Их (обугленные) крылья - 1

Переулок Утопленников встретил меня синевато-зелёным светом и прохладой. Не люблю это место. Вообще, как я знаю, среди всех проулков и закутков подземного мира, переулок Утопленников пользуется самой дурной славой. Я даже могу понять почему. Этот холодный синевато-зелёный свет и воздух…как рябь. И серебристое свечение отовсюду, словно от бликов воды и змеиные водоросли, ползающие и противные по стенам и лестницам. и этот запах сырости и плесени… Я уже не говорю о местных обитателях! Все эти синие и белые тела, раздутые или уже сморщенные, одинаково печальные и страшные, говорящие с одинаковым булькающим хрипением — всё это пугает даже по другую сторону от жизни. Впрочем, я не помню жизни. Кем-то я была там, под солнцем, но это уже не имеет никакого значения. Моя оболочка мертва, и я в подземном царстве. Со мной нет вкуса, нет памяти о прошлой жизни — есть лишь некоторые человеческие чувства, обострённые, обнажённые. И сейчас, прежде всего, я испытываю страх. Переулок Утопленников — плохое место даже для тех, кто обитает во мраке. А ещё хуже, если в этом плохом месте тебя ждёт встреча. Незаконная, но необходимая. *** Когда я осознала себя в подземном царстве, я поняла, что мне нужно устраиваться. Здесь, если повезёт, ты мог получить работу, продвинуться. Пройдут годы и может быть, столетия, но время более не властно над тобой — кто его знает, когда там следующее перерождение? А значит, нужно взять судьбу в свою руки, и пытаться найти себе комфортное место. Везде можно привыкнуть и везде можно быть в комфорте! Прежде всего я оглядела теней — это след души, блеклый и презренный, это те, кто упал в Ничто или был низвергнут за нарушение законов подземного царства. Услышав о законах, я озадачилась их изучением, но вся подлость была в том, что бюрократия подземного царства не позволяла в полной мере душе типа моей проникнуть во все своды. Это было под властью только высших демонов и приближённых к ним душ-прислужников. Становиться нечистью вроде вурдалаков и домовых я не хотела, не понимаю я этой привязанности к миру живых! Оставалось тогда найти какое-нибудь место с работёнкой и покровительством демона. Но в подземном царстве не бывает друзей и мне пришлось ждать долго, уклоняясь от взглядов и жадных любопытств тех, кто казался мне заранее опасен, и кто явно не был ко мне бы добр и дружелюбен. В конце концов, я встретила его — одного из демонов Смерти — Сельдфигейзера. Я заметила, что среди всех демонов он пользуется странной славой, с ним вроде бы и не считаются, а вроде бы и тянут повсюду за собою. Но даже не это меня привлекло. Я увидела, что Сельдфигейзер покровительствует одной архивной душе — неприметной Вериф. И действительно покровительствует! Она не принадлежала к его отделу, но он с регулярной частотой навещал её, и она запросто появлялась у него. Держались они достаточно вежливо, но тепло…значит, защиту найти возможно? Я не наивная. Я понимала, что за всё надо платить, особенно здесь, после смерти. Но всё-таки зашла в архив к этой Вериф. К моему удивлению она была самой обыкновенной, не очень-то красивой, хорошенькой, конечно, но не более того. В глазах только было что-то непонятное, лукавое, тщательно замаскированное под усталость. –Чем могу помочь? — Вериф говорила негромко, но каждое её слово разносилось по пыльному архиву. –Я…– тогда я растерялась, нервно сглотнула, понимая, что от шага в Ничто меня отделяет лишь решение Вериф — доносить на меня или не доносить. –Я вас слушаю, — повторила Вериф со стальным нажимом. В лице она не изменилась, но этот стальной тон напугал меня ещё больше. Однако — куда бежать, коль сама пришла? –Меня зовут Серпа, я — прислужница в отделе регистрации. –М…– Вериф кивнула, — ваш демон из рода Парки. Ясно. А я чем могу помочь? –Вы хорошо осведомлены, — я осмелела. — Говоря честно, я хотела бы получить дружбу с вами и с Сельдфигейзером. Она даже в лице не изменилась, лишь снова кивнула: –Вы тоже хорошо осведомлены. Но в одном заблуждаетесь. Дружбы нет в подземном царстве. Есть расчёт, выгода и взгляд в будущее. –Я думаю, что Сельдфигейзер — это милосердный демон! — призналась я. — Если бы ему что-то понадобилось, я бы с удовольствием, взамен на его покровительство… –Что понадобится или не понадобится Сельдфигейзеру, знает только Сельдфигейзер! — Вериф перебила меня неожиданно яростно. Но, видя мою растерянность, смягчилась, — я вас понимаю. Покровительство, его заступничество оказали мне хорошую службу. У него я получаю помощь, которой не могу добиться или в которой не могу довериться даже у прямого начальства. Я не знаю, почему он так добр ко мне и не знаю, будет ли добр к вам, но я передам ему ваши слова. –Передадите! — я выдохнула в восхищении. — Благодарю вас! –Ступайте, — Вериф опустила взгляд в свои бумаги, — вы рискуете, появляясь здесь без сопровождения письмом или приказом. Я спешно покинула тогда архив, а позже думала, правильно ли я поступила? Искать прямого заступничества — шаг к насмешкам со стороны всех обитателей подземного царства. Все мы ищем её, но так явно как я…так прямо? Это глупо. Но я сглупила. В какой-то момент я надеялась, что Вериф из ревности или зависти не передала моих слов, но к следующей ночи Сельдфигейзер нашёл меня. Просто вдруг вышел из тени моей тихой кельи и сел в единственное кресло, улыбаясь губами, но сохраняя во взгляде непреодолимую жёсткость. *** –Вериф поведала мне интересное, — промолвил Сельдфигейзер, наслаждаясь моей растерянностью. — Вы ищите моего покровительства? –Да, господин, — я опустила голову. Во власти Сельдфигейзера обратить меня в Ничто или спасти, провести по верхам, к карьере или уничтожить меня и мою жалкую должность. –Почему моего? — уточнил демон. — Есть Астарот, Нимлот, Малос…сотни! Многие предпочитают демониц. Кажется, Нимера в поиске новых душ. И Лилит всегда ищет последователей. Так почему я? Я не имею должного положения, чтобы покровительствовать как вы того желаете. –Вы добры к Вериф, — я чувствовала, что Сельдфигейзер не хочет мне навредить. Во всяком случае, сейчас не хочет. — Может быть, и к другим тоже? О вас говорят немного, но я не слышала о вашей жестокости или равнодушии. –Какая неудача…– Сельдфигейзер расхохотался, — демон, походящий на ангела! Но я согласен. Ярость и тьма имеют свои уровни. Меня никогда не прельщало убийство и издевательство над слабыми. Слабые — опора сильных и слабых надо защищать. Итак, вы желаете моей защиты? –Да, господин. –Вы хотите получить должность повыше? –И ещё, если возможно, господин, жить пониже уровнем. Я не могу спать. Слишком светло…понимаете? Сельдфигейзер кивнул. Некоторое время он ещё рассматривал меня, затем вздохнул: –Ох, доброта моя! Что ж, если вы хотите быть под моей защитой, вам нужно выполнять мои поручения. Выполнение моих поручений позволит мне с удовольствием способствовать выполнению ваших желаний. –Да, господин! — когда-то в груди моей было сердце. Сейчас его не могло быть. Это ясно. Но что-то рвалось в груди, трепетало радостью. Может быть, память, над которой не имеет власти смерть? –Договорились, — Сельдфигейзер полез в карман плаща и вытащил тонкий конверт из чёрной плотной бумаги. — Я дам вам должность выше вашей сегодняшней в обмен на первую услугу. –Какую? — я заранее была согласна на всё. Жизнь у меня не сложилась, но посмертие задалось! –Вы встретитесь в переулке Утопленников с одним…– Сельдфигейзер поискал нужное слово, наконец, подобрал, — с одним представителем. Вы передадите ему конверт. –и всё? — я не верила. Это же легко! Почему он сам не сделает? –Всё, — кивнул Сельдфигейзер. — Отдать конверт в назначенный час в переулке Утопленников. Я задумалась. Какой подвох? То, что он есть, я даже не сомневалась. Но глубина его? Он что, хочет проверить, полезу ли я в конверт? –Конверт запечатан от вас надёжным способом, — Сельдфигейзер улыбался. — Нет, я не читаю ваших мыслей, но всё написано на вашем лице. Я почувствовала странный холодок в груди. Если причина не в недоверии, то какая проблема может быть, если такое пустяковое дело поручают мне? –Содержимое конверта опасно? — предположила я робко. –Не для вас, — Сельдфигейзер был само очарование. — Вам нечего страшиться. –Тогда…– я замолчала. Часть меня уже хотела отказаться от всего, довольствоваться своим жалким существованием и не пытаться найти комфорта. –Тогда… –Что вас смущает? — Сельдфигейзер наблюдал за мной. –Слишком просто, — призналась я. — Передать и получить должность? Это так просто, что я невольно, простите меня, господин, невольно сомневаюсь. –Думаешь, подвох? — Сельдфигейзер перестал улыбаться. — Так спроси прямо. Он отринул вежливость. Теперь в нём было мало человеческого и больше демонического. И вот здесь, глядя на его лицо, искажённое тьмой, я поняла, что сделала большую ошибку. –В чём подвох, господин? –В том, с кем встреча! — И снова Сельдфигейзер сделался прежним. — Она с Михаилом. Мне это ни о чём не сказало. Я продолжало смотреть на демона с недоумением и его это, очевидно, утомило. Он объяснил, снисходя до моей глупости: –С архангелом Михаилом, Серпа! Вот здесь мне стало плохо по-настоящему. Архангел! Встреча! Это незаконно! Это возможно только после договорённостей высших, с обязательным извещением Самого…и тут я? Я, тихая и ничтожная Серпа? К Архангелу? –За что…– прошептала я, слёзы неконтролируемым потоком струились по щекам. — Вы что?! –Законный запрос долог, — тон Сельдфигейзера был мягок. — Ситуация экстренная, требует вмешательства всех сил. И моих тоже, и твоих. Мою отлучку заметят, а твою нет. Он рискует больше, спускаясь к нам. Так что, нет повода для переживаний. Это всё нормальная практика. Время бесконечно для нас, но даже мы не можем им управлять. Здесь же речь о людских жизнях. У людей…как бы тебе объяснить, случился непредвиденный всплеск одной болезни. По нашей воле. Мы не добирали смертей за столетие и придумали…но тебе же неинтересны тонкости. Верно? Я кивнула, слабо понимая, с чем соглашаюсь. –Мы придумали и воплотили. А вот теперь остановить не можем. Наверху паника, бумажки, что мы им давали, размокли, видимо, под дождём, вот Михаилу и нужны теперь наши разработки, чтобы остановить. –Остановить? –Ну болезнь, — с лёгким раздражением ответил Сельдфигейзер. — Вакцина там, таблетки… словом, не твоего ума дело. Помоги людям, мне и верхам, передай конверт и получи свою награду. Идёт? Я поколебалась, затем кивнула, соглашаясь. Если всё так, как сказал Сельдфигейзер, то хорошо. Можно сделать и это даже…благородно! Но почему же так страшно? *** Переулок Утопленников наводил на меня удушливую тоску. Что-то было здесь такое, в этом свете и в этом тихом поползновении змеиных водорослей, что заставляло меня думать о вечности, о том, чему не дано свершиться и жалеть вдруг о солнце, которое проникало в мою келью, которое мешало мне спать, и по которому, как мне казалось, я никогда не буду скучать. Благо, ждать пришлось недолго. Карман оттягивало странным жжением от запретного конверта, а в сердце билось утонувшее в страхе чувство…человеческое чувство. –Ты кто? — громыхнул позади суровый мужской голос, и я подпрыгнула и только после этого обернулась. Передо мной стоял мужчина. Высокий, облачённый в белое и золотое, он казался мне величественной колонной. И глаза…эти ярко синие глаза, напоминающие в этом месте только о воде и ни разу о небе. –Здра…– я поперхнулась. — Вы Михаил? –Архангел Михаил! — грозно поправил меня гигант. — Ты кто? –Серпа, — представилась я, надеясь, что никогда не встречусь больше с ним, и что моё имя, жалкое, на самом деле имя, он забудет. — Я от Сельдфигейзера. –Где сам Сельдфигейзер? — архангел, казалось, одним взглядом может прожечь меня насквозь. А может быть, это и так. Скорее всего, он сражался с нашими легионами, с нашим царством и заранее презирает всех, кто в нём оказался. –Сельдфигейзеру сложнее отлучиться, — я попыталась заступиться за демона, хотя больше всего мне хотелось заступиться за себя. В идеале– заплакать. Говорят, эти, сверху, очень милосердные и добрые. Может быть, мне повезёт?.. –ну конечно…– с ядовитым пониманием согласился Михаил, — демону средней руки сложно отлучиться через два проулка! –Вам же надо! — я неожиданно огрызнулась. Страх от места и от близости к архангелу трансформировался в желание обороняться ещё до нападения. Михаил даже в лице изменился от гнева, но вдруг снова стал прежним. Он протянул огромную ладонь и велел: –Отдай конверт. Я сделала это с радостью. По возможности, я попыталась не прикасаться к Михаилу. Архангел с ненавистью вскрыл чёрный конверт, несколько кровавых капель упало на его ладонь и испарилось, проявив на коже знаки. Михаил внимательно в них вгляделся, а затем разодрал конверт в клочья. Всё это время я боялась и не могла пошевелиться. Сельдфигейзер сказал передать. Но разве могла я уйти просто так? Наконец, Архангел обратил на меня внимание и промолвил: –Передай Сельдфигейзеру, что всё в порядке! Я не успела согласиться. Новый голос позади меня, на этот раз принадлежавший самому Сельдфигейзеру, весело отозвался: –Я рад услужить! Я обернулась так резко, как только смогла. Сельдфигейзер действительно вышел из тени и был спокоен и собран. Даже насмешлив, как, наверное, все демоны. Несмотря на демоническую сущность и перепугавший меня голос, я была рада Сельдфигейзеру. Он заметил меня, кивнул: –Молодец, Серпа! –Что, нашёл две минуты? — Михаил не разделял моего восторга. Я не знаю, что между этими двумя случилось, но определённо что-то случилось однозначно, иначе почему в каждом их слове друг к другу столько яда? Не только ведь из-за принадлежности к разным мирам. –Выкроил, — не стал скрываться Сельдфигейзер. — При случае, я не виноват. Конверт дал не я. Мою радость как будто бы иглой раскалённой прокололи. –Ты…ты меня подставил?! — я взбесилась, но угасла. Ага, на демона лезть. Нашли дуру! –Конечно, он тебя подставил, девочка! — Михаил поспешил ответить мне прежде Сельдфигейзера. — Он же демон! Они все друг друга подставляют и предают! Они предали свет, предали Бога, предали небо, так не побоятся предать и… –И людей мы предали, и первого человека мы оставили, — Сельдфигейзер даже не взглянул на меня. Лик его снова терял человеческие черты, обнажая куда более древние, демонические. –Не паясничай! — обозлился Михаил, — Я же… –Не при исполнении. Как я погляжу, — Сельдфигейзер откровенно издевался. Они стояли друг против друга в переулке Утопленников, готовые сойтись в битве, похоже, не в первой, и не в десятой, в древней, непрекращающейся борьбе, а я стояла между ними, обмирая от двойного страха и молясь (!) не зная даже кому молюсь. Наверное, людскому богу. У них же должен кто-то следить за порядком, да? Но битвы не было. Ничего не было. Сельдфигейзер вдруг улыбнулся и протянул Михаилу руку, архангел демонстративно вытер ладонь о свои светлые одежды и пожал её. Затем последовало краткое, очень яростное объятие и два представителя двух миров разъединили рукопожатие, а затем как по команде, посмотрели на меня. Больше всего на свете и тьме я хотела провалиться. Куда-нибудь вниз, очень глубоко, где никакие Михаилы и Сельдфигейзеры меня не найдут. –Извините, — на всякий случай сказала я, не понимая значения их взгляда, но всем существом своим оставшимся чуя, что мне лично ничего хорошего не будет. Михаил взглянул на демона: –Что за девчонка? –Для местной работы, — отшутился Сельдфигейзер. Сейчас в его взгляде не было никакого намека на сострадание или сочувствие. Он смотрел на меня, но видел не меня, а… Преграду. Преграду на пути к тайне! –Я ничего никому не скажу! — выпалила я, соображая. — Прошу вас!.. Я всего лишь хотела новую должность и комнатку. Неужели вы… Сельдфигейзер с усмешкой взглянул на Михаила: –Если ваша светлость вступится, я, конечно, помилую девчонку. Михаил раздражённо повёл плечами: –Меня здесь нет. –Я тоже так думаю, — Сельдфигейзер взглянул на меня, — за связь с врагом и попытку передачи запрещённой информации, я — демон средней руки, именуемый Сельдфигейзером, приговариваю тебя, Серпа, к вечному Ничто! Я ещё плакала и умоляла, ещё пыталась спастись, и даже оттолкнуть Сельдфигейзера, ускользающим сознанием отметив как блестят золотые крылья удаляющегося прочь Архангела, но Ничто уже нагоняло меня. Оно навалилось на меня пустотой и бездушием, подминая грубо под свою действительность, сминая и калеча, низводя меня… Я барахталась ещё, чувствуя, как немеет тело, а затем все краски, запахи и шорохи угасли. Осталось одно Ничто. *** –Хочешь шоколадку? — спросил Сельдфигейзер, просовывая голову в архив. Вериф, пытающаяся уже пятый час изображать бурную деятельность, обрадовалась: вкус она не чувствовала, это людское, но внимание демона, приносящего ей контрабандой вещи из мира живых, ей нравилось. Она ела и пила его подарки из принципа. –Хочу! Заходи! Сельдфигейзер скользнул в архив, а Вериф уже торопливо наливала ржавую горячую воду, сыпала в кружки безвкусное сено… –Как день? — спросила Вериф, с удовольствием отламывая дольку. Вкуса не было, но что-то билось в ней, ликующее от шоколадного аромата и слабых ощущений. –А…– Сельдфигейзер отмахнулся, — встречи, работа, пришлось в Ничто одну дурру отправить. Представляешь, с врагом пошла на сговор. Документы попёрла. –Дура! — согласилась с энтузиазмом Вериф и откусила ещё большой кусок. — А ты её в Ничто? –А как иначе? — пожал плечами Сельдфигейзер. — Врагам нельзя информации. Сама знаешь. –Кстати! — Вериф вдруг щелкнула пальцами, — а ты с той девчонкой переговорил? Серпой. –Серпой? А. да. Переговорил, — Сельдфигейзер улыбнулся, — дурная она какая-то. Подавай ей должностей да почестей. Откуда я их возьму, спрашивается? Словом, пусть сидит в своем отделе. Ты забудь. –Хорошо, — согласилась Вериф, доедая шоколадку. Сельдфигейзер так и не съел и кусочка. Зато наблюдать за ней ему нравилось — это было от жизни, от мира живых. куда Сельдфигейзер очень хотел вернуться. Настолько хотел, что даже пошёл на сговор с Михаилом, надеясь, что архангел как-нибудь поспособствует его возвращению.