Happiness has become a thing of the past

Расцветал символ прекрасного города. Столько большого, замечательного. Сакура цвела так, как ещё никогда не цвела. Её нежно-розоватые лепестки медленно раскрывали свой потенциал, показывая всю свою красу. Сакура — символ чистоты, нежности и женственности. Все деревья с названием, или я бы даже сказал именем «Сакура» распускали свой запах и красоту по всему городу. Это бесподобное дерево украшало весь этот серый день. Но день заканчивается всегда, как и само цветение. После яркого Солнца лениво встаёт сияющая Луна. Ночь — это время красоты и потенциала мафии: —Доброй ночи, Фукудзава-Сан. Не могли бы вы раньше прийти? Наш отряд уже должен идти на выполнение своей работы. Вы меня задерживаете. Привычная ухмылка на немного щетинестом лице блестела словно блик алой и свежей крови на полу. Юкичи придётся привыкнуть к ней: —Вы и здесь спокойно справляетесь со своей работой, Мори Огай. Можете и задержаться, если вам нужен свой телохранитель. Холодный тон прошёлся эхом по комнате, что подписана была тогда «приёмной». Белый стол, где пара ножек была уже ободранна от побоев рядом с ними, толстый, пожелтевший от возраста журнал, куда были записаны имена и фамилии людей. Большинство были бандитами, что погибли от острого скальпеля и рук вспыльчивой девочки, что являлась тогда способностью будущего босса Портовой Мафии.: —Благодарю за замечание о моей работе. Если хотите заключить контракт, вам стоит подписать пару бумаг, оставив свою подпись во-о-от… Мужчина быстро достал четыре листа бумаги, где были распечатаны все условия соглашения на союз участников их, а именно Огая и Юкичи. Свои длинным, тонким, указательным пальцем тот провёл до нужной строки, где было написано жирным шрифтом: «подпись участников». И рядом печать Портовой Мафии. Красным цветом. Алым.: —Здесь! Окончательно воскликнул Мори, остановив палец у строки той. Юкичи начал свой внутренний монолог и внешний диалог с Огаем.: —Боюсь, что печать Мафии стоит на бумаге из крови погибших от ваших рук. Верно? —Сам того не знаю, Фукудзава-сан. Я не босс Портовой Мафии. Мори показал зубы и злорадостную улыбку на физиономии. Даже Фукудзава знал о плане хирурга. А с ним он не так сильно знаком, не смотря на совместные учения под руководством Нацумэ-сенсея. Длинный пальцы борца взялись за ближайшую ручку на столе, и быстрыми действиями, уже телохранитель, подписал все бумаги, что подал ему Мори.: —Вы уверены в свём решении, Юкичи-сан? Вы даже условия не прочли. Ай-яй-яй. Ухмылка стала более расслабленной, а Мори закрыл глаза и покачал головой. На что Фукудзава ответил.: —Я прекрасно знаю наши условия договора. Вы бы не смогли сменить их. —Вы слишком умны, Фукудзава-сан. Почему вы сюда пришли работать мышцами и физическими умениями, а не головой? Вам подошла работа со смысловой нагрузкой. —Выбрал то, что должен был. Вас это не касается, и касаться не должно. Кратким предложением окончил диалог мужчина, но язык Огая не остановить: —Умело окончили, а я всё же продолжу нашу беседу. —У вас и это умело выходит. —Вы меня сегодня хвалите, Юкичи-сан! Тот улыбнулся шире, но взгляд оставался хитрым. Наиграно, впрочем, никого это не смущало.: —Похвала из человека делает бездаря. —Не думал что вы настолько жестоки, особенно по отношению ко мне. —Чтоб не расслаблялись. —Как мило с вашей стороны. Тут взгляд малиновых глаз пал на настенные часы, что уже показывали ровно час ночи. Огай поднялся со стула, и наклонился к Юкичи: —Я думаю, мы с вами сдружимся. После выпрямился, и взяв подписанные Фукудзавой документы, тот направился к выходу. Перед тем как выйти, хирург кинул самодовольный, и хитрый взгляд на так называемого «Серебряного волка», и произнёс: —Жду не дождусь нашей следующей встречи, и первого дня совместной работы, Серебряный волк. После дверь захлопнулась за спиной ушедшего брюнета, а Юкичи остался сидеть там все следующие 23 секунды. Он решил проигнорировать желание Мори, и после сам скрылся с территории этого здания. В следующий раз он уже вернётся на первый день своей новой работы.