Поиски за гранью

Исаака пробудил Rammstein, поставленный как мелодия на телефонном звонке. Парень презрительно зашипел, сунул руку в карман худи и глянул на номер. «Сеня». Исаак отклонил звонок, положил телефон обратно, медленно сел на край дивана и потёр виски, скривясь от головной боли. Вчерашний инцидент будто показался сном и юноша, не думая о нём, лениво пошаркал на кухню, не обращая внимания на свой внешний вид. Парень лениво зевнул и потёр глаза рукой, попутно насыпая чай в заварник. Сделав несколько неаккуратных бутербродов с колбасой и сыром, он сел за стол и уставился в телефон, листая ленту ВК. Вдруг в окошке всплыло сообщение от Сени: «Фуфел, ты куда учесал вчера? Чё не отвечаешь? И ты с этим мрачным типом что вообще там в комнате делал? Ты же это… Ну типо норм? По бабам?» Исаак цокнул языком, быстро набрал и отправил ответ: «И тебя с добрым утром. Я домой пошёл, спать захотел. И с каких пор моя личная жизнь так стала интересовать тебя? Что ты там задумал?)» «Эвоо ты что начинаешь то ээ! Просто интересно» «Дай поесть нормально тогда» «Пон» — Да сам ты пон обосанный! Достал со своим пон! — яростно выкрикнул Исаак, которого слишком сильно бесил молодёжный сленг и больше всего то, что его использует Сеня. Парень отложил телефон подальше, потянулся за кружкой с чаем и вдруг в голову ударили все самые мельчайшие подробности вчерашней ночи. Исаак замер, упирая лоб в руку. «Какого вообще…» спросил он сам себя, округляя глаза. Парень резко вскочил с места и направился в комнату, где переоделся в чёрную футболку с радужной надписью «посмейся и забей» и широкие брюки светло- коричневого цвета. Третьяков быстро причесал волосы, и даже не завязал их в привычный хвост. Он накинул кислотно-зелёную кофту, схватил ключи и телефон с наушниками, сунув их в карман. Выйдя из подъезда, он сразу набрал номер. Высветилось имя «Ёжик». Исаак ткнул на кнопку звонка, явно нервничая и прикусывая губу, попутно куда-то спеша по улице. Раздались гудки. -Алё? -Привет, Жень. — быстро протараторил Исаак. — Ну доброе утро. А чего ты так рано звонишь? Что-то случилось? — сразу начал собеседник обеспокоенным голосом. Исаак глянул на время. «9:01». И правда, рано, особенно для него и особенно для воскресенья. — Всё хорошо, хорошо… Я это, могу к тебе заскочить? У меня дело есть… Ну там вроде по твоей стихии. Ты дома? — Да, можешь приходить. — Спасибо. До встречи. — парень бросил трубку, направляясь к автобусной остановке. «Дзынь» — прозвенел дверной звонок на 7 этаже старой многоэтажки. Исаак стоял, переминаясь с ноги на ногу и перебирая телефон в руках. Дверь отворили. На пороге стоял парень на вид лет семнадцати ростом 165-170 см. Вьющиеся каштановые волосы подстриженные как-будто каскадом аккуратно падали на лоб и немного обвивали шею. На лице у парня были круглые очки с чёрной тонкой оправой. Одет юноша был в белую рубашку, застегнутую на все пуговицы, на которой был накинут короткий вязаный жилет без рукавов серо- голубого цвета, брюки классические чёрного цвета. — Привет, давно не виделись. — Исаак быстро сунул руки в карманы и улыбнулся во все зубы, прищурив глаза. — Да уж, это точно. — Женя поправил очки, пристально глядя на собеседника своими карими глазами. Он ушёл с прохода и жестом пригласил Исаака войти. Квартиру уютно освещал тёплый оранжевый свет, на пол и стены приятно падали лучи солнца, везде стояли огромные шкафы с книгами, да буквально всё было заставленно печатными томами. — Я заварю чай. — предупредил Женя, направляясь на кухню. — Нет, стой! — Исаак резко дёрнулся, схватив парня за локоть и сразу же отпустив его. Он поморщился, почесывая затылок. — Прости, я просто… — Женя внимательно смотрел на Третьякова, приподняв одну бровь. — Это срочно. С того момента мы очень долго не общались, знаю, и ты наверное думаешь, что же такого должно произойти, чтобы я сам к тебе прибежал, но это важно и… — Исаак выдохнул, опустив взгляд в пол и проговорив на одном дыхании. -Помнишь ту ситуацию, когда тебе никто не поверил, в том числе и я, так вот, я тоже видел. И я верю. Сейчас. Женя нахмурился, поправив очки одним пальцем и поджав губы. Он сделал шаг вперёд к собеседнику и посмотрел ему прямо в глаза. — Ты опять со своими шутками. Это не смешно, с меня уже хватит, я говорил. Уходи. — Женя направился в сторону двери, обходя Исаака. — Да стой же ты! В этот раз я не шучу! — юноша резко перегородил путь другу, нахмурившись. — Я видел то, что и ты в тот вечер. ..... — Ну а потом я, очевидно, ушёл. После этого разговора ничего не помню, даже то, как я оказался дома. — Исаак подробно описал моменты той ночи, потупив взгляд в пол. Женя поднялся с дивана, поставив чашку с чаем на блюдце и направляясь в сторону книжного шкафа. Порывшись в груде бумаг, он вытащил огромный том в потёртом кожаном переплёте, выполненным явно вручную. Парень поправил очки и положил книгу напротив Исаака, присев рядом. — Это моего дедушки по маминой линии. Он сидел за этой книгой почти всегда и что-то там писал, рисовал. Когда я приезжал к нему, дед постоянно мне рассказывал о каких-то чертях, дьяволах, о другом «мире». Родители говорили, что он шизофреник… Если честно, я тоже так думал. — Парень помедлил, аккуратно открыв книгу и листнув страницу. На обороте старой бумаги, пахнущей горьким миндалём и шоколадом, предстало какое-то странное создание, похожее телом, шеей, копытами на обычную вороную кобылу, но было то, что отличало её от привычной человеческому взгляду лошади — огромная длинная пасть, уголки рта которой доходили почти до ушей, а чуть приоткрытый рот обнажал ряд острых маленьких зубов, которые напоминали зубчики пилы. — Ебааанись… И чё, это реально существует? — Исаак выручил глаза, перехватывая книгу и быстро листая страницы, бегло поглядывая на рисунки. — Попрошу в пределах моей квартиры выражаться цензурно. — Женя поправил очки. Исаак цокнул, закатил глаза, и снова погрузился в поиски. — Тут нету штуки, которую я в раковине видел. И страниц некоторых тоже нету. — парень провёл пальцем по вырванному клочку бумаги в середине книги. — Нет слова нету. А страницы есть. Они, наверное, остались в доме деда… На чердаке. Его любимым местом в доме был чердак — он постоянно там сидел, его вещи на чердаке и остались. — Женя поправил очки. — Ну и где там твой старик жил? — Исаак кинул недовольный взгляд на друга. — Ну, в километрах 100 от нас. В деревне. — Где?! Бля, я туда не поеду, у меня сессия скоро. — Третьяков встал из-за стола, допив чай и поставив кружку. — Ну хорошо, сиди у себя в квартире и трясись от страха, пока с ума не сойдешь. — Женя пошаркал тапками в сторону выхода. — Я открою дверь. — Стой, стой! Ладно, давай поедем в… Ну короче… У тебя же сейчас дел важных нет? Давай прямо сейчас… Не хочу тратить время. — Исаак неловко улыбнулся. — Пожалуйста. — добавил парень, глядя Жене в глаза. Юноша поправил очки и отошёл от двери. Он задумался на пару минут, потупив взгляд в пол. Третьяков нервно переминался с ноги на ногу, кусал губы. — Ладно. Мне некуда спешить, в отличие от тебя. — Женя ткнул парня пальцем в грудь. — У тебя же скоро сессия. Готовится надо. — юноша отошёл, уходя в гостиную к шкафу. Он вынул из него чёрный рюкзак и начал собирать вещи. Исаак цокнул, потерев лоб. — Знаешь, я всё равно сессию не сдам, пока не узнаю, что это за хрень была и откуда она вышла. — Третьяков махнул рукой, но вскоре нахмурился, размышляя о том, как сказать родным, друзьям и преподавателям куда он пропадет на время. — Только давай попробуем ну… Быстрее вернуться. — Я всё же не понимаю, зачем тебе знать об этом. Живи себе спокойно как и жил. Правда ничего не изменяет, от этого это существо не пропадёт, а возможно даже, что ты будешь жить ещё в большем страхе. — Женя выглянул из-под дивана и тихо добавил. — Но это твой выбор. Может, тебя серьезно это волнует. — Ыаа… Я вообще ничего не понимаю — он схватился за голову, сморщив лицо и оскалившись. — Зачем я вообще на эту тусу полез… Не сиделось мне! Третьяков пошёл к другу, упав на диван и прикрыв глаза рукой. — У тебя есть аспирин? Башка сейчас пополам расколется. Женя пошагал на кухню. … Третьяков подпёр подбородок ладонью, глядя на пролетающие мимо деревья. Он тяжело вздохнул, прикрыв глаза. Машина наехала на кочку, отчего Исаак ударился лбом об стекло. Он потёр голову и посмотрел на Женю. — Я вообще не понимаю, как ты согласился лишь ради меня поехать к черту на куличики. — промолвил парень, разрушая часовую тишину. Женя усмехнулся. — Я не только ради тебя еду. Надо дедушку проведать, состояние дома посмотреть, по возможности убраться там. — А, понятно. — Исаак закатил глаза, вздыхая и упирая голову в окно. Через несколько часов машина подъехала к совсем маленькой деревушке. На небольшой равнине стояло 4 деревянных дома, за которыми встала непроглядная сосновая чаща, словно блистающая своей бесконечностью. Пейзаж был ужасно мрачен, солнце давно зашло, а небо затянуло облаками луну. Лишь небольшие слякотные тропинки блистали грязью, да и в одном из домов тухло пробивался тёмно-оранжевый свет. Одним словом — атмосфера была нагнетающая, словно давала начало новой страшилке. — Да уж… Весело тут. — Исаак потёр нос, вылезая из машины. Женя вышел сразу после, заплатив таксисту, который быстро развернулся и уехал в нежелании оставаться в этом месте ни на секунду. — Пошли. — Женя махнул рукой и направился к небольшому, деревянному, двухэтажному дому. Следом за ним поплелся Исаак, с угрюмой гримасой рассматривая окрестности. Женя поднялся на крыльцо, подходя к входной двери. Он достал из сумки ржавый ключ и с большим трудом отворил её. — А дед где? — спросил Третьяков, входя за другом в гостиную. Свет везде был выключен, холод пробирал до мурашек и пахло мокрым деревом. В комнате посередине стоял стол, а по стенам раскинулись забитые книгами и разными вещицами старые шкафы. К столу был приставлен большой, очень мягкий на вид диван, за которым располагалась лестница на второй этаж. Напольные часы громко барабанили, разрушая всю зловещюю тишину не менее зловещим тиканьем. — А дед… Умер. — Ответил Женя с невозмутимым видом, проходя мимо шкафов и проводя пальцем по мыльным полкам. — Прости, не знал. — Исаак замер около лестницы, держа руку на лямке рюкзака. — Угу. Спальня на третьем этаже, будешь спать на раскладушке или на диване, ибо с тобой лежать в одной кровати я не намерен. — Друг поднялся на второй этаж и Третьяков последовал его примеру. — Не претендую. — юноша пожал плечами и зашёл в спальню, кинув на пол рюкзак. Женя включил свет. Он бросил беглый взгляд на окно, находившееся прямо напротив входа в комнату. Оно было прикрыто полупрозрачной тюлью. Помимо окна, в комнате, конечно, была большая кровать, небольшая околокроватная тумба и такой же, как и в гостиной, шкаф, к которому был приставлен письменный столик. — Я, пожалуй, посплю на раскладушке рядом с тобой. А то как-то ссыкотно снизу спать… — промямлил Исаак, почесывая затылок. — Как скажешь. — ответил Женя и побрёл в другую комнату, очевидно, за раскладушкой. Третьяков подошёл к окну, отодвинув тюль в сторону. Доски провожали каждый шаг тягучем скрипом. Парень глянул в окно. Темно. Вид выходил прямо на лес, небольшую дорогу около него и тусклый фонарь, который почти не освещал территорию. Ночь. Звёзды. Грязь. Собаки. Собаки? Исаак нахмурился. Не очень хорошо, что около дома бродит стайка дворовых, возможно бешеных, собак, готовых содрать с тебя кожу в любой момент. Юноша проводил взглядом тройку худых, высоких дворняг с опущенными головами. — Бу. — Блять! — Исаак дёрнулся от испуга и резко обернулся. Женя. — Чего высматриваешь? — спросил тот, улыбаясь уголком рта. — Фу блин, испугал. — расслабился парень. — Да там собаки ходят… Как-то страшно. — Представляешь, там в лесу есть ещё много животных, которые могут тебя загрысть. Так что радуйся, что пока что это хотя бы собаки. И вообще, я тебе раскладушку притащил. — Женя показал рукой на старую, металлическую раскладушку с таким же старым матрасом. — Как раз поспим и завтра поиски начнем. Если что, душа тут нет, а баню топить долго. Поэтому, ложись так. — Э… Ну ладно. — Исаак немного подумал, стянул с себя худак и завалился на матрас, беря в руки телефон. Женя выключил свет и последовал его примеру, укутываясь в одеяло. … Третьяков проснулся посреди ночи. Он глянул на время, зевнув. «3:15». Парень приподнялся с раскладушки и подошёл к другу. Тот крепко спал. — Жень… Жень. — Исаак ткнул в спящего пальцем. — М… Чего тебе?.. — сонно промямлил тот, поворачивая голову и потирая глаза. — Где туалет? — На улице, во дворе. — Женя отвернулся и накрылся одеялом с головой. «Понял.» Исаак цокнул языком и набросил на голое тело кожанку друга, чтобы не замёрзнуть на улице. Третьяков вышел из дома, прихватив с собой ключи, которые стащил со стола. На улице было прохладно. Парень поежился, глядя на лес и прислушиваясь. Абсолютная тишина. Ни совы, ни кузнечиков, никого. Он робко побрел на задний двор по немного заросшей тропинке. Грязь противно хлюпала под ногами — недавно был дождь. Исаак выдохнул клубок пара, дойдя то небольшого деревянного сооружения. Сзади послышался противное хлюпанье грязи и скулёж. Исаак не успел обернуться, как в руку парня вцепилась псина. Худая, костлявая, с выпирающими рёбрами, чёрными бездонными глазами и с бешеным оскалом. Она издавала противный рык, похожий больше на кашель больного человека. Исаак упал на мокрую траву пытаясь оттолкнуть собаку ногами, но та врезалась клыками намертво. — Мгх… Женя! Сука, отвали ты от меня — завопил Третьяков, хватаясь за раненную руку другой. Острые зубы, как заточенный нож, прогрызали плоть, из-под куртки текла тёплая, обжигающая кожу, бардовая жидкость. Собака словно сама по-человечески стонала от боли, пытаясь отгрызть кусок мяса. Исаак запрокинул голову в поисках того, чем можно было отбиться от животного. Взгляд зацепился за мокрую доску. Парень дотянулся до неё, крепко зажав в руках. Он огрел собаку по голове, та заскулила и отпустила руку. Псина убежала, скрывшись в лесу. — Сука… Грх. — Исаак попытался встать, держась за истекающую кровью руку другой. В глазах помутнело, но Исаак дошёл до дома, грохнувшись на диван в гостиной и стукнув по включателю, врубив свет. Он снял куртку и опустил взгляд на руку — Чего… — удивлённо прошептал Исаак. И удивляться явно было чему — вместо разорванной плоти, на руке лишь красовались 4 маленьких царапины. Совсем маленьких, размером со спичечную головку. Правда, с них сочилось небольшое количество чёрной жидкости, похожее на очень тёмную кровь, но парень сразу стёр её пальцем. На месте укуса остались рубцы. Третьяков нервно взглотнул. Он же реально видел, как его руку разрывает собака, чувствовал боль и тепло вытекающей крови, а сейчас чувствует лишь небольшой зуд. — Блин, ты сдурел совсем? Время видел? — Женя спустился с лестницы, зевая. — И что с тобой? — Исаак был жутко бледным и на лице явно проглядывался страх. — Блин. Да я вообще не ебу, что в этой сраной деревушке происходит… — тревожно начал он, поднимаясь с дивана. — На меня напала собака… И сильно покусала… За руку — Третьяков подошёл к другу с протянутой рукой. — Вот, видишь? Просто маленькие царапины. А я видел, клянусь, видел как псина от руки откусывала… Ну. — Исаак ткнул пальцем в царапины. Женя цокнул и поправил очки, которые схватил по пути с тумбы. Он схватил руку друга и попытался что-то разглядеть. — Может тебе просто повиделось? — спросил юноша, проводя по шрамам ладонью. — Да как?! Да ну не могло блин! — Исаак вскинул руками и нахмурился. — Ну смотри: ситуация на вечеринке, недосып, новое место, так ты ещё и в полудрёме был. И вообще, может ты и на улицу не выходил. Ключи же у меня. Исаак нервно прощупал карманы куртки. Ничего, ключей не было. Может, и правда приснилось. — А вот… Откуда шрамы то? — спросил Третьяков. — Да я знаю что ли… Может, в детстве упал и остались. Идём спать уже. Хотя бы чуть-чуть выспимся. Друг убедил Исака в том, что ничего серьёзного не произошло, и тот успокоился, но на всякий случай выпил таблетку «Новопассита», которую Женя всучил парню. Остальная часть ночи прошла спокойно. … Исаак проснулся от пыхтения чайника на первом этаже, уже позабыв моменты этой ночи. Он накинул на себя худи и поплелся вниз, потирая сонные глаза. Голова немного болела. — Доброе утро. — зевая, пробормотал Третьяков, подходя к Жене, который заваривал чай. — Доброе. Чай будешь? — Не откажусь. Кхм. — Исаак кашлянул, прикрывая рот рукой и садясь за стол. Парень сразу вынул из кармана телефон и включил его. Связь не ловит. Отлично, даже не посмотреть сообщения от друзей, если те вообще волнуются о нём. Юноша закашлял, словно пытаясь отхаркнуться. — Ты что, заболел? — Женя повернулся в сторону друга, осуждающе на него глядя. — Похоже. Вообще не здорово. Мне скоро сессию сдавать, а я болею. Женя поставил перед Исааком чашку с чаем. Тот благодарно кивнул, взяв её в руки. — Погода сегодня ничего. Солнце светит, небо чистое, не смотря на то, что вчера был дождь. — парень поправил очки и встал напротив окна, попивая чай и уперев одну руку в бок. — Ну да. Ниче такая. — Третьяков встал из-за стола. В глазах потемнело, но тот устоял на ногах и всё же подошёл к окну. Наверное, просто слишком плохо спал. За окном был чудный вид — мрачный, ночной, сосновый лес сменился на солнечный пейзаж, радующий глаз. Но за тяжёлыми ветками сосен всё равно проглядывась густая темнота. — Давай сходим что ли воды наберём с колодца, а потом на чердак за работой дедушки. — Предложил Женя, поставив кружку на стол и отойдя от окна. — Я не против. … — Тут много вообще жителей? Типо деревня выглядит заброшенной. — поинтересовался Исаак, глядя на пустующие дома. — Да нет. Человека 3 найдётся. — ответил Женя, поправляя очки и закидывая ведро в колодец. — Кстати, можно сходить к Юре. Он вроде с дедом общался, а потом тот дал ему свои записи. Так что можно обратиться к нему за помощью. - Я могу сам сходить, один, пока ты тут воду набираешь. Кхм.. - Третьяков закашлялся. - Не, ты чего. Ты больной, плюсом для тебя местность неизвестная , Юра тебя точно знать не знает. Пойди ка ты лучше домой. Дверь открыта. - ответил Юра, поворачиваясь к собеседнику и упирая руки в бока. Исаак пожал плечами и направился к дому. Колодец находился довольно далеко от жилья, чуть дальше от леса. Третьяков шагал по хлюпающей грязи, смотря в лес. Он остановился и нервно глянул назад, побаиваясь своей мысли, заскочившей к нему в голову. Женя давно не провожал того взглядом и превратился в небольшую точку на горизонте. Исаак закашлялся, прислоняя к губам руку. Когда парня отпустило, он упёр глаза в ладонь. На ней сверкала капля чёрно-бардовой жидкости. Парень напрягся и вытер руку об штаны, хмурясь и снова глядя в сторону леса. Тяжёлые, массивные ветки, которые выстраивались забором, не давали взглянуть в глубину леса. "А что там, за ними?" - снова промелькнула мысль в голове. Исаак встрепенул головой, но задумка не собиралась покидать его мозг. Он направился в лес, который одновременно манил и отпугивал. Проведя рукой по стволу дерева, Третьяков плавно зашёл в лесную гущу и... Ничего особенного не увидел. Просто обычный тёмный лес. Исаак цокнул языком и потёр виски. Голова гудела и словно раскалывалась. Парень зашёл чуть дальше и мельком заметил косулю. "Ну хотя бы что-то интересное" - юноша улыбнулся и чуть прошел за животным, хрустнув веткой. Косуля резко повернула голову в сторону звука. "Её глаза..." Они были такими же чёрными, бездонными, выделяющимися на морде, как у собаки. В ушах застучало сердце, готовое вот-вот выпрыгнут. Из груди. Но в этот раз животное просто потупило взгляд и убежало дальше в лес. Исааку стало нехорошо. К горлу поступила тошнота, а легкие словно разрывались. Парень повернулся на 360 градусов, оглядывая лес. Его накрыла паника, ведь куда не посмотри - всё одинаковое: лес, мох, которым было всё застелено, сосны, стволы деревьев, редкие кусты, всё! Третьяков упал на колени в приступе кашля. На мох лилась чёрная густоватая кровь, которой тошнило парня. Исаак издал тихий скулёж, не в силах сделать даже один вдох. Кашель разрывал лёгкие изнутри, на глазах застыли слёзы. Исаак упал на траву в бессознании. Звуки в лесу затихли.