Последний потомок

      Эдгар Прайс первые минуты сидел без ответа на вопрос давней подруги и смотрел прямо ей в глаза, не отводя взгляд. Девушка, в свою очередь, делала то же самое, при этом параллельно отпивая бурбон маленькими глотками, по несколько секунд смакуя свой излюбленный алкоголь в полости рта. Признаться, её понемногу начинало бесить это молчание, однако Маленький гений продолжала терпеливо ожидать — она понимала, что это время, за которое Прайс не проронил ни слова, ему необходимо. Как бы девушка ни убеждала себя, что встречаться с ними не желала, увидеть их спустя столько лет и поболтать, даже если на не очень приятные темы, была безумно рада.        — Значит, героиня? — таким вопросом разрушил тишину мужчина.        — Прикинь, — Майндвьюнка кивнула. — А всё началось со звонка Тони поздно ночью. Правда, ночь была у меня, в Бордо. В Малибу же уже вовсю светило солнце, — она грустно усмехнулась, вспоминая этот момент. — С того момента жизнь повернулась с ног на голову… или же с головы на ноги — обратно? В конце концов, моя жизнь менялась кардинально два раза: первый раз — после того, как узнала правду о смерти родителей, второй — после звонка брата. Забавно, не так ли?        — Тут уж кто как к этому относится.        — И ты абсолютно прав, — девушка вновь кивнула. — Ну, а что насчёт тебя? Всё-таки юриспруденция?        — Угадала, — с тяжёлым вздохом ответил Прайс, причём самую настоящую правду. — Не смог пойти против отца. Хотя сейчас уже не перед кем хвастаться своими достижениями…        — Исчез?        — Умер два года назад. Не выдержал исчезновение матери.        — Прими мои соболезнования.        — Да кому они к чёрт сдались?        — Ха-ха… — Богиня Правды издала тяжёлый вздох. — Тоже верно… эти словесные соболезнования никому никогда не помогают. Вызывают ли они слёзы? Однозначно. Вот только то слёзы не облегчения. Эти слова, слова соболезнования, лишь в очередной раз напоминают нам о том, что того или иного человека больше нет рядом, и приносят ещё большую боль.       Повисло молчание. Девушка смотрела теперь на жидкость в своём стакане, легонько крутя его в руке. Мужчина же не отводил взгляд от неё, всё так же не притронувшись к поданному алкоголю.        — Ты… ничего не чувствуешь по отношению к своим родителям?        — Я их не помню, — она пожала плечами. — Только очертания лиц. И то, скорее всего, их внешность появляется перед моими глазами только благодаря фотографиям, которые мне показывал Тони. Хотя мать я несколько лет назад встречала… в образе фрагмента воспоминания на Майндвьюне, но это всё равно ничего не меняет. Ни чувств вины именно перед ними, ни любви, ни какой-то привязанности.        — На Майндвьюне?.. — переспросил Прайс.        — Мир такой, планета, — девушка кивнула. — Как наша Земля, только с другими людьми, с другими существами, с другой природой, технологией… — Старк-младшая издала тяжёлый вздох. — Красивое место. Только забытое, уничтоженное…        — Что… произошло?        — Так ли оно уже важно? — она подняла взгляд на друга. — Или ты думаешь, что мне больно от мысли, что Майндвьюн уничтожен?        — Учитывая, что ты совершенно спокойно об этом говоришь, не думаю. Просто интересно.       Маленький гений усмехнулась, однако поведала ему историю своей родине. И о битве между Майндвьюнцами и Ледяными великанами рассказала, и о путешествии своей матери, и о встрече её с Говардом Старком… Она сама не заметила, как начала этот рассказ и как продолжила его, пока не дошла до финала: смерти. Смерти родителей своего старшего брата.        — Никогда бы не подумал, что за чьим-то рождением может скрываться подобная история.        — Живя обычной жизнью среднестатистического человека, никто никогда не подумает о таком. Только если ты не писатель, создающий свои истории, чтобы другие люди могли прочесть их и побывать в них, даже если не физически, то хотя бы душевно.        — Но ты ведь никогда не была среднестатистическим человеком.        — Вполне, — девушка кивнула. — Однако это не отменяет того факта, что до выпускного я жила обычной жизнью. Да, с богатым старшим братом-развратником, странными способностями, умом и интеллектом, превышающими многих других людей. Но ведь сама по себе жизнь была обычной: школа, друзья, гулянки, проказы, первая любовь… — Старк-младшая запнулась, отведя взгляд в сторону.        — Первая любовь? — с горькой усмешкой заметил Прайс. — Значит, этот Локи — не твоя первая любовь?        — А так заметно, что мы вместе?        — Его взгляды были далеко не многозначными, — хмыкнул мужчина.        — Как и твои.        — А ещё его вот эта «Змейка»…        — Как и твоя «Малышка».        — Или его взгляды, которые я ловил на себе. Так и чувствовал всеми фибрами своего тела его пронзающий холодный взгляд… Думал, превращусь в ледышку прямо здесь, сидя на диване. А может, он и дыру мог прожечь во мне? Даже не знал, что думать. Однако старался не обращать на это внимание. Хотел смотреть — и смотрел. Моё дело, какими взглядами обращать на тебя внимание, даже спустя столько лет. В конце концов…        — Эд, прости, — перебила его Старк-младшая, тем самым удивив друга и заставив его потерять нить своего небольшого монолога.       С каждым словом сердце девушки сжималось всё сильнее и сильнее. Во время первых слов она смотрела на опустевший бокал в своей руке, затем поставила его, и когда мужчина уже говорил о своих взглядах, при этом гордо и без доли смущения улыбаясь, посмотрела на него. А после и вовсе не смогла смолчать.       Прайс, как только услышал искреннее, тихое извинение из уст Старк-младшей, заткнулся, словно ему по голове ударили чем-то тяжёлым. Он смотрел в чёрные глаза девушки и не знал, как реагировать на подобное. Признаться, мужчина не надеялся на извинения, не ждал их. По крайней мере, именно за это. За свою безответную любовь, что горела в его сердце все эти годы и не собиралась потухать и дальше, до самой смерти.        — Да что уж…        — Нет, — девушка покачала головой, тяжело вздохнув. — Правда, прости… Ладно я сбежала, никого не предупредив и никому ничего не сказав. По большей части, я ощущала в себе чувство вины перед тобой. Пообещала тебе дать ответ и ушла. Сбежала. Даже намёков никаких не дала. Прости. Вот только прощать или нет — выбор твой. И я приму любой из них.       Мужчина на несколько минут прикрыл глаза, о чём-то размышляя. Все эти долгие минуты Маленький Гений не отводила взгляд от друга, желая услышать ответ. Желая услышать ответ так же сильно, как когда-то желал услышать от неё ответ на свои чувства сам Прайс. И она понимала, что мужчина может не ответить. Не сейчас, не в будущем. Никогда. И девушка была готова принять любое решение этого человека. Абсолютно.       Прайс, хоть и слабо, тепло улыбнулся, раскрыл веки и устремил взгляд в чёрные, так горячо любимые глаза девушки.        — Всё нормально, — и это была самая настоящая правда. — Сердцу не прикажешь, ведь так? К тому же… видимо, Локи подходит тебе больше, если смог сделать за короткий срок то, чего я не смог сделать за долгие годы — влюбить тебя в себя. Так что…        — Когда я перечисляла, что входит в жизнь обычного среднестатистического человека, называла также и первую любовь, — заметила Майндвьюнка, не отводя взгляд. — Это было не просто перечисление сродни обычных подпунктов. Это было перечисление того, что происходило со мной, Эд.        — Значит?.. — не верил своим ушам мужчина.        — Да, — она кивнула. — Тогда бы ты услышал от меня «да».        — И как… давно?..        — Со средней школы, наверное.        — Но почему ты скрывала?        — В те времена я ещё не умела использовать свои силы, следовательно — не могла и хорошо скрывать всё то, что чувствовала или о чём думала, — перво-наперво, пояснила девушка. — Я просто приняла это как факт. Моё отношение не изменилось, поскольку я понимала — ничего не изменится. Я просто буду продолжать жить рядом с тобой так, как жила до этого. Это помогло не подать виду о моих чувствах.        — Тогда почему ты не дала свой ответ тогда сразу же, когда мы сидели на крыше?        — Потому что не знала, достойна ли я тебя.        — Что за глупость ты говоришь?!        — Эд, послушай, — Богиня Правды сделала глубокий вдох, медленно выдохнула. — Это сейчас я спокойно отношусь к своим силам, даже могу похвастаться ими, потому что я знаю о них всё… почти всё, и могу контролировать их. В прошлом же… не было ни того, ни другого. Никто из вас не знал о том, кто я. Как минимум потому, что я сама не знала, кто или что я такое. Я не могла просто взять и подпустить тебя ближе, чтобы подвергнуть опасности. В конце концов… если бы мы начали встречаться, тебе бы пришлось узнать все мои стороны. А я… так не хотела этого… до определённого момента…        — До моего признания, — догадался мужчина.        — Да, — она кивнула. — Но потом… а потом, собственно, ты знаешь, что произошло, — и снова — тяжёлый вздох.       Они вновь замолчали. Однако в этот раз молчание не было каким-то давящим или неприятным. Напротив, на лицах этих двоих играли лёгкие, хоть и грустные улыбки. А в какой-то момент Прайс и вовсе взял свой стакан и залпом выпил содержимое, тут же наполняя его вновь и обновляя порцию в стакане девушки, взяв его и протянув Старк-младшей.        — За прошлое? — предложил мужчина.        — Фу-у, сентиментальности… — усмехнулась Маленький Гений, чокнувшись со стаканом друга. — За прошлое!       Выпито было две бутылки бурбона, а то и все три, вспомнено — абсолютно всё, что было связано с этими двумя. Стрелки часов давно уже показывали три часа ночи. А может, у них просто плыло в глаза и это был пятый час?.. Да и смотрели ли они вообще на эти часы, чтобы узнать время? Нет. От слова «совсем». Они начали расходиться только после того, как глаза мужчины начали слипаться, и это не смогло скрыться от внимательного взгляда Майндвьюнки.        — Пора баиньки, — проговорила она, допивая то, что оставалось в стакане, и поднимаясь с кресла.        — Я ещё… полон сил…        — Ну-ну, — девушка подошла к другу и помогла ему встать. — Пойдём. Будешь первым моим другом из прошлого, которого я самолично проводила до выделенной ему гостевой комнаты.        — Очень смешно… — мужчина слегка навис на Старк-младшей, стараясь как можно больше передвигать собственными ногами.        — Почему сразу смешно? — хмыкнула та. — Ты, наоборот, должен гордиться этим!        — Да конечно… — Прайс икнул, после чего сладко зевнул. — Что-то меня развело…        — Возраст, нервы, душевные разговоры… да и ел ты, скорее всего, достаточно давно. А мы, прошу заметить, даже не закусывали, — проговорила Богиня Правды, ступая уверенно и поддерживая друга. — Так что такой эффект неудивителен. А вот тот факт, что ты всё ещё в сознании, если не считать, что ты начинаешь проваливаться в мир Морфея, куда более интересен.        — Зато ты словно и не пила…        — Обычно алкоголь даже в случае алкоголизма действует на людей так же, как и на тех, кто выпивает с периодической умеренностью и не зависим от него так, как, например, я, — к этому моменту они добрались до нужной комнаты, и Старк-младшая усадила друга на кровать. — Я тоже об этом достаточно часто думала. Скорее всего, на это влияет структура моего организма. Хочешь — не хочешь, а я на половину Богиня, и, вполне вероятно, это тоже как-то на всё влияет. В плане разницы самой структуры организма. А может, мой мозг сам по себе воспринимает алкоголь не как спиртное, а как, допустим, энергетик или что-то другое, заставляющее мозг и сердце работать на полную катушку, ведя за собой и весь мой организм. Для этого необходимы исследования, вот только как-то заниматься я ими не особо хочу. Не все вопросы должны иметь на себя ответы, не так ли?       Однако девушка только сейчас, повернувшись к Прайсу и посмотрев на него, заметила, что тот уже сладко спал, тихо похрапывая. Во время своего монолога Старк-младшая ходила по комнате, поправляя шторы, наливая в стакан воду и ставя его на прикроватную тумбу и так далее, и тому подобное. Поэтому-то и не заметила, как мужчина провалился в сон. Когда же её глаза увидели спящего друга, она посмеялась, правда, стараясь это делать как можно тише.       «Моя болтовня его усыпила быстрее, чем алкоголь, — подумала Майндвьюнка, укрывая мужчину и выходи из гостевой комнаты. — Всё-таки ты действительно теряешь планку, Эд…»       Вернувшись в свою комнату, Богиня Правды очень сильно удивилась, увидев сидящего на кровати возлюбленного, читающего книгу при слабом освещении настольной лампы.        — А ты чего не спишь? — первым делом девушка сняла с себя всю одежду, начиная переодеваться.       В этот момент Лафейсон приподнял книгу, чтобы скрыть фигуру возлюбленной и не видеть её наготу, хоть и в нижнем белье.        — И что ты всё отводишь взгляд? — фыркнула Маленький Гений. — Мы три года вместе, Локи, а ты всё никак не можешь привыкнуть?!        — Просто не хочу портить твой затянувшийся вечер душевных разговоров страстным сексом под утро, — спокойно проговорил мужчина, переворачивая страницу.        — Ты так говоришь, словно от одного моего вида в нижнем белье ты начинаешь возбуждаться, — заметила Старк-младшая, уже переодетая, залезая на кровать и подползая к возлюбленному, тут же устраиваясь на его руках, поудобнее уложив голову на его груди; за всем этим последовал сладкий зевок.        — В большинстве случаев так оно и есть, — он поцеловал её в макушку, после чего отложил книгу, выключил свет, быстрым и лёгким движением принял положение лёжа, обняв и прижав к себе девушку. — Как поговорили?        — Сначала разговор не особо клеился, — прямо сказала Богиня Правды, улыбнувшись от приятного ощущения любимой прохлады, исходящей от не менее любимого тела мужчины, — но потом всё пошло как по маслу. Под бурбончик разговор всегда идёт просто замечательно… — и снова — зевок.        — И сколько ты ещё выпила?..        — Ну-у… на двои-их… две или три бутылки — не больше.        — Я порой поражаюсь твоей печени, — признался Лафейсон. — Думал, похлеще моего брата нет никого в плане выпитого алкоголя. А, как оказалось, ещё как есть.        — Это предъява?        — Это удивление и беспокойство за твоё здоровье.        — Что мне сделает алкоголь, честное слово?..       Однако Бог Обмана прекрасно знал, что отвечать на этот вопрос не стоило. Да и он не требовал ответа. Девушка и без дополнительных нотацией прекрасно всё знала и понимала, вот только отказываться не собиралась ни от своего любимого бурбона, ни от желания выпить его каждый вечерок (и не только вечерок). К тому же, по всем показателям физическое здоровье у Богини были выше любого взятого с улицы среднестатистического человека, живущего здоровым образом жизни, так что-о… так таковых причин или страхов бросить любимое, хоть и не самое положительное, дело она не собиралась. И никто её не заставит это сделать, пока сама девушка того не захочет.        — Змейка… — шёпотом чуть погодя обратился к возлюбленной мужчина.        — М-м?..        — Всё хорошо?        — Да… всё хорошо.       Лафейсон улыбнулся.        — Вот и отлично, — он поцеловал её вновь в макушку, после чего спрятал там своё лицо, не переставая улыбаться. — Спокойной ночи, Змейка.       Однако в ответ мужчина получил лишь спокойное, сладкое и лёгкое сопение возлюбленной, что вызвало у него тихий, почти неслышный смех.