Увиденный

Голова кружилась, а в ушах стоял такой звон, что я боялась открыть глаза и почувствовать боль. Тело было тяжёлым, я физически ощущала тяжесть, которая свинцом лилась по венам, убийственным холодом проходя через сердце. Губы подрагивали, и я не сразу смогла вдохнуть, ощущая кожей прохладу пронизывающего ветра, но моё плечо тронула тёплая ладонь, и я вздрогнула, резко разворачиваясь, наблюдая за тем, как Волод настороженно осматривает место, в котором мы оказались. — Где мы? В нашем времени? — затараторила я, но парень нахмурился, съёживаясь всем телом. Его красные глаза казались зловещими в этой полутьме, но он не подавал вида, что что-то не так, лишь медленно поворачивал головой в попытках уловить что-то, ведомое только ему. Со стороны послышался скрип, и парень резко закрыл меня собой, напрягшись ещё больше. Я видела, как он измотан, все мышцы Демона подрагивали, дыхание было сбивчивым и неровным, мне казалось, что он находится на пределе своих возможностей. — Для Демона это будет тяжёлым испытанием, — проговорила Эмильда, смыкая губы. — Готов ли ты на этот шаг? — Делайте, мы должны вернуться. Женщина улыбнулась, но в этом жесте не было ни капли радости. Скорее грусть и сожаление. Мне стало по-настоящему страшно, когда скрип оказался отворившейся дверью, в свете которой я увидела очертания мужчины. Волод дёрнулся, но в ту же секунду начал заваливаться набок, закрывая глаза и с громким звуком падая на землю. Тут же подбегаю к нему и, кладя руку на плечо, замечаю капельки пота на лбу. Его лихорадило, а кожа была настолько горячей, что казалось, будто у него жар. Но Демоны не болеют, ведь правда? Сердце пропустило удар. А что, если мы не в нашем времени? Если мы где-то застряли? Что, если это вообще всё галлюцинация, насланная Эмильдой? Я услышала неторопливые шаги в нашу сторону и резко обернулась, закрывая собой Волода. Не знаю, что я могла бы сделать против другого, даже самого низшего Демона, но я загородила собой парня. Хоть на секунду, даже меньше, я смогу продлить ему жизнь. Я чувствовала себя такой беспомощной, вечно полагаясь на их помощь, а сама была мелкой мошкой, которая жужжала и мешала всем остальным. Мне стало настолько обидно, что я сжала зубы, стараясь проглотить ком в горле. Подумаю об этом позже, немного позже, а пока надо что-то сделать. Но что, если передо мной окажется не человек? — Не подходи! — выкрикнула я, расставляя ноги в сторону, чтобы, в случае удара, Волода задело минимально. — И стой на месте! Незнакомец не слушался, лишь продолжал идти в нашу сторону и я почувствовала, как мои ноги начинают дрожать, а дыхание учащаться от страха. От настоящего животного страха. Поднять Волода я не смогу, если это не человек, то все мои попытки защитить себя и Демона будут провальными. Что, что мне делать? Послышалась усмешка, а после уставший, но до боли знакомый голос с хрипотцой, тихо, но так пронзительно застрявший у меня в голове, произнёс: — Нашёл. Эребос? Он? Я прищурилась, стараясь разглядеть мужчину, прекрасно зная о том, как Демоны могут обмануть, но, увидев знакомые глаза, выдохнула, падая на колени. — Интересно, как бы ты защищала меня? Демон оказался возле нас, а следом за ним невозмутимо зашёл Зенк, сея прохладу вокруг себя, громко щёлкая пальцами, после чего мы оказываемся во владениях Эребоса и я встаю, ощущая головокружение, но твёрдой походкой направляюсь в Володу. — С ним всё будет в порядке? Будет же? Скажи мне! — кричу я, оттаскивая Зенка за руку. — Скажи, что всё будет хорошо! — Успокойся, — устало выдыхает Демон и кладёт мне руку на плечо, как-то по-дружески сжимая его. — Он измождён, вот только… Что могло заставить его так отключиться? — Где вы были? — резко произнёс Эребос, всё это время наблюдающий за нами. — Я не чувствовал его и твоей части души в нашем мире, мы искали вас повсюду, но вы не откликались. Я сглотнула, и Демоны оглядели нас, смотря на нашу одежду. — Мы были в тысяча семьсот втором году, нас туда затащил Слав, но мне кажется, это было сделано не для того, чтобы нас наказать, а для кое-чего другого. Он играет в игру, которую мы с Володом пытаемся понять, обставив всё так, словно он помогает своим, но на самом деле помог тебе, Эребос. — Чем же? — Через три дня, в том году, в котором мы были, Милания возлежит с Зенком, в следствии чего у неё пропадёт сила, сейчас она не имеет того, что было раньше. Тысяча семьсот второй год — расцвет охоты на ведьм. Иными словами, это было время ведьм, которых через пару лет уничтожили всех до единой, и именно в том году жила самая сильная из всех. Эмильда. — Что? — проговорил Эребос, оттолкнувшись от стены. — Эмильда? — А тебя не удивляет, что эти были вместе? — сказала я, отвернувшись от Зенка. — Из-за этого она и не смогла помочь! — А ты? Как ты собираешься помочь нам? А? Я сжала кулаки и полезла в складки юбки, доставая свёрток и кидая его на пол, не собираясь давать его Демонам в руки. — Волод чуть не сдох там, нас чуть не раскрыли, он был моим проводником, нашёл людей, которые нам помогли, нашёл ведьму, всеми силами старался сделать хоть что-то, пока я находилась в доме, размышляя над тем, что мы здесь делаем. Я перебирала в голове кучу информации об этом времени, цепляясь за ниточки изученного в школе и прочитанного в библиотеке. И вы спрашиваете, что мы сделали? А если бы мы оба ничего не поняли, ничего бы не сообразили, не вынюхивали так тщательно всё то, что там происходило, что бы делал ты, Эребос? — я со злостью провела по платью ладонями, подгибая подол. — Не стоит недооценивать того, что сделал для тебя Волод, и не стоит упускать из внимания поступок Слава. В свёртке находится камень, там заключена сила Милании, либо вы делаете всё сейчас, либо теряете драгоценное время, и по истечению трёх дней испарится и этот шанс на твоё спасение. — Спасение? — поднял бровь Эребос, словно пропустив все мои слова до этого. — Хочешь подохнуть, пожалуйста, но не смей из-за этого забирать и его, — я кивнула на Волода, проведя рукой по его лбу и поправив подушку. — Он меня спасал, и он со мной возился. — Ты забываешь, с кем разговариваешь! — зло прорычал Эребос, подходя ближе. — Мне уже плевать, — отрезала я, даже не посмотрев в его сторону. Мне жаль, что он умрёт. Я распахнула глаза, резко вставая с места, чуть ли не упираясь в Демона, который пожирал меня чёрными глазами. Не знаю, куда делся весь мой страх, возможно, я тронулась головой, но теперь, стоя перед Эребосом, я не сжималась, а наоборот, хотела показать ему, что теперь я его не боюсь. Страх перед ним исчез, словно я чувствовала, что он не собирается причинять мне боль. — Да, спасения, — проговорила я, тяжело выдыхая. — Я не знаю, что ты конкретно хочешь узнать, но сначала займитесь твоим состоянием. Об остальном мы поговорим позже. Зенк, наблюдавший за этой картиной со стороны, рассмеялся и громко похлопал в ладоши, подходя к нам. — Я не помню, кто с ним разговаривал так в последний раз. Пойдём, не будем терять времени.

***

Я нервно сидела в комнате, которую мне выделили до этого. Аврора хоть и была холодной, но я видела, как она переживает и вздрагивает каждый раз, улавливая звуки со стороны комнаты Эребоса. С тех пор, как мы вернулись, прошло два дня. Володу становилось лучше, но в себя он не приходил, Кириан постоянно находился рядом с ним, и я составляла ему компанию, надеясь на то, что в скором времени он очнётся. Все находились на грани. Милания и Зенк не выходили с тех пор, как забрали камень, они были в его покоях, но что происходило за закрытыми дверьми — я понятия не имела. На душе было тревожно, я перебирала огромное количество мыслей в голове, не решаясь рассказать о них вслух, поскольку видела, в каком состоянии находится Кириан. Держать всё в себе было сложно, но я старалась время от времени отвлекаться: читала книги в библиотеке, ходила по саду, старалась разговорить Аврору, которая лишь недовольно смотрела на меня и уходила, не удосужив и словом. Дома я не была с тех пор, как мы с Володом исчезли. Я очень переживала за маму, но Зенк что-то сделал. Я не знаю, что именно, но поработал с её сознанием, и женщина не объявляла меня в розыск. Я созванивалась с ней сегодня утром, когда была в своём измерении, направляясь в кафе, и мы мило побеседовали. Идя по коридору, я резко облокотилась о стену, ощущая в висках пульсирующую боль, чуть припадая к стене. Мысли, кружащиеся в моей голове, довели до мигрени, поэтому каждую ночь я находилась на таблетках. Да, именно на них, а не на каких-то настойках Эребоса. Кириан позаботился о том, чтобы в моём ящике лежала целая аптечка. — Быстро! — проговорила Аврора, пробегая мимо меня. — Хозяин очнулся! Я побежала за девушкой, краем глаза замечая, как из комнаты брата выбегает Кириан, стараясь не отставать. Мы остановились у его двери, после чего Зенк открыл её, устало смотря на нас, запуская внутрь. Эребос лежал на кровати, выглядел он не очень хорошо, но по виду Милании можно было понять, что всё получилось. К лицу девушки прилипали мокрые светлые пряди, а она вся тряслась, но улыбалась, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. Атмосфера в помещении царила тяжёлая, и мы помедлили. Но я первая сделала шаг, подходя ближе, осматривая Демона и то, как к его телу прилипла футболка, пропитавшаяся потом и в каких-то местах кровью. — Я же говорила, что помогаю. — Но основную работу сделала не ты, — ответил Эребос, поворачивая голову. — Да, не я, а Слав и Волод. В лице Демона что-то изменилось, казалось, его чёрные глаза стали ещё темнее, и я поёжилась, но отходить не стала. Правду скрывать не собираюсь. Но даже в таком положении и с таким наглым разговором я была рада, что с ним всё хорошо, внутри почему-то стало легче, словно огромный валун, тянущий меня вниз, исчез, и теперь я могла вздохнуть спокойно, не переживая и не волнуясь о том, что случится через минуту. — Ты должна всё рассказать, — сказал Эребос, переводя взгляд на Зенка. — И ты тоже. — Я расскажу, но дождись, пока очнётся Волод, наш совместный рассказ будет куда продуктивнее, но для начала отдохни и… Помойся. — Нам всем стоит помыться, — пропыхтела Милания, опираясь на руку Зенка. — И поспать. Очень надо спа… Девушка не договорила и упала бы, если бы не сильные руки Зенка, которые её легко подхватили. Демон покачал головой и поджал губы, на мгновение я увидела в его глазах переживание, но после он ловко скрыл это, выходя их комнаты. Нам всем предстоит разговор, и достаточно серьёзный, и что-то мне подсказывало, что он обернётся новыми проблемами.