Вафли

Женщина понуро шла по асфальтовой дорожке. Сосредоточенно вглядывалась в носки своих старых, поношенных туфель. Думала о том, что ей очень-очень сильно хочется вафель. Да. Именно вафель. И именно шоколадно-ванильных. Она, с немного посветлевшим взглядом, входила в знакомую кондитерскую лавочу имени "Паганель" и покупала их. Вафли. Слышался ровный, чуть пониженный голос Лотты. Так её звали. С каким-то странным увлечением, девушка-продавец, брала из её рук голубоватую купюру. - Мадам? Вот ваша сдача. Глаза девушки блестели перламутром и с особой искрой отвечали на нежное "спасибо", настоящей, тёплой улыбкой. Лотта с нескрываемым удивлением, провожала взглядом продавца. Уходила, когда та, мило удалялась за прилавок, чтобы расфасовать овсяное печенье. По красивым, тёмно-вишнёвого цвета, упаковкам. Лотта, как обычно медленно, снимала тёплое пальто, расстёгивая его на пути по лестнице. И скоро понимала, что со своей усталостью не найдёт в глубинах своей сумки, ключи. С глубоким вдохом она вскрывала замок перочинным ножиком. Который всегда лежал у неё в правом кармане джинс. Затем, уже внутри квартиры. На красной ковровой дорожке коридора, стаскивала туфли с ног. Вспоминала, каким образом он ей достался. Ножик. "Мне было 16-ать..." Со сладкой дрожью в мыслях, думала она. "Маленькое, пухленькое личико моей сестры, расплывалось в счастливой улыбке, когда я, нагибаясь над её кроваткой, тискала её ручки. Всё говорила о том, как мне нравится, когда она улыбается. В тот момент, в комнату входила мама с немного угрюмым выражением лица. Но как только видела нас, её прелестное лицо, тоже окрашивалось миллиардами брызг улыбки. Она подходила к нам. Включала в нашу счастливую темноту новогоднюю гирлянду. Начинала петь старинную колыбельную, которую ей в детстве пели её мама и бабушка. - Детка моя! Засыпай по-скорей. Ведь завтра будет новый день. Этого ещё счастливей. И солнца луч звонче будет смеяться. И мы с тобой пойдём гулять. И мы с тобой пойдём гулять. Туда, где небо пышет радостью. Детка моя! Засыпай по-скорей. По-скорей засыпай... Потом она душевно замолкала, а сестрёнка спала. И мы с мамой уходили на кухню. Ещё долго разговаривали и пили с тортом чай. - Ты пойдёшь спать? - Нет доченька. Я ещё немного покроплю над кружкой чая. А ты иди. Я потом к тебе зайду. И я, громко чмокнув её в щёку, возвращалась в спальню к сестре. Целовала и её, но легонько в розовую, пухленькую щёчку. Ложилась в кровать. Тогда мне снился сон. Словно у меня в руке оказался ножик. Перочинный. И я долго не могла понять, зачем он мне. А когда мне всё-таки удалось сообразить, я просыпалась. И у меня в ладони, действительно лежал этот ножик. С тех пор, я всегда ношу его с собой. В память о том безмятежном дне счастья." Лотта проходила на кухню и ей казалось, что... Что-то изменилось. Толи стол стал более ярким. Толи её взгляд стал чище. Но определённо что-то произошло. Она брала чашку для молока и наливала в неё фруктового чая. Садилась за стол. Вспоминала о вафлях и вскоре, они, распакованные, лежали в тарелке на столе. Лотта делала глоток из чашки. Чувствовала сначала спокойствие. А потом нежное прикосновение счастья к её сердцу. И оно, сердце, с жадностью и голодом ловило его. Разглядывая со всех сторон... Они давно не виделись. Лотта разрешала себе расслабиться и ощущала приток энергии, невесомую гармонию внутри. Впервые за два года после... "Это божественно!" Думала она. "С лёгким сердцем. Вот так. Сидеть с чашкой чая и смотреть в окно. Просто сидеть и смотреть". Её мысли плавно и легко приводили её в комнату. В которой больше нет сестры. И нет мамы. Но всё та же кровать стояла у стены и ждала свою хозяйку. Преданно и учтиво. Лотта ложилась на неё и не замечала, как засыпала спокойным сном. Не замечала, как пролетала ночь. Ей совсем ничего не снилось. Так казалось. Только лёгкость селилась на душе. И поэтому, проснувшись утром, она брала себе небольшой отпуск, чтобы наконец-то отдохнуть. Там, куда она попадала в своих снах, наверняка уже нашла себе героя своих чувств и найденное здесь, вечернее счастье, вставало чётким образом перед глазами. Лотта скоро собиралась и выбегала на улицу. Держала путь ровно к магазинчику сладостей. Кондитерской лавке. Чтобы сказать "привет" очаровательной девушке за прилавком и купить ещё вафель. А может и целый, вкусный килограмм. - Что вам? Спрашивала девушка и узнавала Лотту по её мерцающим звёздам в уголках улыбки. - Вафель? - Да. Радушно отвечала Лотта. Она понимала, куда привело её счастье. И подавая купюру, снова улыбалась и говорила, своим окрепшим голосом. - Девушка. А как вас зовут? - Марта. - Правда? Какое замечательное имя. А давайте прогуляемся сегодня в парке? "Или сходим в кафе, или я покажу вам свою уютную квартиру. А можно и то и другое. Всё вместе. Что вы скажете?" Говорили за неё её мысли. - Можно. Отвечала Марта. Словно считывая её счастье с губ и глаз. - Я как раз ухожу в это время обедать. Сегодня воскресенье, а завтра праздник. Можно уйти с работы пораньше. - А какой праздник? - Вы забыли? Рождество! С нежностью отвечала она. Надевала лёгкую куртку и рыжеватую шляпку с большим синим цветком на боку. Как её глаза. Она открывала перед Лоттой дверь. Та с блаженно звякающим колокольчиком, пропускала вперёд, на лёгкий мороз. - Идёмте же! Они выходили на мелкий снежок и по пути, Лотта рассказывала Марте самые забавные и милые моменты из воспоминаний и кажется... Дарила ей тот самый перочинный ножик. Марта с трепетом держала его в ладони, у груди. - Теперь вам точно придётся искать входные ключи. Смеялись. Улыбались. Искрились звёздами в глазах. Хрум-хрум. Хрустел под ногами рождественский снег. ©М.Т.Cognitatix