Один вечер в Петербурге

Летний Петербург прекрасен. Он цветёт, пахнет, он красочен и красив до умопомрачения. Время, когда оживает весь город. Я обожаю Питер летом, приезжаю сюда каждый раз на пару недель и это лето не стало исключением. Прошло уже несколько дней моего нахождения тут, я посетила Петергоф уже, наверное, в тридцатый раз, но восхищаться им можно вечность. Посмотрела на разводные мосты, съела самую вкусную шаверму, а сегодня я пойду на фанатскую вечеринку Bubble. Уверена, что будет очень весело, в планах накидаться и танцевать до потери сознания. Вечер. Погода на удивление прекрасна. Тёплый лёгкий ветерок, оставшаяся после жаркого дня духота, разбавляемая свежестью вечера. Выхожу из отеля — уже темно, но город сверкает, огоньки на улицах, но главное — множество улыбающихся людей. Смотришь на них и на душе сразу же становится так уютно. Выбор одежды сегодня пал на чёрное вечернее платье на бретелях, облегающее бёдра и в целом сильно выделяющее фигуру, длиной до щиколоток, с вырезом слева. Волосы распущены. Клатч с телефоном и небольшим количеством денег, но вот шпильки обувать не захотелось и этот эстетичный шик наряда я разбавила чёрными кроссовками на белой подошве. Ночью, когда буду возвращаться, станет холоднее, поэтому на плечи накинула любимую кожанку. Стильно, модно, молодёжно и со вкусом — всё как надо. Такси было заказано к клубу, все присутствовавшие должны были быть совершеннолетними, это полузакрытая тусовка и достать на неё приглашение мне было немного трудно, однако, думаю, что оно того стоило. Алкоголь, музыка, объединённые одним фандомом люди — залог успешной вечеринки. По приезде в клуб, показала охраннику своё электронное приглашение. Высокий, широкий парень с лысой головой и выбритой бровью окинул меня взглядом с ног до головы, а только потом посмотрел на приглашение. Он на всех девушек так пялится или тут дресс-код? Но через пару секунд он кивнул, пропуская меня внутрь. Люди уже потихоньку собирались, клуб заполнялся молодыми парнями и девушками, в уши сразу же била громкая музыка с басами, но признаться, это был не типичный кальян-рэп, и на том спасибо. Сразу направляюсь к бару — танцевать на трезвую голову не смогу. Потом надо будет занять столик, но кажется, почти все уже заняты, что не очень то и круто, потому что оставить вещи будет негде, если не выйдет выудить себе местечко. Ну, спасибо что пока что не так много алкоголиков здесь. Бармен — милейшая рыжая девушка, виртуозно орудующая бутылками, сейчас просто показывала шоу, желающим поглазеть, но ещё не заказывающим напитки. Чтож, придётся прервать её талантливое выступление. — Стакан шотландского виски, пожалуйста. — Садясь на высокий стул, с улыбкой делаю заказ. У неё зелёные глаза, а на бейджике написано — Анна. — С колой? — Спрашивает девушка, доставая бутылку хорошего вискаря. В ответ качаю головой. Она удивлённо вскидывает брови на пару секунд, но тут же кивает, чуть приподняв уголки губ, как-бы говоря: «А ты хороша». Приятно, что тут сказать. Уже через секунд десять мне отдают долгожданный напиток. Поворачиваюсь к танцполу. Небольшие кучки людей пританцовывают под бит, но пока что всё скудненько и довольно скучно. Делаю глоток. Крепкий алкоголь приятно обжигает горло и по грудной клетке медленно расползается тепло, пряный вкус дорогого виски давит на рецепторы и от наслаждения прикрываю глаза. Вместе с теплом от градуса, кажется, расходятся и все тревоги, все волнения улетучиваются и дают свободу разуму. Допила я половину стакана минут за семь и уже почувствовала, что потихоньку начинаю пьянеть, разноцветные софиты пестрят в глазах пятнышками, музыка захватывает всё внимание на себя. Хочу танцевать. Попросил барменшу присмотреть за бокалом, кожанкой и клатчем, которые она тут же убрала за стойку, поднимаюсь с места, убегая к толпе. Начинается какой-то приятный бит, мелодия без слов. Сама собой она как будто захватывает власть над телом и движения самопроизвольно вырываются из сердца, танцуется прямо от души. Двигая бёдрами и дополняя картину руками, закрываю глаза и искренне, широко и ярко улыбаюсь. Ритм захватывает и поглощает полностью, безнадёжно пытаться отойти. Слышу, как сзади кто-то подстраивается, начиная танцевать со мной. Но сейчас мне вообще не хочется ни оборачиваться, ни открывать глаза, я слишком занята. Однако приятно, что кто-то присоединился, почувствовав мою энергию. Подключаю движения всем телом, в такт музыке меняя движения и позы, перестраиваясь и двигаясь в пределах пары метров, что удивляет — наличие большого количества свободного пространства. Открываю глаза чисто из любопытства, но на полсекунды приходится зажмуриться, потому что в глаза ударил как раз-таки свет от софитов, прикрываю лицо рукой, но даже это, кажется, выходит красиво. Когда получается нормально посмотреть на происходящее вокруг, понимаю, что центр зала освободился и сейчас я вместе с человеком, присоединившимся ко мне занимаем достаточно большую площадь, а ещё — привлекли всеобщее внимание. Люди буквально наблюдают за нами. На секунду я замерла, но мой партнёр, видимо, поняв моё удивление, позволил себе некую вольность — взяв меня одной рукой за талию, а второй за руку, развернул к себе лицом. Я обомлела, увидев столь знакомую физиономию. Но сейчас это отошло на второй план, во мне проснулся неведомый азарт — раз уж мы взяли на себя часть шоу, то завершать его надо эффектно. Мы начали двигаться, подобно танцорам бальных танцев, держась за руки, смотрели друг другу в глаза, активно перебирая ногами. Мне было так хорошо и весело, что я не выдержала и от души засмеялась, опрокидывая голову назад. Мелодия кончилась, и мы замерли — одна рука моего столь неожиданного партнёра была помещена на талию, а вторая придерживала мою приподнятую ногу, я же держалась за его шею, смотря парню прямо в глаза. Ах да, он был мне очень хорошо знаком, как и всему фандому. Сергей Горошко — актёр, музыкант и, судя по всему, прекрасный танцор. Как он любил говорить «Четыре года театрального» — явно пошли ему на пользу даже больше, чем можно ожидать. Запыхавшиеся, но довольные, мы словно замерли в моменте. Я даже забыла, что вокруг куча людей, а вот его почему-то очень захотелось поцеловать, в мгновение пролетела такая мысль и видимо виски был либо слишком хороший, либо палёный, потому что унесло меня конкретно и отчёта этому действию я не давала. Проведя рукой по задней части его шеи, я запустила пальцы в волосы Горошко, медленно притягивая его к себе и оставляя на покусанных и жёстких губах нежный поцелуй. Они у него были влажные и чуть горькие, он тоже что-то пил, но из-за привкуса виски во рту я не смогла понять, что именно. Чувствую, как его рука слегка сжала мою талию, притягивая к себе. Чёрт, на нас же все смотрят. Поспешно отстраняюсь, отводя глаза. Началась уже другая мелодия. — Прости! — Неловко улыбаясь, убираю от него руки. — Не удержалась. — Смотря в его глаза снова, вижу, как ярко они блестят, он смотрит на меня с самой прекрасной улыбкой. — Да плевать, всё отлично! — Видно, что он пьян, ну, радует факт, что я не единственная решила начать вечер с стаканчика чего-нибудь крепкого. — Как зовут тебя, милая? — Он с такой добротой и нежностью произносит «милая», что уже хочется начать пищать и плакать, особенно от обострения всех чувств благодаря виски. — Юля. — Тихо произношу я и Серёжа явно не слышит. Музыка очень громкая и мешает. — Знаешь, что? — Он наклоняется к моему уху. Толпа вокруг, поняв, что шоу окончено, начинает заполнять танцпол вновь, наслаждаясь уже самостоятельно. — Давай сбежим отсюда? — Заговорщицким тоном произносит он. Начинаю смеяться, серьёзно, он не боится слухов? Хотя, в последнее время люди наконец начали понимать, что каждый человек имеет право на личную жизнь и у Серёжи тоже оно есть, взрослый уже парень. Не знаю даже, что ответить, поэтому просто киваю. Он тут же хватает меня за руку и озорно, как напроказничавший мальчишка, уводит к выходу. — Погоди! — Останавливаю его. — Мне забрать вещи у бара нужно и оплатить свой виски. — Что-что, а правила — есть правила. Горошко кивает со слегка виноватым видом, не подумал. Забрав у бара свою кожанку и сумку, оплатила виски и пожелала барменше удачной смены. Девушка с улыбкой кивнула мне. Горошко, увидев куртку, просиял ещё сильнее, показывая мне палец вверх. Мы вышли на улицу. За пределами клуба было значительно прохладнее, чем в здании, где уже надышали и народу было много. — Так, как зовут тебя? — Всё также ярко улыбаясь, переспрашивает Серёжа. Невозможно назвать его иначе — Серёжа такой Серёжа. Милый, добрый, яркий, пусть и пьяный, но такой чистый, его хочется затискать и обнять. Его любимая кожанка, очки, придерживающие волосы, красная футболка и чёрные джинсы — его стиль прост и удобен, он не пытается казаться фэшн-дивой, обычный парень, такой же как все, только в пару тысяч раз лучше. — Юля. — Теперь повторяю это с такой же глупой улыбкой. Ну, её невозможно сдержать, так что я не виновата. — Отлично имя. — Он аккуратно поправляет прядь волос, которая лезла мне в глаза и заправляет за ухо, случайно касаясь щеки пальцами. Грубые от игры на гитаре подушечки, но такие горячие руки — их температуру я заметила ещё во время танца. — А ещё ты отлично танцуешь. Очень энергичная. — Спасибо большое. — Чуть склоняю голову, как бы кивая, но признаться, комплимент от Горошко смущал просто ужасно, я способна принять его от кого угодно, но он… Сразу как-то всё становится волнительно и от переизбытка эмоций, кажется, что грудная клетка вот-вот порвётся, выпуская всё счастье наружу. — Пойдём. — Прищурившись, он снова берёт меня за руку, но тут же чуть осекается, потупив взгляд. — Ты не подумай, я не собираюсь какую-то жесть творить или ещё что-то. Ты мне просто так понравилась, хочу погулять с тобой, познакомиться… — Он слегка застенчив, но мне кажется, что так на него действует алкоголь. Это как-то не соответствует его вайбу хаотичности. Хотя, кто знает, может он действительно вот такой кот? Я бы не пошла ни с кем гулять ночью по Питеру и тем более из клуба, но это был Сергей. Он вселял доверие, наверное, каждому, кто видел его вот таким милым и спокойным. — Я и не думала об этом. — Пожимаю плечами. Он легонько сжимает мою ладонь, кивая и облегчённо вздыхая. Он вёл меня за ручку по ночному Петербургу, машин почти не было, на часах уже почти полночь, я посмотрела в телефоне. Серёжа рассказывал, как скучно ему было в самом начале вечеринки, и он решил выпить, что музыка ему поначалу не понравилась, но он всё-таки нашёл приятную компанию, сделал несколько фото, а потом увидел, как я танцую. — Это было… Это было просто феерично. Знаешь, как магия. Меня сначала мелодия привлекла очень, а потом я тебя увидел и замер просто… Волшебство какое-то. — Он не был излишне эмоционален, но так крепко каждый раз сжимал моё запястье, как бы убеждаясь, что я — не выдуманная иллюзия, а реальный человек. — Ты меня смущаешь… — И это правда. Я вся раскраснелась от таких заявлений. Но танец реально был классный, да весь этот вечер казался сплошным волшебством. Горошко лишь ехидно захихикал, ему не было жаль вот так нагло загонять девушку в краску. Мы переглянулись и почему-то оба расхохотались. Он привёл нас к какому-то жилому зданию и первой мыслью было: «Серьёзно? Привёл к себе домой?». Но потом Серёжа обернулся, как будто ища что-то на улице. — Секунду! Стой тут, не поворачивайся. — Оставляет меня одну, смотреть на дверь подъезда и куда-то убегает. Будет очень смешно, если Горошко оказался пранкером или передумал и решил кинуть пока не поздно. Сжимая в двух руках свой клатч, послушно стояла, ковыряя кроссовком тротуар, правда скорее не ковыряла, а просто сбивала об плитку носки обуви. Прошло уже минут десять, а он всё не возвращался. Тяжело вздохнув, уже думала доставать телефон, как услышала, что кто-то очень быстро подбегает сзади. — Прости, что так долго! Не знал, что выбрать, а такая у них последняя осталась… — Поворачиваю голову на его голос и вижу: Горошко — запыхавшийся от бега, с красными щеками и алой розой в руках. Улыбается во весь рот, пытаясь привести в порядок дыхание. Найти за такое краткое количество времени работающий цветочный, хотя, их тут довольно много и круглосуточные есть, но тем не менее, это ещё и додуматься надо. Всё-таки он непредсказуем. С этой розочкой и рядом с ним, я шла по лестнице, вообще не представляя, куда иду. Пролёт за пролётом и вскоре все этажи были преодолены. Сергей прикусил нижнюю губу, смотря на люк, ведущий на крышу. А вот тут я удивилась ещё сильнее. Серьёзно, он привёл меня на крышу питерского дома… Ну, почти привёл. Минут семь он открывал люк, а затем, посмотрев на меня и на платье, полез на крышу первым. — Давай сюда. — Протянул руки, чтобы я отдала ему мешающие вещи и схватилась за холодную лестница руками. Возможно, все решения, принятые после выпитого виски будут неправильными, но то количество эмоций, которое я получаю, пожалуй, стоит того. С его помощью в конце, забираюсь наверх. Признаться, он действительно комфортен. Чтобы не смущать меня, пошёл первым, ведь окажись снизу, было бы видно, что под платьем, а это не должен увидеть никто. Встав на ноги и выпрямившись, понимаю, что с этой крыши открывается волшебный вид на город. Мосты, звёзды, яркие огоньки фонарей… Дух захватывает от такого, прикрываю рот руками, смотря на это всё. Я была в Петербурге несколько раз, но такого ещё не испытывала… — Красиво, да? — Серёжа подходит сзади, кладя свою голову мне на плечо и легонько приобнимая за талию. — Ты же не против?.. — Отодвигая руки, виновато вздыхает. — Я просто всё время забываю спросить… у тебя. — Вместо ответа я просто накрываю его ладони своими, возвращая их обратно на талию. Сергей хмыкнул, тыкаясь в мою шею носом, и я услышала его медленное дыхание. Мы стояли так минут пять, он обнимал меня, я наслаждалась видом и его тихими вздохами. Звёздное небо, лёгкий ветерок, растрепавший волосы, Сергей Горошко — определённо, это лучший вечер здесь. Вдруг он отстранился, отходя к вещам, назад. Я обернулась. Он поднял розу, повертел её в руках и потом посмотрел на меня с хитрым прищуром. Чую, будет что-то интересное… Сергей медленно подходит ко мне и сейчас я замечаю, насколько всё-таки он красив и мужествен. Расправив плечи, с ровной спиной, он, подобно скале, возвышался надо мной. — Протяни руку. — Как-то хрипло сказал он и эти слова звучали как приказ. Уверенный и спокойный. Его настроение с милого котика в течение нескольких минут изменилось, и он превратился в хищного кота, может, тигр? Я послушно протянула правую руку, Сергей аккуратно повернул её своей рукой ладонью вверх. Смотря мне в глаза, он медленно провёл бутоном розы по чувствительной коже предплечья. Было щекотно, но что-то необычное тоже проскочило. Он придерживал мою ладонь, поглаживая её большим пальцем. — Что ты делаешь? — Не совсем понимая смысл этих действий, чуть наклонила голову. — Закрой глаза и почувствуй… — Я закрыла глаза. Теперь слух и осязание станут основой чувств, первые секунд десять всё было также, а потом я стала замечать каждый шорох, но Серёжа начал шептать что-то, и я сосредоточилась уже на нём. — Почувствуй эту нежность… Хрупкий бутон, твои нежные руки. Соблазнительно, не так ли? — Он очень тихо хохотнул, приподнимая мою руку, оставил на костяшках пальцев невесомый поцелуй, продолжая щекотать мою руку розочкой. — А что, если на месте розы были бы мои пальцы, или, может быть, губы? — Его вопросы не нуждались в ответе, а вот бутон теперь медленно перемещался к открытым плечам и действительно на месте этого бутона, казалось, были его губы, не имеющие никакого веса, нежные и мягкие. Они касались ключиц, ложбинки между ними, шеи… Он так медленно двигал ей, буквально изводя мои ощущения. Фантазия разыгралась, и я невольно удивлённо вздохнула, слишком громко и прибавив голоса, из-за чего вздох этот был отдалённо похож на слабый, сдавленный стон. Нет, он точно издевается. Резко распахнув глаза, встречаюсь с его затуманенным взглядом. К чёрту, к чёрту всё. Вырывая свою ладонь, притягиваю его за края кожанки, заставляя поцеловать себя. Я делаю это второй раз за вечер, не спрашивая его разрешения. Однако уверена: он не против. Серёжа улыбается мне в губы, тихо посмеиваясь. Роза из его рук падает на поверхность крыши, одна рука помещается мне на талию, сжимая её, прижимая меня к себе поближе. Вторая его рука проходит вверх, проводя по спине и через ткань платья я чувствую его прикосновения, от них по коже словно волна, распространяются мурашки. Эту самую руку он запускает в мои волосы, аккуратно оттягивая за них мою голову назад и целует в шею. Теперь мне даже не нужно представлять, что это его губы, ведь теперь это действительно они… Не такие нежные, как бутон розы, но Боже, они в сотни, нет, в тысячи раз лучше, чем эта милейшая роза. — Серёж… — Сжимаю края его кожанки сильнее. Эмоции настолько сильные, что я буквально таю и расплываюсь в его руках. — Ммм? — Соблазнительно протягивает он, продолжая покрывать мою шею и плечи поцелуями, я чувствую, как его губы искривляются в улыбке и клянусь, он крайне доволен собой. — Что мы творим? — Мне на самом деле уже всё равно что мы творим, потому что мне слишком это нравится. — Что-то, о чём наверняка пожалеем, протрезвев. — Мурлычет, словно кот. — Но мы пьяны… — Хихикаю. — Значит можно делать всё? — Мне нравится ход твоих мыслей… — Шепчет на ухо, оторвавшись от шеи. Его руки теперь перемещаются, гладя моё тело, обводя изгибы талии и бёдер через ткань. Горошко хмурится. — К чёрту. Раздевайся. Возможно, сумасшедшее решение — раздеваться, стоя на крыше в Питере, но мне уже действительно было слишком жарко. Снимаю платье через верх. Бюстгальтера на мне нет и не было, зато чёрное кружевное бельё на нижней части тела определённо привлекло его взгляд, Сергей даже замер, остановив дыхание. Неужели, его реально настолько сильно восхищают женщины… Восхищаю я?.. — Блять… — Сдавленный гортанный хрип вырывается из него, когда платье падает рядом с розой, и плевать, что оно испачкается. Тут же в его глазах загорается какой-то странный огонёк, он скидывает свою кожанку на пол, а затем и футболка летит за ней, очки он кладёт аккуратно. Знаменитое «Don’t akt» сразу бросается в глаза и вызывает улыбку. Серёжа обходит меня сзади, помещая свои горячие руки на мою голую талию и наклоняется, произнося. — Потанцуем? В баре ты подарила мне лишь один танец… мне этого мало. — Он зарывается в мои волосы носом, медленно втягивая носом, шампунь у меня действительно хороший, поэтому становится даже приятно. Его руки ощущаются крайне остро и мне уже сейчас хочется просто наброситься на него, но он начинает направлять движения и задавать несуществующий такт. Медленный танец, почти как в лагерях в детстве, только более откровенный. Постепенно он уже не просто придерживает меня за талию, а уже полноценно обнимает, не боясь касаться моего тела. Мы, прижимаясь друг к другу, покачиваемся из стороны в сторону не под музыку, а под ритмы этого города. Резонанс наших тел и душ заставил нас словно быть одним целым. Мои руки на его руках, обнимающих меня, он сзади, прижимается к моей спине, откинув голову, помещаю её на плечо Горошко и улыбаюсь так искренно, как не улыбалась никогда. Благодаря свежему воздуху, кажется, начинаю трезветь, но присутствие этого человека пьянит меня снова. Его руки медленно, с нажимом опускаются с талии на бёдра, он томно дышит в мою шею, от этих ощущений сносит голову. Возбуждение, волнение… Попытки морали превзойти эмоции с треском проваливаются и сердце откровенно шлёт мозг на три самые весёлые в этой жизни буквы. Чуть выгибаю спину, подаваясь бёдрами назад, отчего Сергей резко и тяжело вздыхает, легонько шлёпая меня. — Так хочешь? — О да, он даже не представляет, насколько… — Очень… — Шепчу я так тихо, что он, может, даже не услышал. Держа меня одной рукой за бедро, второй снова хватается за волосы, оттягивая мою голову назад. — Повтори. — Уверенно и жёстко говорит он. Ни капли юмора или сарказма, он реально приказывает. — Хочу… — Он усмехается, оставляя на задней части шеи засос. — Чтобы не забыла утром. Извини, если ты против, но уже поздно. — Серёжа подхватывает меня на руки и относит к месту, откуда мы пришли. Там ставит меня обратно на землю, поворачивая лицом к стенке. Я опираюсь на неё руками, чтобы было удобнее. Он не старается быть слишком нежным, но и жестким его назвать нельзя. Поглаживая спину одной рукой, второй он медленно спускается, проводя пальцами по позвоночнику, снова заставляя меня выгибаться и почти что трястись. Он оттягивает край белья, зацепляя его пальцами и стягивая вниз. От томящего ожидания всё ноет, возбуждение давит на мозг и не только, хочется кричать, умолять, просить его уже сделать что-то. Но даже без мольбы он это делает. Его прекрасные пальцы заставляют дрожать и закусывать губы, пока он умело работает ими, постепенно растягивая меня и заставляя извиваться от яркости ощущений. Чёртов Горошко, как он смеет быть таким? Достаточно просто посмотреть на него, тотчас хочется обнять, а потом ты уже волшебным образом оказываешься в таком положении, когда он тяжело дышит тебе в спину. Спустя минуту этого мучительного удовольствия, наконец слышится звук расстёгивающейся ширинки, обернувшись, вижу, что из кармана он уже достал презерватив. Весьма продуманно с его стороны носить такие вещи с собой. Серёжа дышит очень быстро, его грудь вздымается от неравномерных вдохов, весь трясётся от возбуждения. Это очень льстит. Отворачиваюсь, остаётся лишь мучиться, ожидая. Сжимаю руки в кулаки, опираясь на один из них головой. Господи, неужели этот парень способен так легко свести с ума, заставить не думать ни о чём, кроме него? О да, он смог. Уже через пару минут он быстро двигая бёдрами заставлял меня закрывать рот руками, чтобы не стонать. Секс на крыше — самое крышесносное решение из всех возможных. Мы постепенно растворялись друг в друге. Серёжа помог, прикрыв мой рот уже своей ладонью, но вот незадача — он наклонился и сам, его голос был понижен на несколько тонов, я даже не думала, что он так может… Но этот полу-рычащий тембр… Это была самая сладкая речь. — Ты… Ты невероятная… — Продолжая вжимать меня в стену, выбивая весь воздух из легких через мои долгие выдохи и сдавленные стоны, Горошко уже сам явно еле-еле держался. Убрав руку со рта, он переместил её на мою голову, заставляя прижаться к стене ещё сильнее, а вторая его рука нагло занималась тем, чтобы довести меня до края. Пара секунд… и я чувствую накатывающуюся волну. Это уже даже не просто волна, а чёртово цунами, которое вот-вот собьёт меня с ног. — Пожалуйста… Пожалуйста! — Ударяя кулаком стену, прошу, сама не до конца понимая о чём, зато он понимает отлично. Более активно двигая бедрами и пальцами, он вдруг замедляется, делая несколько резких и грубых толчков. Один крайне громкий и восклицательный стон всё-таки срывается с моих губ, когда оргазм резким потоком снимает всё накопившееся напряжение. Ноги слабо трясёт, словно после пары часов в зале, да меня всю трясёт. Следом, Горошко сжимает моё бедро рукой, которая была у паха и громко выдыхает, а затем начинает смеяться. — Блять… Что это было, чёрт возьми?! — Я, пытаясь устоять на ногах, тоже смеюсь, но пожимаю плечами, а он, тыкаясь в мою спину лбом, тихо вздыхает. Вот так мой вечер кончился на Питерской крыше…