Последняя из рода Гонт

      Дорсет, особняк Гонт Мэнор, 31 июля 1992 года              Волан-де-Морт тоже знал толк в подарках.       В свой день рождения я едва успела позавтракать, когда он зашёл в столовую.       — Идём со мной, Аннабель, — загадочно произнёс он, протягивая мне руку.       — Но зачем? — недоумённо спросила я.       — Это сюрприз.       Встав из-за стола, я отправилась с Тёмным Лордом за ограду дома, где мы немедленно трансгрессировали в Малфой Мэнор. В холле особняка нас встретил хозяин.       — Рад снова видеть вас у себя дома, — низко склонился перед нами Люциус.       — Не сомневаюсь, — хмыкнул Волан-де-Морт. И велел ему: — Закатай рукав.       Малфой поспешил исполнить приказ и оголил чёрную метку. Лорд коснулся её кончиком своей палочки, призывая кого-то из Пожирателей. Я почувствовала неладное, и моё сердце забилось чаще.       Вслед за Лордом и Малфоем я прошла в зал для переговоров. Там было пусто. Я успокаивала себя тем, что, возможно, Волан-де-Морт решил взять меня на собрание Пожирателей Смерти, но мои надежды не оправдались: через минуту в зал вошли опекуны со своим сыном, приветствуя Повелителя.       — Останься, Люциус, — прозвучал ледяной голос Лорда, когда тот решил ретироваться.       — Как прикажете, милорд, — услышала я охрипший голос Малфоя.       Волан-де-Морт повернулся к моим опекунам и снял с них заклятие Империус. Я поняла это по их лицам. На смену почтению пришел ужас осознания, и они упали на колени. Феликс Дамьен стоял в стороне, и по его виду складывалось впечатление, что его устраивало происходящее и он не собирался вмешиваться. Люциус Малфой замер возле дверей, готовый сбежать при первой возможности.       — Вы, конечно, наслышаны, как я поступаю с предателями, — сказал Волан-де-Морт, глядя сверху вниз на Дамьенов.       — Простите, господин! — запричитал Ашиль Дамьен.       — Умоляю, пощадите! — заплакала тётя Гвен.       Но Лорд смотрел на них с мрачной улыбкой, явно наслаждаясь их страхом. Тогда тётя осмелилась обратиться ко мне:       — Аннабель, дорогая, прости меня! Мне очень жаль, что мы с тобой так обращались, — рыдала она. — Я была не в себе, ведь наш единственный сын был в Азкабане… я просто сошла с ума от горя… прости, мне так жаль!       Я в полном шоке стояла посреди зала и молча смотрела на неё — это единственное, на что я сейчас была способна.       Волан-де-Морт подошёл ко мне.       — Феликс, убей их, — приказал он, глядя мне в лицо.       Тут же последовали две зелёные вспышки Авада Кедавры и грохот бездыханных тел. Я сглотнула, чувствуя, как к горлу подступает желчь. Этот псих Дамьен только что убил своих родителей, и ни один мускул не дрогнул на его лице. Открыв рот, я уставилась на Волан-де-Морта, но так и не смогла выдавить из себя ни звука.       — С днём рождения, Аннабель! — тихий голос Лорда вывел меня из оцепенения, и я рванулась прочь. Пробежала мимо бледного Малфоя и выскочила из зала, стремясь как можно быстрее покинуть особняк. Выбежав за калитку, я призвала Колди и попросила перенести меня домой, но не в Гонт Мэнор, а на берег моря за утёсом.       Когда домовик оставил меня на берегу и исчез, я дала волю слезам. Совсем не так я представляла себе своё двенадцатилетие… Вытирая мокрые щёки, я подошла к воде и опустила в неё руку: несмотря на июльскую жару, море было холодным. Я села на мелкую гальку, не боясь испачкать нарядный жёлтый сарафан, и стала кидать камешки в воду, укоряя себя за то, что оказалась такой лицемеркой. Да, я всей душой ненавидела опекунов за то, как они издевались надо мной во Франции. Если бы не появился Лорд, думаю, я бы вскоре умерла. Дамьены просто затравили бы меня до смерти, к этому всё и шло.       Наверное, я была бы благодарна Лорду, если бы их убили не на моих глазах. «Они были жестокими и заслужили это!» — успокаивала я себя, бросая камешки и слушая крики чаек.       В одиночестве я оставалась недолго. Вскоре рядом появился Волан-де-Морт.       — Сбегаешь от меня, Аннабель? Считаешь, что сегодня можешь вытворять всё, что хочешь? — раздался его обманчиво тихий голос.       Что значит сбежать в понимании Волан-де-Морта? Спуститься к морю? Спрятаться, когда он тебя ищет?       — Я хотела искупаться, милорд, но вода оказалась ледяной.        Подойдя ближе, он протянул мне руку, и я вложила в неё свою ладонь. Тёмный Лорд помог мне встать.       Несколько секунд он рассматривал моё заплаканное лицо, а я не знала, куда деть взгляд, стыдясь проявления бурных эмоций.       — Своими слезами ты обесценила мой подарок, Аннабель.       — Простите, мой лорд, — прошептала я и обняла его, ища в этих объятиях утешения и прощения. Волан-де-Морт был абсолютно прав. Где бы я была сейчас, если бы не он?       Тёмный Лорд обнял меня в ответ, и через мгновение мы взметнулись вверх. От неожиданности я взвизгнула и мои руки намертво вцепились в его мантию. Я боялась, что выскользну и упаду, несмотря на то, что Лорд крепко держал меня.       — С ума сойти! Вы умеете летать?! — прошептала я поражённо. Глядя на моё удивлённое лицо, Волан-де-Морт скривил губы в суховатой улыбке. В считанные секунды мы оказались на утёсе возле нашего дома.       — Я собираюсь отбыть на другой континент. Если хочешь, могу взять тебя с собой, — сказал Тёмный Лорд, разрывая объятия.       — А что там есть? — спросила я, приглаживая растрепавшиеся волосы.       — Ну, например, тёплое море, — насмешливо ответил он.       — И когда нам нужно отправляться?       — Прямо сейчас.       — Тогда я готова, — ответила я.       Волан-де-Морт достал из кармана портключ, активировал его, и нас засосало в воронку телепорта.                     Греция, остров Родос              Портал перенёс нас к стоящему на берегу старинному двухэтажному дому, который меня совсем не заинтересовал. Когда я увидела бирюзовые волны и белый песок, от моего плохого настроения не осталось и следа.       Возле дома показался какой-то волшебник, вышедший нас встречать, и я повернулась к Волан-де-Морту, ненадолго оторвав взгляд от прекрасных бескрайних вод.       — Милорд, мы здесь надолго?       — Думаю, до вечера, — глядя на моё восхищённое лицо, хмыкнул Лорд.       Кивнув ему, я побежала к берегу. Скинув туфли, зачерпнула горсть белоснежного песка, высыпая его сквозь пальцы. Сняла сарафан, оставшись в нижнем белье, и зашла по щиколотку в воду. На моё удивление, она оказалась очень тёплой. Я зашла по пояс и окунулась целиком. Зайти глубже я не решилась, потому что не умела плавать. Так и плюхалась возле берега, лёжа на волнах, которые нежно укачивали меня.       Море было прозрачным, и я хорошо видела дно. Вдоль берега плавали стайки мелких рыб, и, дурачась, я пыталась поймать хоть одну. Несмотря на изнуряющую жару, вода дарила прохладу и свежесть. Не знаю, сколько я так проплескалась, наслаждаясь купанием и морским воздухом, но в какой-то момент, бросив взгляд на берег, я увидела Тёмного Лорда. Он стоял у самой кромки воды, перекинув через руку свою чёрную мантию, а его белая рубашка была расстёгнута на две верхние пуговицы. Лёгкий ветерок трепал идеальную причёску, играя волнистыми прядями.       — Не хотите окунуться, милорд? Вода здесь удивительная, — улыбнулась я.       — Нет. Нам пора возвращаться, Аннабель, — бросил он мне.       — Но еще не вечер, — капризно ответила я. Мне совсем не хотелось покидать это райское место.       Я зачерпнула в ладони воду и попыталась обрызгать Волан-де-Морта, но моя детская шалость не удалась. Едва заметным движением он остановил капли, и они упали вниз, не задев его.       — Смелая попытка. В следующий раз швырнёшь в меня непростительное заклятие? — в голосе Волан-де-Морта прозвучал смех.       — Ни в коем случае, мой лорд! — рассмеялась в ответ я.       И повторила попытку, но его было невозможно задеть и это закончилось тем, что он взмахом руки поднял огромную волну, которая накрыла меня с головой и утянула в море.       Мерлин! Знает ли Лорд, что я не умею плавать?!       Я барахталась в воде, пытаясь нащупать дно. Соль попала в глаза, вызывая неприятное жжение, и я зажмурилась. Мои длинные волосы налипли на лицо, и я почти запуталась в них. Изо всех сил я рванулась наверх, пытаясь сделать глоток воздуха. Мне казалось, что я сейчас утону.        Неожиданно меня подхватили и вытащили на поверхность. Я с трудом разлепила глаза: Волан-де-Морт парил над водой, удерживая меня, и мы медленно летели к берегу. Почувствовав под ногами горячий песок, я убрала с лица налипшие пряди. Окинула себя взглядом — и вдруг почувствовала смущение. Намокшее белье прилипло к телу, практически ничего не скрывая, и на моих щеках вспыхнул румянец. Я ощутила себя голой и попыталась прикрыться руками.       Такое со мной случилось впервые.       — Милорд, вы не могли бы отвернуться? — стыдливо пробормотала я.       Закатив глаза, Тёмный Лорд повернулся ко мне спиной и взмахом своей палочки высушил мою одежду и волосы. Когда я надела сарафан, он взял меня за руку и активировал портал.              * * *       Дорсет, особняк Гонт Мэнор, 20 августа 1994 года              На пляже под утёсом вода всегда была холодной, а пляж — каменистым. Я часто спускалась вниз и трансфигурировала мелкую гальку в белоснежный песок. Мне нравилось сидеть, пропуская его сквозь пальцы. На ощупь песок был щекочущим и таким нежным — нежнее было только море в Греции.       Не верится, что с того нашего путешествия прошло целых два года. Но они были относительно спокойными. Стараясь сдержать обещание, данное Лорду, я не ввязывалась в неприятности, и волшебники вокруг меня больше не умирали. На каникулах, когда у Волан-де-Морта было свободное время, а это случалось не так часто, как хотелось бы, он продолжал обучать меня. В свои четырнадцать я уже умела самостоятельно трансгрессировать. Но на Косую Аллею выходила под конвоем: меня всегда сопровождал Барти Крауч. В магическом обществе тоже произошли перемены: бывшие преступники Пожиратели Смерти заняли должности в Министерстве, и магическая Англия оказалась полностью под контролем Волан-де-Морта. Хотя, надо отметить, магическая общественность любила своего министра.       Всё было хорошо, вот только ко мне незаметно подкралось взросление. Я изменилась, и не только внешне. Эмоции бурлили во мне, как кипящее зелье в котле. Порой мне казалось, что я схожу с ума. Я стала плаксивой, а сны, в которых я видела Волан-де-Морта, ещё больше раскачивали мою психику.              Дорсет, Гонт Мэнор, 22 августа 1994 года              Звук разливающегося по бокалам вина… Женский смех, который вскоре сменяется стонами… Я в очередной раз через силу вытолкнула себя из сна, чтобы не наблюдать за пикантной картиной, и, вскочив с кровати, заметалась по комнате. Сон как рукой сняло. Я негодовала, потому что подобное за последний месяц происходило едва ли не каждую ночь и я почти перестала спать.       — Нужжно сссказать хозяину, — прошипела разбуженная Нагайна.       Идея змеи мне совсем не понравилась.       — Если ты ему хоть слово скажешь, я больше не буду с тобой разговаривать! Никогда! — пригрозила я.       Нагайна недовольно зашипела.       — Могу укусссить её, чтобы ты большшше не плакала, — предложила она.       — Милорд не допустит этого. Просто не говори ему ничего, — попросила я и подошла к большому зеркалу, вглядываясь в своё отражение.       За два года я заметно вытянулась. Плечи стали нежнее и слегка округлились, появилась грудь. Талия, раньше почти неразличимая, сделалась тоньше, линия бёдер — плавнее, женственнее. Черты лица стали выразительнее, а голубизна глаз — глубже. Но этого явно было недостаточно и я сходила с ума от ревности.       А от мысли, что Лорд никогда не посмотрит на меня, как на ту незнакомую женщину, я просто умирала.       Разозлившись на себя, я схватила с туалетного столика шкатулку и швырнула в своё отражение. Зеркало со звоном треснуло и разбилось.       — Она ничего для него не значит, — прошипела змея.       Ну да, конечно…       Я пыталась взять себя в руки, представив, что увиденное мной — дурной сон и к реальности не имеет никакого отношения, но эмоции мне не поддавались. Повинуясь порыву, на который раньше при подобных обстоятельствах я бы ни за что не осмелилась, я вышла из комнаты и, пройдя по длинному коридору, подошла к двери, ведущей в спальню Лорда. Глубоко вздохнув, приоткрыла дверь и вошла.       Как и следовало ожидать, спальня оказалась абсолютно пустой.       Разозлившись еще больше, я прошла с инспекцией по второму и третьему этажам, но и там все комнаты были пусты. Когда я спустилась вниз, мне уже казалось, что я ненавижу весь мир. Нервы сдали, и в приступе ярости я столкнула красивые вазы на пол. За ними последовала небольшая фарфоровая статуя, украшавшая холл. Ударившись о пол, она раскололась, и я с мстительной улыбкой перевернула подставку. На несколько секунд мне стало легче.       — Решила сменить интерьер? — донесся от входных дверей голос Волан-де-Морта.       При виде его моё сердце забилось ещё чаще. Казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди, а ноги при этом сделались ватными.       — Нет, — ответила я, стоя посреди осколков и глядя в его карие глаза.       Волан-де-Морт не спеша направился ко мне. Мелкие осколки фарфора захрустели под его ногами.       — Тогда ответь мне, Аннабель, почему ты громишь наш дом?       Эти слова подействовали на меня успокаивающе. Злость стала отступать. «Наш дом… он вернулся в наш дом».       — У меня было плохое настроение, — ответила я и обняла его, привычно уткнувшись лбом в его грудь. Я готова была стоять так целую ночь.       — Тебя что-то расстроило? — рука Лорда коснулась моих волос.       Я сделала глубокий вдох… и отшатнулась, разрывая объятия.       К знакомому запаху кедра, дождя и корицы примешивался отвратительно сладкий, дурманящий запах женских духов. Когда наши взгляды снова встретились, я резко отвернулась. Лорд выглядел озадаченным. Стиснув зубы, я поспешила к лестнице.       — Аннабель, да что с тобой происходит? Я не буду терпеть твои детские капризы и бегать за тобой по всему дому! Немедленно вернись!       — Я уже не ребёнок! — бросила я, быстро поднимаясь по ступеням. Мне навстречу проползла Нагайна, радостно встречая своего хозяина. На верхнем пролёте я замерла на мгновение, прислушиваясь к их разговору.       — Может, хоть ты объяснишь, что здесь творится? — донёсся до меня голос Лорда.       — Не ззнаю, хозяин, — последовало шипение змеи.       Забежав в свою комнату, я захлопнула дверь и, прислонившись к ней спиной, сползла на пол и разрыдалась. Я плакала, сама не понимая, почему происходящее так унижает меня. Я ведь должна была испытывать к Волан-де-Морту одну лишь благодарность. Но спокойно смотреть ему в глаза, без всяких эмоций, как он учил, с каждым днём становилось всё сложнее… И теперь Лорд наверняка думает, что я спятила.       Так продолжаться больше не могло.       Я поморщилась и вытерла слёзы. Встала, взяла в руки палочку и, направив на осколки, произнесла: «Репаро». Зеркало вновь стало целым. Подойдя к столу, я нашла перо и написала записку Барти Краучу.       — Не улетай без ответа, Ив, — приказала я сове и открыла окно, выпуская её. Несмотря на поздний час, ответ я ждала недолго. Сова вернулась через двадцать минут. Забрав у неё мешочек, я обнаружила там пять пузырьков зелья сна без сновидений и записку:              «Аннабель, прошу, не злоупотребляй этим зельем. Старайся использовать его как можно реже!»              В записке Барти читалось беспокойство. Кто бы мог подумать, что Крауч станет переживать за меня! Мою просьбу о зелье он истолковал иначе, что было неудивительно. Раболепный страх перед Лордом испытывало всё его окружение. Пожиратели Смерти всегда видели меня выспавшейся и в хорошем настроении, но, видимо, ожидали, что этому скоро придет конец. Всё-таки я жила под одной крышей с Тёмным Лордом… Но Барти ошибся: в этом доме меня никто не обижал.       Я упала на кровать, но до утра так и не сомкнула глаз. На завтрак я решила не выходить, как и на обед, но внезапно появившийся Колди доложил, что милорд ждёт меня в столовой. Перед тем как покинуть спальню, я бросила взгляд на своё отражение. Бессонная ночь дала о себе знать: тёмные круги под глазами совсем не добавили мне привлекательности.       Проклятье!       У Волан-де-Морта, в отличие от меня, вид был цветущий и свежий. Я прошла к столу и села рядом, стараясь не поворачиваться к нему лицом.       — Добрый день, милорд, — сухо поприветствовала я его.       — Я уж думал, ты не соизволишь спуститься. Выглядишь паршиво, — вроде бы в шутку заметил он.       «Настроение у меня еще паршивее», — мрачно подумала я.       — Так что с тобой произошло, Аннабель?       — Плохо спала, — буркнула я и положила в свою тарелку немного салата и курицы.       — Жаль, а я думал, сегодня ты захочешь прогуляться по магазинам, — загадочно начал Лорд.       — Неужели? — я театрально всплеснула руками. — С чего бы вдруг?       — В этом году в Хогвартсе проходит Турнир Трёх Волшебников, — подсказал Волан-де-Морт.       — Святочный бал, — догадалась я. Ну конечно!       — Он самый, — Лорд слегка растянул губы в улыбке. Должно быть, надеялся, что я, как обычно, обрадуюсь и сразу же забуду о своих неприятностях.       — И мне будет позволено на него пойти? В красивом платье? — Перед глазами вдруг ожили картинки из сна: тугой корсет, бархатные юбки, тонкое кружево белья… — А какие платья вам нравятся на женщинах, милорд? — неожиданно ляпнула я. Лорд удивлённо моргнул, его брови взметнулись вверх. — Или… лучше вообще без платьев? — добавила я, не скрывая раздражения.       Повисла тишина. Я покосилась на него и увидела, что Волан-де-Морт застыл в немом изумлении. Впервые он не нашёл, что ответить на подобную дерзость с моей стороны, и я на мгновение почувствовала себя отмщённой — и за насмешки, и за ужасную ночь.       Да, к сожалению, лишь на мгновение.       — Решила, что стала взрослой, Аннабель? — Взгляд мужчины потемнел, глаза гневно сузились, а губы сжались в тонкую линию. Он швырнул вилку на стол и резко поднялся. — Запомни: есть вещи, которые тебя не касаются. Еще раз посмеешь заговорить со мной в таком тоне — и отправишься на бал в одной мантии на голое тело! — осадил меня Волан-де-Морт.       И быстрыми шагами покинул столовую.       А я уронила голову на руки и задумалась.       Да, злить его было плохой идеей. Глупая, глупая Аннабель! Нельзя идти на поводу у эмоций, нужно действовать хитрее. Если я хочу привлечь внимание Лорда, мне придётся стать не только сильным магом, но и самой привлекательной женщиной в его окружении, чтобы затмить всех его фавориток. Может, тогда он посмотрит на меня иначе?       Но умению очаровывать тоже нужно учиться, и здесь ни преподаватели Хогвартса, ни Барти Крауч, ни сам Тёмный Лорд не помогут. Мне нужна наставница — красивая, яркая, знающая все тонкости этикета, обладающая хорошим вкусом и умеющая соблазнять.       Среди всех знакомых мне женщин только одна подходила на эту роль… но я не была уверена, что она согласится. Я даже могла поспорить, что в ответ на просьбу услышу вежливый — или не очень — отказ. И всё же попробовать стоило.       Я решила, что после обеда всё хорошенько обдумаю и отправлю письмо Беллатрисе Лестрейндж — с просьбой помочь мне с выбором бального платья.