Мне больше не одиноко

-Ты веришь в сверхъестественное? -Ты имеешь в виду…? -Ну, там в призраках, Вуду, например -говорила она шепотом, поглядывая на водителя. -Тип как в битве медиумов? -чересчур громко и в злобной усмешке, выразился он. -Дим, я серьезно! -сказала девушка недовольно, нахмурив брови. На самом деле Дима знал о существование призраков и всего такого. Как минимум, его лучший другом был одним из них. Просто, как минимум именно сейчас, он не хотел поднимать эту тему. «Скажу ей прямо, она меня за сумасшедшего примет. Не хватала мне еще этого» Он понимал всю важность этого разговора, но понимала ли ее Оля? Для нее, это темы, была так же важна, как и для него? Дима не хотел терять свою последнюю соломинку, связывающий его с реальным миром. «Не с духом мне ведь на постоянку общаться, в конце то концов» И вправду. Особенно, после одного случая, который он вспоминал со скрипом. Ту ситуации, когда он решил променять своего верного друга Олежу, на каких то своих, как он их тогда даже сам называл, ”настоящих друзей“. Точнее, они "вместе" (со слов все тех же ”друзей”) в тот день, решили пойти попрактиковаться игрой в группе и этим, не занятая этого, подставляя Диму, и его друга Олежу, на возможность быть навечно забытым в недрах комнаты для потерянных вещей. «-пошли вместе, попрактикуемся, Дим. Будет круто! А в итоге что? Кинули меня… Бляди» Ему казалось, что его, так называемая девушка, как будто сейчас специально, заставляет вспоминать его о чем-то столь неприятном. Да и в последнее время, казалось, что она, как и его друзья когда-то, хочет подвести его к такому важному “совместному решение”, как расставания, приговаривая, что виноват не он, а она и так далее. Тоже кинуть, в общем. «Серьезно! Почему именно сейчас? Мы ведь так давно не виделись…» Парень сложил руки на груди. Задумался. Всмотрелся в зачарованные дали. Город утопал в золоте. Не было мест, куда бы оно не просочилось. Теперь темные, мрачные, невзрачные переулки улиц, выглядят как витрины самых дорогих магазинов бижутерии Москвы, никак не меньше. Теперь по злачному городу разъезжали не старые, разваливающиеся советские машины, что крылато выражаясь называли "семерки” и ”девятки” , а настоящие, просто не отшлифованные слитки золота. Теперь даже те, несколько не развалившихся бедных домишек, выглядели как коттеджи обезумевших олигархов, покрывшие свои имения драгоценным металлом. Он думал: перевести все в шутку или рассказать ей, о его призрачном друге (что было бы, очень рискованно и необдуманно ); или согласиться, не уходя в подробности, и просто выслушать ее… -Допустим, верю. Что дальше? -он повернулся к девушки, со спокойным лицом, ждущим продолжения. -Точно?… -Да, говори уже…-сбесился он. Он был слегка на взводе, за весь прошедший день. Присмотревшись в ее пронзительные глаза, он понял, как сейчас, важна для нее это тема. Брови домиком, взволнованный взгляд. «Нужно быть мягче» Выдох. -Расскажи мне, пожалуйста -он взял ее ладонь в свою руки, начав большим пальцем, проводить по ее костяшкам, этим пытаясь успокоиться ее (хотя,скорее себя). -Это связано с моей мамой -дальше, все ее слова звучали чувственно, а речь- ранимой, но она не отворачиваясь, продолжая смотрела в его глаза, уверенно, как бы говоря этим «все хорошо, это старые раны. Они уже почти зажили» -У меня раньше был брат… Да ты и сам знаешь. Давай я позже, более подробно он нем расскажу, сейчас это не главное. - в эту секунду, как никогда было отчетливо видно, что брат, занимал отдельное место в ее сердце. Она на миг увела взгляд, избавляясь от лишней влаги, появившиеся в уголках ее глаз. -И некоторое время назад, моя мама впервые решила прийти на то место, где он жил…до своей… -она не стала заканчивать предложение, но и так было понято до чего. Одной рукой она стала смахивать не успевшие образоваться слезы. Она держалась как могла, чтобы не разрыдаться, расчувствовавшись. Дима сильнее сжал ее ладонь. -Она никогда раньше не приходила на то место… Как впрочем и я…Я… Просто мы уже тогда перестали общаться, ну, а после… - она тяжело выдохнула, уведя взгляд.-Я только знаю, что он жил, где-то в твоем общежитии… У Димы закрались какие-то непонятные мысли, но он тут же их отбросил. -Просто она, вроде пришла в шоу каком то сниматься, точно не помню. И… знаешь что? -она открыто, больше не отводя взгляда, стала вглядываться в его глаза, приблизившись. Может, она искала в них поддержку? Она позволила Диме, взять обе ее ладони в свои. По ее щеке пробежала одинокая слеза. -Она говорила, что почувствовал его присутствие там… Мама верит в том, что он все еще может быть жить -она говорила вполголоса, всхлипывая, почти рыдая. Туш, некрасивыми подтеками, растеклась под ее глазами. По ее лицо прокатился последний намёки на тот сказочный дорогой, золотой городишка. День опустошил себя, возвращаясь к пустой, темной, однотонной реальности. Золотой закат, сменился на вечерний полумрак. -Мама думает, что может быть он стал неприкаянный духом или что-то вроде того. -“Он там, совсем один, скучает. Ждёт, когда мы к нему придём„… Так она мне сказала. Казалось, она не только пересказала слова своей матери, но и собственные собственные. Оля была в обиде, на саму себя за то, что ни разу за все время, та и не решила прийти в тот закуток, где он не обитал и где он, может быть, умер. Ей также было совестно, ведь может быть, как раз из за него брат и совершил самоубийство. Никто не знал правды его смерти, кроме самого Духа. Для Оли, картина была давно ясна. Его недолюбливали дома, в школе и даже собственная сестра оборвала с ним связи. Он всегда был отдраенным и сам себе на уме. Она была уверена, что даже съехав от родителей, над ним продолжались издевки, только уже в университете, и контроль, со стороны родителей, точнее отца, от расстояние не прекращался. Он всегда, всеми силами, пытался заслужить любовь родителей, особенно самого требовательного члена семьи, отца. Он дел то, что он хочет. Шел туда, куда он скажет. Бросил актерский, как он хотел. Пошел учиться туда, куда он хотел. И на почве этого он… Дима, хотел сказать что-то успокаивающее, но не мог подобрать слов. Он, для интереса, попытался перенес всю ее историю, на своего призрачного друга. Олег, никогда не рассказывал ему, о своем прошлом и о том, что он чувствовал, после того, как погиб и остался совсем один. Что он чувствовал все это время, находясь взаперти в той старой, заплесневелой комнатушке с двумя спальными кроватью, лишний раз, напоминающий ему о том, насколько он одинок. Две кружки, 3 тарелки, несколько ложек и вилок. Но не с кем разделить завтрак, обед и ужин. Утро, день и ночь. А точно, ему же не нужна еда. Он ведь уже мертв. Он ходячий труп. Чей-то ночной кошмар. Демон, что среди ночи открывает окна и с продолжительных скрипом открывает закрытые десятки лет двери. Это он стоит на кровать, следя за тем, как ты засыпаешь. И это он, шепчет тебе всякую чертовщину, желая завладеть твоим телом. «Лучше не думать об этом… Олег совсем не монстр, ведь так…? … Надеюсь, он хотя бы про себя так не думает» Хоть он и попытался сопоставить историю Оли со своим призрачным другом, но, по его мнению, рассказы не совпадали. Олег не выглядит несчастным. Да и студент был уверен, что его сосед по комнате уже давно никого не ждёт. Кроме Димы, конечно. «Да, недавно к нему приходила его живая мама, но кто бы в его случае не расчувствовался? Это было бы очень в духе него. Хах, в духе… Неважно… Весь такой из себя нежный, ранимый. Аж противно. Да и еще чего много могла понапридумывать старая, несчастная женщины, потерявшая (видимо) своего любимого, ненаглядного сыночка» Дима никогда не расспрашивал духа, о его родителях, семье, родных. Ему было просто не интересно… в первое время, а сейчас он не хотел лезть в его личную жизнь, чтобы не ранить его еще сильнее. «А то еще расплачется… Как в тот раз» Хотя, сейчас он думает, что это бы не помешало их застоявшемуся расследованию. Одна мысль неприятным скрежетом, проскользнула в его голове. «А, что бы чувствовал мои родные, если я в один день, так как он…» Сердце пропустило удар. «Н-неужели он чувствовал тоже самое? … Не нужно думать об этом. Сейчас же ведь все хорошо. Хотя, если бы не Олежа в тот раз…» Сейчас, ему даже не надо было даже представлять, что чувствуют те несчастные люди, потерявшие своих родных и близких. Достаточно было посмотреть на Олю. -Глупости она говорит … Такого не может быть… Он был дорог ей… И ей теперь видимо мерещатся веские духи- она слегка саркастическим, рассмеялась. -Не может такого быть, да? Она изучающее посмотрела ему в глаза и видимо, не найдя в них ни согласия, ни отрицания ее словам, из за его вопрос, теперь ставшим риторическим, зарыдала. В самый обычный день, сидя в машине, рядом со своим возможно, будущим мужем, только о мысли о том, как страдании ее родительница, которую она видит, только по праздникам. По факту, ничего такого не случилось. Ее родственник умер несколько лет назад. Она давно оборвала все связи со своими сложными и требовательными ко всем и ко всему, родными. Особенно с гнусавым отцом. Но она все ревела. Потому, что она и в правду, все еще продолжал любить свою маму и своего давно умершего брата, хотя это, она могла и скрывать. И сейчас он хотела, что ее кто-то услышал, поддержал. Он прижал девушку к себе. Она уткнулась в его плече и громче прежнего, заскулила, этим пытаясь выжить все соки из этой ситуации. Чтобы все эти воспоминания о опечаленной матери, не оставили несмываемый отпечаток в ее памяти. Парень гладил девушку по спине, по волосам, пока та, приобнимая, изливала ему свою душу. Только сейчас он почувствовал, насколько девушка замерзала под леденящими каплями дождя. Она еще не успела согреться, хоть и обогрев в машины был включён на максимум. Ее всхлипы приглушали размеренный звук колес, проносящиеся по асфальту. Сейчас, кроме них, одних, никого больше не было, ни существовало. Было так приятно просто обнимать своего любимого человека. Без подтекстов, без лишних фраз. Ощущать под ладонями ее шерстяной свитер. Вдыхать исходивший от нее запах дождя, в перемешай с каким-то цветочным. Можно было представить, что так пахла сирень или фиалка. Парень не разбирался в цветках, но для него это был какой чувственный, терпкий, женственный цветок. Он не мог видеть, но мог чувствовать как девушка перестала хмуриться. Расправила плечи. Всхлипы прекратились. Пришло чувство облегчения. Они до последнего, пытались согреться теплом друг друга, предвещая скорую разлуку. Девушка ослабила руки, до этого опутывающие парня. Все это время, он чувствовал какое-то странное чувство дежавю. Они посмотрели друг другу в глаза. Его руки опустились на ее талии. Студент приблизился к ее лицу. Всего несколько мгновений и он потонет в чувствах к ней. -Остановись…пожалуйста. Ты забыл? Нам еще не видеться еще где то 3 недели. Я не хочу, чтобы ты еще сильнее мучился, из-за нашей разлуки- спокойно, отвернувшись от него, сказала она. -Да, и мне охота, помучить меня~ «Заинтриговала, это не то слово~» Он послушно отодвинулся от нее, но перед этим что-то прорычал, в ее приоткрытые губы. Хотя, парня не покидало чувство, что его просто обломили. А потом… его что-то ударило в голову. «Это дежавю… Это же не.. Нет, вы же мне не хотите мне серьезно сказать, что я поцеловал… своего друга! Я представ… Или мне показалось… То есть, на месте Оли, мог быть… Олег?!» Да, даже спустя несколько дней, где то на окраине его сознания, оставалась жить мысль, о том: «Не был ли тот раз слишком по… гейски…?» Он не мог забыть об это, ведь жизнь в России и предрассудки, не давали ему покоя. Сейчас Дима, как никогда был благодарен Оле. Не зря, она у него все еще в статусе девушки. «Нет, что за бред…» Он был уже на нервах. И чтобы, окончательно, убедить себя в том , что Олю и Олежу, ничего не связывает, они совсем не похожи, и вообще «я сбрендил», он прикрыв глаза, притянув девушку обратно к себе и впился в ее губы. Это был страстный поцелуй. В начале она, что то недовольно мычала, но в итоге поддавшись, растаяла. Дима давно так сильно ее не хотел, как сейчас. Долгое расставание играло свою роль, так думала девушка, и доля правды в этом была. Оля пока не понимала: огорчаете ли ее это или радует. Она положила свою ладонь ему на затылок, проводя по неряшливым, мокрым локонам. Парень резко разорвал поцелуй, оставивший на нем немного какого-то бальзама для губ. Парня опять прошибло на воспоминания. Для девушки его нервозность, казалась сильной страстью, заскучавшего по ней парня. Он как то неуверенно посмотрел на Олю. Это точно она? Вроде, все те же пышные пурпурные локоны, с двумя передними прядями голубоватого цвета. Все те же узкие плечи, за которые, он сейчас ее обнимал. Все те же пухлые губы, в которые он, несколько мгновений назад, впивался. Это точно была она. Но откуда тогда, такой неприятный осадочек? «Они совсем не похожи. Такого не может быть. Тебе кажется» пытался убедить себя в этом парень. -Приехали, голубки- ехидно сообщил водитель молчавший всю дорогу, останавливаясь где-то возле многоэтажек, у подъезда, где живет девушка. Они неуверенно посмотрели друг на друга, пропустив насмешливое замечание, мимо ушей, глупо улыбаясь. У Димы было еще много того, что он хотел ей рассказать, а у нее еще было много всего, что она хотела у него спросить и то, что она хотела от него скрыть. Она первая нарушила их неловкое молчание. -Ладно, я пойду. Скоро встретимся- она выбежала из авто, в конце грустно улыбнувшись ему. На улице к тому моменту, уже сильно стемнело. Она быстрым шагом направилась к своему подъезду. -Едим? -Подождите… Парень смотрел на то, как девушка набирает код подъезда и потом заходит, закрывая за собой широкую железную дверь с характерный скрипящим звуком. -Едим. Машина вплыла во тьму. -Твоя? -всё еще ехидно, спрашивал таксист. -А чья еще- так же с насмешкой ответил парень. -Просто, я просто не первый раз ее подвозу. Тот зализанный, ваш с ней друг? -Зализанный? -Да, он еще такой высокий, в плаще. Это он вам такси заказ. -…Нет, не друг. А что, он как кто клеился к ней?- с нарастающей злобой к Антону, спросил парень. -Нет. Не знаю. Но он не первый раз, твоей такси заказывает. -Правда? -Думаешь я буду тебе врать, сынок - водитель, серьезно посмотрел на молодого юношу, через стекло заднего вида. -Просто, я к той местности закреплен. Так как то получается, что именно ее подвожу. «Так это и вправду, Антон. Он к ней все таки клеиться(?)…» Честно говоря, у Димы не оставалось даже сил, даже на то, чтобы об этом просто думать. Он бы готов, в любую минуту отрубить, прямо в машине. Этот дождливый, изматывающие долгий день, тянул его в сон . Он решил оставить выяснение отношений на потом, вспоминая как незаслуженно ударил Антона по лицу, за что его приложили лицом к полу. Он обратил внимание на свою руку. Она слегка побаливала и на ней красовалось краснеющее со временем отметина. Скорее всего это было растяжение или вывих. А может, он просто оставил на нем синяки, что еще не успели, должным образом, образоваться. Сейчас его это пока не сильно волновала. В машине на удивление было аномально жарко. Голая шея покрылась испариной. Сейчас было не естественно темно, даже для ночи. Луна скрылась за кучевыми облаками. Где-то громыхнула молния. «Опять пойдет дождь? Блин, зонта не…» Он посмотрел на соседнее сиденье. Там спокойно лежал чёрный зонт Оли. Успев увидеть его только краем глаза, он уже думал о том, как и когда он ей его вернет. «Завтра… или может через неделю…» Он просто искал предлог, чтобы встретиться с ней раньше назначенного ею срока. «И почему она должна назначать мне какие-то сроки? Я что, не могу просто так встретиться со своей девушкой?» -в каком-то спутанном сознание, подумал он. После с той долгой разлуки, такая сумбурная встреча… И снова расставание. Но теперь, после всего пережитого сегодня, он мог в целом, рассуждать здраво. В последнее время он все меньше старался руководствоваться только чувствами и эмоциями… Пока получалось плохо. Ведь опьяненном алкоголем, сигаретами и юношескими чувствами мозгу, не могло пока сформировала, нормальных, здравых, мыслей. «Так Оля, получается, чаще видеться с Антоном, чем я? Может все таки… Нет, Пурпурная мне бы не изменила. Мы же только, что с ней целовались и договорились встретиться, через месяц…» …Он ревновал, но не только это, застряла думать его об ее измене. Дима никак не мог себе объяснить другое. Она была холодна к нему из-за учебы и поездки к родителям,по ее словам, но она ведь перестала звонить ему еще в декабре, еще до всего этого «Пурпурная мне врет ? Пурпурная мне врет…» С этой мыслей он открыл окно. И выкурил последнюю сигарету из пачки. А затем отрубился, прямо на задних сиденьях такси, плывущего во тьме.