Научи меня летать

      За окном шел дождь. Минхо сидел за своей партой и старался не уснуть от заунывной болтовни учителя. Он подпирал голову рукой и фокусировал свой взгляд на доске. С появлением в его жизни Хёнджина, он мог сказать, что пребывание в школе стало, пусть и не менее унылым, зато чуть более терпимым. Зеленый свитер любил много болтать, фотографировать и рисовать. О его любви к рисованию Минхо узнал случайно, когда тот выронил из своей тетради несколько набросков. Присматриваться к ним Минхо тогда не стал, но ему показалось, что на набросках был изображен именно он. Не то, чтобы его это очень волновало, он был не против. Что в этом, собственно, такого, когда тебя кто-то рисует.       Хван много болтал, очень много. В основном о школе, видеоиграх, фильмах, каких-то новостях, айдолах и прочей подростковой ерунде. То, о чем он почти не разговаривал, был он сам, его семья, его прошлое. Даже когда Минхо сам его об этом спрашивал, Хёнджин либо отмалчивался, глупо улыбаясь, либо же мастерски переводил тему. Это бесило и раздражало Ли, но он не наседал, не выпытывал у Хвана что-то. Может быть, ему и стало от этого чуть более интересно узнать парня получше, но Минхо был не из тех людей, которые узнавали все, несмотря ни на что и вопреки всему. Все-таки, общение с этим чудиком стало своего рода ценным для новенького.              — На сегодня все, вы сегодня были большие молодцы, — с легкой улыбкой на лице произнес учитель, когда услышал школьный звонок. — Не забудьте о ваших парных заданиях! Через неделю жду первые результаты!              Минхо тут же начал собирать свои вещи и уже хотел было уйти, по дороге застегивая рюкзак, как к нему подоспел этот надоедливый блондинчик. Он тоже порой написывал Минхо сообщения и как-то неуместно навязывался, будто они уже были друзьями просто потому, что учились в одном классе и ходили вместе на тренировки. А они всего-то делали вместе домашку по выходным…              — Идешь на тренировку? Я тоже, — Феликс широко улыбнулся и вытянулся во весь рост, ожидая, когда Минхо поднимется со своего места и пойдет вместе с ним.              — Как славно, — парень слегка закатил глаза. Его фразы всегда были пропитаны в той или иной степени сарказмом, но это, судя по всему, вовсе не обижало юную звездочку школы. Хотя, может быть, он просто делал вид. Но, с другой стороны, только Минхо был с ним откровенен в своих чувствах.              — Дождь идет, так что сегодня мы будем заниматься в спортзале, — Феликс шел рядом с Минхо, по пути махая рукой ребятам, которые его сегодня еще не видели.              — Я и сам догадался, — тихо пробурчал Минхо, ссутулившись и без особого энтузиазма зашагав в сторону выхода в спортивный зал. Он сердито цыкнул, когда кто-то из пробегающих мимо него людей, толкнул его в плечо. Бездельники, как они есть. Порой даже занятость Бан Чана и его банды Минхо находил более продуктивной, чем бестолковое существование некоторых личностей. Кроме своей бессовестной деятельности и запугивания младших, они хотя бы занимались в спортивном клубе. Хоть каплю, но уже походило на какую-то полезную деятельность. Хотя это вовсе этих бесов и не оправдывало.              Проходя мимо одной из лестниц, Минхо увидел спускающегося по ней Хёнджина, который, заметив друга, тут же ему весело помахал рукой. Не успел Минхо ничего толком ответить, как вдруг его за свободную руку схватил Феликс и попытался оттащить в сторону.              — Эй, — Минхо нахмурился и непонимающе посмотрел на своего одноклассника. Парень был несколько ошарашен таким внезапным действием со стороны австралийца. Грубо вытянув свою руку из его хватки, Минхо оттряхнул ее, будто прикосновение было для него чем-то сродни испачкаться в грязи. — С чего ты взял, что можешь меня вот так просто хватать?              — Я просто… Я просто подумал, — Феликс хотел как-то оправдаться, но бросив беглый взгляд в сторону Хвана, замолчал и поджал губы. Уходить не стал, принялся ждать Минхо до победного.              Хёнджин подошел ближе и с растерянностью в глазах, стал переводить взгляд с Минхо на Феликса и обратно. По блондину было видно, что ему не хотелось находиться в обществе зеленого свитера, но вслух об этом он сказать не мог. Чего-то боялся? Стеснялся? Выглядел нервным, запуганным, затравленным. О чем-то сильно переживал, словно боялся находиться в обществе Хёнджина. Это было почти любопытно, и, может быть, Минхо бы спросил его об этом после, но из-за того, что тот попытался как-то косвенно втянуть новенького в это, у Ли отбилось всякое желание даже посочувствовать блондинчику.              — Тц, бесишь, — откровенно произнес Минхо и, игнорируя присутствие одноклассника, повернулся к Хёнджину. — Ты сейчас в клуб?              — Да, но я там один буду, как всегда, — Хёнджин неловко улыбнулся, принявшись нервно теребить низ своего свитера. Кажется, рядом с Феликсом он и сам становился немного нервным.              Феликс был ошарашен тем, что Минхо так спокойно разговаривал с Хёнджином, будто был вовсе не в курсе о репутации второго. Но австралиец был слишком милым, чтобы высказывать свое мнение вслух в присутствии Хвана.              — Встретимся после? Или тебе домой потом? — предложил Минхо, буднично почесав свою шею. Он абсолютно точно чувствовал это напряжение, возникшее между Хёнджином и Ёнбоком, но это было совершенно не его дело, так же как и Феликса не должно было волновать с кем общается Минхо. Они с ним не друзья.              — У меня нет никаких дел, я дождусь тебя, — мило улыбнувшись, Хёнджин махнул рукой Минхо и они разошлись каждый по своим сторонам.              Феликс теперь был притихшим, что могло лишь порадовать Ли. Кинув напоследок взгляд на удаляющегося Хёнджина, он с каким-то подозрением посмотрел на новенького. У него на языке вертелся вопрос, который не давал ему покоя, но он не хотел задавать его прямо вот так в лоб. Решил подождать.                     — Вы дружите с Хван Хёнджином? — наконец спросил Феликс, когда тренировка была в самом разгаре. Они делали несложные упражнения на одной половине спортивного зала, пока на второй занимался клуб баскетбола.              — У меня есть подозрение, что тебе не обязательно об этом знать, — Минхо только недавно закончил упражнение, потому дыхание его было немного сбито. Вытерев пот со своего лба рукой, он стал внимательно наблюдать за другим парнем, который занимался в клубе вместе с ним. Ли заведомо не нравился этот разговор, учитывая реакцию Феликса на Хёнджина.              — И все же… — Феликс говорил осторожно, обхватив себя руками. Он словно бы боялся, что если их кто-то услышит, то у него будут какие-то проблемы. — Я просто думаю, что тебе не следует с ним… Довольно близко общаться.              Минхо цыкнул и приподнял бровь, окинув Феликса раздраженным взглядом. Ли надеялся, что его поведение подействует на иностранца так же, как действует на всех, но Ёнбок будто вовсе и не понимал, что Минхо не хотел с ним общаться на подобного рода темы. Да и вообще, в принципе общаться. В такие моменты Ёнбок больше напоминал мазохиста, которому нравится, когда с ним обращаются, как с тряпкой, словно его так и манили люди, что не оказывали ему повышенное внимание.              — И все же, — передразнил блондина Минхо, — это все еще не твое дело. Понятно?              Услышав свисток, Минхо направился в сторону своей позиции, откуда, заняв удобную позу, сделал прыжок в длину с места. Позволив тренеру отметить расстояние, на которое прыгнул, Минхо отошел в сторону. Он без особого интереса понаблюдал за тем, как прыжок сделал Ёнбок, который после вновь подошел к однокласснику.              — Я просто пытаюсь тебя предостеречь, — продолжил Феликс, чем заставил Минхо вымученно вздохнуть и потереть свой висок. — Я тоже дружил с Хёнджином. Сначала он кажется добрым и приятным, а потом…              — Слушай, — Минхо резко повернулся в сторону Феликса. Ему вовсе не хотелось слушать ничего, что касалось зеленого свитера просто потому, что Ли все это было не интересно. Он не какой-то дурачок, который бросается на каждого, кто хоть немного покажется ему дружелюбно настроенным. Он и не считал толком Хёнджина своим другом, так, скорее хорошим приятелем. Так какая кому была разница, с кем общается Минхо. — Я не знаю, что между вами произошло с Хёнджином, да мне и плевать, честно говоря. Но могу я сам разобраться со своей жизнью и кругом общения? Если ты думаешь, что мне приятна твоя забота, то нет. Меня это раздражает.              — Только потом не говори, что я тебя не предупреждал, когда он покажет свое настоящее «я», — сложив руки на груди, Феликс старался сделать вид, что его вовсе не задел резкий тон Минхо. С чего бы ему было обижаться вообще? Неужели тоже хотел начать дружбу водить?              Минхо лишь снова вздохнул, не желая больше ничего говорить, чтобы не распалять эту тему дальше. Пока что, все те, кто его якобы предостерегал от Хёнджина, не вызывали в нем хоть толики доверия. Так с какой стати ему их было слушать?              — Эй-эй, новичок! — со второй половины спортзала, где занимались баскетболисты раздался знакомый Минхо голос, заставивший его закатить глаза и вздохнуть через нос. Бан Чан со своими ребятами подошел к разделительной сетке и зацепился за нее руками, растянувшись во весь рост. — Как твои дела, новичок? Заводишь себе новых друзей? Предпочитаешь компанию поинтереснее? Понимаю~              Парни Чана рассмеялись, учитывая с какой интонацией он произносил эти слова. Феликс заметно поник, ссутулившись и опустив голову. Это не ускользнуло от внимательного взгляда Минхо, но он не стал обращать на это внимание, мало ли. Многие боялись Чана и его банду, разве мог Феликс быть исключением, даже несмотря на то, что был звездой школы.              — Решил всех педиков собрать вокруг себя, да? — Джисон ядовито посмеялся, за что получил подзатыльник от Чана, который в миг заставил его замолчать.              — Ну-ка заткнись… — злобно процедил Чан, вновь угрожающе замахнувшись в сторону друга.              Данное обращение заставило Минхо приподнять бровь и посмотреть на Чана. Парень как-то нехорошо усмехнулся, поймав взгляд Минхо. Что значили слова Хана? Было ли это простое обзывательство, или же он сказал это не просто так?              — Ну-ка вернулись на паркет! — прозвучал грозный голос тренера баскетболистов, который заставил компанию Чана нехотя вернуться к своим занятиям. Предводитель банды еще какое-то время смотрел на Минхо, прежде чем отвернуться и снова влиться в игру. Ох, уж эти его злобные переглядки. Они так раздражали. Ли иногда думал, а не кажется ли Чану, что он главный герой какой-то драмы.              Переведя взгляд на Феликса, Минхо обнаружил его всего сжавшегося, притихшего. Все-таки фраза Хана была брошена не просто так. Тогда все вставало на свои места. Хотя что вставало-то, Минхо так и не мог понять точно, что встало между дружбой Хёнджина и Феликса. Но догадки проклевывались.              — От него одни беды… — прервав тяжелое молчание, проговорил Феликс. — Беги от него, чтобы и про тебя не начали говорить что-то подобное.              Оставив Минхо одного, Феликс отошел в сторону, где нашел успокоение в исцеляющих и лицемерных руках девчонок, что только и ждали, когда Феликс уделит им внимание. Слова блондинчика заставили Минхо задуматься. Он нервно постучал носком своего кроссовка по паркету, поочередно сжимая свои кулаки.              — «Ну и плевать», — решил для себя Минхо и громко шмыгнул носом.              Какая ему разница, какой ориентации его друг. Может это вовсе и не правда, а просто пустая болтовня. Подростки злые, глупые и мерзкие. А даже если это и правда, какое Минхо вообще до этого дело. Это не заразно и не делает Хёнджина хуже. Это просто факт. Стоило ли его об этом спрашивать? Нет, зачем. Это никак не касалось Минхо, так какое ему было дело до чужой жизни. Это все ерунда.                     Хёнджин, как и обещал, ждал Минхо у выхода из школы. Дождь уже почти закончился, но зеленый свитер все равно держал в руках сразу два зонта. Это показалось Минхо забавным, он усмехнулся.              — Как прошла тренировка? — с улыбкой на лице поинтересовался Хёнджин и вручил Минхо один из зонтов, который нехотя принял его. — Что-то интересное произошло?              — Скучно, как и всегда. Просто делали упражнения, — Минхо пожал плечами и направился с Хваном прочь со школы.              Оба парня открыли зонты во дворе и двинулись своим уже привычным путем. Минхо жил ближе к школе, потому они обычно доходили до его дома, а дальше Хёнджин шел сам. Вроде общались они не так уж и много, всего какой-то месяц, но все это уже стало так привычно для Минхо. Иногда по дороге они заходили в магазин, чтобы поесть рисовых треугольников или корн догов, а порой заскакивали в небольшую забегаловку и ели там токпокки. Хёнджин, бывало, отказывался, ссылаясь на то, что у него нет денег, но Минхо всегда его угощал. Для него это было несложно и не затратно, а видеть улыбку на красивом лице Хёнджина всегда было приятно, как в тот раз, когда он бездумно отдал ему свою булочку.       Ли подозревал, что Хван мало ест, что его семья на самом деле бедная. Это было видно по его голодным глазам, когда Минхо делился с ним чем-то, а тот силился, чтобы не наброситься с жадностью на угощение. Ему даже было немного жалко Хвана. А еще это было видно по его этому зеленому свитеру, который, если присмотреться, был уже несколько потрепан и зашит в некоторых местах. Минхо не спрашивал Хёнджина ни о чем, считал, что это не его дело или что может тем самым обидеть парня. Пока тот улыбался, все было в порядке…              — Много домашки задали? — поинтересовался Минхо у Хёнджина, пока они сидели за столиком в круглосуточном магазине и наблюдали через окно, как с неба падают последние капли дождя. С чего-то вдруг им обоим захотелось поесть мороженого, несмотря на отвратительную погоду.              — Не особо, но завтра математика. Не люблю математику, — Хван покачал головой и поправил свои волосы у себя на челке. Взглянув на Минхо, он слегка задумался. — Как вот у тебя получается быть во всем, что бы ты ни делал, лучшим?              — Я не лучший во всем, — Минхо чуть нахмурился и покачал головой, усмехнувшись. Мороженое было вкусным. Правда, парень полагал, что если об этом узнает его мама, то его могут за это немного поругать. — Просто у меня нет других дел, кроме как учиться и заниматься спортом. Мне это нравится.              — Ты странный, — Хёнджин немного посмеялся, прикрывая рот ладонью. — Какой вообще школьник любит учиться?              — Я просто люблю узнавать новое, вот и все, — Минхо пожал плечами, доедая свое мороженое. — Зато мне будет легко поступить в какой-нибудь университет, если я хорошо сдам экзамены.              — Ты хорошо сдашь экзамены, я не сомневаюсь, — Хёнджин словно бы был уверен в этом, ему приносило удовольствие наблюдать за достижениями своего друга. — А как же девчонки? Разве не хочется начать встречаться с какой-нибудь хорошенькой?              Минхо чуть скривился, посмотрев на Хёнджина, словно бы говоря ему, что было глупо предположить, будто ему такое интересно.              — Девчонки меня не интересуют. Они отвлекают и требуют к себе много внимания, — облизнув палочку от мороженого, Минхо положил ее во вскрытую упаковку, что лежала перед ним на столе. Этот разговор заставил юношу вспомнить о том, что говорили Хан и Феликс, когда они были в спортзале. Стоило ли Минхо спросить об этом Хёнджина? От чего-то ему, обычно не столь любопытному до чужой жизни, вдруг стало интересно. — А что насчет тебя? Никто не нравится?              — Ты же наверняка уже понял, что у меня не самая лучшая репутация в школе, — Хёнджин неловко улыбнулся. — В прошлом учебном году мне нравился один человек, но это ни к чему хорошему не привело.              Минхо задумчиво угукнул, разглядывая лицо Хёнджина, что доедал свою порцию мороженого. Ничего такого зеленый свитер не сказал, что заставило бы Минхо как-то усомниться в его намерениях, но в то же время ничего конкретного он не сказал тоже. Если Феликс и Хан говорили правду, вряд ли Хёнджин мог просто так взять и открыться Минхо. Да и пофиг. Минхо выпрямился и, подняв со стола обертку от мороженого, направился в сторону мусорки, захватив так же упаковку Хёнджина.              — Вот поэтому я и не хочу никаких отношений, — заключил парень, поворачиваясь в сторону приятеля, который остался сидеть за столом. — Это все только портит наши и без того хрупкие нервы.              — Вероятно, ты прав, — Хёнджин улыбнулся. Когда Минхо подхватил свой рюкзак, Хван последовал его примеру и засобирался. — Они нам еще пригодятся.              — Именно, — согласился Минхо и уверенно кивнул.              Парни шли по улице, нехотя шоркая ногами по мокрому асфальту. Несмотря на то, что погода стояла душная, Минхо пробирал какой-то озноб. Он лишь надеялся, что не простудился. Не хватало еще заболеть, когда они только-только начали проходить новую тему на уроках английского языка. Не то чтобы Минхо сам не мог пройти эту тему, но ему было проще все же изучать новый материал в школе. Атмосфера у учебного заведения была такая, настраивающая на учебный лад, даже несмотря на то, что почти все его одноклассники его избегали и побаивались.              — Хочешь, завтра вместе в школу пойдем? — вдруг предложил Хёнджин, когда они остановились у дома Минхо. — Во сколько ты обычно выходишь? Я могу подойти к этому времени.              — Ты уверен? Я так-то не против, просто не будет ли для тебя это слишком накладно? — Ли пожал плечами, не находя в этой идее ничего предосудительного или раздражающего. Ему было приятно общаться с Хваном, было бы это не так, он бы не стал с ним так долго возиться, а сразу бы прекратил любые взаимодействия.              — Я все равно каждое утро прохожу мимо тебя, так что для меня это будет несложно, — улыбнувшись, Хёнджин поправил сумку на плече.              — Ну хорошо… — Минхо усмехнулся, одобрительно кивнув.              Договорившись о встрече перед школой, парни разошлись по домам. Разговор с Феликсом и болтовня Джисона почти позабылись юному Минхо. Просто это было так незначительно и нелепо, что мало волновало парня. Все, что Ли мог ответить на любое их обвинение, так это простое и лаконичное «ну и что». Ведь правда, кому какое дело было до ориентации других людей, которые никакого отношения к тебе не имеют. Тем более в случае Джисона. Уж это точно было не его собачье дело. Мерзкий придурок. Минхо думал, что он наверняка без Чана ничегошеньки из себя не представлял, только громче всех вякал, пока остальные молчали.       Ему стало еще больше жаль Хёнджина. Из-за этой грязной болтовни у него теперь проблемы, а все остальные ученики, как тупые бараны, повторяют за большинством. Вот так и получается, что Хёнджина все избегают. Это так несправедливо и подло. Но Ли был не такой, он не был испорчен всей этой иерархичной ерундой. Для него это было все пустяки, которые не могли помешать его общению с Хёнджином.              Зайдя домой, Минхо тут же услышал голоса своих родителей. Они о чем-то разговаривали, довольно активно. Из коридора до него доносились лишь обрывки фраз, но Минхо мог поклясться, что они оба старались друг на друга не кричать. Минхо в принципе редко видел, чтобы родители ссорились. Их ссора могла означать лишь одно — что-то случилось.              — Ты так говоришь, потому что это не твои родители, — мама Минхо стояла на кухне и активно жестикулировала, держа в руке большую деревянную ложку, которой размешивала что-то ароматно пахнущее в кастрюле на плите.              Минхо, подойдя к дверному проему, стал молча наблюдать за родителями, пока те его не заметили в пылу разговора.              — Ты прекрасно знаешь, что это не так. Я люблю и уважаю твоих родителей, но ты должна понять и меня тоже. Это же моя работа, я не могу все просто взять и бросить, я только начал, — отец пытался оправдаться. По его измученному лицу было видно, что для него этот разговор дается весьма тяжело.              — Я так и знала. Я так и знала, что так и будет! — мама Минхо швырнула деревянную ложку с грохотом в кастрюлю. — Эта твоя проклятая работа!              — Прекрати, может не все так плохо, как кажется, — мужчина вздохнул и потер свой вспотевший от нервного напряжения лоб.              Повисла неловкая тишина. Минхо продолжал смотреть на родителей, пытаясь хоть отдаленно понять, что вообще происходит и почему они ссорятся.              — Случилось что-то плохое? — наконец подал голос юноша, тем самым привлекая к себе внимание родителей, которые тут же подняли головы на сына. Мама виновато отвела взгляд и сжала губы, а отец всплеснул руками и начал нервно мерить гостиную шагами.              — Ну и что ты теперь замолчала то? Говори ему, — махнув рукой в сторону жены, мужчина, что еще не успел переодеться из своего делового костюма, приспустил душащий его галстук и плюхнулся на диван.              Минхо перевел свой взгляд на маму, ожидая от нее какого-то ответа. Женщина мялась, не зная, как сказать то, что вертелось у нее на языке, будто бы она заранее знала, что эта новость не понравится ее сыну.              — Дедушка заболел, — тихо проговорила женщина, схватившись за ручку деревянной ложки, продолжая помешивать содержимое кастрюли, словно не знала, чем еще себя занять в этой тяжелой и неловкой ситуации.              Глаза Минхо округлились, он тут же кинул взгляд в сторону отца, который прикрыл лицо руками от безысходности.              — Что, сильно? — чуть нахмурившись, юноша вновь обратился к матери и подошел чуть ближе. Он надеялся, что с дедушкой не случилось ничего серьезного. Он часто болел, потому что был рыбаком, который выходил в море не всегда в зависимости от хорошей погоды. — Простудился? На рыбалку в дождь, наверное, выходил…              Отцу Минхо словно было невыносимо это слушать. Он резко поднялся со своего места и ушел в спальню, где закрылся, стараясь не сильно громко хлопнуть дверью. Это поведение отца показалось парню странным, но он продолжил стоять и ждать ответа от мамы.              — Нет, он… — женщина слегка шмыгнула носом. Только сейчас Минхо заметил то, какими на самом деле были красными глаза его мамы. Она плакала. Значит, дедушка не просто простудился. — На самом деле его забрали в больницу. У него случился инсульт…              Минхо задержал дыхание на какой-то момент. Он немного поджал губы, но старался не подавать виду своей взволнованности, чтобы не беспокоить маму еще и этим. Парень обхватил свой указательный палец и стал нервно ковырять заусенец на нем, чтобы не позволить своим чувствам вырваться наружу. Он знал, как никто знал, что нельзя было уезжать из деревни. Все эта глупая работа отца, тупой город. Никто не хотел уезжать из деревни, кроме него, так пусть бы и ехал один, зачем потащил за собой мать и Минхо.              — И что теперь? — усилием воли, Минхо делал свой голос намеренно спокойным, хотя спокоен он не был. Он очень переживал за дедушку и хотел бы оказаться рядом с ним, чтобы как-то поддержать, может быть, помочь.              Женщина вздохнула и, выключив плиту, отошла назад, чтобы сесть на небольшую табуретку. Она устало провела руками по своему лицу. Старалась не смотреть на сына, будто бы чувствуя вину за то, что принесла ему эту дурную новость. Особенно, если учитывать то, как Минхо был привязан к своему деду. Женщина лишь успокоило то, что Минхо был спокоен и сосредоточен. Ей казалось, что он был спокоен, ведь ее милый сынок Минхо всегда вел себя собрано в любой экстренной ситуации.              — Завтра я поеду на поезде в деревню, надо помочь бабушке, пока дедушка в больнице, а там, как получится… — женщина была без сил. Очевидно, эта новость выбила ее из привычного состояния.              — Я поеду с тобой, — не раздумывая ни секунды, Минхо тут же проговорил фразу, что вертелась у него на языке.              — Нет, Минхо, — женщина подняла взгляд на юношу и жестом заставила его замолчать, когда увидела, что он хотел что-то возразить. — Мы с бабушкой будем мотаться по больнице, вряд ли я вернусь через день или два.              — Ну и что, я тоже хочу помочь, — Минхо говорил серьезно, с силой сжимая свою челюсть.              — Минхо, у тебя же школа, нельзя ее пропускать. Нет, это не обсуждается, — женщина покачала головой. — Останешься с отцом, присмотришь за ним.              — Он уже взрослый, — нахмурившись, пробурчал Минхо. Он сложил руки на груди, продолжая тихо ковырять свой палец. Было обидно, что мама вообще сказала какую-то подобную фразу. А кто присмотрит за самим Минхо? Несмотря на то, что он был уже достаточно взрослым, он все еще был ребенком. Было очень безответственно, перекладывать заботу о взрослом на своего же ребенка.              — Ты же его знаешь, — женщина снисходительно улыбнулась и перевела взгляд в сторону двери, ведущей в спальню. Оттуда вышел отец Минхо, что успел переодеться в свою домашнюю одежду. — Я поеду завтра. Довезешь меня до вокзала?              — Да, — коротко кивнув, мужчина устроился на диване и включил телевизор. Он всегда так делал, когда пытался отстраниться от всего плохого.              Вновь повисла неловкая тишина. Сфокусировав свой взгляд на чем-то, Минхо задумался, начав кусать изнутри свою щеку. Как это вообще могло произойти? Ведь дедушка всегда был такой здоровый, у него никогда не было серьезных проблем со здоровьем. Так как же так получилось. Неужели они не уследили?              — Все будет хорошо, — ласково проговорила мама Минхо и, поднявшись со своего места, погладила сына по плечу. — Я буду каждый день писать тебе, как там дедушка. Я уверена, что очень скоро его выпишут.              — Я знаю, — Минхо кивнул. Он не был любителем всей вот этой сентиментальной трескотни, но все же позволил матери обнять себя, потому что это было нужно в первую очередь ей, а не парню. Хотя и ему тоже, просто он никогда в этом не признается.              Нехотя разорвав объятия, женщина ласково погладила парня по голове и поправила волосы на его челке.              — Ты голоден? Будешь кушать?              — Нет, уроков много задали, я пойду к себе, — отрицательно помотав головой, Минхо вернулся в коридор, где оставил свой рюкзак, после чего закрылся у себя в комнате.              Вздохнув, он кинул рюкзак на кровать. Не задавали ему много уроков, он просто не хотел есть, не хотел видеть грустные лица родителей, не хотел делать вид, будто все не так уж и плохо. Может быть, родители думали, что Минхо не знает, что такое инсульт? Парень был, мягко сказать, расстроен, он хотел побыть один. Оставшись один на один со своими переживаниями, Минхо просто опустился на пол и лег на спину. Вид белого потолка всегда его успокаивал. Главное было не плакать. Поводов не было, никто же не умер, значит, пока все не так плохо. Проклятый город. Нужно было остаться в деревне…