Учиха Хари

      С самого раннего детства Саске снились сны, в которых была одна и та же девочка. Она была очень похожа на него, но выглядела старше. И у нее были яркие зеленые глаза. Он звал ее Хари, ведь то странное имя, которое она назвала ему однажды, он не смог выговорить. А это слово было больше всего похоже на ее имя и означало – игла.       Чаще всего, когда он приходил, эта девочка спала. Иногда он просто тихо играл с игрушками, которые были вокруг, иногда исследовал местность, в которой оказывался, ведь обстановка вокруг каждый раз менялась. Но интереснее всего были сны, когда зеленоглазая не спала. Ведь в такие моменты она с радостью играла с ним во всевозможные игры, рассказывала сказки, пела песенки или чему-нибудь учила. А еще она одним взмахом руки могла создать вокруг все, что угодно.       Чем старше становился Саске, тем чаще ему снилась Хари, и все чаще она не спала. А потом он начал слышать ее голос даже тогда, когда не спал. Вот только окружающие ничего не слышали. Сначала он пугался, но вскоре привык и уже сам мысленно разговаривал с ней. Она была очень умной и много знала, не как Итачи, но все же. Она всегда была рядом, и у нее всегда можно было спросить совета.       А иногда, когда у него самого что-то не получалось или требовалось срочно действовать, а он не знал как или не мог, то она перехватывала контроль над его телом и помогала ему. Наверное, такого нужно было испугаться, но он уже всецело ей доверял и знал, что плохого она не сделает. Она всегда только помогает ему. Как дух-хранитель.       Когда Саске исполнилось пять, он впервые увидел Хари в реальности. Она выглядела как призрак или очень, очень бледная иллюзия девочки, очень похожей на него и того же возраста что и он, но окружающие ее по-прежнему не видели и не слышали. Да и с внешним миром она практически не могла взаимодействовать, а предметы и люди спокойно проходили сквозь нее, разве что ощущался небольшой холодок. И далеко от него отходить она тоже не могла. Зато он мог ее видеть, и они могли вместе гулять по деревне, играть или тренироваться. Взрослые, видя то, как он играет с «воображаемым другом», только качали головами и старались познакомить его с другими детьми. Но сверстников в клане было раз, два и обчелся и с ними было скучно, они вечно шумели, приставали и чего-то от него хотели. А за пределы клановых территорий его никто не отпускал. Разве что в госпиталь или на другие официальные мероприятия и только под присмотром родителей, там не до игр. Поэтому с Итачи или Хари было куда проще и интереснее. Да даже с Шисуи и то лучше, чем с ними, хоть он вечно и доставал, лез тискать за щеки, трепал волосы или устраивал свои дурацкие шутки. Но его, как и нии-сана, всегда можно было попытаться уговорить потренировать или чему-нибудь научить. Ведь у них такие классные техники. Правда, в последнее время они все чаще пропадают на миссиях, а Итачи становится все более замкнутым и отдаляется от него.

***

      Саске исполнилось шесть лет. Этой осенью он должен был отправиться на учебу в Академию шиноби. Последние два года его обучали тому, что должен уметь любой клановый ребенок еще до поступления. Это были и физические тренировки, и медитации, и обучение счету, чтению, письму и естественным наукам, каллиграфии и истории клана. Саске мысленно стенал и просил его подменить, пока он потренируется в подсознании. Он просто возненавидел каллиграфию и все, что с ней было связано. Гарри же только ехидно посмеивалась и иногда подправляла движения руки. Она старалась уверить мальчика в том, что это тоже когда-нибудь может пригодиться, про себя вспоминая, как сама училась этой науке под руководством бабушки Вальбурги и нанятого учителя. В крайнем случае, это можно считать отличной тренировкой на внимательность, усидчивость и терпение.       Саске сопел, ругался и в очередной раз перерисовывал все эти иероглифы, мечтая, наконец, пойти поиграть, пометать кунаи или понаблюдать за тренировкой брата.       С тех пор как год назад Итачи получил ранг чуунина, он стал еще более загруженным и замкнутым. Теперь уже не получалось так просто оторвать его от тренировок или уговорить позаниматься с ним. Оставалось только при каждом удобном случае просить поучить чему-нибудь. Саске каждый раз обижался на его отказы и жаловался Хари, которая всегда была с ним.       Вот и сегодня Итачи сначала пообещал научить новой технике метания сюрикенов, а потом сказал, что у него завтра важное задание, поэтому не получится, и как обычно ткнул вытянутыми пальцами в лоб. А ведь он так хотел научиться так же круто, как старший брат, попадать во все мишени, даже в те, которые за спиной и спрятаны за камнем.       Поэтому Саске моментально обиделся. Он ведь обещал и опять соврал!       «- Ну, у тебя же еще все впереди. И ты обязательно сможешь так же», – попыталась подбодрить мальчика волшебница.       «- Да, смогу! И прямо сейчас!» - воодушевился Саске.       - Братец, смотри! - с этими словами он выхватил пару кунаев и, подпрыгнув вверх, попытался метнуть их так же, как и Итачи. Ничего путного из этого не вышло. Только подвернул ногу. Поэтому нии-сан теперь нес его на спине. И пусть у него ничего не вышло, зато они побудут вместе чуточку дольше, а иначе брат уже давно убежал бы вперед готовиться к этой своей миссии.       А еще он завтра поступит в Академию, куда его отведет отец, и будет стараться изо всех сил, непременно станет сильнее брата, и папа похвалит его. А когда он вырастет, то станет полицейским и будет хранить покой жителей деревни, как и его соклановцы, как и ото-сан.       Все эти мечтания прервало появление отца, который встретил их у клановых ворот. Он хотел о чем-то поговорить с братом, а Саске просто как обычно последовал за ними, желая узнать, что случилось.       Глава клана похвалил Итачи и сообщил о том, что они завтра вместе пойдут на особую миссию. И если она увенчается успехом, то брату гарантировано зачисление в АНБУ. Вот только завтра его поступление в Академию. Но как же так? Неужели с ним никто не пойдет, раз и Итачи, и ото-сан завтра отправятся на миссию? Может, отец просто забыл?       Посмотрев на брата и получив его ободряющий взгляд в ответ, мальчик решил напомнить мужчине об этом:       - Но отец, завтра мое…       Но ото-сан его перебил, даже не дослушав до конца, говоря о важности для клана завтрашней миссии. Мальчик понуро опустил голову, понимая, что отец его слова даже не заметил. Ему всегда были важны клан и Итачи, как наследник, а он – Саске, ему неинтересен.       - Завтра я пойду на церемонию поступления Саске в Академию, - вырвал его из грустных мыслей голос брата.       Это было так неожиданно. Неужели Итачи вот так просто откажется от такой важной миссии ради него? Но разве отец ему позволит?       - Обычно на церемонии присутствуют родственники новичков. – Продолжил говорить нии-сан. – Тебе же прислали извещение, не так ли, отец?       Мужчина выглядел несколько удивленным и растерянным, но быстро взял эмоции под контроль. Неужели и вправду забыл? Что-то для себя решив, он неторопливо поднялся на ноги и проговорил:       - Я все понял. Я приду в Академию.       На этом их разговор был завершен.       Завтра в Академию он пойдет с отцом. Вот только от этого он не испытывает никакой радости. Ведь ото-сан, похоже, даже не вспоминал об этой церемонии, пока о ней не напомнил Итачи. Неужели он настолько безразличен отцу, что он забыл о таком важном событии, и теперь идет с ним только потому, что в противном случае брат откажется от миссии? Неужели для отца он так всегда и будет на последнем месте после клана, работы и Итачи? Сможет ли он хоть когда-нибудь встать вровень с ним?

***

      -Не расстраивайся, Саске, - попыталась обнять его со спины призрачная девочка, но ее руки практически прошли насквозь, а он сам ощутил лишь небольшой холодок. Они вдвоем сидели на веранде дома, и мальчик прикладывал к пострадавшей ноге лед, как посоветовал Итачи.       - Не расстраиваться?! – вспылил Учиха. – Конечно, тебе легко говорить, это ведь не твой отец забыл о самом важном событии в твоей жизни! Не тебе брат постоянно отказывает в тренировках! Не тебе вечно напоминают о долге перед кланом! – в конце мальчик практически кричал, вскочив на ноги и нависая над Хари.       - Ты прав. Не мне,– тихо проговорила девочка, опустив голову. – У меня некому об этом забывать, некому меня тренировать и некому напоминать. У меня никого нет. У меня никогда никого не было: ни родителей, ни братьев, ни сестер. Даже своих игрушек никогда не было. Ничего, что есть у обычных детей. Знаешь, в этом смысле ты намного счастливее меня, ведь у тебя все это есть.       Растерявшись от ее слов, мальчик неуверенно переступил с ноги на ногу, не зная, что делать. Вспыхнувшие недавно раздражение и злость как-то незаметно улетучились, и на их место мгновенно пришел стыд за сказанные в запале слова. Хари ведь ни в чем не виновата, чтобы так срываться на ней.       - Прости, я не хотел тебя обидеть. Я просто не знал, - садясь рядом с ней, повинился Саске. Он никогда не думал о подруге в этом плане. Никогда не интересовался тем, как она живет и откуда появилась. Для него она просто была. Просто всегда была рядом, заботилась, утешала, развлекала, помогала, учила. Он никогда не думал о том, что у нее где-то могла быть семья. Его вообще не интересовало, откуда она взялась, почему с ним возится и почему так похожа на него. Она просто была такой же константой его жизни, как родители, Итачи и клан.       - Ничего. Я давно к этому привыкла, - грустно улыбнулась девочка. Вновь наступила тишина. Гарри невидящим взглядом смотрела на то, как течет вода в небольшом ручье, протекающем через сад, и пыталась справиться с чувствами, которые Саске разбередил своими неосторожными словами. С той тоской, которая преследовала ее с момента попадания в этот мир. С момента, когда она осталась абсолютно одна. Ведь тут не было ни ее любимых детей, ни шумных внуков и племянников, ни друзей. Никого. Одна. Нет даже собственного тела. Она подселенец в теле ребенка. Ее сил едва хватает, чтобы создать себе эту призрачную оболочку, которую видит только Саске, едва двигать предметы да создавать некоторые не слишком затратные заклинания. И это она, сильнейшая ведьма своего столетия, великая Гарри Поттер. Хотелось то ли истерически рассмеяться, то ли взвыть от тоски.       Хари уже совсем было собралась скрыться в подсознании Учихи, чтобы там, без лишних свидетелей, выплеснуть свои эмоции, как вдруг Саске, о чем-то ранее напряженно размышлявший, вскочил на ноги, после чего прыгнул с веранды и встал так, что их лица оказались напротив друг друга. Помявшись пару секунд, он решительно посмотрел ей в глаза, после чего заговорил:       - Знаешь, сколько себя помню, ты была рядом, играла со мной и помогала. И я всегда считал тебя чем-то неотделимым от себя. Ты всегда была для меня такой же родной, как и Итачи или мама с папой. И даже больше. Ведь ты, в отличие от них, со мной всегда, всегда. И раз у тебя никого нет, ни родителей, ни семьи, то давай я стану твоим братом и буду у тебя, а ты будешь у меня? Мы будем братом и сестрой. Согласна?       Закончив свою маленькую речь, он взволнованно уставился на девочку, ожидая ее ответа. Гарри же, растерявшись в первые секунды, после едва не расплакалась от нахлынувших чувств. И сейчас, глядя в эти антрацитовые глаза, смотрящие на нее с такой надеждой, она не может не кивнуть, выдыхая тихое: «согласна», заключив в свои призрачные объятья этого ребенка, предложившего стать её семьей. Она чувствовала, как крепнут нити их связи, а тело наполняют тепло и сила.       Впервые с момента попадания в этот мир ей было так хорошо и спокойно. Ведь теперь у нее здесь есть хоть кто-то. Хоть один родной человек. Ее брат. И она постарается сделать все, чтобы он был счастлив.