Я тебя не виню...

      —Это я виноват! Пожара можно было избежать! — Саша сейчас бился в истерике. Михаил только недавно очнулся от комы, и его голос, внешний вид да и в принципе всë олицетворение навевало на Романова чувство вины. Ведь это он виноват в пожаре! Он допустил, чтобы его любви сделали больно! Это он должен был гореть, а не Михаил!       В такой истерике он потерял всю энергию и без сил упал на кровать. Через какое-то время у него в горле пересохло. Оно и неудивительно, столько влаги потерял за последние 15 минут. Взяв стакан воды, Саша по инерции повернулся к зеркалу. Там он увидел себя, только с слегка опухшими глазами и красными от слëз щеками. Ему стало сново брезгливо на себя смотреть. Ведь как он тут может лить слëзы, когда буквально в соседней комнате мучается его возлюбленный? И в этих муках виноват он сам. Слëзы сами потекли рекой. Но на этот раз он просто скатился по стене и сёл на пол, закрыв глаза руками.       —Это я виноват... — Уже прошептал тот       —Александр Петрович? —Из транса его вывел родной голос       —Михаил Юрьевич? — М-да, не хотел он, чтобы его кумир застал его вот так. Он быстро встал, вытер слëзы и отряхнулся. — Вам же прописан постельный режим? —Слëзы как назло потекли вновь.       —Да, но я услышал какие-то всхлипы и проснулся. Решил проверить всë ли у вас хорошо — Москва окинул взглядом юношу, а после побурчал — И видимо не зря...       —Чтож, со мной всë хорошо, можете отправляться обратно в свои покои. — Отчеканил Санкт-Петербург. Он ещë и разбудил его! Ужас, он просто монстр.       —Вы уверены?       —Да.— Губы предательски задрожали, а влага полилась по щекам с новой силой. —В-вы можете и-идти. —Он еле сдерживался чтобы не упасть в истерике.       —Хорошо... Саша отвернулся, думая, что Москва уже вышел. Его плечи затряслись. Вдруг, со спины он почувствовал сильные руки, оглаживающие его плечи.       —Александр, вы мой Paradise...       Paradise... Так его называл только отец. Что-то щëлкнуло в голове Саши и он хотел уже разрыдаться в плечо возлюбленного, но чувство вины не давало этого сделать. Он спалил его, разбудил, когда ему нужно было набираться сил после пожара, а теперь Александр ещë и ныть ему будет? Ну уж нет.       — Посмотри на меня...       Эта фраза стала спуском. Романов посмотрел на лицо Московского. Его глаза были наполнены солëной влагой. На долю секунды он задержал взгляд на любимых глазах, а после расплакался в плечо Москвы. Плакал он навзрыд. Михаил же, не оттолкнул его, а наоборот, поглаживал и успокаивал юную столицу.       —Сашенька... —Он впервые обратился к нему так — Я не виню тебя.       Саша от такого опешил. Он же не говорил ему о его проблеме. Неужели догадался? Или услышал его через стенку? Это стало неважно уже через долю секунды. Михаил опустил голову на уровень Александр и смотря в глаза сказал.       — Я. Вам. Доверяю. — выделяя каждое слово сказал он. — Будьте добры доверять в ответ.       Саша кивнул, по-детски ухватился за шею и тихо прошептал:       —Спасибо... За всë спасибо...       Михаил на это по-доброму улыбнулся. Он ещë не раз это услышит от него. Не раз