год молчания

он в очередной раз кладёт голову на стекло, смотря, как дождь продолжает барабанить по машине, собираясь в большие капли и стекая по двери.  сколько они уже едут? десять минут, час, день? тэтте не считал. время для него то останавливалось, то текло с невероятной скоростью. суэхиро иногда казалось, будто он сам живёт вне какого-либо расписания, времени года или дня недели. он часто приезжал на её могилу, но сегодня была особая дата, из-за которой они поехали вместе, чтоб снова положить цветы и сказать пару слов. в его случае это были просто беззвучные извинения, которые он так и не успел сказать когда-то.   — тэтте, ты слушаешь?  брюнет снова пропускает всё мимо ушей. его тётя знает об этом, но каждый раз надеется, что он заговорит. уже год прошёл, а она всё ещё пытается добыть из него хотя бы одно слово.  тэтте смотрит на пачку сигарет, что лежит на приборной панели. ему очень хочется курить. в последний раз он делал это год назад в ту же самую дату, примерно в одно и то же время.  женщина всё продолжает вести машину по мокрой дороге, параллельно смотря на парня, что не собирается отвечать ей тем же. тэтте знает, что во многом провинился перед ней, перед матерью. чувство вины и скорбь убивают его каждый день, но преодолеть это сил не было. женщина тянется к пачке сигарет, которая оказалась пустой. она тихо матерится и глубоко вдыхает. — знаешь, твоя мать не хотела бы, чтоб сейчас ты проходил через такое. ты свалился на мою голову, а у меня и выбора нет, кроме как воспитывать тебя, ведь я не могла бросить пятнадцатилетнего подростка одного, но ты нисколько не упрощаешь мне задачу помочь тебе.  «хотела бы, вот только нет её» — думает про себя суэхиро, прикусывая язык. конечно, мать хотела бы, чтоб всё было по-другому, но теперь он сам хозяин своей судьбы, что, по-видимому, рушилась прямо у него на глазах. машина резко тормозит, и тэтте видит из окна небольшой киоск и светящуюся вывеску, которая то гасла, то снова зажигалась. — я за сигаретами и по мелочи куплю что-то, выходи, если устал сидеть.  дверь за ней захлопывается, суэхиро не видит смысла выходить, поэтому терпеливо продолжает ждать, поглядывая на мокрый асфальт. неожиданно для самого себя, тэтте находит под небольшой крышей того магазинчика подростка в серой толстовке, что как раз выходил.  в любой другой ситуации суэхиро бы просто продолжал смотреть, если бы тот парень прямо сейчас не зажег сигарету в своих руках. тэтте не делал ничего подобного уже как будто сто лет, но именно в этот момент ему очень надо было «отметить год с того дня», а может он просто пытался заставить себя не думать о том, как он виноват.  брюнет сильнее застёгивает чёрную кофту, надевает капюшон на голову и выходит, захлопнув за собой дверь. он быстрее идёт к тому крыльцу, чтоб не промочить все свои вещи. тэтте стоит совсем неподалёку от парня, у которого он увидел пепельные волосы, окрашенные на концах в красный. он продолжает выдыхать едкий дым, вызывая у суэхиро ужасные, но одновременно и важные воспоминания, смешанные с холодным ветром и рваными криками. парень докуривает одну сигарету, бросая её в мусорное ведро, и уже достаёт вторую, как замечает на себе чужой взгляд, что заставляет повернуть голову. тэтте сейчас, наверное, выглядит, как преследователь, но незнакомец его совсем не пугается, даже наоборот, поворачивается к нему, протягивая руку с сигаретой, зажатой между пальцев.  — ты.. хочешь? сердце у тэтте отбивает тяжёлый удар, но он кивает, подходя ближе к собеседнику. тот ведёт себя очень расслабленно, как будто он занимается таким каждый день. тэтте подносит чужую сигарету к губам, пока человек напротив вынимает из пачки такую же для себя и зажигалку из кармана толстовки.  парень рукой просит суэхиро наклониться ближе и подносит свою сигарету к губам. тэтте делает всё указанное, после чего собеседник прикрывает огонь от ветра, поджигая сразу для двоих.  суэхиро наконец выдыхает дым, снова перемещаясь в июнь прошлого года, ощущая на себе стыд и недосказанность.  — что скажешь? тебе полегчало? — парень говорит совсем непринуждённо, он настолько расслаблен, что тэтте даже немного завидует. брюнет только кивает, продолжая пялиться на предмет в своих пальцах, пока собеседник начинает пристально глядеть на него. — немой что ли.  это даже рассмешило, он улыбается уголками губ, разрешая и дальше строить доводы о себе. ему сейчас спокойно, о большем он и просить не мог.  — имя то у тебя есть, немой мальчик? — дзёно выбрасывает очередной окурок, выдыхая дым. блондин подходит ближе, убирая руки по карманам брюк. — меня сайгику. не надо фамилий, ненавижу такое. тэтте докуривает, продолжая всё также стоять на одном месте. суэхиро поворачивает голову на парня, говоря, наконец, первое слово за этот год: — тэтте. — он удивляется сам себе, как давно суэхиро не произносил собственное имя, да и вообще любые слова. — а у тебя можно одолжить.. ещё? сайгику усмехается, после чего достаёт другую пачку и бросает в руки брюнета, который чуть не выронил её. тэтте беззвучно благодарит парня. — это не за просто так, ты теперь у меня в долгу, немой мальчик. встретимся ещё. тётя выходит из магазина, пока тэтте спешит скорее убрать пачку в карман, чтоб она не заметила. женщина сама курила, но запрещала ему заниматься тем же, хоть суэхиро и очень хотелось, он не стал ослушиваться, тем более ему всё равно бы не продали. она кивает в сторону машины, показывая, что им уже пора. тэтте ещё раз смотрит на сайгику, одними губами шепча: «спасибо» и уходит, надевая капюшон на голову, пока парень всё продолжает смотреть ему в спину.

***

он знает, что виноват. осознаёт это каждый раз, когда в очередной раз, просыпаясь в холодном поту, начинает захлёбываться в слезах и собственных криках. а тётя всегда прибегала, всегда садилась рядом, обнимая его голову руками и тихо говоря, что это не его вина, что он бы всё равно ничего не смог исправить, пока он всё продолжает шептать, прося прощения. для неё сестра была очень важным человеком, хоть они не так часто общались. тётя просто не смогла бросить этого мальчика одного, он ведь был единственным, что напоминало о ней. других родственников не было, так что она считала тэтте своим самым близким человеком, хотя он иногда и вёл себя ужасно с ней. первое июля выдалось жарким, куда-то пропали вчерашние тучи, а вместе с ними лужи на дорогах подсыхали. всего два месяца осталось до начала десятого класса, но тэтте так и не решил, что будет делать, куда поступать после школы, какую профессию ему выбрать.  после смерти матери он перебрался в другой дом, в другой район, другую школу, которая хоть и была достаточно новой, но заговорить с кем-то он так и не смог. он снова сидит за тарелкой, но не способен даже ощущать вкус пищи после очередной беспокойной ночи. тётя перед ним более спокойна, но уже устала от таких ночей, от этих криков и постоянных срывов. — милый, может тебе всё же обратиться к врачу? я не могу помочь тебе, пожалуйста.. он знает, что ему нужна помощь, но вот проблема, когда винишь себя, со временем начинаешь думать, что обязан испытывать такие чувства, что это правильно. тэтте мог бы обратиться как минимум к школьному психологу, но при каждой мысли об этом в глазах начинало темнеть.  — убийцы не заслуживают помощи. — он произносит это, даже не смотря ей в глаза, но знает, что у той уже выступили слёзы от таких слов. для неё это были его «первые слова», он знает, что она наверняка запомнит их надолго. суэхиро правда хотел бы ударить себя по лицу секунду назад, чтоб никогда не открывать свой рот, но сейчас он даже не может выдавить короткое «прости», а просто поднимается, выходя из дома как можно скорее. в голове крутится только одно место: тот магазинчик, на крыльце которого он познакомился с этим блондином, поэтому он направляется именно туда в надежде, что идёт правильно.  солнце слепит в лицо, да и тридцать градусов нисколько не успокаивают. суэхиро идёт по шоссе, пока чёрная футболка продолжает липнуть к коже, а лоб уже весь промок от солёного пота. брюнет в очередной раз проклинает этот день, что не взял даже пачку сигарет из своей кофты, как и телефон с любимыми песнями. да и кошелька с собой не было, на что он вообще надеется?  через полчаса, казалось, бесконечной дороги, он наконец видит очертания вчерашнего магазина, вывеска на котором всё ещё неисправна. вытирая лоб, чувствует, что рука уже вся мокрая. тэтте не любит лето, особенно жару и пух одуванчиков, в частности ненавидит тридцатое июня. суэхиро подходит к магазинчику, очевидно, что вчерашнего знакомого там нет, но идти домой он сейчас не собирается, поэтому не находит ничего лучше, кроме как ждать. брюнет подходит к крыльцу и садится под окно, кладя голову на стену сзади. он наконец сидит в тени, где солнце не убивает его.  суэхиро позволяет себе прикрыть глаза, из-за жары у него появилась постоянная сонливость, так что он совсем не удивился, когда проснулся, очевидно, только через пару часов от пинка в плечо. он потирает глаза и зевает, поднимая взгляд на того парня, который был тут вчера. тэтте на самом деле очень рад, что тот всё же явился, не давая ему окончательно остаться тут одному. — немой мальчик, ты всё же вернулся. я уж думал, не явишься. — сейчас блондин выглядит иначе, чем вчера. за спиной висит гитара в чехле, а на руках красуются перчатки без пальцев. безразмерная чёрная футболка идеально подходила под крашеные волосы и серьгу в правом ухе.  сайгику встретил его с улыбкой, подавая руку. брюнет принял помощь, позволяя поднять себя на ноги, после чего скорее начал приглаживать свои непослушные волосы. — спасибо тебе.. — тэтте очень старается говорить, хоть и удаётся с большим трудом.  — за что? да и «спасибо» в карман не положишь. ты мне уже дважды должен. — сайгику смотрит куда-то в небо, а потом щёлкает пальцами, указывая на тэтте. — есть предложение. ты мне должен два желания, — парень показывает два пальца. — если согласишься, обещаю всё забыть и больше не приставать. тэтте прикусывает губы. такое ничем хорошим обычно не заканчивается. если бы они были в клишированном сериале, саигику сказал бы что-то в роде «ты должен поцеловать меня», но всё было не так. идти суэхиро сейчас некуда, он не хочет доставлять проблем дома, поэтому принимает предложение, кивая головой. наплевать, даже если он выбрал плохой путь, это лучше, чем оставаться одному.  — отлично, идём. — сайгику с улыбкой протягивает брюнету руку, которую тэтте всё же берёт, позволяя вести себя в неизвестном направлении.  некоторое время они просто продолжают идти в неизвестном для суэхиро направлении по тому же шоссе, но заворачивая туда, где тэтте ещё не был. он подмечает про себя, что у сайгику очень тёплые руки, хоть и ощущает мозоли на них, они были ухоженными. брюнет мысленно составил в голове список хороших качеств знакомого, ставя галочку в пункте «ухоженные руки».  они ни о чём не говорили, но тэтте не ощущал неловкого молчания, скорее их всё устраивало, что казалось странным, но любопытным.  они подходят к автобусной остановке, становясь на то место, где солнце сейчас палило жарче всего. хорошо, что время уже перевалило за пятнадцать, из-за чего тэтте наконец перестал умирать от жары. — а куда мы собираемся поехать? — тэтте всё же интересуется, куда его ведёт по сути совсем незнакомый человек.  — не знаю, куда-то далеко. это важно для тебя? думал, тебе сейчас наплевать? — как ты это понял? — неужели сайгику уже раскрыл все его карты?  — ты выглядишь совсем одиноким. умоляю, у тебя даже мобильного с собой нет. — он смотрит на тэтте, что сейчас прищуривает глаза из-за света. — ты бежишь куда-то или от кого-то, как и я. — сайгику слегка улыбается и треплет брюнета по голове. — так может, есть смысл убежать вместе? суэхиро ответить не успевает, потому что слышит звук подъезжающего автобуса у светловолосого за спиной. транспорт останавливается, и дверь с негромким скрипом открывается прямо перед ними. — это наш. — он тянет его за руку внутрь так резко, что тэтте чуть не спотыкается на асфальте. сайгику выбирает два свободных места, позволяя суэхиро сесть около прохода. парень ставит гитару в чехле на пол, зажав её между ног, пока автобус всё продолжает наполняться людьми, из-за чего в помещении, кажется, начинает подниматься температура.  никто из них ничего не говорит, тэтте только кусает губы и теребит руками друг о друга. странно, что он вообще доверил свою жизнь незнакомцу, которому, к тому же должен два желания. хотя, может этого момента суэхиро ждал весь этот год? время, когда он может вести себя безрассудно, полагаясь только на волю своей судьбы. автобус наконец трогается и начинает движение в неизвестном для тэтте направлении. сайгику удобнее устраивается, положив голову на спинку своего сиденья и с лёгкостью выдыхая. — а куда мы едем?  — понятия не имею.  суэхиро хочет возразить, сказать тому, что это абсолютно идиотский поступок, вот только не получается больше издать ни звука.  — тэтте, ехать нам ещё долго, не знаю, правда, куда именно направляется этот автобус, но хочу отвезти тебя кое-куда, — сайгику кладёт руку на сердце. — обещаю, что я не маньяк и не стану продавать тебя на органы. брюнет только кивает, продолжая удивлённо смотреть на знакомого. по правде, сейчас ему уже хотелось подскочить со своего места и кричать водителю, чтоб он быстрее его выпустил, но он буквально не может пошевелиться.  снова наступает тишина. за окном начинают меняться пейзажи, сначала представляя ему луга и поля, а после большую глубокую реку. сопровождается их поездка отсутствием кондиционера и уже спадающей жарой.  тэтте наблюдает, как светловолосый просто продолжает смотреть в окно, припирая подборок рукой.  суэхиро сейчас хочется говорить, как бы это не было странно. по крайней мере было бы неплохо узнать, с кем он находится рядом прямо сейчас. — сайгику, можешь что-то рассказать про себя? — ему кажется, что тот вовсе не слышит его слов, но светловолосый всё же удосуживается ответить на его вопрос. — что конкретно ты хочешь узнать? — он даже не смотрит на тэтте. — например, как давно ты живёшь здесь? сколько тебе лет? — суэхиро делает небольшую паузу. — от чего ты бежишь?  сайгику наконец отвлекается, приподнимая брови. — хочешь узнать меня настолько хорошо? похвально. — он слегка улыбается, наблюдая за тэтте, которому всё продолжает казаться, что он сказал лишнего. — зовут дзёно сайгику, мне семнадцать. приехал сюда на пару дней, не знаю, когда конкретно отправлюсь на новое место жительства или работы, так что просто живу моментом. этого хватит?  тэтте неуверенно кивает. что ж, дзёно не ответил на последний вопрос, но такая ознакомительная информация всё же слегка его успокоила.  — а что насчёт тебя, немой мальчик? почему ты начинаешь так нервничать от каждого произнесённого слова, особенно вчера? тэтте даже чувствует, как у него закололо сердце от такого вопроса. может, стоит просто ответить ему теми же словами, что и сайгику? — тэтте суэхиро, шестнадцать. я уже как год живу в доме со своей тётей после трагедии на старом месте, поэтому я сейчас здесь. — и это всё? — а что ещё? не буду же я рассказывать обо всех подробностях своей жизни человеку, которого вижу второй раз в жизни. сам подумай, как это странно.  дзёно издаёт тихий смешок, складывая руки на груди. — а что ты играешь? — тэтте решает не лишать себя возможности побольше узнать о сайгику, пока не чувствует ужасного стыда, поэтому кивает на гитару у дзёно в ногах.  — раньше я много разного играл в группе, а теперь только повторяю тексты других песен, потому что у нас их придумывал не я сам. — дзёно только пожимает плечами. — знаешь, кто такая алёна швец? сейчас я могу играть только её музыку. — суэхиро отрицательно качает головой. — не слышал? я обязан тебе сыграть, я буквально умираю от каждой песни. — а почему больше не играешь в группе?  — у нас.. произошёл конфликт. да у всех групп такое случается, но несмотря на всё общее между нами тогда, мы не смогли прийти к общему решению, и я посчитал нужным уйти. — у сайгику сейчас странное выражение лица: то ли сожаление, то ли безразличие.  — а из-за чего.. — договорить тэтте не успевает, дзёно легонько пихает его рукой по лбу. — не всё сразу. что за допрос?  тэтте возмущен, но ничего не отвечает. видимо, поездка обещает быть долгой, раз дзёно сейчас не говорит всего. хотя, кто знает, может тэтте просто не суждено проснуться следующим утром, если он доверил свою жизнь незнакомому гитаристу. суэхиро вновь проклинает летнюю сонливость, из-за которой закрываются глаза. брюнет зевает, прикрывая рот рукой, и старается и дальше смотреть в окно, чтоб опять не уснуть. все попытки оказались тщетны, потому как глаза закрываются и он наконец проваливается в глубокий сон.  сайгику хоть и удивился сначала, что чья-то тяжёлая голова теперь покоится у него на плече, но отталкивать брюнета не стал. он и сам всю ночь не мог уснуть, так что не возражал сейчас тоже прилечь, погрузившись во мрак. тэтте снова снился сон, снилась она, их старая многоэтажка и последний раз, когда он видел её дышащей и живой.  — тэтте, зачем ты снова взял его деньги? я же просила этого не делать! — она кричит, срывая себе горло. — что ты теперь будешь делать, когда мы остались совсем одни?  тэтте стоит, потирая щёку из-за сильной пощёчины своей матери. заслужил ли? конечно да, он и сам прекрасно это понимал.  было бы глупо пытаться оправдаться сейчас. суэхиро опять совершил большую глупость, за которую, естественно, придётся поплатиться.  маленькая прокуренная квартира сейчас выглядела ещё хуже, когда на кухне они снова начинали ссориться. тэтте просто не понимает, почему мать не может уйти от отчима. почему она вообще не видит, как он относится к ней?  — да какая разница? посмотри, что он делал с тобой! без него будет куда лучше! — тэтте берёт в свою руку запястье матери, показывая ей многочисленные синяки, оставленные его отчимом. — мы выберемся и без него. сидим здесь, как беспомощные. неужели ты не способна взять себя в руки? — он продолжает говорить то, чего не должен, но импульсивность как будто уже стала частью его самого.  — тэтте, было бы неплохо, если бы ты не открывал свой рот хотя бы иногда. я больше не могу тебя слышать, лучше бы ты замолчал хотя бы на год, чтоб просто не мешать мне! — да лучше бы ты сдохла! она больше ничего не сказала, просто продолжала смотреть на него, пока глаза наполнялись слезами. тэтте начинает бегать глазами по её лицу, хотя сейчас хочется ударить себя самого. — извини, пожалуйста, прости меня, я не это.. не это имел в виду, прости, мам. — он больше не может смотреть на неё, не может видеть её такой. суэхиро быстрее спешит выйти за дверь квартиры, чтоб сделать на улице глоток свежего воздуха. он больше так не может, тэтте просто устал.  он спускается на первый этаж, выходя на улицу под козырёк подъезда, чтоб наконец достать пачку сигарет и зажигалку из кармана брюк. суэхиро наконец поджигает и подносит сигарету к губам.  именно на это он и взял те деньги, что лежали в кошельке у его отца. почему он так разозлился на суэхиро, что даже ушёл, хлопнул дверью и на прощание бросив, что больше не вернётся.  тэтте выдыхает едкий дым, продолжая всё думать об этом. что именно случилось?  он любил свою мать и ненавидел отца, тот никогда не удосуживался уделять сыну внимание, сопровождая их совместную жизнь втроём криками и синяками на его матери.  тэтте стряхивает дым с сигареты и теперь думает над своими собственными словами. зачем он вообще сказал ей такое? было очевидно, что простых извинений было мало. она явно была не в адеквате сейчас, может, ему не стоило оставлять её одну? он всё же начинает ещё больше нервничать, из-за чего предмет в руках уже начинает трястись, предательски выдавая панику.  суэхиро выбрасывает окурок и теперь скорее хочет вернуться домой. он придумает что-то. они смогут зажить нормальной жизнью, вдали от остальных неприятностей. несмотря на то, что ему всё ещё было пятнадцать, это не мешало людям в магазинах в их районе продавать ему сигареты, значит и устроиться на временную работу он сможет.  будит его резкое торможение автобуса и люди вокруг, которые начали громче общаться. тэтте открывает глаза и чувствует чужую голову на своей, поэтому даже не думает шевелиться, чтоб не разбудить сайгику. за окном уже садилось солнце, а они находились на очередном шоссе, что было окружено деревьями по краям. тэтте ещё заметил маковое поле, которые виднелось где-то вдали. брюнет видит водителя, который становится в проходе, привлекая внимание людей. даже дзёно просыпается, когда тот начинает говорить. — дальше автобус не поедет, что-то сломалось, поэтому прошу всех выйти. дзёно тихо матерится себе под нос и просит тэтте скорее выходить, пока другие не сделали этого. суэхиро быстрее поднимается, пока сайгику забирает с пола гитару, вешая её на спину.  они выходят, и тэтте наконец чувствует свежий воздух и аромат хвои. они вышли как раз в том месте, где виднелся закат в оранжевых и жёлтых оттенках, которые где-то переходили в розовый и красный.  дзёно отводит брюнета дальше от дороги и достаёт сигареты и поджигает одну из них. сайгику выдыхает дым и предлагает её тэтте, тот соглашается, обжигая лёгкие горьким дымом.  — парни, сколько вам лет? брюнет медленно оборачивается, видя совсем рядом с собой полицейского, который явно заметил, что ему ещё нет восемнадцати, потому что тэтте и сам думал, что больше походил на тринадцатилетнего. суэхиро не хотел иметь проблем, ситуацию ухудшало то, что его тётя знала многих полицейских, было бы плохо, если б она узнала. — блять. — сайгику хрипло матерится прямо над ухом у тэтте, хватая того за руку, из-за чего суэхиро просто бросает сигарету на землю. брюнет хотел было что-то сказать, но дзёно уже ведёт его за собой, а точнее бежит, держа тэтте за руку, чтоб не отставал, пока мужчина сзади продолжает кричать им, чтоб вернулись, но сайгику, видимо, на это наплевать.  как бы сейчас быстро они не бежали, сначала отбивая ноги на асфальте, позже забежав на то маковое поле, которое тэтте видел из окна, но дзёно улыбался всё это время. он действительно искренне, и даже немного по-детски смеялся, что-то крича вперёд. уже на середине этого поля тэтте решает его остановить, пытаясь выдернуть руку, из-за чего теряет равновесие и падает прямо на красные цветы, случайно заваливая сайгику вслед за собой.  суэхиро чувствует, как растение неприятно колит в шею, но чужое тело на себе мешает куда больше, ухудшает ситуацию гитара у сайгику на спине, которая делала его ещё тяжелее. дзёно привстаёт на ладонях, всё ещё пытаясь прийти в себя после резкого падения, и смотрит прямо в глаза брюнету, который продолжает делать рваные глотки воздуха из-за такой «пробежки». — зачем ты это сделал, немой мальчик? — сайгику сейчас выглядит очень серьёзным, пробегаясь глазами по всему лицу тэтте. — я кричал тебе, чтоб ты остановился, но ты не слышал меня, пришлось останавливать так. — суэхиро даже шепчет сейчас, ему не хочется нарушать такую приятную тишину, когда слышно лишь поющих птиц, и ветер, что колышет маки. сначала тэтте очень напрягла такая близость между ними в этот момент. чего уж скрывать, дзёно был очень привлекательным, к тому же у него приятный голос и ухоженные руки, суэхиро на это, естественно, повёлся. сайгику был ему симпатичен, но глупо было делать о нём поспешные выводы. брюнет всё же решил полагаться на здравый смысл и больше не лежать под незнакомцем, который уже давно бы поднялся, если бы сам захотел.  тэтте привстаёт, заставляя дзёно всё полностью подняться, подавая руку брюнету. суэхиро помощь принимает, позволяя поставить себя на ноги, и отряхивает свои вещи. они некоторое время просто стоят вместе, наблюдая за закатом. как будто смотрят в одну и ту же точку, выискивая для себя что-то особенное. — куда мы теперь? — отрываясь от тишины, тэтте всё же интересуется их дальнейшими планами, не могу же они просто остаться здесь. — честно, я без понятия. обратно не вернёмся, значит будем просто идти через всё поле, пока не найдём другую остановку или что-то на её подобии. — дзёно пожимает плечами, начиная просто идти в неизвестном направлении. суэхиро спешит последовать за ним, чтоб не отставать.  они шагают через эти цветы уже около сорока минут, но так и не сказали ни слова друг другу. а тем временем закат начинает пропадать, воздух становится холоднее, но благо, что лето было жарким, так что тэтте даже не боится, что замёрзнет.  его всё ещё интересуют множество вопросов о светловолосом, которые он так и не задал, ведь сайгику сам сказал, что сейчас ещё не время. — можешь начинать, — дзёно вытаскивает тэтте из раздумий, переключая внимание на разговор. — спрашивай всё что угодно.  — насколько серьёзным должен быть конфликт, что ты просто ушёл из группы, зная, что у тебя на замену нет другой? — тэтте не упускает возможность спросить всё прямо. — надеюсь, ты человек без предрассудков? — суэхиро утвердительно кивает. — эта группа появилась, когда мне ещё было пятнадцать. она состояла из моих знакомых, которых я хорошо знал, и которые обладали творческим мышлением для превращения собственных чувств в мелодию. — дзёно приподнимает уголок губ, когда его накрывают воспоминания. — один из участников поставил условие: не заводить отношения с кем-либо из группы, и, естественно, через год я ослушался и начал встречаться с нашим вокалистом. тэтте не сказал бы, что удивился такому повороту, хотя сейчас некоторые факты о знакомом ставили его в тупик. он не был противником однополых отношений, но не думал, что тот скажет всё с такой лёгкостью.  — потом тот человек, что ставил условия для группы обо всём узнал. дальше идёт абсолютная бессмыслица: я узнал, что у моего парня была ещё и девушка, причём это была сестра нашего «главного». — дзёно ставит в воздухе воображаемые кавычки. — в итоге меня обвинили во всех смертных грехах, выгнав из группы и я стал «одиноким уличным музыкантом». — сайгику даже усмехается, видимо, эти воспоминания его только позабавили. — а как же родители? ты не живешь с ними?  — родители не приняли меня обратно в свой дом, когда узнали о том, что я больше не участник той группы. — дзёно делает небольшую паузу, после чего продолжает. — в шестнадцать я сказал им, что не собираюсь идти на юриста, а стану музыкантом. когда они ответили, что если вдруг у меня ничего не получится, они не примут меня домой, я не воспринял это всерьёз. видимо, стоило. светловолосый замедляет свой шаг, когда видит конец поля и уже не работающую, но всё ещё находившуюся здесь автобусную остановку, куда они и направились.  вся улица уже была во мраке, так что тэтте уже еле-еле различал черты лица сайгику.  остановка хоть и не была чистой, зато над ней была крыша, а внутри стояла лавка, на которую дзёно и сел, поставил чехол с гитарой рядом, тяжело выдыхая от долгой ходьбы. около остановки и под ней находился только песок, так что тэтте быстро сообразил, как им добыть свет, найдя несколько больших веток и положив их около той лавки. — зажигалку. — он протягивает ладонь к сайгику, который хоть и слегка удивился, но без каких-либо возражений отдал. суэхиро некоторое время держит огонь рядом с ветками, пока они не вспыхивают, освещая всю остановку и наконец давая тэтте увидеть лицо дзёно, который просто легонько похлопал в ладоши, немного наигранно удивляясь чужой смекалке.  тэтте, неожиданно для самого себя слышит грозу и видит следы от капель на песке, который находился за крышей остановки. странно, ведь весь день светило яркое солнце, а теперь он слышит, как дождь начинает барабанить по крыше.  — садись рядом, не мокни. — дзёно хлопает рукой по месту рядом с собой. тэтте просто соглашается, садясь ближе.  капли начинают стучать всё чаще, уже оставляя заметные небольшие лужицы на земле, а их огонь всё ещё горит, не поддаваясь из-за поверхности над собой. — ты почти выполнил первое желание. — сайгику так резко нарушает тишину, что тэтте даже пробирает дрожь. он уже и забыл про желания, просто наслаждался тем, что сейчас абсолютно свободен.  — а что ещё входит в первое желание? — расскажи, тэтте, от чего ты так старательно пытаешься скрыться? — теперь дзёно пристально наблюдает за брюнетом, который только опустил голову, начав сверлить землю глазами. — в общем, что у тебя произошло? тэтте некоторое время просто ничего не говорит, собираясь с мыслями. он собирается открыться человеку, которого видит второй раз в жизни, ему это кажется странным, но в какой-то степени даже правильным.  — год и один день назад я взял деньги из кошелька своего отчима, чтоб купить сигарет. не знаю, чем именно он там занимался, но когда заметил пропажу, устроил скандал мне и моей матери, а потом просто ушёл, сказав, что не вернётся. — руки начинают предательский дрожать. а вдруг дзёно в нём разочаруется? — моя мать злилась на меня, естественно, она была права, я не должен был этого делать, но он избивал её сколько я себя помню. — тэтте наконец подходит к главному. — она сказала, что мне лучше хотя бы на год заткнуться, я же пожелал ей сдохнуть. суэхиро говорит последнее слово совсем тихо, но так, чтоб сайгику мог услышать. тэтте стыдится и ненавидит себя до сих пор, каждое слово даётся ему с трудом, ведь именно они и стали причиной того, почему он остался один. — я вышел на улицу с сигаретами, но пробыл там совсем недолго, потому что волновался, что сказал лишнего. — сердце начинает разрываться на части и громко стучать. — когда я вернулся домой, она не встретила меня. я увидел только, как она повесилась на нашей кухне. одна предательская слеза всё же скатывается по его щеке, пока дзёно удивлённо пытается посмотреть ему в глаза, которые суэхиро сейчас так старательно пытается спрятать.  суэхиро вытирает рукой глаза, продолжая: — я смог набрать только свою тётю, потому что больше никого не знал из близких. мы долго возились с документами, но она взяла на себя мою опеку, я поменял фамилию, чтоб отчим точно не смог меня найти. так что уже год и один день я живу у своей тёти, так и не сказав ей за это время ничего хорошего. как бы там не было, но тэтте ощущает, как с его плеч упал большой груз пережитого, когда он наконец смог с кем-то этим поделиться, хотя прежде не говорил никому. дзёно, конечно, был удивлён его словами, но ничего не сказал, суэхиро был ему очень благодарен за такую реакция. сейчас больше всего он боялся осуждения. — ты не виноват, тэтте. — он абсолютно серьёзен сейчас, суэхиро даже немного смутился. — люди самостоятельно принимают свои решения. да, ты сказал глупость, но всё дальнейшее — не твоя вина.  — спасибо.. — тэтте издаёт тихий смешок, наконец позволяя слезам свободно катиться из глаз.  сайгику придвигается ближе к суэхиро, сначала вытирая пальцами горячие слёзы, а потом берёт его лицо в свои руки и прижимается лбом к его, просто молча позволяя ему плакать.  дождь тем временем утихает, оставляя только запах листвы и и мокрые места на земле, которые уже днём исчезнут из-за жары.  тэтте наконец успокаивается, отстраняясь от светловолосого, и садится обратно на прежнее место, прижимаясь головой к стене.  суэхиро любил дождь и запах после него, поэтому снова ощущал умиротворение, тем более он был безусловно рад такой компании, как сейчас.  — раз уж мы наконец стали немного ближе, — сайгику начинает доставать из чехла свою гитару. — я сыграю тебе кое-что.  тэтте уже и забыл, что дзёно хотел ему что-то сыграть. кажется, он говорил, что певицу зовут алёна швец. суэхиро её песен никогда не слышал, но если они нравятся сайгику, скорее всего, это будет что-то приятное.  — я сыграю одну из любимых. я уже говорил, что очень люблю песни алёны швец, они всегда меня успокаивают и навеивают воспоминания, не всегда хорошие, но важные.   дзёно кладёт левую руку на гриф, правую — на струны, глубоко вдыхает, собираясь с мыслями и стараясь преодолеть волнение. он давно ничего не пел для других людей, хотя любимая песня помогала ему развеять мысли и начать игру. 

(алёны швец - читай книги, ругайся матом)

тэтте никогда особо не увлекался простой игрой на гитаре, не слушал подобных песен, одну из которых сейчас играл и пел сайгику. суэхиро наблюдает за тем, как дзёно сейчас просто наслаждается собственной игрой, перебирая струны и открывая рот с лёгкой улыбкой, которой тэтте очень поражается. он ещё никогда не видел, чтоб кто-то так любил своё дело. светловолосый прямо светился от воодушевления и любимой песни. тэтте уже так давно не был настолько расслабленным, не испытывая из-за этого чувства вины, но сейчас, смотря за игрой и словами песни, он позволил себе беззаботно улыбаться, не боясь, что что-то может пойти не так.  казалось, суэхиро наконец нашёл для себя свою яркую звёздочку, которая была так далеко, но всегда светила ярче остальных.  он просто пялится на то, как двигаются чужие пальцы, как всё внутри сайгику светится от этой музыки, она явно значила для него очень много. дзёно произносит последние слова песни и в последний раз за сегодня проводит пальцами по струнам. сайгику громко выдыхает и просто закрывает глаза, улыбаясь куда-то в темноту.  — что скажешь? — светловолосый ехидно улыбается, смотря на тэтте. у того уже пропал дар речи от увиденного сейчас, ему понадобилось некоторое время, чтоб снова научиться говорить. — это было ахуенно. — он произносит это достаточно тихо, но так, чтоб сайгику смог разобрать все слова. дзёно издаёт короткий смешок, после чего убирает гитару обратно.  — похоже, теперь ты тоже будешь её слушать. — сайгику слегка улыбается, смотря на тэтте, который, по-видимому снова хочет спать, из-за чего старается вообще не закрывать глаз, чтоб не провалиться в сон прямо сейчас.  — можешь поспать как тогда. — дзёно замечает, что у суэхиро уже непроизвольно закрываются глаза. тэтте вообще не понимает, о чём тот говорит. он помнит только, что уснул тогда в автобусе, а проснулся от голоса водителя. сайгику замечает ничего не понимающий взгляд суэхиро, потому решает сам ответить: — ты спал, пока твоя голова лежала у меня на плече. брюнет старается не показывать, что очень смутился от такого, вот только не получается и он уже чувствует, как сайгику собирается как-то пошутить, чтоб тэтте просто умер от смущения.  — не надо надо мной прикалываться! — суэхиро вытягивает руку прямо перед лицом дзёно, только бы тот перестал так издевательски улыбаться.  сайгику же просто просто берёт в руку ладонь суэхиро, отодвигая её от себя. дзёно садится ближе к тэтте, предлагая сделать так, как предлагал светловолосый.  суэхиро всё же соглашается, преодолевая смущение, кладёт голову на плечо сайгику, прикрывая глаза, чувствует, что он тоже положил свою голову на его. позволяя себе ни о чём не беспокоиться, тэтте наконец проваливается в сон, который впервые за долгое время не показывал ему отрывки прошлой жизни, была только темнота, в которой никого не было.

***

просыпается суэхиро уже не на чужом плече, а лежа головой на деревянной лавке, которая теперь неприятно упирается в висок. видимо, сейчас только ранее утро, потому что всё ещё прохладно, и солнце светит не так ярко и тепло, как вчера днём.  тэтте поднимается, зевает, прикрывая рот, и потирает слипшиеся глаза. он не видит рядом с собой сайгику, но раз его гитара всё ещё здесь, значит и светловолосый где-то рядом.  суэхиро осматривается и находит дзёно, говорящего в кем-то по своему мобильному, держа в левой руке сигарету, при этом он выглядел слегка расстроенным, или же тэтте просто так показалось.  сайгику заканчивает говорить, выбрасывая окурок, и подходит к суэхиро, складывая руки на груди. — идём, нам пора. — сайгику велит тэтте следовать за собой, беря в руки гитару в чехле и надевая на спину.  суэхиро встаёт и просто идёт за сайгику по очередному шоссе, как и вчера, только сегодня он не чувствует себя так спокойно, пока дзёно не собирается ничего говорить или объяснять.  тэтте ничего не спрашивает, просто идёт рядом, в то время как сайгику выглядит совсем не таким светящимся и радостным, как вчера. может, это из-за телефонного звонка? так долго, как вчера, идти им не приходится. буквально через десять минут тэтте уже видит другую автобусную  остановку под деревьями какого-то дерева.  они просто встают около неё, начиная чего-то, наверное, ждать, но суэхиро даже не знал, чего именно, а дзёно ещё некоторое время молчал, а после наконец заговорил: — мне предложили работу в другом городе, группа, в которую я, возможно, смогу вступить, как гитарист. — тэтте невольно начинает понимать, к чему тот ведёт, но верить в это не хочет. — на следующем автобусе я и отправлюсь. дзёно начинает копаться рукой в кармане своих брюк, доставая оттуда несколько купюр и протягивая тэтте. суэхиро деньги берёт, но всё ещё не понимает, зачем дзёно вообще их ему дал. было около ста пятидесяти рублей, только слегка помятых.  — пройди на следующую остановку по дороге, доедешь до той, откуда мы отъезжали вчера. — ты бросаешь меня здесь? — звучало совсем не так, как хотел бы суэхиро, слишком разочарованно, а он не хотел запоминать последние их минуты именно такими. — давай.. давай я поеду с тобой! — ты не должен, тебя уже наверняка ждёт твоя тётя дома, и наверняка она очень переживает. — сайгику только поджимает губы и почти незаметно улыбается. — ты сам сказал, что ещё не сказал ей ничего хорошего, но теперь ты можешь. ты же не можешь просто бросить её? тэтте качает головой, не желая верить во всё вышесказанное.  — мы ведь только встретились вчера, я не хочу просто оставлять тебя вот так. может, ты хотя бы оставишь свой номер, я найду тебя, обещаю! — а ты запомнишь? — тэтте не знает. — не нужно, суэхиро, жизнь теперь только твоя, считай, что наше знакомство случилось для того, чтоб ты смог это понять.  — но ты же.. — тэтте, звёзд на небе огромное множество, ты ещё найдёшь свою.  слышится звук подъезжающего автобуса, на который суэхиро резко оборачивается, всё ещё не веря, что сейчас всё происходит именно так. он останавливается прямо перед ними, двери открываются. сайгику почти заходит, в последний раз обернувшись на брюнета: — спасибо за маковое поле. — спасибо за алёну швец. сайгику издаёт тихий смешок, после чего ещё некоторое время просто смотрит на тэтте. может, он просто не любил долгие и чувственные прощания, из-за них хотелось остаться здесь ещё хотя бы секунду.  дзёно наконец отворачивается от тэтте и уже ступает одной ногой в автобус, но застывает прямо на месте. брюнет всё ещё надеется, что тот передумал, что останется или возьмёт его с собой. может он всё же хочет сказать ему ещё что-то важное, они ещё столько не успели сделать. — у меня было два желания. — сайгику даже не оборачивается, говоря это. тэтте очень волнуется, он понятия не имеет, что имеет в виду дзёно. какое желание можно исполнить за этот короткий миг, который у них остался? сайгику разворачивается и подходит к тэтте, накрывая его губы своими.  суэхиро не знает, что ему вообще сейчас делать, он никогда не делал подобного, даже если и хотелось, но точно знал, что ему нравится всё происходящее. дзёно проводит языком по губе тэтте, стараясь как можно лучше запечатлеть этот момент в своей памяти, чтоб никогда не забывать этого немого мальчика.  под крики водителя о том, что он не будет находиться здесь вечно, дзёно отстраняется, продолжая пристально глядеть суэхиро в глаза. теперь он спешит скорее зайти в автобус и занять своё место, смотря на брюнета, который всё также продолжает глядеть на него, удивляясь всему происходящему только что.  тэтте только смотрит вслед уезжающему дзёно, который до самого последнего мига, когда мог видеть брюнета, не терял его из вида, пока автобус не скрылся вдали, оставляя после себя только воспоминание.  он всё ещё держит в руках деньги, оставленные сайгику, который уже никогда не сыграет ему на гитаре, не станет бежать с ним по полю, не сможет больше соприкоснуться с ним губами. он не хотел, чтоб всё заканчивалось именно так. теперь он просто стоял на остановке один и плакал, слишком много думая обо всём, вспоминал, как умерла его мать, как он ещё недавно рыдал у неё на могиле, как он чувствовал умиротворение рядом с сайгику, казалось, ещё только что. «тэтте, звёзд на небе огромное множество, ты ещё найдёшь свою.» что ему следует делать сейчас? он чувствует, как сердце сжимается от всего, что случилось только что. он снова потерял кого-то очень важного. либо он просто вернётся домой, либо вечно будет скитаться по миру, так и не решившись наконец сказать тёте, как он благодарен за всё. тэтте идёт туда, куда ему указал сайгику, пока старается сделать глубокий вдох и перестать задыхаться от собственных рыданий. может, он теперь способен всё изменить и исправить, а может и нет, но навсегда запомнит свою маленькую звёздочку, которая никогда не сможет погаснуть, пока тэтте будет держаться за неё.