Ленивый лев и мудрая лисица

"Тренировочное поле, Лофу Сяньчжоу.

Лето — самое долгожданное время года. Дни становятся длиннее, а вечера короче… Было хорошее, и плохое. А минус в этом времени года был в одной детали, а именно — в жаре.

Палящее солнце, как и всегда, пекло светлую голову настолько сильно, что на ней можно было бы приготовить вкусные баоцзы.

Но, тем не менее, юный воин терпел это и продолжал свою тренировку с оружием в руках, даже не думая укрыться от солнечных лучей под тенью дерева.

— Держи крепче! Облачный Рыцарь никогда не выпустит из рук свое оружие!

Рядом с юнцом стояла молодая девушка, которая следила за его тренировкой.

Цзинлю — именно она стала учителем боевых искусств для Цзин Юаня.

Именно она должна была воспитать из него, того самого — Облачного Генерала.

— Да, учитель!

Мальчик любил проводить время с учителем. Только она не пудрила ему мозги всякой чепухой о выборе невесты заранее, а даже наоборот — она и не заикалась об этом.

Цзинлю была воином. Ей не было дела до этой романтики и любви.

Была она и ее оружие.

И конечно народ, который нужно было защищать.

После тренировки, наставница все же наконец дала своему ученику присесть под тенью дерева, чтоб отдохнуть.

Вот именно в этот момент Цзин Юань и решился все-таки спросить учителя о том, что давно ему так и хотят донести другие люди.

— Учитель… Разве будущему Облачному Генералу так важно найти себе невесту?

Девушка повернулась к ученику и склонила голову, а после скривила губы, будто бы представляя на месте Цзин Юаня — себя с мужем, которого ей привели свахи.

— Я так понимаю, — начала та, — тебя уже чуть ли не рвут на части кланы с прекрасными особами для того, чтоб занять место твоей несравненной?

— И это еще мягко сказано, — проговорил Цзин Юань.

— В любом случае… в таких делах — я тебе не мастер.

Разведя руками, Цзинлю подошла поближе к дереву и присела на корточки, чтобы быть на одном уровне со своим учеником, а после вновь заговорила:

— Я в некотором роде и понимаю действия свах… Управлять всем, следить за народом, а еще и защищать все это… Хах… В таком точно нужна помощь.

— Но чем мне поможет слабая и—

Не успел Цзин Юань договорить, как он тут же получил по своей макушке рукояткой катаны от своей же наставницы.

— Не все девушки слабы и я тому подтверждение, — вздохнув, та уже уже более мягко продолжила, — уверенна, что ты пересмотришь тысячу невест и не одна тебе не приглянется, но после найдется та самая, которая уже сама придет к тебе... А потом удивит своей мудростью и красотой.

— А как я пойму, что именно она та «самая»?

Девушка сначала немного задумалась над вопросом мальчика, а уже потом подняв голову к небу и с улыбкой на лице, начала шептать незамысловатые фразы:

— Именно с ней тебе захочется делить свою жизнь. Именно она заменит тебе солнце и луну… Даже звезды будут для тебя блеклыми без нее… Именно ее ты будешь защищать ценной собственной жизни…

Цзин Юань слушал наставницу раскрыв рот в изумлении не смея ее прервать и лишь запоминал все то, что Цзинлю говорила ему.

Но как только учитель закончил говорить, юноша не мог не промолчать:

— Учитель! А… А вы когда-нибудь любили?

Цзинлю покачала головой и ухмыльнулась уголком губ.

— Для меня всегда в приоритете была защита народа, а не собственное счастье… Когда-нибудь… Тебе и самому придется решать между народом и любовью, во всяком случае… Ты видел, что будет, если выбрать первое.

— Почет и хороший ученик? — улыбнувшись, спросил Цзин Юань.

— Еще больше ответственности и маленького спиногрыза, который вместо того, чтоб продолжить тренировку — устраивает допросы."

Сколько уже прошло времени с того момента, как Цзин Юань говорил об этом с наставницей? С уверенностью можно было ответить, что это было очень давно… Настолько давно, что сам Облачный Генерал и не помнил… — Генерал? Облачный Генерал…Цзин Юань? От женского голоса над ухом, Цзин Юань приоткрыл глаз и устало зевнул. — Сколько мне повторять… Ты можешь обращаться ко мне не так официально, — мягко проговорил тот в своей манере. — Все уже успела рассмотреть в Обители? Или запаслась новыми вопросами? Прошла ровно неделя с того дня, как Мико согласилась отправиться в резиденцию генерала — в Обитель божественного предвидения. В первые дни пребывания в резиденции, девушка вела себя тихо... Даже очень... Но по ночам, Цзин Юань отчетливо слышал как та будто мучаясь от бессоницы, ходила по темным коридорам в полном одиночестве пока не наступало утро. — Я... я просто проходила мимо и увидела, как ты заснул над отчетами, — лисьи уши слегка колыхнулись и вновь после стали торчком. Прикрыв рот ладонью от очередного зевка, Цзин Юань вдруг резко стал серьезен на вид. Глаза были устремлены в одну точку, а брови сомкнулись на переносице. Как вдруг... — Просто ночью кому-то не спится, из-за чего страдаю и я, — встав с рабочего места, Цзин Юань подошел к девушке и улыбнулся, качнув головой. — Шучу. Но все же я обеспокоен твоей бессонницей. Мико минуту смотрела прямо на светловолосого и не могла подобрать слов, но вместо них, та приподнялась на носочки и большим пальцем руки смазала чернила с щеки генерала. — Так... всего мелочь. Генералу стоит побеспокоиться о грядущих битвах... а не об этом, — прошептала та и ухмыльнувшись уголками губ, острыми ноготками провела невидимые узоры на светлой коже. — Прошу прощения за такие ночные похождения... больше такого не повторится. Цзин Юань усмехнулся и покачал головой. — Значит... не простая бессонница тебя мучает. Неужели кошмары? Сердце Мико будто замерло. Но затем она с легкостью проговорила: — Нет конечно, — отмахнувшись, девушка прошла мимо того к его рабочему столу. — Не хочешь говорить? — Спросил Цзин Юань, поворачиваясь к ней. Пожав плечами, Мико с натянутой улыбкой начала сортировать важные документы и попутно расскладывала их по своим местам, пока ее любопытные глазки не пали на старую фотографию. — Хах... Довольно интересно... На этих словах Цзин Юань вопросительно согнул бровь, попутно спрашивая ту: — О чем это ты? Отложив важные бумаги с чернилами в другую сторону, Мико положила фотографию на середину стола. — Да так, увидела знакомое лицо, – кивнув и указав на маленького мальчика, Мико после добавила, — это же ты? Подойдя поближе к столу, Цзин Юань взял в руку старую фотографию и пригляделся. Там и вправду был он в возрасте восьми лет, а рядом стояла его, еще на тот момент живая наставница Цзинлю. — Какое совпадение... Прошептав это, тот и не думал, что его смогут услышать. Однако от отличного слуха его невесты ничего и никто не скроется. — О чем ты? — Не скажу, — хмыкнул Цзин Юань, уходя тем самым от вопроса так же, как делала и сама Мико. Услышав это, девушка фыркнув, закатила глаза и сложила руки на груди. Цзин Юань от такого нахохлившегося вида чуть не прыснул от смеха с рядом стоящей, но успел сохранить на лице спокойствие. — Сон просто приснился, – проговорив это, Цзин Юань положил фотографию на место и подмигнул Мико, — не бери в голову. — Как скажешь, — вздохнув, девушка подавила в себе свое любопытство. — Знаешь... А по фотографии и не скажешь, что этот мальчик вырастит великим генералом... Тот расплылся в улыбке. — Моя семья вот уже многие поколения служила Комиссии по балансу. Следуя обычаю вашего лисьего народа, в которой родители раскладывают перед младенцем разные предметы и позволяют ему «выбрать» свое будущее. Мои родители надеялись, что я как наследник - продолжу их династию ученых и управителей, трудящихся в Комиссии по балансу... Однако, вопреки ожиданиям, я схватился за игрушечный меч. — Вероятно, «выбор» будущего и правда достоверен. — Протянула Мико, усмехнувшись. — С этим соглашусь, — пожав плечами, тот продолжил, — после выпуска из академии я пошел против воли родителей и вступил в ряды Облачных Рыцарей, чтобы избавить себя от перспективы провести жизнь в скуке. Лисьи уши чуть дернулись от услышанных слов. — Против воли родителей..., — повторила Мико. — Да, ох сколько суеты с этим было, — разведя руками, сообщила тот, — но... наверное тебе этого не понять. Все же... с самого твоего рождения, за тебя все кже было решено. Владение семейным храмом и... Сжав ладони в кулаки, Мико скрипнула зубами. — Не говори того, чего не знаешь... Тяжело вздохнув и покачав головой, Цзин Юань взглянул на Мико и осторожно проговорил: — Так расскажи. Обстановка вокруг всех этих бумаг настолько скучна, что я сам превращаюсь в зануду. Если в твоем арсенале есть интересные истории, произошедшие за все свое время — скорее расскажи мне. Что тебя гложет и не дает спать по ночам? Девушка не стала отвечать на вопрос Цзин Юаня и просто решила перевести диалог на другую тему, спрашивая: — Я тут подумала... Раз тебе так скучно сидеть здесь, то проведи мне экскурсию по Обители божественного предвидения. Слышала... ты держишь сад. И в этот раз настало время Цзин Юаню молча наблюдать за Мико, которая ухмыльнувшись, подалась вперед и медленным шагом прошла к двери. Подняв голову к вверху, Цзин Юань прикрыл глаза в раздумье. И тут, он прошептал: — Так и быть. — Кто бы сомневался, — усмехнувшись, Мико довольно заулыбалась, на что тот приоткрыв один глаз, сам ухмыльнулся уголками губ. — Даже интересно, что за растения ты выращиваешь. — У меня есть идея получше... Есть одно место, куда вход открыт только для меня, — пройдя вперед, обладатель янтарных глаз вдруг подмигнул Мико и продолжил, — познакомлю тебя с Мими. — Что ж... Мими, так Мими... Ты помощницу в Обитель решил найти? — Мими — это мальчик. Ты жди здесь, я его подготовлю к твоему приходу. Я быстро, туда и обратно, – улыбнувшись, Цзин Юань кивнул, вышел из кабинета и пошел дальше по коридору, оставляя девушку позади. А сама Мико тем временем хмыкнув, скрестила руки на груди и еле слышно пробурчала: — Мне уже как-то жалко мальчишку, которого он назвал женским именем... Как только Цзин Юань скрылся из виду, та тяжело вздохнула, опустила взгляд и склонила голову вниз. Держать маску при генерале сложно... Недаром записи о первой экспедиции генерала сохранились в архивах Облачных Рыцарей. Тогда, звездному ковчегу, перевозившему отряд, пришлось совершить непредвиденную посадку на океанической планете, кишащей чудовищами. Один из долгоживущих видов, известный как медузы-кукловоды, захватил разум Облачных рыцарей, проник на борт и едва не превратил боевой корабль в свое гнездо. Четко осознав происходящее, Цзин Юань стремительно пресек натиск чужаков и сорвал их планы. Остальные члены экипажа пришли в себя, отразили атаку и вернулись домой в целости и сохранности. С легкостью одержанная победа продемонстрировала талант генерала Облачных Рыцарей. На обратном пути в Сяньчжоу Цзин Юань еще не раз проявил свое мастерство, за что и был назначен на высокий пост. Остроумный и практичный подход к решению вопросов много раз вызывал у руководства удивление, как, впрочем, и беспокойство. И наконец... прежний Мастер меча Лофу предложил Цзин Юаню вступить в его команду — так и возникла легенда о Заоблачном квинтете... Цзин Юань видел ее ложь... Читал как раскрытую книгу... И он пытался узнать все то, что скрывала Мико в себе... Но сама Мико не желала ему раскрываться. Лофу Сяньчжоу — это не Яоцин Сяньчжоу. Все, что произошло там... Осталось там... Кроме кошмаров, которые и по сей день преследовали ее, не давая спать по ночам... Прикрыв глаза, Мико вновь погрузилась в свои мысли... Вспоминая прошлое... от которого нельзя было скрыться, как бы ты не старался бежать...

***

Храм, Яоцин Сяньчжоу. — У тебя красивые волосы. Невзначай проговорила Мико, аккуратно и нежно перебирая волосы Цзяоцю, лежащего у нее на коленях. Солнечный свет тем временем оставлял на розовых волосах мягкие, переливающиеся блики. Увидев кто-нибудь в таком расслабленном и безмятежном состоянии Цзяоцю — не поверил бы собственным глазам. Потому что этот молодой лис то и дело, что бегал повсюду, собирал и растил травы. Он не давал себе ни минуты отдыха. Каждый на Яоцине был знаком с его характером и с тем, каким он мог быть резким и острым на язык… Но это мелочи по сравнению с тем, что Цзяоцю позволял себе лежать на коленях у самой наследницы семейного храма на Яоцине Сяньчжоу. Так спокойно… И на душе...и вокруг, что крайне редко было для них обоих… Мико осторожно смахнула прядь с лица Цзяоцю, а тот, приоткрывая свои глаза с оранжевой радужкой и красными щелевидными зрачками глаза, стал хмурится из-за солнечного луча, который бил неприятно своим ярким светом через листву. В такие моменты Цзяоцю и вправду становился похож на недовольного лиса. Цзяоцю мог вести себя холодно и равнодушно при всех, закрыв глаза и при каждом удобном случае язвить, а там далее по списку, но при родителях, учителе и Мико он был совершенно иным. Мико не нужны были громкие слова о любви, чтобы понять что Цзяоцю ею дорожит. Для нее каждая улыбка, смех, объятия, поцелуи, держания за руки и вот такие моменты в саду — все хранится в памяти…в самом ее сердце. Каждый мягкий взгляд, брошенный на нее тайком или нет, заставляет сердце в груди приятно сжиматься. Тонкие пальцы вновь скользили меж прядей до самых ушей бережно, боясь их хоть как-то ненароком больно дернуть. Сама Мико никогда бы не призналась вслух о том, что на душе ей становилось тепло от осознания, что ей разрешено дотрагиваться до них. Ведь… никому нельзя было этого делать. Сколько бы раз она не прикасалась и не заплетала волосы Цзяоцю, она не могла перестать восхищаться ими. — Ты знал, что твои волосы похожи на дорогой шелк? Цзяоцю на это лишь отпустил смешок, не переставая щуриться и смотреть на ту ленивым взглядом. — И сколько еще раз ты мне об этом будешь говорить? — Сколько потребуется. — Можно ли это считать за признание в любви от тебя? — Игриво протянул тот. — А я разве не показала всю свою любовь к тебе? — Спросила Мико, начиная плести Цзяоцю косички с двух сторон от его головы. Когда Мико впервые заплела ему эти косы, для Цзяоцю это стало его излюбленной прической. Из-за чего для Мико — стало это слово традицией, плести ему эти косички. — Я думал ты мое предложение примешь, — проворчал Цзяоцю, — но кажется, я скорее состарюсь и умру, чем дождусь... Между прочим, моя матушка и отец уже ждут от нас внуков. Мико усмехнулась и поцеловал того между бровей. — Я подожду, пока нам исполнится под 400 лет, — легко проговорила она, — к тому времени твоя матушка и отец не смогут нам ничего сказать. — Как грубо, Мико! — Хохотнул Цзяоцю. Мико же улыбнувшись, сказала: — У тебя должно хватить мужества, чтобы попросить у Сайгу моей руки и украсть меня, — призадумавшись на мгновение, она продолжила, — но я уверена, что ты сможешь впечатлить ее. — А то, что я родом из знаменитой семьй из Комиссии по алхимии, ее не впечатлило? — Она не довольна тем, что ты отвлекаешь будущую наследницу храма от ее учебы... Да и, ты знаешь наши правила на счет подбора партнера. Протянула Мико наклонившись вперед, нависая над Цзяоцю. — Ничего страшного, можно будет будущих наследников на этот пост посадить. К тому же, главное... что нам друг с другом хорошо. А чистота крови тут уже не так важна. В глазах Цзяоцю плескалась бескрайнее море влюбленности вперемешку с весельем. — Я так понимаю, ты уже все распланировал? — Ухмыльнувшись и наиграно удивившись, проговорила Мико. — Ну так, я уже долго думаю о том, чтобы мы вместе поселились где-то вдали от всей шумихи Яоцина. Никакого храма, а вместо него деревянный домик у озера, где бы я смог растить ингредиенты для лекарств... Только я... Ты... И трое наших малышей. Мико вскинула бровь, внимательно смотря на Цзяоцю. Тот продолжил: — Девочка и... два мальчика! Да! Чтоб девочка взяла больше от меня, а мальчики были в тебя. Разве не прекрасно? — Прекрасно, — хмыкнув, сказала Мико и, наклонившись ниже, та оставила поцелуй на губах Цзяоцю. — Вот только ты же знаешь, что я желаю больше свободы и дети не входили в мои планы. Цзяоцю расплылся в улыбке. — Уверен, что ты станешь прекрасной матерью. Усмехнувшись, та протянула: — Еще скажи, что последуешь нашему обычаю и разложишь перед малышами разные предметы и позволишь им «выбрать» свое будущее. — Я с точностью уверен в том, что они пойдут по стопам своего отца... ну или матери, так и быть, — проговорил Цзяоцю. — Но в любом случае, не важно кем они захотят быть. Мы будем любить их всегда. Всегда...