Противоположные

Утро в дождливой столице сегодня было ясным, к удивлению. Только погода изменилась, всё такие же бесконечные пробки и эти уродские небоскрёбы, всё та же шумная и буйная Нева, и вечно орущие, бескультурные люди. Впрочем, ничего нового за месяц не произошло. Сегодня было собрание столиц федеральных округов и отдельная встреча с Романовым, по поводу чего-то. Михаил особо не слушал его, когда тот говорил по телефону, на какую именно тему будет сей разговор. И вообще, разбор «Собачьего сердца» или же "Героя нашего времени» это священная штука, и не стоит прерывать столь важное занятие, пока какая-то там столица величайшей страны говорит. Водитель такси бранит блондинку из Иваново, что она «Безрукая овца». Столица, что взять. Какой город, такой и менталитет у людей, живущих в нём. Романов это отдельный кадр. Самовлюблённое и мелочное дурачьё, что не уважает никого и ничего. Еблан в народе. учил Московский его, учил,да ума у него не понабралось с восемнадцатого века. Что за несносная личность.. Он его конкретно замучил своим существованием. То бросал на занятиях в него бумажки, то прилюдно унижал, то колотил своими ручонками, да смотрел своими красными глазками. Сейчас то норовит без его ведома построить «Человейники», вместо того, чтобы просто отдать денюжки на реставрацию первопрестольной. Да, многие могут подумать, что Москва просто ворчливый дед, и отчасти это правда. Но он и ворчит из-за того, что центр разваливается и сердце да спина не справляются. А этот падла Александр не даёт ему, самому культурному и сногшибательному мужчине в России и мире две тысячи двадцать третьего года деньги на омолаживание, все же он не особо и молодой,девятое столетие пошло и столица как-никак просто обязан его пожалеть. Но есть и хорошая сторона. Саша молод и красив, даже обогощается, хоть и не духовно, а физически. То бишь ходит в тренажёрный зал. Поэтому фигура у него то что нужно для высокого человека. Этот заметный пресс и упругую грудь можно было бы вырезать из дерева, или лепить из глины. А потом поставить на тумбочку в спальне и каждый раз представлять столицу, его тёплые рука. талия почти девчачья, узкие бёдра идеально шли ангельскому, и в то же время сучьему лицу... Пидор красивый.

***

Собрание начинается. Александр опаздывает. Неприемлимо. Опять покупает кофе в рандомном кофе-автомате, ну что за мальчишка.. И здоровье своё не бережёт! С задержкой в 9 минут он всё же пришёл. Да неужели! Соизволил Александр Петрович посетить данное мероприятие. Но что есть, то есть, и пока тот размышлял, столица расстегнул несколько пуговиц своей дорогущей шёлковой рубашки. Дыхание спёрло, но всё же выдавать себя Михаил не мог. Мало того, что сейчас в стране проблемки со всем нетрадиционным, так и ещё есть вариант, что у него есть любящая жена и, наверняка, дети. Ключицы словно точенные частично выглядывали. Нужно уже определится, что Первопрестольная к нему чувствует вообще. С одной стороны мозг выигрывал, Михаил понимал, что характер у того не сладкий, и лучше не связываться с ним, а сердце неприрывно ныло от такого чудного мужчины. Он начинает свой говор, спрашивает у всех, что да как. Всё тот же сучий-ангельский голос. его имя он сказал. А, отчёт об округе, да. Вроде всё прекрасно, но только не здоровье поясницы культурной столицы. —Нужны деньги на реставрацию. — Голос не дрогнул, прекрасно. Такими темпами незапланированную симпатию ещё долго скрыть удастся. Так, с каких пор он придумал эту симпатию, Саша просто красивый, просто красивый.. —Ох, Михаил, сильно нужны? или сможете прожить без них ещё хоть немного? — Сучёнок, но красавец. Тварь, но не конченная. Столица, но неплохая. Блять, ну что за паршивец! —Язвить всякий горазд, и да, сильно нужны. — Но только у Александра получается своим голосом задеть струны сердца первопрестольной и разорвать прошлые уставы. Кажется, сердце заняло первое место, отбрасывая здравый смысл. —Хорошо, обсудим как раз после собрания.

***

Собрание закончилось, и нужно сейчас поговорить со столицей наедине. Наедине со своим предметом воздыхания и просто дураком. Михаил отворил дверь, которая вела в "покои" Александра Петровича. Он, конечно, опять сидел за отчётами, сгорбившись как собака. Так он и не только своё культурное наследие, хотя он уже загубил, но и свою спину. Причём шикарную спину, которая с тысяча девятьсот семнадцатого держит всю страну. Отчётов на столе было, мягко сказано, много бумаг. Московский позвал обладателя кабинета по имени фамилии, и тот, всё же смог оторвать свои прекрасные серые, словно медь глаза, и посмотреть на культурную столицу. — Кхм, Михаил, присаживайся. Москва прошёл к уже стоявшему стулу напротив Александра, и сел на предмет, автоматически закидывая ногу на ногу. — Итак, как ты знаешь, Михаил, я тебя пригласил на встречу, дабы обсудить постройку Лахты два и Лахты три. А вот тут он ахувпал в шок знатно. Он всё ещё поражается наглостью столицы сносить исторические здания. Они же хранят легенды, и как минимум какую никакую историю. Чего уж таить, их не только самому Михаилу жаль сносить, но и москвичам. Однажды Александр предложил проект "Москва-сити". Конечно, эту весть опубликовали в интернет. Несколько митингов за день подавилось в Москве и подмосковье. Московский так-то горд своими жителями, они смело отстояли блокаду Москвы три года, пока в Ленинграде, то бишь Санкт-Петербурге мучились немцы со слишком большими рельсами и советскими солдатами. Всё же блокада в тысяча девятьсот сорок третьем была снята и с тех пор Московского еженедельно мучают кошмары. Из интереснейших дум его прервало касание в его щёку чужой руки. Москва дёрнулся и немного отпрянул от чужой ласки (?) , не каждый день его трогают в такие места. — Всё хорошо, что ты говорил? Голос предательски дрогнул на местоимении, его только-что тронул его предмет обожания в щёку. Интересно день начинается. За день Московский успел понять свои чувства, и вообще, зачем слушать мозги? Сердцу хорошо. — эх, Я говорил об необходимой постройке башни "Эволюция" в Центре. двести сорок шести метровый пятьдесят пяти этажный небоскрёб. — Нет, нет ,нет, и ещё раз нет, эти стеклянные уродства не будут стоять в моём городе! —Я серьёзно! Туда бы небоскрёб поставить! — Александр улыбается, как будто усмехается над ребёнком, не понявшим такую простую истину, от этой улыбки у культурной столицы забилось сердце чаще, ноги могли в любой момент отказать. Не стоило уже отрицать того факта, что Московский даже не влюбился, а втюрился. Втюрился в такого мелочного, некультурного и самовлюблённого идиота. Прекрасно конечно, что он это отказал, но говорить такое самому Александру не стоит. В лучшем случае он не поймёт, почему именно в него, и мягко отошьёт. В плохом же случае будет за это гнобить. —На вторую Лахту ты меня не уговоришь! подумай над своим культурным кодом! И всё же он его любит. Любит сильнее, чем искусство. Этого напыщенного индюка. С сердцем не поспоришь, как ни крути.