Дети двух сторон. Возрождение.

Больно. Очень больно. Почему это повторяется из раза в раз? В чём она провинилась? Слёзы лились из глаз, а голова разрывалась от невыносимой боли. Реля слышала торопливые шаги Марка, поднимающегося по лестнице. Дверь отворилась и свет ворвался в комнату, ослепляя. – Держись, милая, – шептал парень, открывая трясущимися руками склянку с лекарством. – Тише-тише, всё будет хорошо. Он прислонил склянку к губам Релины и вылил горькую смесь. На глазах снова выступили слёзы, а голова закружилась. – Вот так, – Марк погладил девушку по волосам. – Отдохни. И в ту же секунду, словно по приказу, Релина заснула крепким сном. *** – Как себя чувствуешь? – спросил Марк, стоило только Релине открыть глаза. Реля пыталась проморгаться, но взгляд был всё ещё затуманен. Так было каждый раз после лекарств, но без них было невозможно справиться с болью. Два года назад Релина получила серьёзную травму головы и потеряла память. Марк нашёл её без сознания и принёс домой. Он же помог встать девушке на ноги, подобрал лекарства, которые помогали справляться с болью и был с ней всё это время. Лекарства помогали, но лишь на время. А приступы с каждым разом становились только сильнее. Релина боялась представить что же будет дальше. Марк взял девушку за руку и нежно улыбнулся. И вот Реля снова обескуражена, а в животе порхают бабочки. С самого первого дня Маркус вызвал в ней такие чувства. – Я в порядке, – сказала Релина ещё слабым голосом. – Прости, я снова заставила тебя беспокоиться. – Не говори ерунды, ты не виновата. Марк погладил девушку по голове и встал с кровати. Реля приподнялась на локтях, потрясываясь, но Маркус аккуратно уложил её обратно. – Лежи-лежи, – парень взял с прикроватной тумбочки пустую склянку. – Я принесу ещё немного лекарства. Реля скривилась от мысли о лекарстве. Марк нахмурил брови и скрестил руки на груди. – Ну и что это? Ты хочешь вообще лечиться? Или может при следующем приступе мне просто бросить тебя умирать от боли? Релина затряслась и схватила Марка за запястье. – Нет, я буду лечиться, – на глазах девушки наступили слёзы, – Буду. Прости.. Прости меня, Маркус. Парень снова нежно улыбнулся, чмокнул возлюбленную в щеку, развернулся к двери и вышел из комнаты, оставив Релину одну. – О боже...