Аврора

      — Корону должна занять наша дочь! Моя дочь! — кричала, свысока глядя на кислую мину Радиуса. — А ты хочешь подпустить к трону дочь любовницы?!       — Совсем вскоре Кассандра станет новой королевой, а ты, как мне помнится, от этого отказалась добровольно.       — Все мои поступки были направлены сугубо на благо Солярии! А вот она хочет прибрать власть к своим рукам, и ты ей позволяешь!       — Стража…       Стелла скривилась.       Родители, закатившие скандал якобы во имя ее чести, существование дочери игнорировали. Гости уже должны были вот-вот прибывать на свадьбу, но вместо того, чтобы встречать их, король Солярии отдал предпочтение собачиться со своей бывшей женой, которая прямого отношения к ним теперь даже не имела.       Кассандра тоже молчала.       Стелла понимала, что она, вероятно, думала, что стоило бы выйти к людям и поприветствовать каждого, но статус не позволял. Официально Радиус должен был стоять рядом с ней и любезничать с каждым встречным, но желания, конечно же, у отца на это не было.       «Ни на новую семью, ни на старую у папеньки времени нет».       Стоило подобной мысли прозвучать, как вдруг послышался звон битого стекла. Секундное молчание, охватившее всех, включая и присутствующих в этой комнате, не продлилось долго, так как уже следом зазвучали бешеные крики.       Стелла оторопела.       — Нападают, Ваше Величество! — завопил один из ворвавшихся внутрь стражников. Сердце провалилось вниз.       — Кто?       — Народ.       Стелла перестала дышать. Прикрыв глаза, она вздохнула и обняла себя, наконец понимая, что дрожит.       Конечно. О, Дракон, конечно.       — Химера осталась в зале! — закричала побледневшая Кассандра и мигом бросилась к двери, но Радиус вовремя схватил ее за локоть, не давая вырваться из крепкой хватки. — Что ты делаешь?! Там — моя, моя дочь! Химера!       — Слишком опасно, — отец поглядел на стражника и кивнул сам себе. — Нужно уходить. Эльнорд?       — Выход через левое крыло перекрыт, Ваше Величество! Отряд пытался протиснуться, но у людей с собой артефакты разного качества. Просто так не пройдешь.       — Правое?       — По последним сведениям, в нем могут быть спрятаны бомбы замедленного действия. Конечно, это только в том случае, если нас действительно предали. Для людей сейчас важно отомстить, Ваше Величество, они пойдут на любые меры, чтобы убить как можно больше человек из знати!       — Пойдем через лестницы, — неожиданно подала голос Луна. Охрипшая от испуга, она звучала неуверенно, но выбора особо-то и не было. — Выход к гостевым комнатам свободен?       Стелла удивленно посмотрела на мать, только сейчас замечая слезы на своих щеках. Чувство беспомощности и стыда охватило с головой. Взрослые думали, как поступить, а ее мысли путались, и она не могла выдавить ни единого слова, тихонько всхлипывая. Не этому ее учили родители.       — До лунной спирали?.. — просипел Эльнорд. — Дворец окружен снизу… Верхние коридоры, должно быть, еще не осадили, поэтому стоит попробовать спуститься через них и бежать в сторону леса.       — Но Химера! — закричала горе-мать, и тут уже Луна не выдержала.       — Змея эта на другую сторону явно и переметнулась!       — Не смей!       Кассандра, не медля ни секунды, вцепилась в чужие длинные локоны, оттаскивая женщину назад. Изумленное лицо матери могло бы показаться Стелле забавным или, как минимум, необычным, вот только сил удивляться таким глупостям не было.       Вспышка света — как их отбросило в разные стороны, и вот уже несколько пар глаз пристально следили за Стеллой.       — Пойдемте, — позвал Эльнорд, ничего больше не произнося. Словно она каждый день поднимала руку на мать.       Стелла не помогла Луне подняться. Вместо этого протянула руку Кассандре, глотая ком обиды в горле. Потому что будь та хоть сто раз сукой, мымрой и мачехой для нее, именно графиня переживала за свою неродную дочь больше, чем могла бы Луна. И это, к черту, была правда.       Маленький жест, почти ничего не значащий, но от него Стелла была готова разрыдаться. Дракон, как порой бывает тяжело перешагнуть через себя.       Коридор встречал их криками вперемешку с визгами, полных ужаса. Гостей — герцогов, графинь и просто выходцев из благородных семей — загнали в угол. Ревущие, молящиеся о пощаде, они вызывали не жалость, а тошноту.       — Химера! — Кассандра кинулась прочь, но бежала она не в сторону богачей, а к тем, кто стоял с оружием. В голове щелкнуло.       Графиня вовсе не собиралась бежать. Немудрено, ведь она сама являлась той, кто пошел против королевской власти.       Это был блеф. Обман.       А Стелла купилась.       Потому что завидовала Химере.       Потому что Стеллу не любили.       — Убьем короля!       Пятеро человек разом повернули головы в их сторону и подняли зачарованные вилы.       — Беги, — шепнул Радиус тихо.       — А ты?       — Схватите короля!       — Им нужен я, а не ты.       Он толкнул дочь к себе за спину, а сам вышел к революционерам и прочил горло.       — Жители Солярии, всю свою жизнь я посвятил служению нашей стране, поэтому пойти и встать перед вами сейчас — мой долг.       — Убийца! Мы долго терпели тебя!       — Ты не заслуживаешь прощения!       — Хватит играть, долой царя!       Ноги понесли Стеллу куда-то в сторону, и она, сама того не понимая, посмотрела на отца, не сомневаясь, что это была их последняя встреча.       В голове взрывались фейерверки. В соседних комнатах палили огнем, поджигали фотографии и просто уничтожали места, где прошло ее детство. Стараясь не думать об этом, Стелла не сразу заметила, как на адреналине завернула не туда, взрезаясь в кого-то из бывших придворных.        — Я схватил принцессу!       Она вся сжалась, и тяжелое «трусиха» повисло на кончике языка.       Она же фея. Принцесса. Будущая королева. Дочь, в конце концов.       Тогда почему она убегает? Почему не может перевоплотиться и начать бороться? Почему сбежала и, Дракон, так бессовестно оставила папу этим людям?       На все эти вопросы внятного ответа у Стеллы не было.       Сквозь пелену слез она разглядела занесенный над ней топор и задергалась в приступе паники.       Мгновение — но оно длилось секунды. Один, два… Почему звуки борьбы неподалеку по-прежнему не утихли?       Что-то больно резануло по плечу.       — Терпи, — чей-то холодный, но хорошо узнаваемый голос заставил ее открыть глаза.       Лицо у Химеры было перепачкано в крови. А вот бывшие придворные — мертвы.       — Ты… Дракон, что ты…       В голове не укладывалось, что Химера, с которой они взаимно терроризировали друг друга все лето, убила топором ради нее. Та, чья мать перешагнула все черты морали и бросила Радиуса, как и Стеллу, на путь революционерам, спасла ее от смерти.       — Ничего личного.       Вдруг глаза у Химеры расширились, и бордовый туман окутал ее на короткие секунды. Раз, два, три — и кокон разорвался, являя ту в темно-красном платье.       Стелла знала, что Энчантикс получают за самопожертвование ради спасения других. Но также она знала, что жертвы не всегда достаточно для этого. Энчантикс не подразумевал собой смерть. Он значил чистое и бескорыстное деяние, в котором не было злого умысла, но все еще опасное и вредящее фее.       — Я ненавижу тебя, — Химера посмотрела на нее осуждающе.       — Как и я не хочу быть тебе обязанной, — вместо слов благодарности Стелла дернулась, и плечо адски закололо. Яд. — Но мы, по сути, квиты.       — Нет. И никогда не будем.       В ту же секунду что-то невесомое тронуло ее плечо, и волшебная пыльца рассыпалась при свете солнца, скрывая рану.       Убили отца. Спасли Стеллу.       Конечно, они не будут в расчете.       — Вали уже, — видя душевные терзания уже бывшей принцессы, Химера скривилась. — Второй попытки не дам.       — Так бы и повыдергивала тебе патлы.       Стелла кинулась дальше, возвращаясь на прежний путь и молясь успеть до взрыва. Немудрено, если замок подорвут вместе с его жителями.       Споткнувшись у самого выхода, она не заметила, как ее настигла чужая тень. Не будь так измотана, воспротивилась бы чужой хватке и зубами бы отодрала светлые волосы, но усталость и шок взяли свое. Стелле казалось, что это последний день, который она живет.       — Стелла?       Она уголком глаз посмотрела на знакомую физиономию и пожелала себе, Химере, Кассандре и всем-всем на свете сдохнуть в мучениях.       — Скай?       Он что-то сказал, но Стелла не вняли ни единому слову, разглядывая его фигуру. Смысл сказанного доходил урывками, были слова вроде «спрятаться» и «почему ты здесь», однако что-то сдавливало горло, не давая вздохнуть полной грудью.       Крики. Смех. Убийства.       Скай наконец заметил, что его не слушали. Выругавшись, он стянул с руки золотой браслет, прикрытый пиджаков, и его лицо поплыло, являя на свет Брендона, который теперь старательно нацеплял его ей. Вот те на.       — Почему ты помогаешь мне? — подавив желание отдернуть ладонь, она прикусила губу. Волосы стали короткими, голос — грубее, плечи — шире.       — Я же говорил, что мне жаль, — и, не дожидаясь ответа, они двинулись к парковочной площадке.       До нашествия народа гости оставляли здесь летающие корабли. Раньше их было несколько десятков, а то и сотни штук. Теперь осталось семнадцать — одни взорвали, другие улетели на родные планеты подальше от народного восстания.       — Ты нашел Диаспро? — их встретила взволнованная рыжеволосая женщина, королева Самара. Впрочем, Стелла уже сомневалась, что это не очередная фальшивая личина под прикрытием. — И почему ты снял браслет?       — Нет, — глядя на вытянутое лицо королевы, Брендон поспешил успокоить ее, — но обязательно найду! Хира, увези их отсюда и прилетай через десять минут, мы с сестрой воспользуемся телепортом и будем на станции!       — Кто это? Кого ты сюда привел?! — Самара в панике посмотрела на Брендона, подкрепляя теорию Стеллы.       — Нет времени!       Он с силой затолкнул Стеллу внутрь корабля, а сам ретировался, подгоняя торопиться. Что-то вспыхнуло.       Когда двери захлопнулись и двигатель зашумел, Хира кашлянул:       — Следующая остановка — королевский дворец Эраклиона. Приготовьтесь, взлетаем!