Тронешь его - пожалеешь...

Со всей своей накопленной злостью, Бакуго смотрел на Занкоку так, будь-то бы и правда хочет его убить, распотрошить его тело, вырвать все органы и самым жестоким способом, который он только придумает, избавиться от тела... Но всë же, разум Бакуго начал постепенно остывать и приходить в норму. Подумав о том, что звонок давным-давно прозвенел, Кацуки как можно быстрее встаëт с избитого тела, после чего отряхиваясь, осматривает остальных людей с чужого класса. — Надеюсь, всем понятно, что если о произошедшем хоть чья-то душа узнает, то всем вам будет хуже. Я не потерплю, что бы обо мне разносили слухи. — Уже собираясь уходить, Бакуго резко остановился и взглянул на последок на подростков. — И да... То, что принадлежит Бакуго Кацуки - кому-то другому брать запрещено. Это, вы должны усвоить или с вами случиться то, что случилось с этим ублюдком. — Указав взглядом на Занкоку, Бакуго начал уходить из кабинета. — Повезло, что у нас сейчас убрали урок... — Сказал один из учеников класса. Увидев, что Бакуго начинает подходить к выходу из кабинета, Изуку понял, что ему пора бежать от сюда прочь. Собственно, этим он и занялся, побежав как можно быстрее в сторону своего кабинета. Мидория был напуган. Напуган до чëртиков от того, что ему сейчас посчастливилось увидеть. В его голове было множество вопросов, которые бы он очень хотел задать Бакуго. Но нет. Он знал, что это делать в какой-то степени даже опасно. Ведь блондин дал ясно понять, что бы Мидория уходил в их класс, а не шпионил. Поэтому, Мидория лишь надеялся на то, что он успеет добежать до класса и Бакуго нечего не узнаёт. Что ж, он должен был попытаться. Зря. Очень зря. Как только Кацуки вышел из кабинета и быстрым шагом стал направляться в сторону кабинета, где сейчас был его класс, он заметил, как перед ним, хоть и не близко, бежит Мидория. Естественно он узнал его. Как не узнать эти зелëные пряди волос? Бакуго хотел прямо на месте прокричать его прозвище «Дэку», но он не стал этого делать. Не стоить шуметь в коридорах, ведь кто-то из учителей может выйти, что бы узнать причину крика, а там уже и до других разборок недалеко... Но тем не менее, Кацуки очень хорошо знал Мидорию. И он прекрасно понимал, что добежать он точно не сможет до кабинета, ведь уже через некоторое время у него начнëтся отдышка и ему придëтся остановиться, что бы восстановить дыхание. Бакуго прекрасно знал это и не только... В прочем, так и случилось. Кацуки заметил, что Изуку скрылся за поворотом, который ведëт не к их кабинету, а к туалетам. Да и его без значительно замедлился. Усмехнувшись, Бакуго последовал за Мидорией. Забежав в туалетную комнату, Мидория подошëл к раковине и вклюил воду. Прохладная водичка тут же начала течь из крана. Сложив руки вместе, Изуку поднëс их к воде и когда жидкость набралась в импровизацированную чашечку, Мидория выпил всю воду, что была в его руках. Взглянув на себя в зеркало, Изуку выключил кран и стал рассматривать все свои шрамы на лице, попутно вновь погружаясь в собственные мысли. — Каччан... Он таким способом заступился за меня...? Но что значило его «Не трогать моë»? О чëм это он? — После раздумий, взгляд Мидории был направлен прямо в его же изумрудные глаза. — Но что бы это ни было, Каччан заступился за меня... Да что там, он его чуть на месте не прибил! Только вот зачем ему эт-... Не успел Изуку додумать все свои вопросы, как вдруг дверь в туалетную комнату открывается и туда заходит тот, кого Мидория сейчас явно не хотел бы увидеть - Бакуго... — Так-так-так... — Закрывая за собой дверь, Кацуки стал медленным шагом подходить всë ближе и ближе к веснушчатому. — И что же это мы тут делаем, а? Дэку... — Сложив руки на груди, Бакуго остановился совсем рядом с Мидорией, в ожидании ответа. — К-каччан! — Резко опомнившись и поняв, что блондин совсем близко, Изуку отошëл от него на пару-тройку шагов. — Аа... Так а что обычно делают в этом месте? — С нервной усмешкой решил ответить вопросом на вопрос Мидория. — Ты меня за дурочка не считай. Я прекрасно знаю, что после того момента, ты не пошëл в класс, а шпионил за мной! — Крикнул взрывной парень, после чего начал подходить к Изуку. — Каччан! Ты не так всë понял...! — Начал оправдываться Мидория, отходя назад, но со страхом в глазах смотря на блондина. Ведь он прекрасно понимал, что сейчас ему может точно так же достаться, как и Занкоку... — Я не шпионил... Просто... — Заметив, что в руках Бакуго уже виднеются взрывы, Мидория стал ещë больше заикаться, чем было прежде. — Я никому не расскажу о том, что там случилось! Правда! — Закрывая руками лицо, прокричал Изуку. Но вдруг, Мидория резко остановился. Не по своей воле конечно же, просто дороги назад больше не было. Лишь холодная стена, что предательски прекрывала дорогу на спасение для веснушчатого. — Ну конечно же ты никому не расскажешь, Дэку... — Бакуго был похож на дикого зверя, который загнал свою жертву в ловушку. Подойдя максимально близко к Мидории, в руках Бакуго резко прекратились взрывы, что явно пугали Изуку. Ладони рук Бакуго живенько оказались на стене, на уровне шеи Мидории, тем самым Кацуки перекрывал путь для побега. А Мидория и не собирался убегать. А точнее не мог, ведь знал, что его тут же поймают... — Ну и чего молчим? — Приблизившись лицом к лицу, Бакуго стал пристально смотреть в изумрудные глазки Мидории, которые смотрели куда только можно, но только не на Кацуки. — Может хотя бы скажешь, зачем за мной пошëл? Ведь я же дал ясно понять, что бы ты проваливал в кабинет! Но Мидория молчал, закрывая своë лицо и явно не собираясь отвечать на вопрос Бакуго. Ему было в самом деле страшно. Он до жути и трясучки боялся того, с кем так хорошо и крепко дружил в раннем детстве... Ведь прямо сейчас, он не может ответить ему не потому, что не хочет, а потому что просто боиться. Было хорошо видно, как всë его тело дрожало, как листья деревья в ветренную погоду. А до Бакуго это должно только сейчас... Только сейчас он понял, что напугал этого парня до дрожи во всëм теле. Рассматривая то, как Мидория не может и слова вымолвить, явно боясь сказать что-то не то, что бы не получить как Занкоку, Бакуго тяжело вздохнул, после чего осмотревшись, отпустил руки со стены на плечи Изуку. Естественно в такой ситуации Мидории казалось, что всë - это конец. Но нет. К удивлению Мидории, это был не какой-то удар со всей силы, а наоборот - объятия. И причём, очень даже крепкие. Прижав к себе дрожащие тело, Бакуго правой рукой стал медленно перебирать пряди волос Изуку, а левой рукой придерживая того. Попутно, Бакуго осматривал свои ранения, что ему нанëс тот раздражающий парень из паралельного класса. Крови хоть и немного, да и вытекать она перестала, но всë же, вид не из самых приятных. Но Бакуго не будет жаловаться на боль и тому подобное, да и он не такое получал, поэтому особого значения этим «маленьким царапинам», как он выражался, Бакуго не придавал значения. — Успакойся уже, нечего я с тобой не сделаю... — Наконец-то хоть что-то сказал Бакуго, смотря уже на стену. Оказавшись в объятиях Кацуки, Мидория даже сначало не понял, что вообще происходит. Но много времени на разъяснение ситуации у него не ушло, поэтому он наконец понял, что вместо криков и избиений, его обнимают. Но ответно обнимать Бакуго Мидория не собирался, ведь страх полностью сковал его тело. Да, в своëм подсознании Изуку понимал, что вроде бы сейчас всë хорошо, ведь Бакуго не делает каких-то резких движений, не кричит, не бьёт, а обнимает! Но тело уже давно привыкло к всему ранее перечисленному, исключая объятия, поэтому пошевелиться он сейчас просто не мог. Хочет Бакуго этого или нет, но пора бы признать, что за всë это время, он изрядно устал, поэтому просто посидеть было бы кстати. Что ж, так как на подоконниках сидеть запрещено, почему не сесть прямо на пол? Собственно, Бакуго это и сделал, но при этом, ухватив Изуку за собой, усаживая того к себе на колени, придерживая за талию. Действия происходили плавно, без резких движений, без каких-либо либо слов... От всего этого удивлению Изуку не было предела. Он искренне не понимал, что вообще здесь происходит и что же случилось с Бакуго? Он ожидал с его стороны всего, что только можно, но эти обнимашки и слишком близкое нахождение друг другу... Точно не это. Мидория даже не заметил, как начал расслабляться и уже почти без дрожи в теле сидел прямо на Кацуки. — Всë? Угомонился? — Смотря прямо в глаза Изуку, спросил Бакуго. — Каччан... — Наконец-то решился хоть что-то сказать Изуку. — Могу я... Задать тебе вопрос...? — Полностью игнорируя вопрос Бакуго, Мидория задал свой, опять отвечая вопросом на вопрос. — Хм... Что ж, валяй. — С небольшой усмешкой в голове ответил Кацуки. — Да, я следил за тобой тогда, прости... — Решив для начала извиниться, Мидория продолжил. — Но вот твои слова... Что они означали? — Какие ещё слова? Я много этому еблану сказал, давай поточнее, ага? — Мм... Ну... Ты же обо мне говорил, я правильно понимаю...? — Мидории всë больше и больше было неудобно говорить на эту тему, но ответы хотелось получить, поэтому с небольшим румянцем на щеках, Изуку продолжал плавно наталкивать Бакуго к понимаю того, что же он имел ввиду. — Слыш, давай нормально говори, как есть. Я ничерта не понимаю, к чему ты клонишь! — Вновь нахмурился Бакуго. — Да. Да, я говорил о тебе. И что? — Ну... Ты так странно говорил о том, что бы... Никто не трогал твоë и... — Мидория уже сто и больше раз пожалел, что решился на этот разговор. — Что ты... Имел ввиду под этими словами...? — Ааа... — Даже позабыв, о чëм он там говорил, Бакуго немного подумал, но вскоре до него дошло. На лице появилась хитрая улыбка, а после его руки крепче прижали Мидорию к самому телу Кацуки. — Так а что тебе не понятно? Вроде не тупой. Но видимо, Изуку так и не понял. Хотя не так сказано... Он всë прекрасно понимает, только вот поверить в его слова очень сложно... Учитывая то, что между этими двумя происходило ранее... А Бакуго наоброт, это очень сильно забавляло. Видеть его стеснение и уже заметное, красновато личико, слушать его непонятный бубнëж, когда он пытается объяснить ситуацию. Бакуго посчитал это весьма забавным. Пока Изуку пытался выдавить из себя хоть пару слов, Бакуго резко прижал того к себе, припав губами к левому уху Изуку, нагревая ту область собственным дыханием с носа. — Это значит, что ты - мой. Что непонятного? — Спокойным, даже в какой-то степени насмешливым голосом проговорил Бакуго. От такой близости Мидория буквально зажмурился и отвернул голову в сторону, ведь ситуация начала заходить за рамки приличного. По крайней мере, так считал Изуку. — Каччан, о чëм ты говоришь? — Наконец-то решился задать хоть какой-то вопрос, Мидория немного открыл глаза. — И... Не мог бы ты не быть так близко...? — Нет, не мог. И говорю я о том, что ты только мой и ничейный больше. Меня раздражало ещë с самого поступления в эту грëбаную школу то, что с тобой ошивались какие-то ублюдки... Я всех до единого разогнал, ведь никто не имеет права причинять тебе боль. Я не могу допусть этого. — С улыбкой на лице, которую не каждый день можно увидеть, Бакуго смотрел на Изуку. Услышав слова Бакуго, Мидория ещë больше запутался. Когда выяснилось, что у Изуку не может быть причуды, Бакуго изменился. И с того момента, Мидория не помнил момента, что бы он хорошо к нему относился, проявлял хоть какие-то знаки добра и возможно нечто большего... — Но а ты...? Ты, Каччан. Разве ты не поступал точно так же, как и другие ребята...? — В глазах Изуку вновь можно было заметить, как там накапливается влага. — Я не понимаю тебя... Ты странный, Каччан... Увидев, что по щекам Изуку начинают стекать небольшие ручейки из слëз, Бакуго резко убрал свою довольную ухмылку, после чего аккуратно стал вытирать влагу с щëк Мидории. — Да... Ты прав, я веду себя как... Полный кретин, соглашусь... — Бакуго отвëл взгляд. — Просто... Я не хочу, что бы кто-то знал о моих чувствах к тебе... Да, Дэку, я люблю тебя. Больше Бакуго не смог сказать. Он даже не мог решиться взглянуть на Изуку, который тем временем с полным непониманием всей ситуации, смотрел на Бакуго с заметным удивлением. — Ты.. Ты сейчас серьёзно...? — Мидория просто не мог поверить в происходящее. Слишком всë это неправдоподобно звучало... — Да. Да, я серьёзно! — Резко ответил Бакуго, решившись взглянуть на веснушчатого. — Не мог я сказать тебе этого раньше и предпочëл вообще не говорить. Думал, со временем эта херня пройдëт, но нет! Наоборот, меня только начинало злить то, что ты ходишь с какими отморозками... Вот я и сделал тебе не самую лучшую репутацию, что бы никто больше не смог даже просто подойти к тебе, ведь... Я очень ревновал. Понимаешь? Я очень дорожу всем тем, что дорого для меня и никогда не позволю без разрешения брать то, что принадлежит мне. — Но... Ты же понимаешь, что я тоже человек...? И я никак не мог принадлежать тебе, Каччан! Что ты такое говоришь...!? — Да-да-да... Что-то такое я и ожидал услышать... Но пойми, я всë это делал ради тебя, Дэк-... Мидория. Всë, только ради тебя... — Не самый хороший способ ты выбрал, Каччан... — Знаю. И я прекрасно понимаю, что веду себя как полный кретин, но я просто не хочу потерять тебя! — Нельзя было просто поговорить? Каччан, если бы ты и правда меня любил, то не создавал мне таких проблем... Да и чего стесняться? Своих же чувств? — Ну не могу я просто так смириться с этим... Мне так же нужно сохранять свою репутацию, что бы никто не подумал, что я люблю тебя... Звучит тупо, да. Но Мидория, пожалуйста, пойми меня. Я правда тебя люблю, всем сердцем и мне неважно, есть у тебя причуда или еë нет. Я готов защищать тебя всю жизнь, даже пожертвовать собой ради тебя... — Небольшое молчание. — Прости... Прости меня... — Каччан... Ты всегда был и будешь моим другом, но... — Мидория отвëл взгляд в сторону. — Я не отвечу на твои чувства взаимностью... Я не хочу принимать то, что ты издевался надо мной и заставил людей поверить, что я такой плохой человек только потому, что ты меня любишь... — Но... Изуку! Изуку, послушай...! Дай мне шанс, прошу! Что ты хочешь, что бы я сделал?! Я сделаю всë, что захочешь, но пожалуйста... — Каччан... — через минуту, после слов Бакуго, начал Мидория, смотря прямо в алые глаза своего друга(?) — Я... Я правда не знаю, что тебе сказать на этот счëт... Всë слишком быстро начало развиваться, да и... От кого от кого, но от тебя я такого и не думал услышать... — Изуку, прошу... Дай мне шанс... Всего один шанс! Если я хоть как-то напортачу, то больше я к тебе и на пять метров не подойду! Я сделаю, всë что угодно, только будь со мной! Не оставляйте меня, прошу...! — Резко перебив, Кацуки вновь начал упрашивать веснушчатого. — Не могу в это поверить... Каччан и правда просит меня... О таком...? Хотя... Вдруг это шутка? Или же... Нет, не думаю... Это уже перебор для шутки... Тогда всë взаправду! И что же делать...!? Согласиться...? Может быть, Каччан и правда измениться и станет хоть капельку добрее...? Да и мы знакомы с ним довольно долго... Но а я? Я же не знаю, люблю я его или нет... Если это окажется не взаимно, то я разобью ему сердце, а если буду притворяться... Нет, тоже плохая идея... Что ж, тогда... Думаю, я знаю, что делать... — Подумав некоторое небольшое количество времени, Изуку приложил ладонь своей руки на щëку блондина, слегка улыбнувшись. — Каччан... Я дам тебе шанс, но я бы хотел кое-что сказать перед этим... — Правда...?! Говори! Говори что хочешь! — С явной надеждой в глазах произнëс Бакуго. — Каччан, я не могу понять свои чувства к тебе, поэтому... Встречаться мы пока-что не будем... Я не хочу тебя обманывать, если это окажется не взаимно... И ещë, если всë же у нас... Ну... Получиться, то... Пообещай, что не будешь стесняться этого, как ты это делаешь сейчас... — И всë...? Да запросто! Изуку, всë что угодно! Я тебе обещаю, клянусь!... — И... Ещë... Ты же больше не будешь издевать-... Но Мидории просто-напросто не дали возможность договорить, ведь Бакуго резко прижал свой объект любви к себе так, крепко, как никогда не было раньше... — Не думай об этом больше... Я... Извини. Ещë раз извини за то, что я делал за всë это время, мне... Правда, очень и очень жаль... Я больше никогда не стану издеваться над тобой!

***

С того момента прошла всего неделя. И за это время произошло действительно много чего нового: Бакуго, как и обещал, перестал издеваться над Изуку, а даже наоборот, защищал, заступался за него. Многие одноклассники и друзья блондина явно пребывали в шоке, ходили различного рода слухи по поводу всего этого. Да, Кацуки было тяжело справиться с этим, когда про него стали пускать различные слушки, хотя... Эти люди явно себя считали бессмертными, ведь Бакуго явно не из тех, кто терпит до последнего не самые приятные моменты в свой адрес. Изуку естественно заметил явное отличие от того Бакуго, что был раньше и который сейчас. Не только это, но и лаже небольшие подарки со стороны блондина постоянно выдавались для Мидории. Это могло быть что-то даже незначительное, но такое уже родное и ценное для самого веснушчатого. Каждый подарок. Каждый он хранил и никогда не забывал. — Каччан и правда изменился... Как и обещал... — Размышлял у себя же в мыслях Изуку, сидя на качели возле школы. — Может это всë правда? И никакой не розыгрыш... Да, Мидория всë ещë сомневался в действительности происходящего. Это и правда могло ссылаться на очень глупых розыгрыш, что бы только растоптать чувства и достоинство Изуку ещë больше. Прямо до атомных частиц. — Нет, не думаю, что Каччан смог бы так долго шутить с таким... Тем более, он же и деньги тратил на те подарки... — Осматривая кулончик с иероглифом, означающим слово «Счастье», Изуку продолжал погружаться в собственные раздумья. — Думаю, что да. Он и правда меня любит! Но а я...? Даже не знаю... Я определëнно что-то чувствую к Каччану! Может... Я и правда... Но потоку бесконечных мыслей Мидории пришëл конец, когда он услышал до боли знакомый голос. Подняв взгляд, Мидория заметил уже давно запомнившиеся блондинистые пряди волос, что так смахивали на колючие кусты. Настолько колючие снаружи, но наверняка очень ранимые внутри... — Хей, Изуку! Надеюсь ты не долго меня ждал? — Подойдя ближе к веснушчатому, Бакуго продолжил с более недовольным выражением лица. — Меня эти придурки задержали! Прямо там бы и прибил их к стенке со своими долбаными играми! Да и вообще, нечего они не понимают в них! Нет, ты представляешь, я этим идиотам говорю годные игры, а они всë своë... Пфф, не цените просто, реально крутых игр! Мидория молча и с милой улыбкой на лице смотрел и внимательно слушал Кацуки. Ему очень нравится ещë в Бакуго то, что теперь он намного больше рассказывает про себя, про то, как прошëл его день и можно даже сказать, ничегошеньки не скрывает... Да и Мидория сам изменился. А особенно его взгляд.... Теперь в нëм читался не страх и отчаяние перед Бакуго, а наоборот... Взгляд был полон любви...