Маленькая победоносная

Вы проснулись от жуткого холода. Команда тоже в замешательстве. Матросы и офицеры выходили в коридор, бубня под нос матерные выражения, которые вам запретили говорить. -царевич, что происходит? - спросил вас один из офицеров. Вы молча покачали головой, и поднялись на смотровую площадку. На горизонте никого. Но вас что-то смущало - в Герате достаточно светлые ночи, сейчас-же - непроглядная тьма. Вы приказали проверить систему отопления на предмет диверсии, и вышли на улицу. Замёрзший песок, покрытый инеем, хрустел под вашими ногами. Вы посмотрели вверх - ни-одной звезды. Демоны? Проделки Собрания? Чёрная магия? Вы рванули к рации и первое, что вы сказали - "всем немедленно включить наружное освещение и поисковые прожектора!". Ответа не последовало. Поочерёдно корабли вашей эскадры включали освещение - не все успевали быстро нащупать в абсолютной темноте нужный тумблер. Постепенно на месте вашей стоянки посветлело, а повсюду послышался шум работающих генераторов. Вы ещё раз вышли на улицу - там уже стояла смешанная толпа экипажей разных кораблей, на всю площадку стоял галдёж, в центре толпы стоял Пётр, пытавшийся успокоить экипажи. -всем молчать! - вскрикнул адмирал Дауд, стоящий поодаль. Толпа тут-же затихла. Повисла мёртвая тишина. Спустя минуту молчания Дауд произнёс "вражеской техники нет рядом, это что-то другое". Пётр Игнатьевич предложил направить прожектор в небо - нехотя выдавать своё местоположение, но не видя других выходов, толпа согласилась. Мы решили поднять только один прожектор. Но это ничего не дало. -все проверяем корабельные системы на предмет диверсии и по каютам, ждать утра! - скомандовал адмирал Гератским акцентом. К Дауду подошёл пожилой механик, потом к нему подтянулся картограф. Они о чём-то перешёптывались. Вы наблюдаете за всем этим издалека, вы ничего не можете расслышать. Единственное, что вы увидели - в конце Дауд одобрительно кивнул, после чего все разошлись. Подходя к своему кораблю, вы заметили странный налёт на корпусе. Вы провели по нему рукой. Натирая пальцы друг о друга, вы не понимаете, что это. Данный налёт - что-то среднее между пылью и сажей. Вытерев руку офицерской салфеткой, вы заметили странное - на месте бывшего столпотворения песок был как песок, самым обычным. Но там где люди не ходили - песок покрыт тем-же, чем покрыт корпус корабля. Вы решили вернуться в каюту до утра, отгоняя недобрые мысли, не давая разуму сложить два и два. Утром в иллюминаторе вы увидели, как солнце едва пробивается сквозь огромные серые тучи. Песок снаружи стал ещё серее, как и корабль, бывший в поле вашего зрения. Вы открыли сервисный люк, откуда вам на сапоги выпал...пепел. Вы рванули в радиорубку. Чем ближе вы подбегали к радио-каюте, тем громче былы слышна попытки Дауда связаться с Москвой. Ответа не было. Ваши ноги задрожали, разум затуманился худшими опасениями, а вашу душу выжигала смесь эмоций из печали, злобы, обиды, страха. Внезапно из радио раздалось сквозь жутчайшие помехи "го....ит СВ...Л, .... слышим, наз...те свои ...р...динат...". Дауд сообщил в микрофон процедуру проверки безопасности. Это процедура, призванная предотвратить радио-перехват. Процедура представляла из себя буквенно-цифровой код, который знал только капитан корабля, и он менялся по алгоритму традиционной системы исчислений Романи. После того, как мы услышали код, и сверили его с инструкцией - мы не знали, радоваться поддержке, или ждать худшего. К нам приближался Севастополь.