Девы

Мадам Помфри

      В больничном крыле Хогвартса царил полный покой. Редкие больные, в основном любители Забастовочных завтраков, желающие прогулять последние занятия, спокойно лежали по койкам и дремали. Мадам Помфри не торопясь рассортировывала лечебные зелья в рамках ежегодной ревизии запасов. Перо тихонечко скрипело, пока она выводила название на новенькой бумажной этикетке очередного флакона. Как вдруг за ее спиной раздался хлопок и послышалась какая-то возня. Не отрывая глаз от флакона, она медленно обернулась на шум, готовая всыпать нарушителям покоя профилактических мер, когда ее глазам предстала ужасающая картина. На полу вся в слезах сидела растрепанная Пэнси Паркинсон, держа в руках Гермиону Грейнджер. Гриффиндорка была без сознания, ее руки были обожжены до локтей. В воздухе пахло горелым. Рядом с ними стояла домовиха, одетая в полотенце с эмблемой Хогвартса. Паркинсон открыла рот, чтобы что-то сказать, но звука не последовало.       Домовиха подскочила и кинулась к Мадам Помфри с криками:       — Помогите! Кудрявая госпожа колдовала и взорвала большой белый шар, а Пэнси госпожа его заморозила, но кудрявая госпожа успела пострадать!       Мадам Помфри выронила флакон и кинулась на помощь. Она заклинанием Левитации подняла тело Гермионы и начала накладывать диагностирующее заклинание. Руки гриффиндорки были обожжены каким-то заклинанием, не огнем. На них таяли замораживающие чары. Они чуть остановили ожог. Если бы их сразу не наложили, руки было бы не спасти. Помфри наложила заморозку максимальной мощности и обернулась было к шкафчику с лекарства, чтобы призвать нужные флаконы, как в удивлении обнаружила стоящую рядом Паркинсон, протягивающую ей все необходимое. Не задавая пока что лишних вопросов, она забрала флаконы и влила их содержимое по очерди в рот Гриффиндорке. Наложила снова диагностирующее, проверяя их действие. Довольная результатом, она наколдовала на руки Гермионе повязки. Наконец, пощупав ее лоб и удостоверившись, что восстановление началось и происходит в нужном темпе, она обернулась к белой как мел Паркинсон. Та, видимо пребывая в шоке, не отрываясь смотрела на Гермиону.       — Что произошло? Рассказывай — скомандовала Мадам Помфри нарочито резким голосом, стараясь привести ее в чувство.       Пэнси вздрогнула и расфокусировано посмотрела в ответ.       — Мы тренировались, Гермиона ставила эксперименты с заклинанием молнии — Танарос — начала она рассказывать слабым голосом — Создавала энергосферу, накладывала щитовые чары на руки и держала ее Левиосой, я на подстраховке замораживала, если что-то шло не так. Всегда все было хорошо. А сегодня сфера резко выросла и взорвалась. Я успела наложить заморозку на ее руки, прежде чем Кики перенесла нас сюда.       Мадам Помфри присвистнула бы, если бы не была на работе при учениках. Это же надо, создавать сферу из заклинания Танароса. У нее и раньше были мысли, что Грейнджер сумасшедшая, как иначе объяснить причины, по которым она обычно сюда попадала. Хотя бы вспомнить историю с Оборотным зельем, когда она зачем-то превратила себя в огромную кошку. Помфри вздохнула и погладила Пэнси по голове, снова вздохнув, когда та дернулась от ее руки.       — Ты молодец — спокойно сказала она, — Ты вовремя среагировала и оказала первую помощь, нашла способ быстро доставить ее сюда. При таких травмах каждая секунда на счету.       Нижняя губа Пэнси задрожала и она заревела навзрыд. Мадам Помфри обняла ее, успокаивая. После чего осторожно усадила на стул и заставила выпить успокоительное зелье. Она наложи диагностирующее заклинание и удостоверившись, что никаких физических повреждений нет, вызвала Макгонагалл, отправив к ней патронуса.

Пэнси

      Через пять минут в Лазарет вошла директриса. Она смотрела на Пэнси, пока слушала рассказ Мадам Помфри о том, что произошло. Слизеринка даже не глядя на нее вся сжалась под этим взглядом, сама не отрывая глаз от спящей в своей койке Гермионы. Ей казалось, что сердце остановится, если гриффиндорка пропадет из поля зрения. Макгонагалл подошла к ней и положила руку на плечо, заглянув в глаза.       — Пойдемте, мисс Паркинсон, я провожу вас до гостиной.       — Я останусь здесь — ответила Пэнси и прямо посмотрела ей в глаза.       — Вы можете прийти завтра и навестить ее, Паркинсон — вмешалась Мадам Помфри.       — Я буду ночевать здесь, я не могу уйти — снова сказала Пэнси, чувствуя, как к горлу подкатывает комок — Я не могу уйти и бросить ее здесь — сказала она, начиная плакать — Это я вовремя не среагировала и не успела ее остановить — выдавила она из себя, закрывая лицо руками.       Макгонагалл опустилась на колени, обнимая ее:       — Вы все сделали во время, мисс Паркинсон, вы доставили ее в лазарет и теперь она точно спасена — от ее успокаивающего голоса и прикосновений тело наливалось тяжестью — А теперь, спите.       И Пэнси провалилась в сон.       ***       Она проснулась в своей кровати в подземельях. Вся одежда пропотела, лоб покрывала испарина. Пэнси нашла палочку на тумбочке и зажгла огонек люмоса. Будильник показывал 4:30 утра. Не долго думая, она быстро встала и оделась. После чего тихонечко прошла через гостиную, чтобы никого не разбудить и направилась к больничному крылу, бесшумно ступая по все еще темным пустым коридорам. За окнами на горизонте занималась заря.       Двери Лазарета оказались закрыты. Пэнси устало прислонилась к стене рядом и сползла по ней на пол. Она обняла колени руками и уткнулась в них лбом. Сил думать о чем-либо не было. Она закрыла глаза и принялась ждать. Минуты тянулись одна за одной. Пэнси сидела на полу, не шевелясь, игнорируя затекшие конечности и холод, постепенно сковавший тело. Ей казалось, если она обратит внимание на что-то помимо заполняющей все ее существо тревоги, ничего уже будет не спасти. В ушах стучало набатом. Казалось звук ее сердца можно было расслышать за сто метров. Она сосредоточилась на нем, пытаясь занять мечущийся разум хоть чем-то. Раз, два, три.       Она начала вспоминать, как все произошло. Эта сцена стояла перед глазами, словно это происходит сейчас. Вот Гермиона создает шар и все идет как обычно. Она отрывает одну руку и победно держит ослепительную сферу над собой. По ее лицу пляшут белые всполохи. В такие моменты она всегда выглядит как безумная. И тут треск усилился и стал просто невыносим, Гермиона закричала и ее накрыло белым светом. Пэнси выстрелила замораживающим наугад в середину сферы, и ее сшибло с ног взрывной волной. Когда свет рассеялся, Пэнси лежала ничком. Она оторвала измазанное землей лицо и с трудом поднялась на локтях, дезориентированно оглядываясь. В ушах гудело.       — Гермиона! — крикнула она, но Гермиона не отвечала.       Пэнси встала на ноги и кое как и осмотрелась. Вокруг нее ровно из того места, где стояла Грейнджер, расходилось угольно черное выжженное пятно. Желтые цветочки сгорели дотла. С краю полянки лежала бесформенная куча тряпья. Через секунду Пэнси поняла, что эта куча — Гермиона, и бросилась к ней. В ужасе она перевернула ее на спину. Гермиона не дышала. Ее руки были обожжены до локтя. Рукава мантии сгорели. Даже не думая, она наложила на руки Гермионы Замораживающее, покрывая их толстой коркой льда. Гермиона что-то рассказывала ей как-то про энергию кинетическую или какую-то там еще, и что ожог можно остановить только длительным охлаждением на раннем этапе.       — Кики! — истошно закричала Пэнси, вызывая эльфийку. Из ее глаз текли слезы. — Кики!       Меньше чем через секунду домовиха появилась рядом с ними.       — Лазарет! — скомандовала Пэнси и голос ее сорвался.       Домовиха положила руку ей на плечо и они перенеслись в Больничное крыло.       ***       Из дремоты ее выдернули чьи-то шаги. Она резко подняла голову и обернулась на звук. Это был Поттер. Он сел рядом с ней, прислонившись к ледяной стене спиной.       — Давно тут ждешь? — спросил он, посмотрев на нее.       — Около часа — еле выдавила она из себя эти два слова.       — Макгонагалл сказала, с ней все будет хорошо, просто нужно несколько дней на восстановление — проговорил он спокойно.       Пэнси кивнула и уставилась в противоположную стену. Говорить не было сил. Если он сейчас начнет расспрашивать, что произошло, она не выдержит. Такого страха она не испытывала кажется никогда. Он сковал все ее внутренности, напрочь лишив ее голову мыслей. Все что она могла, застыть и ждать.       — Знаешь, она кучу раз попадала сюда — нарушил молчание Поттер, продолжая внимательно смотреть на нее — на втором курсе она сварила Оборотное зелье и по ошибке превратилась в человекоподобную кошку, бросила в зелье кошачьи волосы вместо человечьих. Кошка, кстати была какой-то девочки со слизерина.       Пэнси удивленно посмотрела в ответ, но так ничего и не смогла ответить. Видя ее выражение лица, Поттер рассмеялся:       — Мы пытались выяснить, не Малфой ли наследник Слизерина — сказал он и закрыл лицо рукой.       Пэнси молчала, разглядывая каменную кладку противоположной стены. Уже рассвело.       — А потом Гермиона догадалась, что монстр это Василиск и что он передвигается по трубам, не дожидаясь нас пошла выслеживать его с зеркалом и обратилась в камень. — продолжил Поттер. — А на третьем курсе она использовала маховик времени, чтобы быть на всех возможных уроках. На пятом она отправилась со мной в Министерство отбиваться от пожирателей. — на этом моменте Пэнси поперхнулась. — После смерти Дамблдора она сама организовала за меня то, чем мы должны были заниматься. Мы скитались с палаткой по всей Британии, прячась от Волдеморта и его приспешников. Однажды нас с ней схватили егеря. А еще она сама спланировала ограбление Гринготтса, где все пошло не по плану и нам пришлось похитить дракона.       Пэнси в шоке смотрела на него, когда он закончил. Все это просто не укладывалось в голове.       — Понимаешь о чем я? — он посмотрел на нее внимательно, стекла очков сверкнули.       Пэнси покачала головой, абсолютно не понимая, к чему он ведет.       — Она никогда не была девой в беде, это она всегда всех спасала, не ее, — проговорил он — С ней кучу раз случалось много плохого, она получала травмы, страдала, была на грани смерти. Потому что Гермиона не принцесса в замке, она безумный гений, готовый устроить теракт, лишь бы спасти тех, кто ей важен, если считает это справедливым. Себя она не бережет никогда.       Пэнси начала плакать, не в силах справиться со всем пережитым. Поттер положил руку ей на плечи, обнимая и прижимая к себе.       — И я рад, что наконец-то у нее есть кто-то, кто сам готов ее спасать. Если бы не ты, она бы в этот раз не выкарабкалась. Спасибо тебе. — закончил он, глядя на нее.       Пэнси заревела еще пуще прежнего, зарываясь лицом в колени, содрогаясь всем телом. Поттер погладил ее по плечам, успокаивая.       — Тише тише, хорошо все с ней будет. Это всего лишь ожог. Мне вон целую руку однажды отрастили.

Гермиона

      Гермиона знала, что это сон. Белый свет, накрывший ее, когда сфера поглотила ее, никуда не отступал. Свет, столько света. Он такой красивый, такой теплый. Он ласкал ее лицо. И она слышала голоса. Много голосов. Они говорили с ней и друг с другом наперебой, смешиваясь в одну сплошную какофонию и не давая ей ни секунды покоя. Она напрягла слух, пытаясь разобрать хоть слово. Но ничего не получалось. В ушах зазвенело и свет начал меркнуть.       Гермиона открыла глаза. Сфокусировавшись, она поняла, что над ней склонила лицо Мадам Помфри. Значит она в Лазарете. Гермиона попыталась пошевелиться, но не смогла. Тело налилось свинцом и не отзывалось. Ей стало страшно. Она оглянулась вокруг и позвала пересохшими губами:       — Пэнси? — звук получился еле различимым.       Мадам Помфри поднесла ей стакан воды, помогая сделать глоток воды. Наконец, обретая возможность говорить, она повторила:       — Пэнси? Где Пэнси?       Мадам Помфри посмотрела на нее с сочувствием.       Гермионе стало страшно от этого взгляда. В панике она начала метаться по кровати, пытаясь разглядеть соседние койки. Пэнси в лазарете нет. Что с ней? Она же не. Ее же не задело взрывом? Не может быть, нет нет нет. Гермиона изо всех сил напряглась и попыталась подскочить, нелепо дернувшись. Руки прострелила острая жгучая боль.       — Тихо, тихо — сказал мадам помфри и взмахнула палочкой.       Гермиона провалилась в черноту.       ***       Когда Гермиона снова открыла глаза, Лазарет заполняло алое марево. Солнце садилось. Она не знала, сколько проспала и какой это уже был день. Рядом никого не было. Она оглянулась по сторонам в поисках Пэнси и нашла глазами Мадам Помфри, звенящую склянками у шкафчика с лекарствами. Словно почуяв, что Гермиона проснулась, она обернулась и направилась к ней, прихватив с собой пару пузырьков.       — Так, только не дергайся, повредишь повязку, придется перебинтовывать, а это не самое приятное — спокойным голосом проговорила Мадам Помфри и положила руку ей на лоб. — Ну вот, температура спала. Денечек на заживляющем зелье и будешь здорова. Будь это обычный огонь, мы бы справились гораздо быстрее, но сама понимаешь, заклинание Танароса древнее, а значит обладает крайне разрушительным потенциалом. — закончив говорить, она внимательно посмотрела на нее поверх очков.       Гермиона попробовала пошевелить руками и поняла, что они перебинтованы до локтей. Так, у нее значит ожог рук. Не страшно.       — Где Пэнси? Что с ней? — наконец выдавила она из себя.       — Мисс Паркинсон не пострадала, только перепугалась — ответила Помфри, деловито наливая одно из зелий в стеклянный стакан. — Она наложила замораживающее заклинание, чем спасла вам обе руки. Иначе не знаю даже, помог ли бы костерост. Это ж надо додуматься экспериментировать с такими древними заклятиями. Вам повезло, что уже выпуск и вы лучшая ученица школы. Иначе бы вас отчислили уже сегодня. — закончила Помфри, поднося стакан к ее губам — Пейте.       Гермиона сделала глоток горького настоя и сморщилась.       — Вспоминайте этот вкус каждый раз, когда в вашу светлую голову взбредет очередная гениальная идея, мисс Грейнджер.       — Но что с Пэнси? — снова повторила она и сделала еще один глоток.       Мадам Помфри вздохнула:       — Приходит рано утром и дежурит под дверями Лазарета, пока я не открою двери. И уходит только, когда я выгоняю ее на уроки. Экзамены никто не отменял вообще-то, какие еще прогулы.       — Экзамены! — Гермиона испуганно уставилась на Помфри — Сколько дней я здесь?       — Третий день. Не волнуйтесь, до первого экзамена еще неделя. Успеете выписаться и еще дел наворотить, меньшего и не жду. — устало ответила медсестра.       Гермиона потупила взор и продолжила в молчании пить. Закончив с первым зельем, Помфри наполнила стакан следующим. Оно оказалось еще отвратительнее предыдущего.       Дверь Лазарета скрипнула и Гермиона обернулась на звук в надежде. В дверях стояла Макгонагалл.       — О, я вижу вы очнулись. — сказала она и подошла к койке. — Мисс Грейнджер, мне казалось вы понимаете, что военные заслуги не дают вам права рисковать собой и другими учениками? — сказала она строго и проницательно посмотрела, ожидая ответа.       Гермиона была вынуждена признать, что устраивать такое на территории замка — перебор. В конце концов, а если бы сфера накрыла бы большую площадь.       — Простите, — сказала она бесцветно.       — С мисс Паркинсон все хорошо, она перепугана до смерти и судя по синякам под глазами почти не спит, пока ждет вашего выздоровления. Но в остальном она в абсолютном порядке. Мадам Помфри пришлось выгнать ее перед ужином. — после этих слов узел в груди Гермионы развязался и она будто впервые смогла вздохнуть.       — Опрашивать мисс Паркинсон не было нужды, она сама рассказала, что случилось, мне теперь нужно только чтобы вы подтвердили ее слова — директриса серьезно посмотрела на нее и замолчала.       — Ну, — несмело начала Грейнджер — Я пыталась создать энергетическую сферу используя заклинание Танароса, — проговорила она тихо — Из любопытства — На этих словах лицо Макгонагалл дернулось словно от нервного тика. — И Пэнси согласилась меня страховать, накладывать замораживающее заклинание. Я ее упрашивала, она сначала не хотела в этом участвовать. Но я выбрала ее, потому что видела, что она хороша в заклинаниях. В этот раз я думала наступит прорыв. Сфера каждый раз была нестабильна, а тут у меня будто получилось взять ее под контроль. Но я ошиблась. Магия вырвалась и сфера взорвалась. — закончила она понурив голову.       — Я надеюсь, — сказала Макгонагалл строго после пары секунд тяжкого молчания, — вы оставите этот проект и займитесь более важными вещами, чем угробить себя и свою девушку глупым экспериментом, от которого нет абсолютно никакой пользы.       Гермиона грустно кивнула в ответ. Ее сжигал стыд. Чуть не погубила и себя и Пэнси, потому что какая-то идея снова захватила ее целиком.       — Хорошо, что Паркинсон была с вами — директриса нарушила молчание — Должна признать, в первый момент у меня возникли подозрения. Но Поттер и оба Уизли поручились за нее.       — В смысле поручились? — Гермиона уставилась на Макгонагалл, не веря своим ушам. — Она спасла мне жизнь, а вы все еще ее в чем-то подозреваете?! — не выдержала она, повышая голос.       Мадам Помфри подлетела к койке, грозно шикнув на директора, успокаивая Гермиону:       — Ну ну, не нужно так волноваться, все позади. Директор, вы нарушите протокол выздоровления — сказала она строго, оборачиваясь к Макгонагалл.       — Простите — совершенно искренне ответила Макгонагалл, глядя Гермионе в глаза — Просто вы так скрывали, что у меня не было четкого понимания, что вас связывает.       — И как вы думаете, почему мы скрывались? — с вызовом ответила Гермиона.       — Мисс Грейнджер, я не в праве лезть в вашу личную жизнь, я признаю. Но я должна была предпринять все возможные меры безопасности. Вы сами понимаете, слизеринка с бездыханной героиней войны на руках — не самая однозначная ситуация. — Сказав это, Макгонагалл замолчала.       Гермиона кивнула. Вот оно. Последствия ее эгоизма, ее страха. Пэнси, ее драгоценная, любимая, самая ценная из всех, спасает ее и терпит недоверие, потому что она — Гермиона — не в силах справиться с осуждением людей, которые вообще для нее никакого значения не имеют. Она без сил опустилась на подушки и закрыла глаза.       — Что ж вы устали и вам надо отдохнуть. Завтра вас скорее всего выпишут. Спокойной ночи мисс Грейнджер.       — Спокойной ночи, директор. — ответила Гермиона и Макгонагал покинула Лазарет.       ***       На утро Помфри сняла бинты и постановила, что Гермиона в полном порядке и может отправляться на завтрак. Не мешкая ни минуты, она переоделась и побежала в Большой Зал. Коридоры проносились мимо пестрой чередой. Всюду сновали ученики и то и дело преграждали ей дорогу, так и норовя врезаться. С трудом преодолев нужное расстояние, Гермина вбежала в Большой Зал и застыла на пороге, вглядываясь в толпу. Она обернулась на нее меньше чем через секунду. Ее глаза стали такими огромными, Гермионе было видно даже отсюда. Гриффиндорка ринулась к ней. Пэнси побежала навстречу, в три огромных прыжка преодолев половину расстояния. Подбежав, она в нерешительности замерла.       — Как… — сорвалось с ее алых губ, но Гермиона не слышала.       Со всего разбега она врезалась в Пэнси и, повиснув у нее на шее, поцеловала ее в губы на глазах у всего Хогвартса. Пэнси замерла, а потом обняла ее в ответ, сжав так крепко, что у нее хрустнули кости. Большой Зал загудел пуще прежнего, словно пчелиный рой.       Они наконец-то оторвались друг от друга и Гермиона поняла, что плачет. В глаза Пэнси тоже стояли слезы.       — Как ты? — наконец-то смогла спросить слизеринка.       — Я? — ответила Гермиона взбудоражено — Я в порядке, даже не пришлось ничего отращивать заново. Не то что Гарри на втором курсе.       — Я наслышана — ответила Пэнси и рассмеялась. — Ну и напугала же ты меня.       — Прости — совершенно серьезно сказала Гермиона. — Ты не пострадала?       — Нет — тепло улыбнулась Пэнси — Но я против, чтоб ты продолжала этот безумный проект.       — О, конечно! — ответила Гермиона, — Сейчас же экзамены. Не до него.       И Пэнси снова рассмеялась. Гермиона наконец-то обратила внимание на друзей, которые подошли ее поприветствовать. Она по очереди обняла гриффиндорцев. Джинни сжала ее даже сильнее Пэнси.       — Еще раз так сделаешь, и я сама прибью тебя — прошептала она на ухо, пугающе похожим на миссис Уизли тоном.       — Еееее, наконец-то! — воскликнул непонятно откуда взявшийся Нотт, обнимая Гермиону и Пэнси одновременно. — А я то думал, когда мы уже все перестанем делать вид, что ничего не понимаем.       — Рад, что ты в порядке, Грейнджер. — сказал Драко и тепло улыбнулся Пэнси.       — Да мы всем факультетом будем отмечать это событие! — не унимался Нотт.       Пэнси посмотрела на него и устало проговорила, оборачиваясь на Гермиону:       — Знаешь, теперь мне начинает казаться, что скрывать это от него было хорошей идеей.

Пэнси

      Экзамены были сданы, прощальная церемония закрытия, во время которой Макгонагалл толкнула проникновенную речь и пустила слезу, проведена, учебники и вещи собраны в чемоданы и сундуки, животные заперты по клеткам и погружены на поезд. Пэнси долго стояла перед главным входом в замок, не в силах отвести взгляд от сверкающих словно россыпь самоцветов на солнце окон. Гермиона крепко сжимала ее руку и тоже смотрела на Хогвартс почти не моргая, словно пытаясь запомнить место, которое и без того они знали наизусть. Накануне Грейнджер проторчала в библиотеке почти весь день, словно пыталась зарядиться на всю оставшуюся жизнь. Громко шмыгнув, она наконец оторвала взгляд от башен и, резко развернувшись, направилась к каретам, увлекая за собой Пэнси. Слизеринка бросила последний прощальный взгляд и направилась следом.       Колеса поезда мерно стучали, заглушаемые всеобщим гомоном. Вырвавшиеся на свободу студенты наперебой обсуждали будущие планы. Туда сюда сновали стайки учеников, заглядывая в купе, прощаясь с друзьями и договариваясь о будущих встречах. Младшекурсники объедались закупленными впрок сладостями. Совы в клетках ухали, снова ставшие модными, жабы квакали. Повсюду носились выпущенные коты.       В их купе набилась половина старшего курса. Джинни сидела на руках у Поттера. Рон почти залез на Лаванду в попытке уместиться. Невилл и Гойл даже не пытались влезть в кресла и просто стояли в углу, готовые в любой момент по зову Забини сбежать в его пропахшее огневиски купе. Пэнси и Гермиона сидели впритык ближе к входу. Все смеялись над какой-то очередной шуткой, которую сморозил Уизли, когда проходе появились две макушки — платиновая и темная кудрявая.       — Давайте, подвиньте ваши телеса ради двух главных гостей вечеринки — прокричал Нотт, явно уже побывавший в купе Забини.       Все на перебой кинулись объяснять ему, что двум главным гостям придется остаться на пороге, так как места закончились еще до прихода Уизли со своей шайкой, как вдруг за их спинами появились совершенно неожиданные гости — Ханна и ее долговязая. Они застенчиво застыли в ожидании, что кто-то обратит на них внимание. Гермиона заметила первой. Она наклонилась к Пэнси и шепнула, кивком указывая на пуффендуек:       — К тебе пришли.       Пэнси оглянулась и на долю секунды застыла. Их глаза встретились. Ханна неуверенно кивнула и посмотрела на Брину, та в ответ положила руку ей на плечо в жесте поддержки и с вызовом посмотрела на Пэнси. Пэнси молча встала, осторожно высвободившись из объятий Гермионы, и направилась к ним. В купе наступила абсолютная тишина. Казалось, они даже перестали дышать. Ханна кинула острый взгляд сквозь стекло на собравшуюся компанию и сказала:       — Мы видели недалеко пустое купе, поговорим там. — сказав это, она резко развернулась и направилась в другой конец вагона.       Брина удивленно посмотрела ей в след и примирительно улыбнувшись, сказала:       — Она хотела сказать, что просит тебя ее выслушать.       — Я догадалась — ответила Пэнси, даже не взглянув на долговязую и, продолжая буравить спину Ханны взглядом, направилась за ней следом.       Ханна открыла дверь в пустующее купе и оглянулась проверить, идет ли Пэнси следом. Убедившись, она нырнула внутрь, оставляя дверь открытой. Пэнси зашла и обернулась на Брину, отступая в сторону, чтобы та тоже могла зайти. Но блондинка осторожно прикрыла дверь снаружи, застенчиво улыбнувшись и встала к двери спиной. Что ж, и на том спасибо.       Пэнси посмотрела на Ханну. Та стояла напротив, глядя в окно и молчала. Пэнси продолжала ждать, в конце концов, это была не ее идея запираться в отдельном купе и шушукаться.       Громко вздохнув Ханна наконец посмотрела на нее. Она молча достала что-то из кармана мантии и протянула Пэнси сжатый кулак. Слизеринка подставила ладонь и почувствовала холод металла. Склонившись она увидела свой фамильный кулон, который подарила Ханне когда-то в прошлом, будто это было десять жизней назад.       — Вот, решила его тебе вернуть — сказала Ханна и снова отвела взгляд.       — Эм, спасибо — неуверенно ответила Пэнси, разглядывая черты когда-то столь любимого лица.       Будто собравшись с силами Ханна наконец-то посмотрела на нее:       — Это была я, я рассказала про вас Макгонагалл. Я случайно застала вас тогда в раздевалке на стадионе и испугалась, что это какие-то замыслы выживших Пожирателей Смерти — ее взгляд прожигал Пэнси насквозь — Но Брина продолжала говорить, что я могла быть не права, и я нашла кулон и решила проверить, раньше там было мое изображение. А теперь там она. И я хотела тебе об этом рассказать. И извиниться.       Сказав это она замолчала и посмотрела на нее с совершенно непроницаемым лицом. Пэнси открыла кулон и взглянула на изображение веснушчатого лица Грейнджер, смеющегося в вихре золотисто-желтых бликов. Не сдержавшись, Пэнси улыбнулась.       — Я понимаю, почему ты могла так подумать — ответила она и посмотрела на Ханну. Взгляд пуффендуйки смягчился.       — Ну, я пойду — быстро проговорила она и вышла из купе, оставив Пэнси одну. Брина обернулась и видимо тихо спросила, как все прошло. Что-то сказав, Ханна коротко кивнула и взяв ее за руку, направилась восвояси. Блондинка на прощанье помахала Пэнси и последовала за ней.       Сжимая кулон, Пэнси вернулась в купе. Стоило ей показаться в дверях, все разом загалдели снова, усиленно делая вид, что ничего такого не происходило. Протиснувшись мимо Тео и Драко, все еще торчащих в дверях, Пэнси села на место, которое ей уступила Гермиона. Та взгромоздилась к ней на колени, переплетая их руки. Пэнси с облегчением обняла ее, вдыхая теплый запах шампуня и наконец-то расслабилась.       — Ну и? Что было нужно самой горячей парочке подземелий? Ай ай ай! — скривился Нотт от того, что Драко пихнул его локтем в бок. — Я хотел сказать, второй по горячести, самая горячая — это конечно мы с Малфоем. — заржал он, уворачиваясь от расправы блондина.       — Ханна приходила вернуть кое что — сказала наконец Пэнси и все затихли, ожидая продолжения.       Слизеринка молча вложила в руку Гермионы кулон и та, осторожно поддев ногтями блестящие створки открыла его и в недоумении уставилась на свое изображение внутри.       — Ничего не понимаю — сказала она.       — Магия ЕИНАЛЕЖ? — догадался Поттер.       — Да — кивнула Пэнси — А ты откуда знаешь?       — Был опыт — хихикнул Гарри — Потом расскажу! — ответил он Джинни, которая вопросительно уставилась на него.       Гермиона удивленно посмотрела на Пэнси:       — Что показывает кулон?       — Человека, которого владелец кулона любит всем сердцем. Владелец у него всегда один, кто-то из моего рода, пока не умрет. Это наша фамильная реликвия.       Брови Гермионы взлетели вверх и на лице проступило понимание.       — Я подарила его Ханне, когда мы встречались, — все в купе, кроме Гермионы и Драко сделали очень удивленные лица, всячески стараясь показать, что слышат об этом впервые. — Это она пожаловалась Макгонагалл, как мы и думали, — продолжила Пэнси и посмотрела на Гермиону — Потом проверила кулон и увидела, что картинка поменялась.       Гермиона сжала кулон в руке и в гневе посмотрела в сторону выхода, будто готовая сорваться с места. Пэнси крепче обняла ее и положила голову ей на плечо, усмехнувшись. Гермиона было напряглась, но в итоге расслабилась, отдавая кулон обратно Пэнси. Драко улыбнулся одним уголком рта, молча глядя на них.       — Так что? У кого какие планы? — сменила тему Лаванда.       — О, на нашу будущую бесконечно длинную жизнь? — оживился Нотт — Мы с Драко едем в медовый месяц к его родственникам во Францию, например… Ай! Да ладно ладно, на каникулы мы едем. — закончил он потирая плечо, за которое Драко только что ущипнул его с совершенно садистским лицом. — Потом к Забини в Италию.       — Я открываю лавочку гаданий в Косом, папа дал денег — проговорила Лаванда и победно улыбнулась, ожидая реакции. Все радостно загалдели, наперебой поздравляя Лаванду с осуществлением мечты. Особенно старался Тео, громче всех возвещая, что теперь он без слова Лаванды и шагу в жизни не ступит.       — Мы с Гарри начинаем курс подготовки в Аврорат со следующей недели — сказал Рон и дал Поттеру пять.       — Семейный бизнес — флегматично ответил Гойл.       — Еду в Швейцарию изучать магловскую биологию — сказал Невилл и рассмеялся, когда все резко замолчали, в удивлении уставившись для него — Она нужна мне для моих исследований! — оправдался он.       — У меня в июле отборочные в пару команд по квиддичу — сказала Джинни, лукаво улыбнувшись и все одобрительно загудели.       — Мы с Пэнс едем в Австралию на все лето, искать моих родителей, Макгонагалл добыла пару наводок — наконец сказала Гермиона — а потом в сентябре у меня начинается стажировка в Министерстве, в отделе связей с Маглами, представляете! А Пэнс поступает на курсы подготовки целителей в Мунго, там были очень серьезные вступительные по Зельям, но она сдала все на высший балл! — продолжала радостно тараторить она.       — Воу воу воу — поднимая руки, остановил ее Рон — Дай ей самой рассказать!       Все засмеялись. Гермиона обернулась к Пэнси и вопросительно посмотрела в изумрудные глаза.       — Так какие плана на будущее завтра, Пэнс? — спросила она.       Пэнси посмотрела в ответ, в карих радужках острыми искрами сверкнул луч летнего солнца:       — Какая разница, что будет завтра? Главное, что сейчас.

Конец