Мелодия истинности

Холодно….     Очень… Холодно… И, темно… Так страшно… Мама… Папа… Кто-нибудь… Умоляю…Спа-си-те…

- Хэм, ты уверен, что это тут? - Да, Джинни, я следил за этим Торговцем несколько суток. Ему поставляли какие-то ящики с наклеенными магическими амулетами, – парень, чьи глаза напоминали кошачьи, снял капюшон, - В довершении ко всему, до меня донёс ветер чьи-то тихие всхлипы и мольбы о помощи. Это не просто так. К тому же… Минхо, так звали юношу, замолчал, заметив знак от друга. - Тссс, - поднёс тот палец к его губам. – Тише, нам надо появиться так, чтобы нас «не заметили». – Ухмылка тронула его губы. - О, проклятье, Хван, ты опять что-то задумал, если у него откинется сердце, я не виноват…  - друг, закатив глаза, фыркнул, а затем мотнул головой в сторону двери. Хван шагнул в направлении входа в Лавку, заправил прядь волос цвета рубина за ухо и… со всей дури пнул дверь. Та с треском разлетелась в щепки, подняв столб пыли и штукатурки. - Кхе-кхе, - молодой Вампир прокашлялся и вошёл в помещение. – Ну, и где ты прячешься, свииииинкааа? - Похоже, он где-то засел, а возможно нас опередили? – предположил Минхо. - Не неси чушь, Ли, я эту вонь за версту чую. Может мне позвать пёсика?   Хёнджин был вампиром аристократических кровей. Его семья считалась самой уважаемой и почитаемой. К ним прислушивались, если не все, то большинство кланов вампиров и другие представители  народов.  Мать была красивой молодой и статной Вампиршей. Пухлые в меру губы придавали обольстительности и капельку кокетства. Глаза изумрудного оттенка, что так отлично сочетались с её волнистыми волосами червонного цвета, смотрели всегда с добротой и теплом. Характер был у неё покладистый, тихий. Но могла и вспылить.  Всегда с трепетом заботилась о сыне и с уважением относилась к своему мужу.  Мирида, так её звали,  очень часто помогала слабым и беззащитным, будь то человек, эльф или же вампир. Именно она привила к сыну  заботу о слабых и беспомощных. Учила магии исцеления. Объясняла, какие растения нужны в тех и иных случаях.  Отец был немного построже. Так требовали обязанности, всё же Хван Рэльс был Главой клана.  Но многие его знали добрым и весёлым вампиром. С отличным чувством юмора.  И была у него одна страсть - отец любил ночами рассказывать мальчику истории. Всякие легенды и небылицы. И порой засиживались оба допоздна, из-за этого получали нагоняй от матери. Рэльс внешне был крепкого телосложения высокого роста – около 7 футов. Цвет глаз варьировался от янтарно-коричневого до глубокого карего цвета. Под левым нижним веком располагалась родинка. Она добавляла вампиру шарма. И точно такая же родинка теперь красовалась у сына. Воспоминания о родителях вызывали у молодого вампира всегда теплую улыбку.  Но была в этой улыбке и боль. В глазах, что раньше искрился азарт и веселье, теперь поселилась строгость с толикой грусти. Он, как вчера, помнит тот день. День, когда  ему сообщили трагичную новость. Хёнджин вместе с друзьями в то злополучное время плескался в речке. - Минхо! Так нечестно!! – надулся Чонин. Чонин был полукровкой вампира и человека. Его лисий взгляд смотрел на всё с хитринкой. Но от этого он только выигрывал. Девушки, от которых не было отбоя,  видели в нём что-то загадочное и всё пытались выведать его тайну. О какой тайне, он и сам и не понимал. Характер был у Йени, так его иногда звали друзья, веселый и задорный. А смех напоминал звон колокольчиков. Телосложением паренёк был худощавым, но не тощим. Его тёмно-каштановые волосы отливали бронзовыми бликами на свету. Что отлично гармонировало с его цветом глаз – янтарно-светлым.    - Ха-ха! – Ли вновь окатил водой Йени, а после посмотрел на Хёнджина, – Ты чего такой задумчивый? - Как-то неспокойно мне на душе, может по домам? - Хочешь, я проверю? – Минхо уже приготовился, как его лица  коснулся тёплый ветерок. – К нам кто-то идёт. Хёнджин напрягся и посмотрел вдаль. Впереди показался молодой мужчина. По мере приближения, парни узнали в нём Чанбина. Это был друг Рэльса. - Эй, ребята! – позвал тот парней, - Как дела? Веселитесь, негодники!- тепло засмеялся он. Но этот смех был какой-то грустный. Чанбин был серьёзным и ответственным вампиром. На него можно было положиться в любом деле. Вампир был на полголовы выше Хёнджина. Тело было у него в меру накачанным и крепким. Часто тот участвовал в соревнованиях, где требовалась сила. Характером Со обладал мягким и тихим. - Хёнджин, - он положил ладонь парню на плечо, а его губы сжались в тонкую линию. – Нам надо поговорить, очень серьёзно поговорить. Чанбин потрепал нежно Хвана мл. по плечу, а после, вздохнув, встряхнул своей головой. - Дядюшка Чанбин, что-то случилось? – встревожился тот, - Что-то с моими родителями произошло? В глубине души молодой вампир понимал, что политика его родителей многих не устраивала. У тех иногда были стычки на этой почве. Он взглянул на Минхо и застыл: по щекам  друга текли слёзы. Хёнджин, не помня себя, резко сорвался с места и молниеносно побежал в направлении своего дома. Остальные поспешили за ним.  В пути Чанбин сообщил остальным о случившемся. - Но, я одного не понимаю, как до этого дошло? – поинтересовался Чонин. - Сейчас с этим разбирается Стража Совета - будьте осторожны. Походу,  грядут перемены. И мне, если честно, не по себе от этого. И ещё, будьте рядом с Джинни, чтобы не случилось, не отворачивайтесь. Вы единственные, кто у него остались, нас с Банчаном не в счёт. Мы всегда ему окажем поддержку. Какую только сможем. Хёнджин, тем временем, оказавшись около своего дома, резко открыл дверь и забежал внутрь. - Отец…?! – он собирался что-то спросить, но застыл посреди холла. Из гостиной вышел не его отец, а Сынмин. Глаза того поблёскивали от слёз. Ким Сынмин приходился Хёнджину старшим двоюродным братом. Они с ним тепло ладили и в целом, если была свободная минутка у Кима, навещал Хёнджина. Тогда они подолгу играли и бегали с остальными. Хоть и Сынмин был старше Хвана на 8 лет, всё равно  уделял внимание брату. Он подошёл к парню и крепко обнял. - Мне жаль, брат, - тихо произнёс тот. – Крепись… родной... - Нет, что случилось? Объясните… – Хёнджин на ватных ногах вошёл в комнату, и, подойдя к дивану, осмотрелся. Он заметил возле окна мужчину. Тот, почувствовав на себе взгляд, обернулся. Это был Крис. - Здравствуй, Джинни, - одними губами прошептал тот. – Я не представляю, с чего начать.  Во-первых, присядь. Крис был другом детства отца Хёнджина. Ещё по молодости Банчан признал Рэльса. Они были, словно братья. Вместе попадали в передряги, вместе разбирались с проблемами. Везде и всюду были неразлучны. - Я до сих пор не могу в это поверить,  всегда думал, что Рэльс  справится со всеми неприятностями. – Он закрыл рукой глаза. Его плечи задрожали. Вампир, что казался сильным и стойко перенёс в прошлом потерю своих родных, теперь плакал, как раненный зверь.  На его лице отражалась вся боль и скорбь по утраченному.   - Нет, а, мама… ? – Хёнджин осел на диван, - Да скажите хоть что-нибудь! - Видимо, Крис не в состоянии, значит, это предстоит сделать мне… - устало произнёс Сынмин, - Хёнджин, твоих родителей больше нет… в… жи… - Киму было очень тяжело это произносить. Он тыльной стороной ладони вытирал слёзы, что застилали глаза и капали на пол. – Их, убили… - еле прошептал парень. Хёнджин отказывался верить в это. Как такое могло случиться? Кто? Почему?   - Нееет, я не верю, - он схватился за голову и быстро замотал ею в знак отрицания, - Не верю, это не может быть правдой!!! Вы врёте! Все лжёте!!! Юноша, вскочив с дивана, резко бросился из дому, сбивая всё и всех на своём пути. Он бежал, не разбирая дороги,  слёзы застилали взор. Красноволосый вампир плакал, зовя родителей: - Отец!!! Матушка!!! Отзовитесь… - добежав до какого-то водоёма, он остановился, а после, осмотревшись, понял: он вернулся к той самой реке, откуда ушёл несколько минут назад. - Как же так? – парень упал на колени и зарыдал. Сколько он  тут просидел, не знал, пока не вздрогнул. Его плеча невесомо коснулась чья-то ладонь. - Что случилось? Ты в порядке? Тот сбросил руку с себя, а после грубо произнёс: - Отстаньте! Не прикасайтесь ко мне… - Хм, по всей видимости, у тебя что-то серьёзное произошло, - тихо продолжал незнакомец,  - Знаешь, чтобы не случилось, ты должен всегда оставаться самим собой. Я думаю, что ты не такой грубый, каким хочешь казаться. И перед Хёнджином присели на коленки. На него смотрел парень с кристально голубыми глазами и с белоснежными волосами.  А по всему лицу паренька россыпью звёзд расположились веснушки. Он ярко улыбнулся, а затем протянул руку. - Я - Ли Феликс, а как твоё имя? – всё ещё не теряя надежду, задал вопрос блондин. - Хёнджин… Хван Хёнджин, - шмыгая носом, ответил тот. – Мне только что сообщили, что моих родителей… - Тихо, я тебя понял, - тот коснулся рукой его щеки, и Хёнджину показалось, что его лица коснулся ветерок, такой нежный, как когда-то  касалась его матушка. – Мне жаль, правда. Вижу, они были очень добрыми и хорошими родителями, что воспитали такого достойного Вампира. Феликс сел рядом с ним. Он долгое время, молча рассматривал своего нового знакомого. Но, затем произнёс: - Слушай, я скажу вот что: не сдавайся, ты справишься. В тебе, - он легонько дотронулся его плеча, - спит сила. Я её ощущаю, это очень сильный дар. И, не отворачивайся от друзей и тех, кто пытается тебе помочь. - Ты случайно не Эльф? Уж больно красив. И добр. - Я полукровка, можно сказать, исчезающий вид. – Его лучезарной улыбки, коснулась грусть. - Вот как… - Хван задумался, и только собирался сказать что-то, как услышал голоса своих друзей: - Хёёёёнджииин!!! – к нему бежали Сынмин, Минхо и Чонин. Хёнджин обернулся, хотел было познакомить Феликса с ними, но того и след простыл. Он, как будто бы, растворился в воздухе.  Вампир принялся оглядываться, кружась на месте. Он просканировал местность своим зрением, но так и не обнаружил блондина. - Феликс… - тихо прошептал, - Я всегда запомню твои слова, спасибо. Надеюсь, мы увидимся. Я тебя не подведу, обещаю! – он громко крикнул вдаль. - Ты чего? – вопросительно уставились на того  подбежавшие парни. - А? Да так, познакомился с одним тут, он Лиарф. - Ты шутишь?! – вопросительно воскликнул Минхо, - Быть того не может, наверное, привиделось… - Нет, его зовут Ли Феликс. Парни ещё  некоторое время спорили, а потом, согласившись, что каждый останется при своём мнении, отправились обратно. Вернувшись в дом, Хёнджин первым делом извинился перед  Чанбином и Банчаном. К юноше подошли родители Минхо и Чонина и крепко обняли, выражая свои соболезнования. А дальше Хёнджин узнал всё же, как погибли его родители. Ему было тяжело, он стискивал зубы до скрежета. А ногти с силой впивались в ладони. Неожиданно перед его взором предстал образ того паренька, что несколько ранее он встретил. «Всё будет хорошо» - тихо прозвучало в голове.   - Все мы знаем, кто такие Голиафы? – поинтересовался Чанбин. - Да, это народ Северных гор, – ответил Сынмин. - И мы знаем, какой у них нрав, - продолжил Старший. – Так вот, сегодня Мирида и Рэльс заглянули в паб. И на кой чёрт их туда занесло, - озвучил свои мысли Со. – А после, опомнившись, продолжил, - Я толком не понял, из-за чего разгорелся спор, но очевидцы рассказывали, что Голиаф вёл себя крайне возбуждённо. Он был не согласен с мнением твоих родителей. Слово за слова, дело дошло до оскорблений. А потом, тот ударил Мириду по лицу. Твой отец пришёл в ярость, и завязалась драка. Хваны пытались вывести того на улицу, но всё бесполезно. Его будто пригвоздили к  месту. Он извергал проклятья на них, перевернул всю мебель,  а после схватился за свою секиру и стал ею размахиваться. К нему подлетели несколько сильных вампиров, пытались унять Голиафа, но тот разрубил их намертво. Всё помещение залито кровью. Ошмётками и останками.  Твои родители ринулись защищать посетителей. Народ стал выбегать, а тот, размахивая оружием рубил всё, что попадалось на глаза. И твоя мать как раз  уводила женщину, а этот мерзавец заревел и бросился на них. – Чанбину было тяжело всё рассказывать, но, поборов в себе  желание разрыдаться, продолжил. – Рэльс кинулся на защиту, заслонив собою твою мать. Оружие опустилось на голову… - Старший закрыл рукой рот и  заплакал. – Мирида… Она впала в бешенство, - Вампир сквозь рыдания, продолжал рассказывать, - Но… проиграла… Пала… Они навсегда будут примером и символом Верности и Нежности… Любви, Гармонии и Добродетели. Чанбин, закончив рассказ, уже не в силах терпеть боль, рухнул на пол и зарыдал. В ту ночь, все оплакивали утрату. Даже Совет Вампиров скорбел по такой потере. Глава принёс соболезнования, что случалось очень редко. Для них смерть вампира не была какой-то серьёзной проблемой, однако,  гибель четы Хван  очень сильно пошатнуло Совет и тех, кто в нём состоял.