Все еще будет

Нил

Она обнимала меня. Мама. Мама, которую я похоронил. Без которой я научился жить. Та, которая столько времени провела в бегах, пытаясь спасти меня. Она здесь. Сейчас. Обнимает меня и плачет. Извиняется. Она извиняется. За что? За что ей извиняться? Это не укладывается у меня в голове. Я все еще стою, как будто мои ноги залили бетоном. Я дрожащей рукой, обнял её тело. Она стала хрупче. Даже через её одежду я чувствовал как выступают её кости. Она был ниже, или это мне так казалось? У меня было странное ощущение, будто это и не моя мать даже. Я не знал почему это так. Может из-за того что я 7 лет считал, что она мертва. Или из-за того, что я не мог воспринимать свою мать такой ослабшей и эмоционально разбитой. Мама никогда не была такой. Она не плакала, она не обнимала, только если не для того чтобы прикрыть от пуль, и видеть её такой, было очень странно, непривычно, дико. Спустя несколько долгих минут, которые показались мне вечностью, она отпустила меня и посмотрела мне в глаза. — Ты перестал носить линзы, - упрекающе сказала она. Я замер. — Больше не было необходимости. — Что я тебе всегда говорила, Абрам? Я знаю. Она слишком долго вдалбивала в мою голову эти правила. Я помню их все. — Абрам!? Что я говорила? Я вздрогнул. Это было реально. Это была она. Это правда была она. И в какой-то момент, я снова оказался 15-летним Стефаном, которого на улицах неприметного городка во Франции ругала его мать Силиция. Казалось, что ничего и не изменилось, что он все еще в бегах. Тем временем Мэри продолжала бить своими уже слабыми руками по его груди, приказывая ответить на ее вопрос. Я как заторможенный отвечал: — Никогда не теряй бдительности. Никогда не привязывайся. Никогда не оставайся на одном месте слишком долго. Никогда... — ХВАТИТ. Как гром среди ясного неба прозвенел голос Эндрю и я сразу вышел из транса. Я обернулся на него. Он выжидающе смотрел на Мэри. — Оставь его в покое, он больше не твоя марионетка, которой ты можешь управлять как вздумается. — Эндрю, я в порядке. — Заткнись, Джостен. Нихуя ты не в порядке, ты чуть ли ни на грани панички. — Послушайте, Эндрю , не могли бы вы не вмешиваться. Мы бы хотели поговорить наедине, без посторонних. — Послушайте…, - начал было Ники, явно оскорбленный часть про «посторонних», но Эндрю его перебил. — В данной ситуации, как раз таки вы, дамочка, являетесь постороннец. — Извини меня, пожалуйста, но… Эндрю напрягся. Я не мог этого выносить. Мне было душно. Выйти. Выйти. Выйти. Мне нужно было выйти отсюда. Я начал отступать, Мэри схватила меня за локоть и посмотрела на меня своим грозным взглядом, который гласил, что если я её сейчас ослушаюсь, то она мне это припомнит. Но я не могу с ней быть. Здесь, в нашем с Эндрю доме. Я не могу позволить, чтобы она оставалась рядом с моей семьей. С моей настоящей семьей. Я должен был уйти, тогда она тоже ушла бы. Она бы отправилась искать меня, но даже тогда она продолжила бы караулить рядом с нашим домом. Я задыхался. Мне нужно было время, чтобы все это обдумать. — Нил? - Ники обеспокоенно смотрел на меня. — Мне надо проветриться. — Абрам, стой. Я пойду с тобой. — Нет, - одновременно ответили мы с Эндрю. — Я не могу, ма-…Мэри. Слишком много мыслей, мне нужно побыть наедине. Дрю? — Иди, но возьми свой долбанный телефон. — Абрам! — Заткнись, - рыкнул на Мэри Эндрю и перекрыл ей дорогу. Он встал передо мной и кивнув один раз сказал, — Иди.

Мэри

— Эндрю? Ты же не позволишь Нилу куда-то уйти когда он в таком состоянии?  Я смутно слышала голос Николаса Хэммика. Мой сын. Мой Абрам. Его больше не было. Я не знала парня который стоял передо мной минуту назад. Он был совсем другим человеком. А эта боль в его глазах, мой Абрам никогда не смотрел на меня с такой смесью боли, как будто ему претила сама мысль о том, что я выжила. Да, раньше у нас тоже были натянутые отношения с ним, но тогда у нас хотя бы было взаимное уважение и доверие, но сейчас этого не было. Абрам мне не доверял, более того, он доверял своей новой семье, доверял этому Эндрю, который смотрел на меня так будто хочет зарезать на месте, но не мне. Я потеряла его доверие, когда бросила 7 лет назад. А может и еще раньше. — Эндрююю, ты должен пойти за ним. Вдруг с ним что-то случится, вдруг… он не вернется. Последнюю фраза Николас почти прошептал. Я не могла понять, он правда переживал за Абрама, или это была такая показуха передо мной, мол «смотрите какая у нас милая и дружная семья, а теперь валите». — Ники, хватит.  — Но, Нил… — Он вернется.  Ники посмотрел в глаза своему кузену, и не было понятно что он увидел в его взгляде , но Хэммик убежденно кивнул. У нас с Абрамом также было. Мы понимали друг друга с полудвижения, с полувзгляда. Я хмыкнула. Правильно, у нас такое было. Миньярд обернулся и посмотрев на меня произнес. — Что вам нужно?  — Как же так, даже не спросишь где я пропадала любимый зятек? — Я повторяю вопрос. Что вам нужно?  — Мне нужен мой сын. — Ну, тут вы опоздали лет так на 7. — Не дерзи мне мальчишка, ты ничего обо мне не знаешь. Я повидала столько всего за свою жизнь, что тебе и в самых страшных снах такое не приснилось бы. — Вы тоже. — Что? - я опешила.  — Вы тоже обо мне не знаете, вы также ничего не знаете о Ниле. — Мне плевать знаю я тебя или нет, зато я хорошо знаю своего сына. — Нет, вы не знаете.  — Даже если мы не виделись 7 лет, не упускай того факта, что я его мать. Мать которая родила, которая зашивала его, когда его резали на тренировках, которая сбежала с ним от чертовой якудзы, от его психопата отца, которая меняла страны, паспорта, личности пытаясь спасти его жизнь. — Это не говорит, что ты знаешь его. Это говорит о том, что ты хреновая мать, которая вышла замуж за долбанного психопата, который любит резать людей, а также собственного сына.  Я потеряла дар речи. Да как он смеет осуждать меня, как он смеет обвинять меня.  — Слушай сюда, мне плевать какие там отношения у тебя с моих сыном, но я не позволю ему больше оставаться в этом доме и с вашей так названной семейкой. Как только он вернется сюда, мы уедем с ним в Британию, к его дяде.  — Слушай сюда ты… — Эндрю!! Ники выскочил перед своим кузеном, пытаясь остановить Миньярда, который приближался ко мне с убийственным выражением лица.  — Эндрю, успокойся. — Ты его блядь никуда не заберешь, поняла?! Тебе никто не позволит. Нил останется здесь, со своей НАСТОЯЩЕЙ блядь семьей, и если ты захочешь испортить его жизнь снова, потащив его обратно в свой долбанный мир, я тебя лично прикончу. Я замерла. Он знал что моя семья тоже состоит в мафии. Николас с недопониманием смотрел то на меня, то на Миньярда. Хэммик ничего не знал об этом. Но откуда тогда он..Абрам! Он рассказал ему. Сколько еще он знает? Стоит ли его устранить? Если мы с Абрамом уедем отсюда, мне придется избавиться от него.  — Эндрю, может не стоит так горячится, я уверен Нил откажется уезжать, у него ведь здесь семья, дом, экси, ты. — Как думаете, что выберет мой сын. Свою якобы семью, которая подвернулась в удачный момент, или же свою мать, которая столько пережила пытаясь спасти его. Ты прав Миньярд, может я и не знаю его так хорошо как ты,  но я знаю одно. Абрам по природе… — Мученник. Сказали мы одновременно. Я ухмыльнулась, Миньярд же еще больше озлобился на меня. Теперь он не был так уверен в выборе Нила. Повисла давящая тишина. — Что ж вы сейчас затихли? Хм? Давайте, говорите про то, что Абрам так не поступит, что он останется с вами. — Послушайте, - начал было Хэммик, но прервался услышав стук в дверь. — Нил?  Николас пошел открывать дверь, пока мы с Миньярдом стояли в гостиной в гробовой тишине. Спустя минуту стали доносится голоса из прихожей. — Ники, что произошло? Мне пришлось бросить свой салон и приехать сюда.  — Элисон тут это… — Ники?  — Мэтт, Дэн?  — Да привет, мы приехали как смогли, надеюсь не опоздали. Что случилось?  — Идите в гостиную, там поймете.  — А что в гостиной? И где Нил? - спросила Рене, появившаяся внезапно у порога. — Рене, детка. Как я соскучилась, - с этим словами блондинка кинулась обнимать свою подругу. — Привет Элисон, как дела?  — Хорошо детка, но Ники меня напугал своим сообщением и Нил не отвечал на звонки, потому я приехала сюда. Так что Ники случилось то?  — В гостиную, - покачав головой сказал лишь Хэммик. Послушались шаги и в следующий момент я увидела их. Почти всех членов новой семьи Абрама.  — А это кто? - спросила смуглая девушка, которую приобнимал высокий, мускулистый парень.  — Привет, Эндрю, а где Нил? — спросила девушка с разноцветными волосами.  Повисла тишина. — Кто-нибудь уже скажет, что происходит?? - раздраженно спросила блондинка. — Это мама Нила, - ответил Ники. — ЧТО? - прокричали они почти все хором. — Подождите, какая мать? Она же вроде умерла, - спросил парень, Мэтт. — Ну похоже, что нет, - ответила разноволосая.   — А Нил? Где сейчас Нил? Он её видел? С ним все хорошо? - спросила Элисон. — Да, он её видел. Но… — Что «но..»? - спросила Дэн. — Но он ушел из дома, - пробубнил Ники. — В смысле ушел? Куда ушел? Эндрю, ты его отпустил?  — Да, - ответил безэмоционально Миньярд. Все с ужасом уставились на него, кроме разноволосой. Она мне нравилась, было в ней что-то такое. — А.. хорошо. А что ей нужно? - спросил Мэтт. — Она хочет забрать Нила. — В смысле забрать? - спросила насторожившись Дэн. — В смысле забрать, увезти обратно домой, - ответила я. — Какой нахуя домой дамочка, в тот самый в котором его чуть не убил собственный отец? Или к долбанной якудзе, которая придет за ним, если он бросит экси? Что вы собираетесь делать с соглашением, который заключил Нил? Это блядь невозможно, какого хуя вы подвергаете его снова опасности, когда он только научился жить в нормальном мире, без погони, слежки и убийств!? - начала орать на меня блондинка. — Какое соглашение? - удивленно спросила я. Стюарт мне ничего не говорил. — В смысле какое?? Вы не знаете? — О чем не знаю? — О том, что Нил... — Достаточно, - вдруг перебил ее Миньярд, — Она чужая, какого черта ты пытаешься рассказать ей это? Элисон замолчала. Я же недоумевала. — Какое соглашение? Я должна знать, вы обязаны мне сказать! — Нихуя мы тебе не обязаны, тебе в этом доме не рады, так что проваливай отсюда, и не смей появляться рядом с ним. Ники, проводи гостью. На сегодня сеанс встреч закрыт. С этими словами Миньярд взял ключи со стола и вышел из дома, а я осталась в доме с людьми, которые с нескрываемой ненавистью смотрели на меня.