Подчини себе моих бесов

Съемки очередного выпуска битвы сильнейших закончены. Вымученные, уставшие экстрасенсы, идут за кулисы, собираются и едут наконец-таки в самое долгожданное для них место, домой. Олег всё не мог отпустить мысли о бесах, с которыми сотрудничает Дима. Найдя Диму, собиравшегося уже покидать здание, медиум принялся его догонять. — Дим! — Окликнул его Олег и тот сразу повернулся, остановившись. Олег положил ему руку на плече, чуток отдышавшись, продолжил. — слушай.. тут такое дело. — Да ? Слушаю, Олег. Что-то случилось ? — Олег метался в глубинах собственных мыслей, стараясь слепить из каши в голове, хоть что-то, похожее на правильно и грамотно сконструированный вопрос. — Спросить хотел. С какими бесами ты сотрудничаешь и работаешь ? — Олег смотрел прямо в глаза чернокнижника, словно так безудержно хотел, утопая в них, уцепиться хоть за один ответ, на все глушащие мысли вопросы. Дима лишь мягко улыбнулся. — Ты ведь был так уверен, что в меня вселился суккуб с женской энергетикой, разве нет ? — с издевкой спросил Дима. — Да нет же, я не про то говорю. Какие души заперты в твоей книге ? — старался быть напористее, прямолинейнее и четче в своих вопросах Олег. — Хах, так интересно ? Ну ты же медиум, так ещё термины хорошо знаешь. Кто это ? — Дима не произносил это высокомерно, в его вопросе, будто был интерес, будто тот и сам не знал, с кем и во что ввязался в мире духов. — Именно поэтому и интересно, твои бесы оберегают тебя, стоят всегда рядом, укрыв собой, от любых нападок, они, — твои щиты. — Олег тщательно наблюдал, как мимические мышцы лица, меняются в связи с реакцией Димы, на сказанные Олегом слова. — Что же, может тогда сам с ними поговоришь ? — ноль реакции. — Твои бесы не подпускают меня к тебе. — Ну, тогда подчини себе моих бесов. После сказанных Димой слов, Олег стоял в неком ступоре и даже не заметил, как чернокнижник покинул здание, оставив медиума глушится наедине с сознанием. Олег шел по улице, была пасмурная погода, дождь поощрял слух приятным постукиванием капель по поверхности и одновременно раздражал, попадая каплями прямо в глаза, мешая сосредоточиться на мыслях. Олег не держал пути домой, он вообще не знал, куда он идёт, но, ноги куда-то несли его. Несли они его опять. Опять. Опять на кладбище, опять в сторону погибшей матери. Мать не выходила на связь с медиумом и его старшим братом уже давно. Могилка была чистая, Саша и Олег всегда её убирали. Цветы были в гранитной вазе, свежие, мамины любимые, — каллы, пурпурного цвета, в которых скопилась дождевая вода. На надгробной плите, была фотка, фотка самого дорогого когда-то человека, фотка матери. Она смотрела так ласково-ласково, прямо в душу, на этой фотке она была молода, на этой фотке она была ещё жива. Медиум опять пытал попытки выйти с мамой на связь, увидеть её душу, услышать голос её души. Но ни-че-го. В очередной раз, попытки были тщетны. — Мужчина, вы долго тут сидеть собираетесь ? — грубо спрашивал сторож кладбища. И как можно быть столь бессердечным. Но и вправду, Олег не заметил, как просидел у мамы до захода солнца, как дождь прекратил лить, как земля наполнилась влагой и раскисла, превратившись в грязь, как тучи покинули видимый горизонт неба, как луна освещала могилу мамы, как пахло сырой землей и листвой. — Уже ухожу. — Олег вышел, ласково помахал маме, бережно закрыв калитку к её «царству» — Пока мам. — сорвал с губ, прежде чем трясущаяся от холода ноги, не потащили его машинально, в сторону выхода с кладбищенской территории. — ну и люди, странные. На что надеятся прощаясь с могилами усопших, не экстрасенсы ведь. — проговаривал охранник, закрывая ворота к кладбищу и заходя в свою теплую, уютную, маленькую будку, прячась от свирепой, тёмной, мрачной, холодной и одновременно чарующей ночи. Олег старался отогнать от себя ненужные, навязчивые мысли, опустошить сознание. Его глушил звон в ушах, чувствовалась мигрень, уже на подходе к дому, ноги окончательно подкосились и он упал, ударившись головой о железный прут. Олег ничего не чувствовал, ничего не видел, ничего не слышал. В мыслях он думал, что умер, старался двинуть хоть кончиком пальцев, безуспешно. Он не знал где он, он не знал счет времени, он не знал что произошло и что происходит вокруг. И вот. Олег уже и мысли не контролирует. Глаза распахнулись, но, тут же зажмурились, от света. Было тепло, хорошо и уютно. Олег лежал на кровати и не узнавал, где он находится, он попытался встать, но не сумел, голова ощущалась тяжелой, как гантели и болела она так, будто по ней этими же гантелями ударили, не жалея ни сил, ни количество ударов. Подошел Саша и память стала возвращаться, теперь Олег уже узнавал, знакомую для себя комнату. Но все равно ничего не понимал, о том, что же произошло. — И как тебя только угораздило ? — спрашивал Саша, ставя на тумбочку, рядом с кроватью, воду и таблетку от головной боли. Дома пахло едой, тушеными овощами и каким-то мясом, очень приятно, Саша точно что-то готовит. А Саша повар отменный. — вот выпей ибупрофен и вот, — Саша достал из грудного кармана рубашки градусник и протянул его Олегу. — сейчас тебе чай сделаю, а ты пока смерь температуру, мало ли, бог знает, сколько ты на сыром, голодном асфальте валялся. Олег старался перебрать все полки сознания, все воспоминания. Пытался из моментов сложить картину, похожую на сегодняшние события, но не выходило ничего. Взяв таблетку в руку, запрокинув голову, быстро запивая водой, дабы таблетка не перекрыла дыхательные пути. Сунул ртутный градусник под подмышку и засек на часах висящих на стене напротив, 7 минут. — Держи. — Саша принёс теплый чай, с имбирем и малиновым вареньем от которого, очень приятно пахло. — А теперь рассказывай, что произошло. — Я не помню..— Говорил Олег, дуя на горячий чай, чтоб тот чуток остыл и делая по маленькому глоточку, дабы не обжечься. — Тебе повезло, что бабка с первого этажа тебя бездыханного увидела. Почему ты сразу домой не пошел ? Где ты на этот раз шлялся ? — грубым и немного повышенным тоном, спрашивал Александр, явно переживая за брата, включая из себя мамочку. Олег привык к этой его манере поведения и знал почему, тот так себя ведёт. Он чувствовал ответственность, перед мамой, «на том свете», если тот и существует — К маме пошел. — сказал Олег, сначала подняв взгляд и посмотрев в глаза Саше, а потом опустив свои глаза куда-то в сторону. Саша лишь подвинулся ближе, убрал чай из рук Олега и обнял его. Была тишина, но в этой тишине Олег отчетливо для себя слышал и голос Саши, и голос матери слившиеся воедино. «Всё будет хорошо, мы всегда рядом.» — Вроде бы я уже подходил к подъезду, но я не помню что было потом, либо кто-то ударил по голове, либо сам упал. — Ладно, бог с ним, разберемся, когда поправишься. Кушать хочешь ? — Олег медленно кивнул головой в знак согласия, на заданный вопрос. — хорошо. Тебе помочь встать или здесь покушаешь ? — Да я сам встану, голова проходит понемногу. — Саша понимающе рывком кинул быстрый кивок и без спешки покинул комнату, оставив Олега одного. Олег сразу же бросился искать свою ваку, дабы сделать хоть пару тяжек, но как напасть её нигде не было. Олег поднялся, но в лобно-височной области головы, интенсивная, пульсирующая, усилилась, от резкого поднятия тела и Олег пал на колени, выронив ртутный градусник на ковер, хватаясь за голову, впиваясь ногтями прямо в кожу, шипя и скалясь, тянул за волосы. Таблетка ещё не подействовала. Открыв глаза, в глазах поплыли различного вида, яркие и мерцающие огоньки, а предметы стали удваиваться, диплопия. Потянуло тошнить, даже от мысли о той ваке, которую он искал. Не найдя рядом с собой никакой емкости, по типу ведра или тазика, в который можно было бы вырвать все свои органы от боли, Олег на четвереньках, терпя ужаснейшую головную боль, полз до туалета. Всё чего хотелось Олегу, после опустошения желудка, — это спать, еле заставив себя ползти обратно в комнату, его заметил Саша. Явно обеспокоенный, явно услышавший то, что Олег только что, чуть не вывернул наизнанку все свои органы. Он молча подошёл, понимая, что разговор с человеком, у которого мигрень, усугубит головную боль. Саша аккуратно, опустившись на колени закинул руку Олега на свое плече, подняв его, Олег вновь прошипел. Ноги почти не держали. Дойдя до комнаты, Олег расслабил все мышцы, до единой, как ему казалось, даже сердце. Ничего приятнее кровати в тот момент, он не испытывал никогда. Саша бережно накрыл его одеялом, Олег поудобнее подмял подушку, чтобы шея отдыхала и не дала новых острейших ощущений в голову. Брат тихонько выключил свет и закрыл дверь. Олег моментально погрузился в сон. Наконец без навязчивых мыслей. Утро радовало не пением птиц, не прекрасным розовым рассветом, а отсутствием головной боли. Олег сладко потянулся, голова не болела, блевать не тянуло, телодвижения не приносили боль, только голод и желание попарить портили всю выше перечисленную идиллию. Теперь, Олег без труда поднялся, принявшись искать своё электронное спасение. Перевернув всю кровать, все полочки и весь рюкзак, Олег ничего не нашел. В комнате было перерыто все, поэтому, Олег пошел искать другие возможные места её нахождения, по всему дому, но для начала сходив умыться в ванную. Чистив зубы, смотря в зеркало, пока в голове играла какая то песня, под которую Олег ритмично покачивал головой. Закончив ванные процедуры, Олег пошел смотреть кожанку, в которой он вчера пришёл, точнее, его принесли. Фух. Она была в кармане. Сделав самую заветную за сутки затяжку, по телу прошлись мурашки, от экзальтации. Никотин словно наполнял не только легкие, а каждую клеточку тела, ударяя огромной волной блаженства. К сожалению, это длилось от силы минуту, после чего, ощущения спали до нуля. Возвращайся в наш серый, мрачный мир, Олег. Саша что-то делал на кухне, Олег тихонько вошел и чтоб не напугать брата, намеренно кашлянул. — Доброе утро, Саш. Ты чего так рано ? — Спросил Олег, присаживаясь на стул, рядом с братом. — Доброе. Да я сегодня просто в лавку собираюсь. Как твоя голова ? — спрашивал Саша, даже не поворачиваясь лицом к Олегу, старательно нарезая что-то. — Да прошла, вроде полностью. Главное не накаркать. — усмехнулся Олег, не веря в то, что из-за обычных слов, мигрень вновь постигла бы его страдания. — а ты что там нарезаешь ? — спрашивал младший, тщательно стараясь заглянуть старшему за спину, хоть глазком глянуть, что там происходит, будто без главного контролера ситуации, — Олега, всё полетит вверх дном. — Завтрак тебе делаю, поставь пока чайник, чай тебе заварим. Сладкий, с имбирем, от мигрени,— во. — показывая пальцами знак «супер», говорил Саша. Олег лишь улыбнулся, потому что его желудок уже через слой кожи орал, что он голоден, а во рту усиливалось слюноотделение, от мыслей о еде. Парилки, это хорошо, но еда всё же лучше. Да и не помрешь от еды. Верно ведь ? И приятно, и полезно. Попив чай, быстро пихая в себя завтрак, Олег пошел в прихожую, дабы проводить брата из квартиры, поскорее убедив себя в том, что дом пуст. И вот, дом, в полном распоряжении Олега. Олег радовался, слушал музыку на полную, играл в приставку, метнулся в душ, в котором пел во все горло. Наскучило. Делать было вовсе нечего. Посмотрев за окно, Олега обрадовала ясная погода. Почему бы вновь не заскочить к маме ? Вчера было мокро и сыро, вдруг на могиле скопилась слякоть и грязь. Олег не торопясь высушил голову, примерил пару нарядов из которых еле выбрал в чем пойти, взял наушники, телефон, ваку и таблетки от головной боли. Всё, можно спокойно покидать квартиру. Закрыв щеколду на 3 оборота, Олег стал преодолевать лестницы подъезда одну за другой, включая в наушниках погромче новый альбом его любимой группы. На улице было прохладно, но все равно, март месяц, не ощущался весной. Музыка очень сильно скоротало время время пути, так что Олег уже пришел на кладбище. Уже заученный маршрут к маме не составлял особого труда. Уже подходя к калитке, Олег увидел какого-то человека, у могилы того, за кем уже достаточно давно никто не ухаживал. Олег удивился, но не стал окликать человека. Но человек обернулся на шаги Олега сам, Дима. — Ого, какие люди. Ты что тут делаешь ? — сказал Дима, поднимаясь с колен. Протягивая руку, в знак приветствия. Кого-кого, но увидеть здесь Диму, тем более сегодня, Олег не ожидал. — Хах, да я вот к маме, у меня вопрос, что ты здесь делаешь ? — Олег пожал протянутую руку, которая была ледяной и как заметил Олег, Дима принципиально протянул ему чистую руку, так как вторая была испачкана землей. — Кладбищенскую землю беру, но ты не подумай, я спросил у него, он разрешил взять чуток, мне просто нужна была земля усопшего не более полугода назад. Твоя мама кстати, Елизавета* , верно ? Тоже предлагала взять земли с её могилы, но та ограждена, я решил не осквернять чужую землю. — Олег стоял в ступоре, слишком большой поток информации, особенно его оглушили слова «твоя мама предложила» как медиумы не могут уже 5 месяцев связаться с мамой, а тут такое заявление. — Ты что ? Разговаривал с мамой ?! — у Олега глаза распахнулись, Дима сразу заметил, что это для него больная тема, поэтому бросил процесс сбора земли и подошел к Олегу. — Ты же медиум, не уж то с родной матерью поговорить не хочешь ? — Олег будто закипел как чайник. — Конечно блядь хочу, я сука вижу на этом ебаном кладбище всех, вон дед какой то блять идёт. — Указывая рукой на пустую для Димы трапу. — но маму я не вижу. Вообще! — сказав это на одном дыхании, Олег начал быстро глотать воздуха. — Хорошо, я понял. Иди сюда. — Дима потащил Олега в сторону его матери. — Можно войду на вашу землю ? — Олег уверенно кивнул, глядя прямо в глаза. — Итак. Я где то записывал.. — сев на колени перед, надгробной плитой женщины. сказал Дима, перебирая страницы своей тетради, заполненные самыми различными записями, из всевозможной чёрной магии. Он вытащил из своей сумки зажигалку, какие-то ветви, связанные меж собой какой-то красной нитью, после того, как поджог их, он начал проговаривать что-то, после каждого сказанного слова, огонь разгорался быстрее и быстрее, и темп Димы тоже ускорялся. После чего он резко вонзил горящие ветви, рядом с могилой матери Олега. — видишь ? — говорил запыхавшийся Дима, не поднимая взгляда. А Олег в ступоре стоял, потому что пред ним мать стояла. Впервые, за 5 месяцев. — Мам.. — тут Дима уже поднял взгляд на Олега, глаза которого становились стеклянными, Дима поднялся с колен, отряхнул их, встал пред Олегом, замечая, что тот вовсе не моргал и глаза заполнялись слезами, либо от ветра, либо от долгожданного видения духа матери. Дима понимал, что Олегу сейчас тяжело, молча сделав шаг в сторону Олега, тот обнял его, всё крепче прижимая к себе.