Бессонные ночи

      Не привыкнув к одной неизменной картинке воспроизводящийся собственным мозгом, что приходила ему ночью на протяжении долгого времени, в очередной раз парень поднялся с нагретого постельного места, поправив смятые его телом простыни, и направился к выходу из комнаты, размышляя о своем сне.        Четкое изображение собственного лица, рассказывающее о том, насколько сильно он согрешил перед Творцом, размазывая надежды людей, подобно таракану на стене, прихлопнутого тапком. Иногда молодой человек видел мутные проклинавшие его силуэты, неспособные подойти ближе к его телу. А было ли именно тело там, а не душа? Господь и вправду наказывает его за все грехи? Вразумительных ответов на вопросы не было, как и объяснений тому, почему же эти существа навещали его во снах.        Зайдя на темную, из-за отсутствия света кухню, Фёдор прямиком зашагал до окна, открывая то настежь. Морозный воздух просачивался в дом, заставляя парня поежится и почувствовать изменение температуры всем телом. Не смотря на склонность организма легко заболевать, Достоевский продолжал проветривать свою квартиру в независимости от времени года и погоды. «Лучше ходить с кашлем и насморком, чем задыхаться в однушке» — именно такой позиции он придерживался.        Найдя в шкафчиках небольшой светильник на батарейках, включил его. Ещё вчера днём сообщили, что дома в районе где проживал Федор, будут лишены света и электричества до утра следующего дня, из-за технических неполадок на одной из станций. Привыкший к такому, юноша заранее приобрел себе светильник и фонарик, дабы легче передвигаться по квартире.       Подойдя к плите, спичками Достоевский пытался добыть огонь. Впервые радуясь тому, что плита у него газовая, наконец зажег одну из конфорок и поставил чайник, дожидаясь свистка и пара из того же предмета, что пару секунд назад держал в руках.       Облокотившись о стол, молодой человек вновь перебирал свои сны, задавая множество вопросов, но увы — без ответов. В самом начале такого состояния, все можно было прикрыть волнением о предстоящей сессии, или пошатанной нервной системой. Сейчас же, вряд ли получится убедить себя в такой нелепой отговорке, за которой стоят большие проблемы.       В раздумьях, больше интуитивно нежели осознанно, его взгляд устремился в окно. В открытой раме не было видно белоснежных хлопьев снега, утром застилающую всë поле зрение жителей района. Сейчас наблюдалось чистое небо, усыпанное небольшими, но от этого не менее яркими звездами. Землю накрыл снег, будто в попытке защитить от не всегда воспитанных юных дам и мужчин, оберегая как мать своë чадо.        Из раздумий его прервал тонкий противный свист из чайника. Парень оттолкнулся от столешницы, на которую опирался и направился к источнику шума. Преодолев расстояние в несколько шагов, отключил газ, засматриваясь на пар, валивший из носика. Минута, пар прекратил так быстро, как и начался. Достав кружку с полки и взяв со стола коробку с чаем, вынул небольшой пакетик и бросил в сосуд, заливая кипятком.        Поднося кружку с напитком к губам, было принято решение не зацикливаться на этих мыслях. К отсутствию нормального режима он уже привык, а сна, так упорно навещающего его, нисколько не боялся. Нет смысла бояться того, что воспроизводит собственный мозг.        Отставив недопитый чай в сторону, медленными шагами Фёдор направился в прихожую. Подцепив с вешалки пальто, натянул его на себя, принялся обуваться.        Проверил с ним ли ключи от жилья, демонстративно достав из кармана, и убедившись, поспешил покинуть квартиру, не забывая закрыть входную дверь на замок.        Выходя из подъезда, размеренными шагами шёл по точному направлению, вслушиваясь в хруст снега под ногами.        Хоть зимой в ночью и стояла кромешная тьма на улицах, но благо возле каждого подъезда стояли фонари, любезно освещая дорогу парню, способного поскользнуться и заработать пару синяков на теле.        Добравшись до старой детской площадки, на которой следовало сделать ремонт, парень подошёл к небольшим качелям, сев на них. Скрипнув, сиденье начало понемногу качаться взад-вперёд, но без дополнительной силы, не спеша останавливалось, приходя в изначальное положение.        Упиревшись ногами в снег и вздохнув свежего воздуха, Достоевский вскинул голову вверх, наблюдая за звёздами. — И долго мы будем так сидеть, Фёдор Михайлович? Вы и так умудрились опоздать, а теперь и вовсе молчите. — насмешливый голос нарушил тишину, ожидая ответа.       Развернув голову немного в бок, взгляд устремился на ухмыляющееся лицо нарушителя, ожидавший ответа на свою реплику.        Белоснежные волосы привычно заплетены в косу, на теле человека были явно утеплённые штаны и менее тёплый свитер, на котором изображён олень с гирляндой, на ногах ещё осенние сапоги. В руках виднелась зеленая зажигалка, так ярко выделяющаяся среди всего образа, и едкая ухмылка, не предвещающая хороший намерений. — Если бы ты не перенёс место встречи, Николай, то и пришёл бы я гораздо быстрее, — вернув свой взор к звёздам, юноша продолжил — и не обращайся ко мне так, мы обсуждали это неоднократно, что для тебя — я исключительно Фёдор. — Ах да, вероятно, ты поджидал меня у своего подъезда, как всегда? — улыбка озарила лицо Николая, выдающая его с потрохами, — Не беспокойтесь, путь от дома до площадки не повлечёт за собой смерть. — и закончив, убрал зажигалку в карман брюк, оттолкнулся ногами, раскачиваясь.       Наблюдая за товарищем, которому явно нравилось выводить Фёдора, он поинтересовался. — А обратно? — Что «обратно»? — не останавливая качели, задал встречный вопрос. — А если обратно пойду, то смерть настигнет меня? — позволив себе полуулыбку, уточнил юноша. — Ну, там уже как карты лягут. — наконец затормозив, Коля взглянул на него, –А что, так боитесь старухи с косой, Фёдор Михайлович? — и снова эта ухмылка. — Спешу огорчить, но я совершенно не против её встретить. — произнёс парень, оглядывая местность — И в который раз говорю, не называй меня так. Тебе приносит это удовольствие, или как? — он точно знал, что человек за соседними качелями обожает его раздражать этим. — Да-да, ты сам как смерть выглядишь, — обернувшись корпусом на него, взглянул в глаза, — тёмные волосы, бледная кожа, круги под глазами, склонность к частым болезням. — после каждого факта, парень загибал по пальцу. — Смотри, скоро в загробный мир утащишь. — негромко рассмеявшись, блондин продолжил. — И да, вот когда ты перестанешь быть студентом старше меня, тогда и погибнет «Фёдор Михайлович», а на смену ему придёт «Фёдор» обыкновенный. — с концом реплики, Гоголь снова начал раскачиваться.       Темноволосый смотрел на него усталым взглядом. С этим школьником было невозможно общаться, но и одновременно он был изумительным собеседником, умеющий выслушать чужую точку зрения, и аргументировать свою. — То есть, мне ждать два года, когда ты поступишь на первый курс, чтобы я смог стать «Фёдором»? Прекрасно. — Что же вас не устраивает? Я думал, когда мы начали общение, вам было приятно такое обращение. – и непринуждённо пожав плечами, стал ждать ответа.       Да, сообщить об этом ему, было не лучшей идеей. — В товарищеском — естественно, мне льстило как ты меня называешь, — наблюдая за подпрыгивающей косичкой, он продолжил — но когда мы в романтических отношениях, то я предпочту обращение чисто по имени.       Остановившись слишком резко, что ноги проехались по снегу, Николай уставился него. — Романтических? — проморгавшись, уточнил. — Ого, и в какой же момент наши отношения достигли метки «романтические»?       Ему искренне было интересно услышать, как же его «друг» пришёл к такому выводу. — Думаю именно тогда, вечером у моего дома, когда ты пришёл напившись паленой водки и лез ко мне с признаниями в «истинной любви».– немного призадумавшись, опустил взгляд на снег, вспоминая похожие моменты. — Да, именно тогда. — и поднял спокойные глаза на него.        Николай рассмеялся. Впервые за пару тяжёлых дней на учёбе, он искренне заливался смехом. Ведь знал, что этот момент Федя и вспомнит.        Как он тогда, пьяный в хлам, пришёл к подъезду, кидая камни в окно второго этажа, чтобы житель квартиры вышел. Гоголь точно знал, что Достоевский не спит, он сам делился рассказами про бессонницу. А когда темноволосый вышел, то увидел своего товарища, мягко говоря, не в лучшем виде. Волосы из косички были растрёпанные, две верхние пуговицы клетчатой рубашки расстёгнуты, а на лице был густой румянец.        Фёдор был удивлен позднему визиту друга, но не успев поинтересоваться, что же его привело сюда, как к его затылку потянулась рука, прижимая к губам напротив. Это не был страстный поцелуй под действием алкоголя, Коля просто прижался своими губами к его, никак не углубляя поцелуй. Он был рад тому, что мог почувствовать небольшой холод от сухих губ Достоевского.        Отстранившись, начал с огромной скоростью тараторить про любовные чувства к парню, как сильно он им дорожит, что очень бы хотел начать с ним отношения.        Подняв руку, прерывая романтическую тираду, Фёдор произнёс: — Давай поднимемся ко мне, там и поговорим. — и взяв парня за руку, повёл к двери подъезда.        В ту ночь, когда Николай окончательно протрезвел, они вместе обсудили все вопросы, волнующего его. И узнав, что и сам Фёдор не против начать с ним отношения, остался на ночь у того, под предлогом «опасного времени суток».        Насколько помнилось, это была первая ночь без кошмаров. — И что ж, вправду, Федя. — сделав акцент на последнем слове, радостно произнес школьник — Ты оказался прав, как ни странно. — Специально издеваешься? — саркастично усмехнувшись, поинтересовался студент. — Естественно! — повернув голову, устремив взгляд вдаль, с заговорщически произнес — Фёдор, а у тебя не найдётся палевого алкоголя, случаем? — Хватит с тебя такой дряни, — строго произнёс он — думаю, ты и в трезвом состоянии способен дойти до моего дома. — и встав с насиженного сидения, неспеша выдвинулся в сторону своего жилья. — Ну куда же ты! Я же шучу, ну ты чего! — резко подпрыгивая, вдогонку бросился за возлюбленным.       В эту ночь Гоголь опять остался у Фёдора, которого на собственное удивление, не тревожили кошмары.