустил руку.       Выстрел был, но чей, никто так и не понял.       Рука горела, но он не был уверен, что это его рук дело. Да, он хотел выстрелить, но то, что упало два тела и взлетела рыжая копна волос, не входило в план.       Одно тело.       Тело бледнолицей.       Он ещё удивился, откуда у заражённого пистолет. Медленная реакция – да, их черта, но они пока недостаточно умны, чтобы носить с собой оружие.       Темнокожий парень в план почти не входил. Точнее, он не знал, куда тот направляется, и слежка получилась почти машинальной.       Стрельнуть в него было соблазнительной идеей, но зачем стрелять в зверя, от которого ПОКА не видишь пользы. Ждать и наблюдать – вот его главный девиз.       Рыжая копна не шевелилась. Виктор подошёл поближе. Огляделся.       Темнокожий "побледнел от ужаса", если можно так сказать по его выпученным глазам. Он знал, что тёмная кожа не подаёт цветных признаков эмоций, что в период заражения было хорошей маскировкой. И прекрасной основой для исследования.       Он успел только на последнюю реплику, и она поразила его своей трезвостью. Очень грамотно построенная, голос чёткий, лишь чуть дрогнул. Впечатляюще для заражённого, а если он ещё здоров, то будет любопытно понаблюдать, как афроамериканцы реагируют на вирус.       Может они вообще ему не поддаются?       Так. Что там с бледнолицей?       Он сначала услышал, а потом увидел, как девушка вскинулась, вскрикнула и склонилась над рыжим нечто, осматривая.       Сам того не замечая, парень подметил, что ей пошла бы форма врача, а аккуратные движения поразили своей трепетностью.       Хирург.       Педиатр.       Кто-то, кто работает с теми, кому сейчас очень больно и с ними нужно обращаться аккуратно, чтобы ничего не повредить.       Психолог.       Это не врач.       Психотерапевт.       Онколог.       Довольно, хватит.       Не будь она заражённой, у неё было бы прекрасное будущее и карьера. Но в нынешних реалиях врачи практически бесполезны, лекарства нет. Как нет и завтра, и будущего.       В запертом, изолированном ото всех городе, они подопытные мыши под стеклом. А он учёный. Он не мышь. – Святая Моргана! Что же это.. Пожалуйста, ты меня слышишь? Сожми мою руку, если ты жива. Так, пульс есть, дыхание тоже. Аккуратненько, тихо, всё хорошо. Это небольшая рана, всё будет хорошо, слышишь?       Наблюдая, как инифицированная, щупает, слушает, переворачивает бессознательное тело, утешает (!) его, Виктор посмеивался. Так трудиться над трупом, будучи самой на волосок от смерти?       Его улыбка замерла. Голова склонилась, взгляд прищурился, стремясь рассмотреть поближе.       Пусть суетная, но грамотно поставленная речь. Вполне осознанные движения. Под толстовкой, закрывающей горло, и копной тёмных волос метку не разглядеть.       Может что-то скажут глаза?       Обращённые не могут так быстро эволюционировать и обрести такой сознательный разум, если только эта девушка не..       Он возмущённо выдохнул. В груди затрепетали одновременно и разочарование, и.. предвкушение.       Бледная, почти белая кожа, узкий миндалевидный разрез глаз, насыщенно-коричневый цвет.       Азиатка.       Или вирус мутировал?       Ещё один интересный объект для исследования.       Интересно, а если она заразиться, то её кожа станет ещё бледней? Покроется пятнами? Сыпью?       А глаза? Они станут ещё более карательного оттенка или же потемнеют до чёрных точек зрачков?       А если она уже заражена?       Виктор в предвкушении облизнул губы. "Прекрасно, прекрасно, целый генофонд для исследования".       Его голодный взгляд коснулся стоящего позади темнокожего, но не задержался на нём слишком уж долго. Тот всё не решался подойти.       Глупый, наивный, но осторожный. Правильно, будь осторожен с теми, у кого в перчатках есть оружие. Выстрел от его новой разработки оставит иной след на ране, но несмышленые вряд ли отличат его от дыры от пистолетной пули. Что ж, самое время сыграть виноватого, чтобы присосаться к этой занимательной компании. Включаем внутреннего актёра, Виктор. Ты – звезда.